По зову сердца

Тимофей Ольга какая-то странная сегодня. Который раз наблюдаю за тем, как она разглядывает себя в зеркале. Трогает живот, пытаясь рассмотреть себя со стороны. Что это она сегодня? Может у неё проблемы? — Оля, ты чего сегодня целый день у зеркала крутишься? — Да так, просто смотрю на себя. — С тобой всё нормально? Может ты заболела? — Неа, всё со мной хорошо Тимофей. — Тогда я тебя не понимаю, а зачем живот трогаешь, проводишь по нему рукой? — Тимошка, ты же со мной не делишься тем как у вас с Яном, вот и я молчу. — Но почему? С Яном у нас всё хорошо, даже отлично. Оля, ты пойми меня правильно, я так боюсь, наверное поэтому ничего не рассказываю. — Боишься? Но почему? Ян груб с тобой, а может… — Не фантазируй, Ян вообще готов с меня пылинки сдувать. — Так это же классно Тимофей, значит любит тебя. — Я знаю, боюсь сглазить. Мне кажется я стал таким суеверным. — Да нет, ты влюблён в Яна, этим всё объясняется. — Так, может теперь ты поделишься, что за тайну ты скрываешь? — Тайна? Тимофей, кажется я беременна. — Хм, кажется? А разве так может быть? Беременность она либо есть, либо её нет. — Беременна, срок два месяца. — Вау, я так рад за вас с Виталием. — Но Виталий пока ничего не знает. — Это почему же? — Да блин Тимофей, я сама не знаю как ему эту новость сообщить. А вдруг в его планы не входит малыш? Что тогда? — Вы никогда не обсуждали эту тему? — Да нет, Виталий заботливый, старается угодить мне. Но… — Ты же знаешь, Виталий должен знать правду. — Пока наверное не время, немного подожду. — Ага, давай подруга, пока живот не нарисуется, и Виталий сам не догадается. Отработал день, спешим с Ольгой на остановку, вернее это я её проводил на маршрутку. — Наша маршрутка, может ты сегодня поедешь со мной? Поздний час, чего тащится домой из-за пару минут. — Неа, я хочу увидеть своего зверя, соскучился по нему. На маршрутке час, а так я путь срезаю, двадцать минут и в объятиях Яна. — — Ты такой смешной Тимофей. Я рада за вас с Яном. Ну да, я сам радуюсь себе. Скорее домой, увидеть своего зверя, забыть усталость, тревоги. Сравнялся с гаражами, когда телефон издал любимую мелодию звонка. Мой Ян, только на нём стоит эта красивая песня. Привет, привет, сам себе улыбаюсь. Как же приятно знать, что тебя ждут, что по тебе скучают. — Опа-на, какая прелесть. Мерзкий голос, который я тут же узнал. Всё это время я думал, что никогда больше не столкнусь с Гофманом. От испуга нажал на отбой в телефоне. Презираю себя, почему я такой трус. Стоит услышать голос Гофмана, как я останавливаюсь как вкопанный. У меня нет сил сдвинуться с места. — Вот это удача. Соска, ты ли это? Глазам своим не верю, принцесса помойки нашла клад? Прихлебалы Гофмана дружно заржали в голос. Рады стараться, угодить своему господину. — Это как же ты умудрилась так насосать на такой дорогой телефон? А может ты другими частями тела теперь промышляешь? От страха дар речи потерял? — Я спешу, мне некогда с вами разговоры вести. — Хм, спешит он. Вы пацаны слышали это? Занятой, видимо к своему папеньке спешит. — А ты попробуй работу найти, тогда и твоя жизнь измениться. — Ты это того, умом тронулся? Я и так получу, что захочу. Сейчас, вот видишь у меня новый телефон, только дебилы работают, в виде тебя. — Это мой телефон, отдай. — Терпеть не могу твой голос, бесишь сучка ты меня. Парни заткните сучке рот, хочу его задницу разработать. Видимо его давно никто не трахал уже. Тварь, как больно Гофман дернул за волосы, от боли я вскрикнул в голос. — Не надо, хочешь всё забирай, только меня не трогай. — И так всё возьму, но для начала вспомнишь мой член. Тебе же понравилось, как я тебя тогда оттрахал? Только не это, ещё одно такое насилие над собой я просто не выдержу. Как раз в этом момент мне удалось увидеть Яна. Гофман сильней надавил кроссом на горло. Нет возможности закричать, попросить о помощи. Всё что угодно, только не Ян. Не хочу чтобы он видел меня таким жалким, я не вынесу этого унижения. Что он подумает обо мне? Хорошо если просто уйдёт, ничего не скажет. Пусть оставит, лишь бы ничего не сказал. Всё было так быстро, что я ничего сообразить не мог. Только затем увидел как в руке одного из прихлебаев сверкнул нож. Было поздно, но лезвие ножа сверкнула своим блеском. Нет, только не это. Можете насиловать, топтать в грязь, но не трогайте Яна. За пару секунд в моей голове смешалось всё. Воспоминания, как нам было хорошо с Яном, ласки, нежность. Всего этого я могу лишиться, и самое обидное, что это из-за меня. — Ян, беги отсюда. Я не знаю слышал ли меня Ян тогда, голос срывался, горло болит. Хрипел, пытаясь выдавить из себя хоть слово. Ян так посмотрел на меня, что от страха онемел. Только слышал удары, хруст чьих-то костей, вопли, слова пощады. Не помню себя, как я тогда оказался рядом с Яном, как смог коснуться рукой его плеча. — Ян, не надо, прошу тебя. Ян смотрел на меня таким взглядом, что за секунду я взмок, словно пахал всю ночь целину. Вместо того