Притяжение вечности

Ей потребовалось не более получаса, чтобы сложить некоторые доступные факты. Так уж получилось, что в изначальном мире Поттер была знакома с вампиром по имени Сангвини. Их первая встреча произошла на вечере у Слагхорна, а вот все последующие происходили через несколько лет после победы. В поисках ответов на свои вопросы, ведьма исследовала и обратную изнанку волшебного мира. Сангвини был старым вампиром, который превратил много волшебников в себе подобных с целью спасти им жизнь. А потом его убили. И вместе с ним погибла вся его кровная линия, куда входили также достопочтенные учёные, меценаты, политики. А всё потому что помимо крови их связывала и магия. Магия же была катализатором обращения и у Майклсонов. — У меня есть некая теория, которую пока не удалось подтвердить. На это меня натолкнули гибриды Клауса, которые ищут одобрения своего создателя. У них есть с ними связь, так как человек был воскрешён и обращён в вампира магией, которая была в крови его создателя. Эта связь в свою очередь связывает вампиров с первородным, который начал кровную линию. — То есть ты хочешь сказать, что... — Клаус первым понял её мысль. — Точно. Кровная связь означает, что жизнь каждого из вампиров связана с жизнью одного из пяти древних. И если кто-то из вас умрёт, то все вампиры, которые входят в вашу кровную линию, умрут вместе с вами. — Это может быть правдой? Морриган пожала плечами, находя утешение в крепких объятиях Элайджи. — Это всего лишь теория, но стоит ей только окрепнуть в умах вампиров, как их собственная кончина заставит тех защищать своих прародителей. Тем более кто знает из чьей линии пошли братья?! — Это может быть правдой. Эстер тысячу лет провела в сверхъестественном чистилище. И если смогла оттуда выбраться, то это для того, чтобы "исправить свою ошибку". Но убить пятерых, пусть и своих детей, слишком просто. Мёртвые старые суки не успокоятся, пока не уничтожат всех вампиров на земле. Ну, что сказать, Майклсоны любили мать также, как и она их. Идеальная семейка. — Но что если они не поверят нам? — Если они не прислушаются к словам, прислушаются к крови. Они все умрут. Услышав их рассказ, молодые вампиры резко поумерили пыл и своё желание убивать. Потому что и сами не знали из чьей линии происходили. А ещё у каждого были друзья или родственники, что непосредственно связаны с Клаусом. У Елены — Дженна. У Кэролайн — Тайлер. А ещё, заложенный пока ещё любящей матерью, где-то на генетическом уровне, потребность защищать своего родоначальника тоже давала о себе знать. И теперь вампиры хотели помешать ритуалу. Только не знали как. — Пусть свяжутся с этой Бонни, — поджала губы Ребекка. — Должен быть способ перекрыть Эстер канал к их силе. Чьей энергией подпитывается Эстер? Вот что не давало покоя ей до этих пор. Эстер рассказала "Елене", что Аяна из рода Беннет сохранила её тело и привязала к магии своего рода. Именно мать и дочь Беннет смогли открыть гроб. И они же являются топливом для Эстер. — Вариант "А", сестрёнка, что если она с Эстер?! "Б" — что если перекрыть нельзя?! "В" — я ничего не понимаю в магии. И "Г" — ты тоже. — У тебя есть план получше, умник? Первородный скосил глаза на Поттер, которая пыталась делать вид, что её нет в комнате. — Мне тоже не нравится торчать тут, пока маменькин сынок готовится осуществить жертвоприношение, Бекка. Но пока у меня готов только один сценарий, зато простой. Нельзя зарядиться от дохлой батареи. Времени с каждым часом становилось всё меньше. Сальваторе совсем не помогали и казалось были почти не заинтересованы в собственном спасении. А сама она знала лишь один способ разорвать связь. Для этого необходимы были зелья, которые готовились как минимум два дня и добровольное согласие каждого из участников. Но также