Улыбнись мне и опомнись

Спустя несколько дней пришёл ответ. В буквальном смысле пришёл. — А? Юнги? – удивлённо проговорил заспанный Хосок, который открыл дверь, не ожидая увидеть там никого, кроме курьера из магазина одежды. — Хосок, - глухо произнёс Юнги и обнял ту часть тела, которую тот высунул из-за двери. Хосок легонько пнул дверь и она полностью отворилась. Теперь они стояли на пороге квартиры Хосока, обнимаясь в полный рост. Можно было сказать, что они не просто обнимались, а буквально держались друг за друга, как за последнюю надежду в непрочном, шатком мире. Неизвестно, сколько бы ещё они так простояли, если бы Хосок не произнёс: — Юнги, давай поговорим. Тот отстранился и положил свои ладони на плечи Хосока, в то мгновение в его глазах будто сверкнуло две искорки: — Давай. *** —Извини, я всё ещё немного смущён твоим внезапным приходом, так что даже не представляю, с чего начать, - сказал Хосок, вертя в руках стаканчик кофе, который принёс для них обоих Юнги. Было около полудня, они сидели в одной из своих излюбленных кофеен и уже десять минут как молчали. — Я сорвался сразу же, как прочитал твоё письмо. Оно очень… тронуло меня. И я… Понял, что ты хотел сказать, но не понял… — Откуда я всё знаю? — Вроде того, - Юнги нарочно сделал глоток кофе, чтобы скрыть собственную неловкость и смущение. — Телефон, - сказал Хосок и продемонстрировал свой смартфон. — Дело в том… Я думаю, тебе бросилось в глаза… или ты, хотя бы, заметил, что в тот вечер я перебрал и решил заняться съёмкой всего происходящего на телефон. Так вот… - Хосок сделал большой глоток кофе. Говорить было нелегко. Его ноги уже сделались ватными. Секунда промедления — и разговор будет отложен на неопределённое время. — Когда ты посадил меня в машину, я его убрал в карман, но снимать он не перестал. — Так он записал всё, что я тогда наговорил? — Именно так… — Я и подумать не мог… - Юнги отставил стакан и уставился в одну точку, подперев голову руками. — Знаю, что моё оправдание прозвучит глупо, учитывая, каких дров я наломал, но я правда слишком увлёкся чужим успехом. Я не до конца осознавал что и зачем вообще делаю, но та история знакомства зацепила меня, показалась мне довольно милой, простой для достижения, а вместе с тем её результат стал таким жизненно важным, что я слепо бросился в эту бездну, чтобы повторить. И не отличил временного счастья для себя от долгосрочного. Я игнорировал твои чувства не специально. Извини меня. Всё это время я не был готов к такому разговору, а сейчас говорю первым. Спасибо, что дождался этого момента, Мин Юнги. — Боже, если это сон, то я хочу остаться в нём на всю жизнь, - в конце своей реплики Юнги подозрительно шмыгнул носом и протёр обеими руками лицо. — Юнги, что ты делаешь, я же сейчас тоже заплачу, - протянул Хосок, нижняя губа которого уже немного была выпячена, а брови сведены домиком. — Я обещал себе больше не делать тебя несчастным, не плачь. Скажи мне, что ты хочешь, я всё для тебя сделаю! — Просто оставайся рядом. Мне больше ничего не нужно, - произнёс Мин Юнги и взял руку Хосока, которая давным-давно бессмысленно повисла в воздухе на полпути к его лицу, и прижал её к своей намокшей щеке. — Я счастлив, потому что ты со мной, - он оставил лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони Хосока и прижал её обратно к своей щеке. — Юнги. — Да? — Нас спас Самсунг. — Что? — Если бы мой телефон не записал твою речь той ночью, мы бы здесь не сидели. — Боже, храни Самсунг. — Боже, храни Самсунг! – звонко рассмеялся Чон Хосок.