чтобы разжать руку, Ян ещё сильней сжал её. — Ты мне руку сломаешь. — Я тебе все косточки переломаю тварь. Ты меня сильно разозлил, а это плохо. — Ян, прошу тебя, умоляю, отпусти его. Моя ладонь коснулась руки Яна, парень ослабил хватку, затем отшвырнул от себя руку парня. Руки так трясутся, что не сразу удаётся коснуться ладони Яна. Ян сам приобнял меня, прижал к себе. Я так боюсь, не за себя, за Яна. Мне не жить, если с ним что-то случится. — С тобой всё хорошо Тимофей? — Всё хорошо. — Тут не болит, а здесь? Ян трогал меня, трогал с такой нежностью, что я забыл о страхе. Значит я ему не безразличен, он волнуется за меня, переживает? — Ян, пойдём домой. Совсем забыл от страха, что телефон остался у Гофмана. — Мой телефон, я должен его забрать. Конечно у меня была твёрдая решимость, что я сам смогу вернуть себе свой телефон. Ну да, как я только мог так подумать? Видимо я совсем не знаю Яна. Ян вернулся на прежнее место. С какой злостью он посмотрел на Гофмана. У меня волосы дыбом встали, а Гофман пытался ухмыльнуться, не показывать своего страха. Не помню, что сказал Ян тогда ему, только видел как брызги крови полетели в разные стороны. Жуть, словно я сегодня смотрел самое ужасное кино на свете. Ян вернулся, протянул мне мой телефон. — Солнце моё, с тобой всё хорошо? — Ян… Эн, всё хорошо. — Малыш, ты только скажи, может в больницу, ты пойми меня, я так боюсь за тебя. — Всё хорошо, с тобой Ян хорошо. Коснулся рукой ладони Яна, шёл рядом, боясь потерять своего парня. Уже дома Ян помог мне раздеться, помог с душем. А я смотрел в его глаза, не смея увести своего взгляда. — Ян, тебе стыдно за меня? — Что? Радость моя, что за дурацкий вопрос? — Ты же был свидетелем всего, мне стыдно за себя. Зачем тебе такой парень, который не умеет за себя постоять? — Опять копаешься в себе? Тимофей, поверь мне, есть много людей которые не способны постоять за себя. Это же не говорит о том, что они никому не нужны. В тебе есть другие красивые качества, которые я ценю больше всего на свете. — Другие качества? — Да, ты очень чуткий, внимательный, добрый. Если бы я мог, то ночи мало, чтобы перечислить всё, что в тебе нравится малыш. Ты такой какой есть, и это важно для меня. Как и много раз до этого, Ян вытер меня сухим полотенцем, потом взял на свои руки. — Ян, ты смущаешь меня, поставь меня на пол. — Свою ношу я готов нести хоть всю жизнь. Ян улыбнулся, потом губами коснулся моего носа, чмокнув его. Кажется я до сих пор слышу голос Гофмана. Как его мерзкие руки касаются моего тела. Ян был рядом, его крепкие руки обнимали меня. Мне так спокойно, прижимаюсь к нему, засыпаю. Просыпаюсь утром, рука Яна на моей груди, кажется парень боялся меня потерять. Сам себе улыбаюсь, мой Ян, как же я горжусь тобой. Тихо пытаюсь его поцеловать, как Ян прижал меня к своим губам. — Солнце моё, ещё пару минут сна, плисс, любовь моя. — Ну хорошо, просто я хотел отблагодарить своего спасителя. — Что? Ян как будто не спал, улыбка такая, что самому смешно становится. Только одно слово, и Ян забывает обо всём на свете. — Мой малыш, больше всего я боюсь за тебя. Не замыкайся в себе, я не вынесу если с тобой что-то случится. — У меня есть свой тигр, и мне ничто не страшно, почти ничто. Ян впился своим поцелуем в мои губы. — Как я тебя обожаю мой дорогой, я каждый день готов снова и снова влюбляться в тебя. Знаю как доставить удовольствие своему зверю. Пальчиком коснулся члена Яна, потом чуть откинул одеяло. — Малыш, прошу тебя, возьми его. Ян не просто просил, он скулил, молил меня ласкать его. Мой зверь, он не может без ласки, без секса. Ласкал, нежил своего спасителя. Ян стонал, пытаясь держаться. Смотрю на него, думаю о том насколько его хватит. — Радость моя, сядь на него, прошу тебя. Я так хочу смотреть в твои глаза, касаться руками твоего красивого тела. Меня самого долго не нужно просить. Я не знаю, что сделал Ян, но с ним так красиво, такой кайф, что я забываюсь. Прихожу в себя когда сам излился давно на его грудь. Вот и сейчас Ян руками придерживал мою тушку, потом сам срывался, вгоняя на всю длину свой член. Поднимался, притягивал меня к себе, поцелуй, ещё поцелуй. Его язык проникает в мой рот, сплетаясь с моим языком. Ян немного раздвинул ноги, в глазах потемнело. Его член внутри меня, разрывая моё тело. Ян как бы чувствует меня, меняя угол вхождения своего члена. Каждый раз он находит именно ту точку, от которой я теряю себя. — Малыш, ты как, живой? Поднимаю голову, я давно лежу так на груди Яна. — Ой, я опять излился тебе на грудь? Ян пальцем прошёлся по своей груди, потом поднёс палец к своим губам. — М мм, ты был неотразим Тимофей. — Может тогда в душ? — Душ? В душе у нас давно ничего не было, согласен. Ян снова пальцем коснулся моей спермы, потом попробовал её на вкус. Блин, мне так стыдно. — Тимошкой пахнет, вкус моего парня. — Да ну тебя, я в душ. Ну да, Ян сорвался с кровати, уже в ванной прижал меня к стенке, впиваясь в меня своим поцелуем.