Морриган базировалась на знаниях, магии и колдовстве подобного толка из своего мира. Она допускала, что, если Эстер связала своих детей без их ведома, значит был аналогичный способ разорвать связь. Наконец в дом явились оставшиеся Майклсоны и Клаус протянул ей шкатулку и толстую книгу, обтянутую тёмной кожей. Очень древняя книга. Некоторые записи в ней и вовсе были сделаны на древнескандинавском, хотя и латинских было предостаточно. Её всегда поражали подобные кулинарные книги ведьм, ведь каждое заклинание, созданное ведьмой, уникально. Возможно, нынешним ведьмам хватало одной единственной книги на всю жизнь, тогда как её коллекция подходила больше шеф повару. Однако прикоснуться и исследовать гримуар Эстер всё равно хотелось нестерпимо. — Я нашёл. Нужна наша кровь и заклинание разрыва. Попробуешь, ведьма? Морриган твёрдо кивнула, потому что знала — никогда нельзя сдаваться, пока игра не доведена до конца. Тем более несмотря на характеристику Кола, оказавшимся действительно опасным к тому же весьма обидчивым, как это свойственно всем психически неуравновешенным существам, будь то люди, вампиры или кто-то ещё — а обиженный древний вампир… брр, она привязалась к ним, найдя своего рода замену семье, которой у неё никогда не было. Что её по-настоящему привлекало в семье первородных, они могли ругаться, как собаки, но, в конце концов, умрут друг за друга. По крайней мере, они знают, что такое семья. Морриган завязала волосы в высокий хвост, зажигая на столе свечи. При наличии крови всех участников, действительно связь можно было разорвать, хотя сил подобное колдовство отнимало много. Перечитав перевод заклинания из книги любезно сделанный младшим древним, Морриган начала один за другим выливать на гладкую поверхность стола алую субстанцию, которая даже в статичном состоянии стремилась к объединению. Несколько раз ударив Кола по рукам, чтобы он не лез куда не следовало, Поттер таки пригрозила ему превращением не в кролика, а в лича. — Я думал, некромантия запрещена, — обиженно и в то же время восхищённо проговорил тот. Сыну ведьмы по-настоящему нравилась магия, поэтому несмотря на некоторые проблемы в их отношениях, он предпочитал проводить время рядом с ней. — Как и секс до свадьбы. Не забивай голову глупостями. Пришлось пообещать поднять для него парочку трупов, чтобы показать, что она и такое может, прежде чем Кол смирно сел рядом. По мере прочтения заклинания, смешанная кровь вампиров стала разделяться, демонстрируя полный разрыв связи, дамокловым мечом нависающей над древними. Процесс завершился благополучно. Для справки, Кол резанул себя ножом, вспоров вены, а у Ребекки кожа осталась совершенно гладкой и чистой. С одной стороны, они уже нарушили некий план Эстер, отменив предыдущий этап её колдовства. А с другой, никто так и не узнал в чём же заключался финальный штрих этой многоходовки. Угроза продолжала висеть над головами первородных. Расслабляться было преступно рано. Морриган вполне можно было отойти в сторону и предоставить решать всё вампирам, они наверняка бы прекрасно справились, но ведьма уже вышла на тропу войны. Иногда, бездействовать означало действовать во зло. Большая часть семьи, пожалуй, удивились, что она намерена продолжить их битву. Испокон веков ведьмы ненавидели вампиров, считая их существование — осквернением природы. За целое тысячелетие едва ли набралось десятка три представителей и представительниц этого движения, которые помогали вампирам по зову своего сердца. Чаще всего это был шантаж, угроза пытками или убийствами. Юная Грета Мартин была исключением из общих правил, о чём говорило удивление отца и брата. Вмешательство Поттер могло показаться слишком навязчивым, но Морриган знала — лишь магия способна победить магию. — Ты понимаешь, что