Любое желание, в обмен на...

Вопрос о сексе Майкрофт проигнорировал. Вместо этого он сделал вид, что крайне озабочен осмотром владений Грегори. — Как ты только можешь жить в такой крохотной точке пространства? — сказал он, в третий раз обойдя всю квартиру и, видимо, уяснив, что входов в другие помещения действительно нет. — Кухня, спальня, она же гостиная, она же все остальные комнаты. Туалет и ванна вместе. Всё. Да у некоторых прихожая больше! Которой у тебя даже нет, кстати. Ибо этот аппендикс с одной тумбочкой и двумя крючками на стене на роль прихожей подходит крайне неубедительно! — На что заработал, тем и пользуюсь, — Грег чуть пожал плечами, и откусил от своего бутерброда. Майкрофт вроде чуть сник. Можно было даже сказать — сдулся. — Ты мог попросить у меня квартиру побольше. Да хоть пентхаус! Да хоть дом у моря в три этажа! — Мог бы, — Грег отпил чая и довольно зажмурился. Вкусная еда и сладкий чай в конце тяжёлого дня всегда поднимали ему настроение. — Но зачем? Мне и этого достаточно. Есть где поесть, есть где поспать, поиграть, почитать. Зачем мне больше? Вот только… где тебя разместить? Какое-никакое личное пространство у тебя быть должно, хоть в той же спальне. Майкрофт чуть закатил глаза. — Об этом не переживай. Эту проблему я решу. — Ладно, — легко согласился Грег, не став расспрашивать. И пододвинул к Майкрофту его порцию бутерброда вместе с разделочной доской, на которой тот лежал. — Попробуй. Он вкусный. Пусть тебе есть и не нужно, но вдруг понравится. Тебе от человеческой еды плохо не станет? — Не думаю, что мне станет плохо, даже отхлебни я отработанного ядерного топлива, — сказал Майкрофт, продолжая оглядываться вокруг. — Тем более. К тому же, я готовил его с душой. — Что? — Майкрофт повернулся к Грегу так стремительно и так вперил в него пылающий взгляд, что можно было испугаться. Но Грег только улыбнулся. — Я подумал, что тебе будет очень трудно ждать конца моей жизни, пока ты сможешь проглотить мою душу. Это как смотреть на вкусную любимую еду и знать, что она на праздник. А пока там этот праздник наступит, весь изведёшься и измучаешься, и уже не рад будешь. Поэтому, я решил давать тебе ежедневно немного вместе с едой. И тебе хорошо, и мне нетрудно. — Грег… ты о чём таком говоришь? — Когда я готовил, я вкладывал в этот бутерброд и в этот чай свою душу. Никогда о таком не слышал? — Грег дожевал остатки своей порции бутерброда и теперь просто грел руки о тёплый бокал, прежде чем допить остальное. — Это всего лишь слова. Метафора. Никто не может на самом деле вложить в еду душу. Невозможно отделить от неё кусочки. — А ты попробуй сначала, а потом говори! — Грег озорно улыбнулся и замер с чашкой, что закрывала нижнюю часть его лица, глядя на Майкрофта поверх ободка. — Чушь… — выдохнул тот, но бутерброд взял. И положил его в рот целиком. Без видимых проблем принялся жевать. — Ну? Как? Майкрофт продолжал молча жевать. Одним движением горла проглотил. — Не подавись! Майкрофт глянул на Грега. Потом взял чашку и несколькими глотками её осушил. И застыл, вслушиваясь в свои ощущения. — Майк? — позвал его Грег, уже несколько обеспокоенный. — С тобой всё хорошо? — Всё отлично, — Майкрофт чуть прокашлялся. — Странное ощущение. Очень… непривычное. Будто там и правда… — он вгляделся в центр груди Грега. — Ну, что я говорил! — Грег допил чай. — Будешь получать теперь регулярно! — Глупости всё это. Ты просто перца двойную порцию насыпал… И чеснока, — Майкрофт встал и двинулся к кухонному окну. — Спать, я, прости, буду у себя. Увидимся… когда ты хочешь? — Утром. — Отлично. Увидимся утром. Доброй ночи, — Майкрофт открыл окно, будто оно вело на балкон, хотя никакого балкона там и в помине не было, и вышел наружу, на свой