Глава 4
Аль-Хайтам стоял перед зеркалом, застёгивал свой плащ и думал о вчерашнем. Кавех теперь наверняка понял, насколько ему легко влиять на него. Почему-то сегодня это не расстраивало так сильно, как могло. К тому же, если Кавех из-за этого решит остаться в этом доме, то его цель будет достигнута, пусть и довольно высокой ценой. Осталось только разобраться со сплетней про Дешрета. И с Эльбрусом, или как там его.
— Аль-Хайтам, — позвал его Кавех хриплым голосом. Он накинул рубашку, как попало и толком не запахнулся, спеша застать соседа прежде чем тот ушёл.Аль-Хайтам обернулся.
— Кавех.
Вряд ли этот растрёпанный сонный человек стал бы сейчас думать, как лучше надеть рубашку перед тем, как выйти из комнаты. Наверняка это не было попыткой соблазнения. Но попытка удалась.
Кавех покраснел и отвёл глаза, когда поймал взгляд аль-Хайтама. Было ужасно стыдно. За позавчерашнее, за вчерашнее, за свой расхристанный вид, за поведение неподобающее прославленному архитектору Сумеру. — Прости, — выдавил он, наконец.— За что? — аль-Хайтам подошёл ближе и потянул за шнуровку на чужой рубашке, аккуратно её затягивая.
— За всё, — Кавех стоял низко опустив голову. Решил добавить немного конкретики. — За то, что облапал тебя… Тогда в ванной…— Лучше бы извинился за то, что пьёшь как свинья, — наконец, рубашка была поправлена должным образом. Стало немного спокойнее. — Сегодня оглашают результаты по проектам, а ты выглядишь как непросыхающий алкаш. Будешь читать благодарственную речь с перегаром?
— Лучше бы я вообще не извинялся, — поднял гневный взгляд на аль-Хайтама Кавех.— Возможно, — Хайтам заглянул в даже сейчас светящиеся глаза. — Всё равно это ничего не изменит.
Он отошёл к двери.
— Не опаздывай.
Кавех хлопнул дверью в свою комнату в ответ. "Он просто невыносим! Как можно в ответ на искренние извинения отчитать снова?!" Кавех пнул ни в чём не повинный комод и ушиб ногу.В академии царило оживление – объявление решений комиссии проходило публично, ожидалось большое количество зрителей. Еще неделю назад аль-Хайтам смог отбиться от официального участия в церемонии, поэтому мог незаметно присоединиться к зрителям и убедиться, что всё пройдет по плану.
Кавех успел вовремя. Он привёл себя в порядок с особенной тщательностью, помня слова аль-Хайтама, что выглядит, как алкоголик. Мужчина нервно теребил ручку мехрака, заняв своё место и оглядывая собравшихся. Заметил аль-Хайтама среди зрителей и сразу напрягся. Он же всегда принимает участие в официальной части, а теперь решил затеряться в толпе? Он что-то задумал? — Кавех, удачи! — крикнули ему откуда-то из первых рядов. Глаза Кавеха потеплели. Элбер пришел его поддержать. Мужчина улыбнулся и благодарно кивнул ему.Аль-Хайтам стоял с теми, кому не нашлось места в зале, но все равно слышал крик Эльбарда. И чего он не угомонится… На церемонии не произошло ничего интересного – Кавех был среди победителей, как и ожидалось.
Кавех ликовал. Его захлестнула чистая эйфория. Почти как тогда, когда он закончил работу над Алькасар-сараем. Он произнес довольно стандартную благодарственную речь и сбежал по ступеням. А аль-Хайтам это видел? Кавех больше не смог разглядеть его в толпе, когда поднялся на трибуну. Надо скорее ему рассказать! Кавех забыв обо всём, наполненный только чистой радостью, стал энергично пробиваться через толпу в сторону выхода из зала и вдруг замер, ошеломлённый. Это что за радостный рывок? Почему ему было так важно поделиться этой новостью с аль-Хайтамом? Для чего? Чтобы тот похвалил его? Кавех залился краской. Кажется у него едет крыша.— Секретарь аль-Хайтам, а как вы относитесь к теории про то, что вы – реинкарнация царя Дешрета?
— Нет, — отрезал аль-Хайтам. Желание наблюдать за Кавехом резко пропало.
На них обернулось два человека, их заинтересованные взгляды приклеились к коже. Аль-Хайтам уже устал от толпы за последние два чала, у него совершенно не было сил взаимодействовать с ней сейчас. Поэтому он развернулся, чтобы…
— Аль-Хайтам?! Это вы?
Нет. Не он. Аль-Хайтам отодвинул тело рукой и бросился на выход. Сразу на выходе была толпа весёлых студентов, видимо праздновавших сдачу очередного экзамена. Хайтаму показалось, что все они, как один бросились к нему.