ты подвергаешь себя опасности, помогая нам, Морриган? М... Эстер сильна. Очень сильна. Она питается энергией предков, которые хотят нас уничтожить. Бекка была непростой девушкой. Ревнивой, злой, самодовольной, эгоцентричной и кровожадной. Однажды Поттер застала то, как она с Клаусом обсуждали способы избавления от вербены в крови. И в итоге гибрид, смеясь, признался, что у него не так много опыта в причинении боли. И в тоже время Ребекка в глубине души была чрезвычайно одинокой, способной к сочувствию, сопереживанию, любви. Она запретила Колу убивать Мэтта, с которым танцевала на балу. Она пыталась поддерживать вокруг атмосферу уюта, вспоминая о счастливом прошлом. А после решила вдруг помочь своему другу найти таинственного серийного убийцу, появившегося в городе. Хотя не исключено, конечно, что флирт блондинки был связан с тем, что она враждовала с Еленой, заколовшей её, а Мэтт был другом детства Гилберт. — Ты плохо её знаешь, Бекка, — покачал головой Элайджа, притягивая её на свои колени. — Морриган не в опасности. Она — опасность. Девушка благодарно улыбнулась своему вампиру, всем своим видом обещая вознаградить его порцией крови. В последнее время остаться наедине и просто побыть вдвоём совсем не получалось. Их комнаты стали проходными для семьи первородных, не знающих стыда и совести. И если бы не насущная проблема в виде древней ведьмы, которая не успокоится пока не убьёт свою семью, то ноги бы их уже здесь не было. Кольцо с бриллиантом по-блядски блестело на её пальце, но они так никуда и не сдвинулись с места. — Кол, ты охраняешь книгу, — приказал гибрид, намереваясь снова исчезнуть в неизвестном направлении. — Полагаюсь на твою совесть. — Ты полагаешься на то, чего нет, — крикнула ему в спину Ребекка. Найти место проведения ритуала, где скрывались Эстер и Финн было непростым делом, потому что, естественно, она спрятала себя магией. Морриган не думала, что те исчезли где-то далеко за пределом города, но Мистик Фоллс испокон веков считался местом силы. Проверить каждое заброшенное здание, алтарь, место пересечения лей-линий и очаг жертвоприношений в одиночку бы не получилось. Вампиры разделились. Морриган не ожидала, что ей поступит звонок от Дэймона, который в данный момент сотрудничал с Клаусом. — Ты уверен, что они могут быть в доме ведьм? Оказывается, в этом доме Стефан прятал гробы с первородными, которые украл у Клауса. Когда-то давно в этом месте стоял старый особняк Сальваторе и там в девятнадцатом веке Городской совет сжёг несколько ведьм. В целом, подходило под заданные условия. — Нет, но, если их там нет, у нас остаётся ещё минут тридцать. И явилась Морриган к подножию холма очень вовремя, поскольку успела заметить двух ведьм. Молодую Бонни Беннет и её мать. Ко всему прочему здесь была зона с сильным магическим полем. «Они здесь» — отправила сообщение Морриган Элайдже, садясь на траву в позу лотоса, выжидающе глядя на моложавую светловолосую ведьму. Солнце почти зашло за горизонт, уступая власть потемневшему небу. Эстер с помощью Финна уже начертила защитную пентаграмму и зажгла факелы — пять на каждого из детей. Яркий огонь озарил тёмное пространство. — Что за заклинание? — наконец спросила Эбби, чем крайне порадовала Поттер. — Как ведьма, превратившая их в вампиров, я могу отменить заклинание. Когда они снова станут людьми, они будут смертными. Так как все дети связаны, мой храбрый Финн станет жертвой. Умрёт он — умрут все. — И ты готов умереть? — воскликнула Бонни. — Мама освобождает меня от вечного позора, — возразил тот спокойно. — Это не жертва. Это дар. Эстер подняла было руки к небу, готовясь начать читать заклинание, но Морриган опередила её, снимая невидимость. — Что-то не так, мама. Тут кто-то есть, — Финн сразу ощутил чужое присутствие. — Добрый