собственный балкон, за которым расстилалось уже знакомое Грегу море тьмы с алыми всполохами тут и там. Пахнуло горелым и на секунду, на полмига, Грег услышал какофонию криков. Но, видимо, Майкрофт быстро их заглушил. Прежде чем Майкрофт успел закрыть за собой окно, его хвост поднялся и бодро помахал Грегори. * * * Утром Грег нашёл их обоих на кухне. Майкрофт исследовал его запасы в шкафчике для круп и специй, видимо ища вчерашний перец и чеснок, а хвост опять бодро замахал Грегу, потянулся, и тут же обвился вокруг запястья, едва Грег подошёл достаточно близко. — Привет! — Грег ласково погладил хвост, получая будто поцелуи по предплечью от кончика-сердечка, и размышляя, как будет выглядеть, если он поцелует это сердечко в ответ. Кончик, насколько Грег мог судить, ничего против не имел. — Привет, — Майкрофт обернулся, в два шага своих длиннющих ног пересёк кухню, сел на то же место, где сидел и вчера. Вид у него был крайне озадаченный. Грег только усмехнулся и принялся готовить завтрак на двоих. А потом ещё поставил около Майкрофта весёленький голубой контейнер в белый горошек. — Это ещё что? — Это — тебе на обед. С собой, как и у меня, — Грег указал на свой контейнер, расписанный в теме Звёздной ночи Ван-Гога. — Мне не нужен обед. И завтрак тоже не нуж… — А ещё — вот! Нашёл вчера. И подумал, что он чудесно подойдёт к твоим глазам, — Грег указал Майкрофту на лёгкий шарф, что лежал переброшенным на спинку майкрофтового стула. Действительно в очень красивых оттенках оранжевого, красно-коричневого и просто красного. На тёмном фоне шли узоры из кленовых листьев. — Надень. Сегодня обещали похолодание и… — Грег! — Майкрофт встал. И так, что вытянулся до потолка. Хотя и вчера ему не хватало самую чуточку, чтобы задеть его кончиками рогов. — Мне не нужен шарф! Я не могу ни замёрзнуть, ни заболеть, ни… Что там ещё «ни» Грег слушать не стал. Подошёл, сам накинул, завязал шарф красивым свободным узлом и чмокнул Майкрофта в нос. Майкрофт мгновенно замолчал. На полуслове. Будто его выключили. — Это в своей Преисподней ты всемогущ. А здесь, в человеческом мире, ты куда ближе к обычному человеку, чем сам полагаешь. Поэтому — надень шарф. Днём — съешь обед, а сейчас — завтрак. Не забывай — они приготовлены с душой. — И Грег подал пример, сев обратно и занявшись своей едой. Хвост вальяжно развалился у Грега на коленях, и тот с улыбкой периодически поглаживал его. Хвост заворачивался в бублик и, кажется, мурчал бы, если бы мог. Майкрофт зыркнул на хвост, но не стал пытаться оторвать его от Грегори. В один укус уничтожил завтрак, взял контейнер с обедом и… Сунул его подмышку. — Ты будто больше не боишься посмертной участи. — Боюсь до ужаса. Но смысл? Ты сам вчера сказал, что уже ничего не изменить и не отменить. Да и потом… Остальные люди вообще не знают, что будет с ними. А я уже знаю. Слабое утешение, но хоть такое есть. — Грег… Подарки и обеды тебя не спасут и ничего в твоей судьбе не изменят. Уясни это и прекращай. Увидимся вечером. Выходить в окно, как вчера, Майкрофт не стал, а просто исчез в струях пламени. — Ох! — Грег дёрнулся. Исчезая, хвост чуть обжёг ему бёдра, на которых лежал. — Да… манеры у моего мужчины те ещё. Ну да ладно. Спасибо, что хоть не сжёг тут всё. Осмотрев безнадёжно испорченные двумя подпалинами брюки, Грег пошёл к шкафу искать джинсы. Не по форме будет, но что делать. Забавная выйдет объяснительная, если заставят написать. Переодевшись и закончив с завтраком, Грег отправился на работу, решив вечером зайти в любимую кондитерскую и магазин галстуков. Не хочет шарф, может, галстук понравится? Особенно, если подобрать к его глазам. И рожкам. И... может бантик купить на хвост? Нет, ну что-то этому малышу подарить определённо нужно!