— Господин секретарь, а вы...
— Аль-Хайтам!
— Это же Дешрет!!
"Нет!"
— Отойдите, — скомандовал он, теряя терпение, но его никто не послушал. — Прочь!
Люди подходили всё ближе и ближе, смешиваясь в однообразную кричащую массу. Пугающе-непредсказуемую. Кто-то коснулся его плеча, кто-то заглянул в глаза и что-то крикнул.
"Не надо. Разойдитесь!"
В стенах академии было строго запрещено использовать элементальную силу, но аль-Хайтама захлестнула паника. С рыком он раскинул руки в стороны, призывая Дендро и создавая вокруг себя барьер. Толпа охнула и отодвинулась, но уже через секунду барьер упал, оставляя его беззащитным. Шум возобновился. "Надо было всё-таки поправить наушники", — мелькнула последняя мысль, а потом Хайтам упал на колени, накрыв руками холодные металлические панели в попытке отгородиться, и зажмурился.
— Уйдите, — прошептал он, боясь открыть глаза. — Оставьте меня в покое...
— Я рядом, я здесь, пойдем, — голос Кавеха едва-различимо раздался у самого его уха закрытого наушником. Его тёплые ладони легли на плечи аль-Хайтама. Мехрак звенел, со свистом раскручивая вокруг них двуручник Кавеха. Мужчина был невероятно зол. Первое, что он увидел, выйдя из Академии, — взбудораженную толпу, окружившую что-то интересное. Сперва он хотел пройти мимо, но толпа выкрикивала имя его соседа. "Надо было раньше понять." — думал Кавех, разрезая толпу, проскальзывая в неё ужом. Аль-Хайтам не просто так держался обособленно от всех. Ему всегда была неприятна толпа и не только потому, что он держал всех за непроходимых идиотов. Кавех и раньше замечал, что аль-Хайтам каменел, оказываясь в окружении большого количества людей, внимание которых было приковано к нему. Но никогда не задавал вопросов. Сперва он возвёл защитный барьер, плюнув на всякие правила, заставляя всех отступить на несколько шагов. А затем вынул свой двуручник. Кавех боялся причинить кому-либо вред. Но ещё больше он сейчас боялся за аль-Хайтама, бессильно сидевшего на коленях на земле. — Аль-Хайтам, ты слышишь меня? — снова позвал его Кавех, мягким голосом, — Пойдем со мной. Мехрак начал сбавлять темп, но Кавех запустил его снова, видя, что ещё не все желающие посмотреть в глаза секретаря разошлись.Аль-Хайтам смог только покачать головой. Никого он не слышит. Но отсюда надо исчезнуть, поэтому он поднялся вслед за руками Кавеха – это же его руки? Хайтам умрет, если нет, – и позволил увести себя.
На площади перед Академией появился Сайно. Почувствовал несколько всплесков дендро-магии и явился устроить разнос. Появление генерала махаматра отбило всякое любопытство у последних желающих. И очень вовремя. Мехрак жалобно звякнул от перегрузок и ушёл в спящий режим. Кавех мысленно чертыхнулся. Надо будет ещё его улучшить. Но потом, всё потом. — Сайно! — позвал он друга, придерживая руку Хайтама на своих плечах, позволяя опереться на себя. — Кавех, что случилось? — Сайно не нужно было просить о помощи, он подхватил аль-Хайтама со второй стороны. — Потом, позже. Помоги довести его до дома, — попросил Кавех, понимая, что одному ему аль-Хайтама не унести.— Отпустите, а, — тихо попросил Хайтам. Он мог идти сам, точно мог.
Он попытался незаметно освободить руки из чужого захвата. Чтобы потом сбежать в кусты, но об этом им знать не стоит. Аль-Хайтам вспоминал самый незаметный и безопасный путь до дома. Если свернуть вон там, то вероятность повстречать случайных прохожих снизится почти до нуля.
— Аль-Хайтам, ты как? — с тревогой спросил соседа Кавех, послушно отпуская его руку и отодвигаясь от него. Наверное, будет правильным решением дать ему сейчас пространство. Сайно поступил также.— Порядок, — ответил в пустоту аль-Хайтам и направился к нужному повороту. Так, осталось сто метров, и будет проще.