вечер, Эстер. Прекрасная погода, чтобы изгнать зло, — насмешливо протянула женщина, демонстрируя своё появление колдунье. — Что бы ты о них не думала, убийство собственных детей, это жестоко. Кстати, ты же знаешь своего мужа? Так вот, он помер. Та явно не ожидала гостей, поскольку на мгновение потеряла концентрацию, сжала зубы, в глазах промелькнула искра недовольства, но также быстро испарилась. Казалось, ту невозможно было смутить смертью её семьи. — Это не важно, — покачала она головой. — Майкл уже не тот, что был раньше. Он помешался на своей мести и ярости, став подобием своих детей. А как ты можешь помогать им по доброй воле? Они сущие проклятья! Я лишь сожалею, что не позволила им умереть тысячу лет назад! Поттер откинула длинные волосы назад, с презрением глядя на женщину, что когда-то звалась матерью. — Слышала старую легенду? Кай вонзает Герде нож и просит: потерпи, смерть не торопи. Так может ли кто-то быть злом просто потому, что он следует зову своей природы? Они ходили по кругу, потому что Эстер знала, едва она покинет его, то лишится защиты. А Морриган намеревалась запереть ведьму в её же защитном куполе. Нет входа. Но и нет выхода. — Я хотела защитить их. — Теперь это буду делать я, — Морриган сделала фальшивый книксен. — Слышала, что у тебя якобы просто удивительный уровень сил. — Возводи в квадрат обо мне всё, что слышишь ты, — насмешливо подмигнула Поттер, не желая тратить силы на бесплодные доказательства. — О, ты просто бахвалишься. А на деле не можешь повторить, потому что лишена своего могущества, — та пренебрежительно взмахнула рукой, словно отметая все остальные объяснения. — Бонни? Ведьма Бонни по словам Дэймона была сильной ясновидящей и могла ощутить угрозу, исходящую от человека, также почувствовать ведьму или вампира. И достаточно было лишь коснуться человека. Она обещала вырасти в могущественную колдунью с должным обучением. Та неуверенно шагнула к ней и дотронулась до руки. Морриган усмехнулась краешком губ, когда девушка дёрнулась с полного ужаса глазами. Она добилась того, что хотела. Увидела, что скрывается за фасадом Морриган Поттер. И теперь должна была решить, хочет ли ощущать прикосновение Смерти на своих руках и дальше. — Прости, но я не приглашу тебя на свадьбу, Эстер. — Ты ещё не поняла, девочка? Не будет свадьбы. В этой игре выиграю я, либо никто! — Они идут, мам, — Финн мгновенно почувствовал своих братьев. — Нет, ещё слишком рано. Луна ещё не полная. Уходите быстрее, — приказала та Беннет и, Бонни, в последний раз, обернувшись на Гарри, потянула мать, скрываясь в темноте. Неожиданно из темноты раздался знакомый, отдающий ледяным презрением голос: — Хватит, мне наскучила эта болтовня. Заканчивай, Морриган. Мы вернём тебя в ад, мама. — А вот и мой плохой мальчик, — растянула губы в улыбке Поттер. Женщина в магическом кругу обратила всё внимание на сына. И убедившись, что вампиры не могут перешагнуть её защитный круг, стала куда увереннее. — Вы опоздали, Элайджа. Всё уже решено. Все мои дети связаны вместе. И сейчас я закончу то, что должна была сделать тысячу лет назад. — Нет, — Поттер вышла вперёд, слегка прикрывая своим телом Элайджу, прежде чем он успел что-то ответить. — Ни он, ни я, ни остальные твои дети не станут смиренно дожидаться гибели. Ну, кроме Финна, но кажется у него отсутствует инстинкт самосохранения, как данность. — Девочка, — снисходительно произнесла Эстер Майклсон, — похоже, ты не совсем понимаешь истинного положения вещей. Элайджа — мой сын и моё проклятие. И я избавлюсь от него. И от тебя в том числе. — Нет, — уже твёрже повторила Морриган, позволяя своей магии вырваться наружу, в воздухе отчётливо запахло озоном. — Это Элайджа принадлежит мне душой и телом, а не я ему. Это моя магия и кровь в его