Наши самые главные желания это наши страхи

      — Господа, мне есть с чем вас поздравить, — Доран Боил лукаво улыбнулся, смерив взглядом собравшихся офицеров, — вон смотрите. Нефть у нас нашли. Теперь заживём!       — Да, перед советом как раз прочитал в ленте новостей, — кивнул один из офицеров. — Нехило мы так настроение царице нашей попортили…       — Замечательные вы всё-таки люди. Никогда не встречал тех, кто так радуется появлению у себя новых проблем. — Эвербах знал эту «проблему» как никто другой. — Впрочем, это же и возможность…       — Читаешь мои мысли. — Боил был очень воинственным человеком. То ли годы службы в Мерсийской армии, то ли суровый климат его родины, то ли суммарно всё вместе породило человека на редкость авантюрного в военных делах. И не считающегося с потерями, если того требовала целесообразность.       — Читаю. Но и Фольке, поверь, тоже. С одной лишь разницей — импровизации для него не ход конем, а основной род деятельности.       — Я понимаю, — абсолютно спокойно согласился законно избранный президент Кельтона. — Но, как говорят у нас на Родине, под лежащий камень шампанское не течет. Это уникальный шанс. Нельзя его упустить.       — Разумеется. Просто хотел проверить насколько ты осознаешь все риски…       — Можно поинтересоваться, о чём вы вообще? — Дуэт уже и забыл, что в комнате присутствуют и другие люди.       — Объясняю, — игриво прорычал Боил. — Пока Фольке не раскочегарился, мы захватим столицу нашей родины Нортфорд. На один денёк, естественно. Пока мерсийцы не очухаются и не разбомбят город к чертовой матери. Найдём там Гелена. А потом убьём. Как-то так…       — Минус второй человек в государстве Мёрс, минус директор крупнейшей нефтяной компании, репутация «первой армии мира» спущенная в унитаз, начало массовых поставок вооружения силам НДПК. Ибо, как говорил один человек, любят сильных. Тех, кто стоит, тех, кто борется, тех, кто берет своё. Четырех зайцев одним выстрелом, — довершил мысль Курт, — но Фольке это тоже знает. И потому гарантированно заманивает нас туда.       — Эх, жаль у нас нет выхода к морю. «Победа или смерть» бы точно захотел присоединиться, — полушутя-полувсерьез заметил один из офицеров. Было видно, что план воодушевил армию Кельтона как никогда.       — Так когда начинаем?       — Как ты думаешь? — лукаво улыбнулся Боил.

* * *

      Фольке Гелен. Человек, по праву считающийся правой рукой генерал-протектора Марты Вайнер. Еще до прибытия в Нортфод отправил указания по мораторию города, прекрасно осознавая, что он является главной целью сепаратистов.       — Как идут приготовления? — поинтересовался он, зайдя в учительскую.       Здание школы было выбрано в качестве штаба планирования. В городе было много зданий, подходящих для этого лучше. Но Фольке решил выбрать менее очевидное помещение. Целый штаб отделяет победу от поражения даже против превосходящих сил. Что уж говорить о том, когда у него солдат больше? По крайне мере, так считал Фольке.       — Пехота рассредоточена согласно вашим указаниям, — отчитался генерал-майор пятой пехотной дивизии Вернер Бромберг.       — Танки заняли позиции на подходе к городу, — тут же начал отчитываться генерал-майор второго бронетанкового полка Эрнест Хауссер. — Но в городской черте для окопов мешает инфраструктура, так что у нас задержки.       Эрнест показал на карте, где еще не успели окoпать бронетехнику. В городе много бетона и построек, которые препятствуют окапыванию. За городом с этим нет проблем. Разве что на каменистой местности. На что все находящиеся в комнате согласно кивнули.       — Установите ограждение из мешков с песком, этого будет более чем достаточно, — недовольно фыркнул Фольке.       — Этим и занялись! — тут же отчитался Хауссер.       — Но не чересчур ли такие приготовления против возможного нападения повстанцев? — задал логичный, как многим казалось, вопрос генерал-лейтенант второго моторизированного пехотного полка Герман Фойгт-Рушевейх. — Бросать столько сил на повстанческие силы?       — Тут не может быть чересчур больших приготовлений. — Недопонимание офицеров раздражало Фольке. — Доран сам бывшей генерал и окончил те же академии, что и вы. Очень может быть, что наших приготовлений окажется даже мало.       — Но для малочисленных повстанцев будет верным самоубийством штурмовать город, — возразил один из офицеров, — а с такими укреплениями будет чудом, если они смогут хотя бы войти в городскую черту.       — Разве вы уже забыли? — поинтересовался Фольке. — Кельтонская армия не сопротивлялась нашим войскам, когда мы захватывали их страну. Это не потому, что у них нет армии. Доран оттянул все войска в горы, откуда нам их сложно выбить, и теперь ведет партизанскую войну.       — Я согласен с вами, — кивнул генерал-майор Вернер Бромберг.       При наступление на Кельтон он еще был генералом второго пехотного полка. Повышение ему дали за безупречное выполнение боевых задач и минимальные потери среди личного состава. Под минимальными потерями подразумевается их отсутствие. Для пехоты взять город штурмом, не понеся потерь, где-то на грани фантастики. Но почему так получилось? Он до сих пор помнил, сколько нервов потратил на план штурма. А когда солдаты вошли в город, оказалось, что город не обороняют не только военные, но даже полиции не было. Меньше чем за час солдаты взяли мэрию. За все время не прозвучала ни единого выстрела…       — Мы даже не можем быть уверенны в количестве сепаратистов. Что уж говорить об их вооружение и подготовки, — добавил Бромберг.       — Пф! — фыркнул Герман. — Можно подумать, Мёрсийская армия может проиграть жалким повстанцем.       — Вам не стоит так относится к своим обязанностям, — строго сказал Фольке. — Тем более в моем присутствие. Пока есть время, вам лучше провести максимальную подготовку. Серьезные потери недопустимы! Весь мир смотрит на исход так называемой КТО.       Бромберг нервничал больше других офицеров. В отличие от них он получил свое повышение слишком просто. Он не считал, что готов к такой ответственности. Поэтому кропотливо пересматривал план обороны.       Пока остальные офицеры радовались снятию с них, подобно удушливому галстуку, бездарности Алибекова, предвкушая легкую победу, Бромберг собрал вокруг себя всех полковников, подполковников и майоров. На карте они совместными усилиями разрабатывали план обороны, контрнаступления и действий в случае непредвиденных ситуаций. Разбирались все возможные варианты.       Может, Бромберг и считал себя не готовым к командованию дивизией, но, будь все офицеры так кропотливы в поставленных боевых задачах, Мёрс уже бы правил миром. Или, по крайне мере, в любом боестолкновение нес куда меньшие потери. И пускай его офицеры были недовольны, но перед своим командиром выкладывались как могли.

