Штандартенфюрер

Последние минут двадцать на фоне в клубе играли какие-то попсовые песни, в текст которых Агата давно не вслушивалась. Ее в принципе волновало не больше трёх вещей: тёмное-тёмное небо, чувак, всё ещё дико отплясывающий на танцполе, крутя светящимися палочками и парень, который сидел в кресле, в подлокотники которого Агата, сидя на столе, упиралась ногами. Последний оказался ее фанатом, который уже некоторое время целовал ее икры и лодыжки, плача то ли от счастья, то ли от восхищения. Его бубнеж Агата не понимала с самого начала, но её абсолютно устраивало такое проявление любви. — Давай, Доши! Давай! — крикнула Агата чуваку на танцполе. Она не знала его имени, но «Доши» звучало круто. Самое то для такого индивида. Парень же, видимо, был не против нового прозвища, поэтому, восторженно выкрикивая «У-у-у» или «А-е-е», начинал танцевать усерднее. Агата слегка погладила парня в ногах по голове и перевела взгляд на небо. Где-то виднелись бледные звёзды. Ни облаков, ни спутников, ни Актоны с Асцентом — считай рай. Но по отсутствию чего-либо, кроме звёзд, на небе Агата никак не ориентировалась во времени. Что-то ей давно подсказывало, что здание построено так, чтобы всё лишнее было с закрытой стороны. Немного клонило в сон от выпитого алкоголя, да и вообще Агата встала рано. Но вопрос, где Агата сегодня уснёт, ее вообще не волновал, потому что в любом случае она проснется, желательно после найти чашечку чая, но это мелочи. — Агата, — негромко кто-то позвал, — Агата. Агата, не задумываясь, повернула голову на человека, который ее звал. — Знакомое лицо, — медленно сказала Агата, — Как твое имя? — Мало ли с кем Агата могла пересекаться за свою жизнь. — Агата, — наигранно жалостливо протянул парень, — Как так? Я Юлиан. Агата на пару секунд задумалась. Какой нахрен Юлиан? Что за уродское имя? Но до неё быстро дошло. — Максвелл? — уточнила Агата. — Именно, — парень широко улыбнулся и пошел к столу, на котором сидела Агата. — Рад, что ты помнишь меня. — Ты вообще-то мёртв, — резко ответила Агата. Этот парень, считай, умер на ее глазах. — Может ты чего-то не знала? — Юлиан оперся руками на стол. — Не было у тебя victus’a, не выёживайся. — Был. — Не-а, — Агата мотнула головой, — У тебя другие были. — А если у меня три аспекта? — Юлиан поднял одну бровь. — Вдруг я исключение? Агата осторожно погладила парня в ногах и, протерев глаз свободной рукой, ответила: — Не может такого быть. — Всё может быть, Агата, — Юлиан продолжал улыбаться. — От меня тебе что нужно то? — Я думал, что ты обрадуешься, увидев меня, — Юлиан по виду немного расстроился. — Мы же так долго дружили. — Для меня ты умер… — Агата задумалась, — пятьдесят девять лет назад. Уже поздно для тёплого приема. — Я же люблю тебя, Агата, — Юлиан, как Агате показалось, присел на корточки, но продолжал держаться за стол. — Что мне сделать, чтобы я воскрес в твоей голове? Агата немного осмотрела стол и протянула Юлиану первую попавшуюся вилку. — Убей себя в реальности. — Агата сделала паузу. — Просто вернись в могилу. Не порть воспоминание. Юлиан с некоторым страхом глянул на вилку, но не взял ее. — Я не хочу, чтобы ты лез в мою жизнь, — Агата ещё раз погладила парня в ногах. — Ты был крут шестьдесят лет назад. Но я предпочту не вспоминать тебя. Давай сделаем вид, что это мой пьяный бред, если не хочешь умирать. Но правда, — Агата вздохнула, глянув на небо, — иди прочь отсюда. — Почему ты меня не любишь? — спросил Юлиан, поднимаясь с колен. Агата уже не ответила. Вилку она положила на край стола и смотрела на танцы Доши, поглаживая парня на кресле. Она слышала, как Юлиан уходит. — Юху! — Крикнула она, покачивая головой в такт музыке, — Зажигай, Доши! Крути их! *** Юлиан последний раз посмотрел на отвернувшуюся от него Агату и пошёл к выходу. От этой встречи он ожидал определённо не этого. Только Юлиан нажал на кнопку первого этажа, как по лицу покатились слёзы. Было больно, обидно от неразделенной любви. Юлиан больше пятидесяти лет потратил на поиски Агаты, надеясь хотя бы на объятие с ее стороны. Сначала почти тридцать лет поисков в ее родном городе, потому что ни ее родители, ни знакомые не знали, куда она ушла. После революции Юлиан начал искать в столице, но легче от этого не стало. И вот, когда он нашёл ее, Агата предложила ему самоубиться. Юлиан плохо понимал, что делать: пойти домой ни с чем или последовать совету Агаты. Голова не соображала от эмоций. Пятьдесят девять лет труда впустую. Жизнь приходилось строить в постоянном страхе, что Агату Юлиан так и не найдёт, что Агата уже давно отсюда уехала, что живет в другом измерении, что не живет вовсе. Но так же не могло быть? Агата бы не свергала императора, если бы хотела уехать. Это был единственный стимул искать ее в столице. Как только открылись двери лифта, Юлиан решил. Ладно. Пусть так. Может она этого и не стоит, но Юлиан любит ее сильнее, чем Агата может представить. Юлиан вышел из здания. Свежий воздух напомнил о разговоре наверху; захотелось поскорее найти что-нибудь. Юлиан глазами оббежал улицу. В такое время уже ничего не работает. В кармане Юлиан нащупал ключи от дома. Длинный из них в самый раз. Юлиан немного отошёл от входа и поднёс ключ к левому глазу. Страшно. Юлиан боялся того, что будет больно. «Больнее любви к Агате не будет», — резко воткнув ключ в глаз, подумал Юлиан.