Часть 7
26 июля 2023 г., 13:53
Примечания:
Приятного чтения♥️
— Намджуууун. Пжлст. Отстань.
Чонгук не рассчитав приземляется чуть поодаль дивана. Точнее на пол, больно ударившись копчиком, который наутро будет определено болеть.
— Я не понял ты, что всю текилу выпил?!
— Намджун, я сказал присмотреть, а не спаивать!
Джин разозленым смерчем вошел в комнату, где не малая компания друзей сегодня устроила игры на выживание.
— Я ему и не подливал, он сам начал эту огненную водицу лакать.
— Хён, если бы ты продолжил мне говорить про эксплуа…эксплуты…эксплуат…
— Эксплуатацию
— Экс… вот как ты сказал, рабсил в Китае в 1939 году, я бы уже в отключке был. Я же просто попросил поделиться, какой-то новостью. А не вгонять меня в шоковое состояние.
— Если бы я хотел добиться твоего шокового состояния, я бы рассказал тебе про биржоыые махинации Ясуо Хаманака.
— Хееен, я же сказал. Отстань.
Чонгук кое как встав и сново упав. Сел в кресло рядом с Джином и посмотрел на стол. Вернее то, что от него осталось, а ведь он хотел показать свой фирменный, а в итоге показали ему. В придачу у него подозрение на перелом локтевой кости. Этот диагноз кстати ему поставили сразу же именно тот, кто это и допустил.
— Кто знает, эта мелочь там уснула или он все ещё настраивает себя?
— Хён, уже как двадцать минут Чимини пускает слюни на твои слим джинсы.
— Чёрт.
20 минут ранее
Чимин в отличие от других, был занят куда более важным делом. Принятием своей феминности. Сначала они с Юнги-хеном, для смелости Чимина и для того чтобы Юнги никуда не делся, выпили по пол бутылки виски. Потом ещё по рюмочке текилы, которую смело отвоевали у оборзевшего и крайне агрессивного макне. И потом дело дошло до откровений.
— Чимин что тебе надо от моих коленок?
— Что?
— Я спрашиваю, что ты вытаращился на мои коленки, глухомань. У меня так и встать может.
— Хён, у тебя такие стройные ноги, и вообще ты весь такой, — он начал размахивать руками, пытаясь выразить всю степень своего восторга и эстетического удовольствия.
— Ну прям… Вау…
— Мерси. Польщён.
— Ты в нижней позиции?
— Чего, бля? Юнги чуть не закашлялся, от внезапного предположения его собеседника.
— Ну ты даешь, а не берешь?
— В твоей случае, беру. Юнги уверенно посмотрел на младшего.
— Ну вот снова. Какого хрена, как только я переключился на парней, все сразу думают, что ебать будут меня!
Вообще-то, вы сами отказываеться от крышесносного секса со мной в активной позиции, у меня же явно больше опыта в этой роли, чем у всех вас!
Чимин от негодования аж привстал и начать на несколько тонов повышать свой голос, а с этим и свою агрессию против всех мужланов в этом гребаном маскулинном мире.
— Тихо, тихо. Успакойся. Что такого плохого ты нашел в своей феминности? Это же твоя визитная карточка и твой козырь.
— Против чего? Что у меня? Ты бабой меня назвал?
— Фи, не бабой уж точно, я бы на твоем месте был поуважительнее к девушкам. Они та в отличии от нас видят тебя главного.
— Не всегда вообще-то.
Опустив плечи и грустно посмотрев на хёна, изрекает Чимин.
Отсмеявшись своё, Юнги посерьезней посмотрел на своего тонсена. Который помрачнел ещё больше.