венах. Он больше не твой сын, и не твоё создание, он моя собственность, мой артефакт, если угодно. Всё сказанное было правдой. Поттер обернулась, почувствовав прикосновение Элайджи к локтю. Пора. Скоро батарейка Эстер должна сдохнуть. — С твоей стороны, Поттер, будет благоразумнее подчиниться прямо сейчас, и тогда ты не пострадаешь. Я даже пообещаю закрыть глаза на твоё прежнее упрямство. — С твоей стороны, Эстер, — передразнил женщину Клаус, — я бы не стал спорить с нашей ведьмой. И сдался бы. Тогда так и быть мы сохраним твою жизнь. И к твоему сведению, в моих планах на жизнь смерти нет. Та расхохоталась, запрокинув голову. — Похоже, я была слишком снисходительна. Как всегда, добро себя никогда не окупает. И не обращая никакого внимания на происходящее за кругом, ведьма начала читать заклинание, пока ещё не понимая, что её усилия бесполезны. Кол слишком наигранно попытался снова пересечь защитное поле, и, столкнувшись с неудачей, сделал вид, что очень расстроен. В очередной раз, когда Эстер замолчала, вдыхая воздух, чтобы после продолжить читать катрены, магическое пламя стало блекнуть, как будто у той действительно начала садиться батарейка. Ай да Сальваторе. Действительно прервал род Беннет и даже не колебался. — Сёстры? Нет! Что случилось? Куда вы делись? — Эстер мгновенно изменилась в лице, с пугающей обречённостью она стала оглядываться по сторонам. Пламя в магических факелах нервно затрепетало, а затем взметнувшись последний раз вверх, ослепляя всех вокруг, потухло. Только вот этот фокус не сработал. Эстер, осознав провал, решила сбежать, но не смогла переступить свой же защитный круг. И когда та это поняла, Морриган позволила себе злорадно ухмыльнуться. Вновь зажжённые факелы осветили испуганное лицо ведьмы. — Ты что-то говорила о правосудии? О трусости? Я покажу тебе, что такое страх... и познакомлю с правосудием смерти. А затем позволила своей магии выплеснуться наружу, направив её на древнюю ведьму. Удушливый запах силы Эстер исчез, воздух наполнился горячей гудящей энергией. Та пошатнулась, но устояла, хотя ей и пришлось отступить на шаг назад. А вот Финн упал на колени. На долю секунды на лице древней ведьмы проступил страх, но она тут же вернула себе невозмутимое выражение. В теле Морриган Поттер всю её жизнь была заключена чудовищная мощь, которую не каждому было под силу обуздать. Попытавшись выбраться из собственной ловушки, женщина атаковала противницу, но вместо этого ощутила то, что испугало Бонни Беннет — холодные прикосновения самой Смерти, что стояла позади хрупкой смертной с пылающими зелёными глазами. Чёрный туман, вившийся у ног первородных, впитывал силу и жизненную энергию ведьмы. — Кто ты? Демон? — прохрипела ведьма, чувствуя, как силы покидают ослабленное тело, лишённое поддержки рода Беннет. — Узнаешь это в аду, сучка. И утроив усилие, Морриган продолжила поглощать магию Эстер, наблюдая, как под тихий, похожий на шелест песка звук, та буквально начала рассыпаться. Её прекрасные светлые волосы поседели и клоками сползали с головы, кожа посерела и потрескалась, а в некоторых местах начала осыпаться. Забирая силу ведьмы, Поттер не учла, что её телу, пусть и сохранённому магически, уже тысяча лет, и не каждый камень может прожить столько, не говоря уже о человеке. А когда к тому же исчезло то, что её поддерживало, когда разорвалась её связь с родом Беннет, плоть ссохлась и мгновенно состарилась. Вот уже от той остался только остов, похожий на фигуру из тонкого серого песка, но и он рухнул, осыпавшись в складки её золотого брючного костюма. — Похоже, мы официально сироты, — прозвучал бодрый голос Кола позади. Всякая магия сопряжена с риском, даже та, что отнимает магию. Морриган ощущала себя переполненной магической батарейкой. Воздух вокруг