* * *

      — Но разве они не будут готовы к нашей атаке? Знатная сеча дело бесспорно благородное, я убью любого в соединении, кто не выложится на все двести, однако это не то же самое, что бездумный бросок на амбразуру, — резонно заметил один из офицеров.       — На это и расчет, — лукавая улыбка не сходила с лица Боила. Он считал, что загонит своего оппонента в угол и перемелет всю Мёрсийскую армию, как жернова перемалывают пшеницу. — Волк быку на рога не бросается. Он ему под пузо пролазит и кишки в тряпку…       — Если взрывы и стрельба могут подать сигнал войскам, расположенным за городом, — начал мысль Эвербах, — то то, что ты предлагаешь, может дать сигнал и другим войскам Мёрса, расположенным на достаточном расстоянии.       — Так потому мы и делим армию на три части. — Боил был доволен своим планом. Ему не нужны солдаты, натренированные как Мёрсийские псы, чтобы поубивать их, хватит и тех, кто есть. — После нашей диверсии в рядах Мёрса будет паника. И пока они не пришли в себя, мы их уничтожим!       — А не кажется ли тебе, что ты просчитался в одном? — Курт, хоть и был доволен планом, но нужно указать на главную проблему. — С чего вдруг Мёрсийские офицеры не будут готовы к такому манёвру?       — Причина очень проста. — Боил знал одну ключевую вещь, в которой был уверен на все сто.       Этническое офицерье Мёрса слишком горды. Даже при том, что в городе Фольке, он был уверен, что не будут рассмотрены все варианты. И вот почему…       — Многие офицеры получили свое повышение после захвата Кельтона за «идеально выполненный план нападения», — Боил сделал акцент на последних словах. — Их гордыня после легкой победы сыграет в этой операции на нас. Тяжёлые же потери в ходе партизанской фазы им проще самим себе списать на клятых партократов, что навязали им узкоглазого дикаря в начальство, а не на то, что их враг, оказывается, воевать умеет.       — А если новые снаряды не сработают? — Всегда сложно доверить довольно ответственную часть не проверенному оборудованию. И ведь их не проверяли не только в бою, их даже просто не тестировали. Слишком опасно выдавать свою позицию и новый тип боеприпасов.       — Голову на отсечение, что сработают. — Иен Артур был уверен, расчеты, проведенные специалистами, были просто прекрасными. Доран с первого дня президентства издал указ по производству собственных вооружений. И хоть немного, но создать их успели. — Даже если не сработает несколько снарядов, минометные расчеты тут же дадут еще залп. Любое использование ПНВ будет бесполезно.       — Таким образом, — Боил осмотрел всех собравшихся, — мы нанесем сокрушительное поражение мёрсийцам и их прихлебателям, втоптав их гордость в грязь.       Все испытывали предвкушение. Если дело выгорит, то Мёрс до блевоты познает вкус поражения. Легкий мандраж пробирал всех. «План — идеален. Исполнение — не подведет. Нет не каких шансов на провал», — Во имя того, чтобы сбылось, даже закололи и принесли в жертву Духу Гор откормленного барашка.       Вот только как Мёрсийские офицеры недооценивали своего оппонента, так и Кельтонцы имели просчеты. Просто их никто не видел…