— Каждый из нас в этом мире, склоннен к более выраженой феминности или маскулинности. Это нормально, когда женщины занимают лидирующие позиции во главе фирмы, не хотят долго выходить замуж и рожать уйму детей. Это нормально, когда мужчина после тяжелого растовпния, которое принял более эмоционально, нежели его вторая половинка, боиться заводить новые отношения. Нормально, когда в семье мужчина не работает, а смотрит за детьми, он тоже приносит пользу и заботу. Однако мы сами определяем в своей голове, что для нас нормально, а что нет. Это прискорбно, но факт. Что более важно мы никогда не в праве осуждать чью-то жизнь и чьето решение. Чимини, ты же любиш себя и свою внешность, ты принимаешь себя и свою внешность, почему для тебя стало шоком, что ты по стереотипам всего общества, являешься более женственным? Что тебя так смутило в этом?
— Хён, это ты что, так отвлекаешь меня, чтобы в постель затащить и невинности лишить?
По своему трактируэт Чимин и из-под лоба смотря на Юнги.
— Да сдался ты мне, невинная пташка. Я до тебя более важную мысль денести хочу, а ты не понимаешь!
— Хён, я вообще мало чего понимаю, когда ты говоришь, но продолжай я готов тебя слушать вечность. И любоваться твоим обликом истинного ангела! Ты перекрасился? Тебе очень идёт блонд.
— Это точно я тут соблазняю кого-то?
— А ты уже соблазнился?
— Не знаю, флиртуешь ты как-то простенько, не схоже с тем, что про тебя говорят.
— Ну хён, не сердчай, я впервые мужика охомутываю.
— Ха. Мило. Но ты кажется с ангелом меня сравнивал? Продолжай лучше в том направлении.
— Ты так чудесен, такой хрупкий и эстетичный. Но одновременно сильный и дерзкий. Такой изящный и нежный. Умеешь с легкостью отстоять свои границы личного пространства. Когда ты что-то говоришь, хочется тебя слушать и понять. Ты человек, который насыщен своим жизненным опытом и умением. Ты человек, который несет свою эстетику и мысли в этот мир и не боиться быть не понятым или отвергнутым. Ты вдохновляешь меня и определенно умеешь привлечь к себе внимание не традиционным способом. Отсосешь мне?
— Ты определенно умеешь все испортить. Всю правду сказал, не единой лести и в конце так запорол. А я ведь даже подумывал над своей позицией, которую я не меняю последнее два года, что в принципе разок можно и научить тебя чему-то новому и обагатить твой опыт.
— Так ты согласен! Не веря произнес Чимин и кажется уже начал растягивать свои штаны.
— Нет, милашка. Видимо от перевозбуждения до тебя с замедлением доходит. Я могу сделать тебе минет, только если после этого ты дашь мне обуздать твой влсзитттельный зад. А после этого мы плйдем на свидание. Где будем много целоваться и возможно после повторим все, что сделаем сегодня. И имей ввиду о своих отношениях ты говоришь всем ярко и открыто. Будем исправлять те слухи, которые о тебе сейчас ходят.
Закончил Юнги и мило улыбнулся, придвигаясь ближе к Чимину, кладя руку на его промежность и планируя поцеловать шокированную пташку. Которая сидела рот раскрыв, переваривая услышанное.
— Ой.
— Ой?
— Я понял.
— Что ты понял?
— Обогощай мой опыт. Я готов сделать тебе минет. Сказав это он убрал руку хена и начал опускаться к его ширинке.
— Чиминни, ты все любишь делать на публике?
Юнги положил руку на макушку младшего и с вопросом смотрел в затуманенные глаза Чимина.
— Не отвлекай, хён. Я настраиваюсь.
Опустив голову парень в нерешительннсти начал растегивать ремень и переместился он так, что полулежал на хёне, предоставив вид на оттопыренную пятую точку, а ноги свободно свисали с дивана.
— Что-то долго, птенчик. У меня уже настрой весь падает.
— Чимин?
Ноль реакции.
— Чимин? Более громче повторил он и дергнул бедрами.
Чимин зашевелился и приобнял покрепче Юнги за поясницу, повернув нос в паховую зону, тяжко вздыхая.
— Зашибись.