неё был наэлектризован и гудел от напряжения. Она развернулась, ища куда бы сбросить излишек этой энергии, и успела заметить, что Финн, увидевший кончину матери, предпринял ещё одну попытку к побегу. Только прежде чем это случилось, поскольку барьер со смертью Эстер пал, Кол уже был рядом. — Куда-то собрался, брат? Ребекка присоединилась к брату. В то же мгновение из-под полы кожаной куртки младшего Майклсона появился кол из белого дуба, который после её смерти забрал себе Клаус, а она так и не додумалась его вернуть. И с самой безумной мстительной ухмылкой загнал острый конец прямо в сердце брату. Тот упал на колени, расправив руки и замер, но уже навсегда. — Кол! — зарычал гибрид на младшего брата. — Ой, нужно лучше прятать свои игрушки, Клаус. — Паршивец. — Как тебе это удалось? Что? Кто ты? Больше всего очевидная демонстрация её сил впечатлила именно Клауса. Дабы не было лишних вопросов, она поспела ответить: — Люди всегда винят демонов, когда их грандиозные планы проваливаются. И кстати, магия могущественна, но не всемогуща. А смерть — есть смерть. Ваша мать больше не вернётся. Голова Морриган продолжала гудеть от переполняющей её тело магии. В последний раз подобным образом она поглотила силу у самого Тёмного Лорда, и ведь зареклась однажды больше не допускать подобного. Но для того, чья силы начинает исчезать на глазах, это являлось величайшей пыткой и страхом. Эстер считала себя всемогущей и поплатилась за это. И теперь для восстановления баланса своего ядра, ей было необходимо выплеснуть накопившуюся энергию. Хогвартса, чтобы начать восстанавливать древний замок, здесь не было. Зато был кое-кто другой, кому требовалась её помощь. И хотя она и знала, что дальнейшее лишь вызовет новые вопросы, заставила всех Майклсонов обступить себя по кругу. — Все знают, что, во время стычки с Майклом, кое-что произошло. — Ага, он свернул тебе шею! И ты была мертва. — Ха! Вампиры! Постоянно твердят о жизни после смерти, а попробуй воскресни — радости на их лицах ты не увидишь! — закатила она глаза. — А если серьёзно, то пока я «отдыхала», встретила кое-кого, кто хотел бы увидеть вас. — Ещё один наш мёртвый родич? — Сарказм, Клаус? — Я? — поднял руки вверх гибрид. — Да никогда! Хотя вполне справедливо сомневаться в добрых намерениях, желающих пообщаться с древними. — Вам знакомо имя Хенрик? — тем не менее продолжила Морриган. — Это наш... это наш младший брат, — пробормотала Ребекка. — Он погиб до того, как нас обратили. — Вы сможете поговорить с ним. — Зачем? — с тщательно скрываемой болью в голосе произнёс Никлаус, — чтобы услышать, что он нас ненавидит? Винит в своей гибели? — Чтобы услышать, что он не винит вас, — твёрдо произнесла Морриган. — Ты не веришь никому, Клаус, но уж его-то слова тебя убедят. Я знаю, это поможет. Мне стало намного легче, когда я поняла, что крёстный не сердится на меня. — И что ты хочешь взамен? — напряжённо спросил Никлаус. Поттер ответила с некоторой заминкой. — Ничего. Мне это в общем-то ничего не стоит. Потому что это не ради него. И даже не ради Элайджи. Она делала это ради мальчика, который тысячу лет следовал за свой семьёй, не в состоянии уйти на покой. — Ничего? — странным тоном переспросил гибрид. — Тебе и оживить человека ничего не стоит? — Технически, он не будет ни призраком, ни вампиром, ни зомби, но и полностью живым его назвать будет сложно. Давайте уже начнём. Поттер не захотела продолжать развивать эту тему, поэтому обратилась сразу ко всем вампирам: — Думайте о Хенрике. И с этими словами, пользуясь своими полномочиями, призвала одинокую душу. Вампиры застыли словно каменные изваяния, даже дышать перестали. Морриган сразу ощутила присутствие рядом потусторонней сущности и медленно повернулась. Невозможно описать то ощущение, которое возникает, когда рядом с тобой стоит кто-то, пришедший из-за грани, в языке просто нет таких слов. Когда Поттер пользовалась Воскрешающим камнем в первый раз, то была слишком напугана приближающейся смертью и слишком рада встрече с родителями и Сириусом, чтобы чувствовать что-то ещё. Со временем ощущения притупились, но никогда полностью так и не исчезли. Посреди поляны стоял парень, едва вошедший в переходный возраст, одетый в простую рубашку и штаны. Его удлинённые волосы по той моде, слегка касались основания челюсти. Только вот их цвет было трудно определить. Вся его фигура была словно снята на чёрно-белую плёнку. Ни один из вампиров так и не пошевелился. И вместо того, чтобы обнять своих родных, Хенрик первым делом подошёл к ней и вдруг опустился на колени, опустив голову. — Повелительница, это такая честь. Спасибо вам. Мальчик прикоснулся к её руке, и Морриган почувствовала, как холодеют кончики пальцев и тот впитывает излишек энергии в себя. Фигура Хенрика тем временем начала наливаться красками, все оттенки серого постепенно сменялись бело-розовым для кожи и каштановым для волос. Сейчас он выглядел почти как живой человек, слегка присыпанный пылью. Зато поглощённая чужеродная сила Эстер позволила юному Хенрику увидеться с семьёй и побыть с ними так долго, сколько он пожелает. — Постарайся не прикасаться к ним слишком долго, и уходи сразу же, как только станет тяжело. Существовать в мире, который он уже покинул, ему будет тяжело. — Спасибо, Повелительница. Ведьма посмотрела на Элайджу. — Позвони мне, когда закончите. Исчезая в разломе пространства, Морриган услышала звонкий голос Хенрика: «Нико, ты совсем не изменился». Звонок раздался лишь через несколько часов. Она уже успела привести себя в порядок, принять душ, почистить организм специальным зельем и даже почти собралась поспать. Появившись всё на той же поляне, она увидела всех, кроме Хенрика. — Спасибо! — первым делом к ней кинулась Ребекка, больше всего проникшаяся подарком ведьмы. Далее её обнял Элайджа да так крепко, что казалось её кости вот-вот треснут. Раньше они не осуждали подобный аспект её дара, впрочем, и о Хенрике она узнала совсем недавно. — Он ушёл? Теперь навсегда? — Да. Теперь он свободен. Его душа отправится на перерождение в любой момент, когда он того пожелает. Обычно все уходят очень быстро. Они вернулись в особняк живыми, здоровыми и относительно не травмированными. Майклсоны окончательно лишились двух членов семьи. И вместе с последним зыбкая теория вампиров о смерти кровной линии подтвердилась, так как в городе на данный момент обитали двое из линии Финна. И оба же умерли примерно через час после кончины своего родоначальника. Единственной, кто скорбел по брату, была Ребекка, но даже она понимала, что подобный исход был неизбежен. — Кто же ты такая, Морриган Поттер? — пробормотал Клаус таким тоном, будто желая препарировать её на месте. Элайджа прижал её к себе ближе в защитном жесте, похоже так до конца и не понимая, что его семья не несёт опасности для неё. Хотя Клаус, несомненно, был близок к отгадке на свой вопрос. И если Элайдже она сообщила о своём прошлом мире самостоятельно, то гибрид мог догадаться и сам. И скорее раньше, чем позже. Она вздохнула. — У всех есть свои секреты. У волшебников больше, чем у кого бы то ни было. Если бы мы знали чужие тайны, это был бы очень странный мир. Кроме того, исчезло бы удовольствие их открывать... Но я не боюсь секретов тех, кому доверяю, а им не надо бояться моих. Это часть того, что называют дружбой. И сейчас я делаю этот шаг к вам навстречу. Я не просто ведьма, Клаус. Ты уже знаешь, что я отличаюсь от других тем, что черпаю свою магию не из земли. Нет, моё колдовство идёт изнутри. От крови. И ко всему прочему я — Повелительница смерти.