Кавех и Сайно последовали за ним, идя на некотором отдалении. — Так что случилось, Кавех? Почему ты начал размахивать мечом около Академии? — Сайно посмотрел на друга. — Это всё из-за той дурацкой статьи, про то, что аль-Хайтам – реинкарнация Дешрета, — Кавех в беспокойстве покусывал губу, глядя в спину аль-Хайтаму. — А, читал что-то такое… — Сайно задумчиво кивнул, — Но я думал, это юмористическая статья. — Как видишь, кроме нас с тобой не многие посчитали эту теорию смешной, — тяжело вздохнул Кавех, — Налетели, как стревятники! Я и не сдержался, прости. — Ничего. Но объяснительную потом написать всё-равно придётся, сам понимаешь, — Сайно не видел ничего предосудительного в поступках друга, но бюрократия есть бюрократия. — Да, конечно, — Кавех кивнул.Аль-Хайтам резко сделал шаг влево, пытаясь скрыться из света фонарей, но потом остановил себя. Сайно – дурацкий шутник. Кавех – просто дурацкий. И тёплый. Им можно доверять. Благо, до дома было уже недалеко. Сайно не стал заходить в дом. Убедившись, что аль-Хайтам добрался до дома без происшествий, матра попрощался и пошел обратно в Академию. Как только за ними закрылась входная дверь, Хайтам прислонился к стене и медленно сполз по ней, выдыхая.
Кавех присел в метре от аль-Хайтама с тревогой глядя на него. Можно ли сейчас приблизиться? Или лучше не надо? — Аль-Хайтам, ты как? — спросил Кавех в третий раз.Хайтам открыл глаза и устало посмотрел на Кавеха. Стянул с головы наушники. Кавех не желает ему зла, ему можно сказать.
— Хреново.
— Я могу что-то для тебя сделать? — Кавех невольно придвинулся чуточку ближе.— Давай просто посидим в тишине? — предложил аль-Хайтам, чувствуя смертельную усталость. Руки потихоньку переставали дрожать.
Кавех сразу замолк и согласно кивнул. Он встал и пошёл на кухню, чтобы заварить чай. Кажется это то, что сейчас нужно.Аль-Хайтам через некоторое время поднялся и пошёл вслед за Кавехом. Чайник тихо закипал. Кавех тихо звенел чашками. Аль-Хайтам не удержался, подошел к нему со спины и уткнулся лбом в загривок.
— Спасибо, Кавех.
Кавех замер на несколько секунд. Потом оставил чашку, развернулся и крепко обнял аль-Хайтама, устраивая его голову на своем плече. — Не пугай меня так больше, пожалуйста, — тихо попросил он Хайтама.— Я не хотел, — пробубнил аль-Хайтам. — Я не могу это контролировать.
"Касаться его всегда было так успокаивающе?"
Кавех взял его лицо в ладони. — Зачем же ты тогда пошёл в толпу?— Пытался уйти, — попытался пожать плечами. — Не получилось. Я не должен был так реагировать.
Они снова были так потрясающе близко. Оказывается, они были практически одного роста, раньше аль-Хайтам этого не замечал.
Сердце Кавеха снова начало биться чаще. Он чувствовал руки Хайтама, обнимающие его в ответ. Почему-то сейчас ему расхотелось говорить аль-Хайтаму, что он выиграл конкурс и теперь может съехать. Кавех, не успев это обдумать и проанализировать, следуя не поддающемуся логике порыву, неожиданно потянулся вперёд и поцеловал его. Аккуратное соприкосновение губ, практически целомудренное и такое искреннее.Через пару секунд аль-Хайтам отстранился.
— Теперь ты меня поцеловал.
— Один-один, — смущенно отозвался Кавех, отводя взгляд. Сердце в его груди теперь колотилось, как бешеное. "Зачем я это сделал?" Он выпустил аль-Хайтама из рук и повернулся к закипевшему чайнику, полыхая точно, как и огонь под ним.— Повторишь, когда я приду в себя? — спросил аль-Хайтам у выреза на спине.
Треугольничек бледной кожи манил нещадно. Не удержавшись, Хайтам очертил его пальцами.
Кавех вздрогнул и чуть не плеснул кипяток мимо чашки. Он не понял, что смутило его больше. Просьба аль-Хайтама или его прикосновение. — Смотря...— Кавех кашлянул, чувствуя, что перестаёт владеть голосом, — Смотря как ты будешь себя вести. Он обернулся, всё ещё полыхая смущением, и протянул аль-Хайтаму его чашку.— Мы с тобой совершенно непохожи, — чашка приятно грела пальцы аль-Хайтама. — Ты напрочь лишен логического мышления, и из-за этого мы не можем говорить на одном языке. Ты злишься и кричишь на меня каждый день. Но сегодня ты нарушил правила академии ради меня. Есть небольшой шанс, что тебя лишат членства после такого.
Наверное, дальше должен был идти вопрос или вывод, но Хайтам слишком устал. Он мог только сесть за кухонный стол и отпить чаю.
Кавех глубоко вздохнул. Что ж поделать. Идиллия длилась недолго. Прежний занудный аль-Хайтам вернулся. Кавех сел напротив него за стол и тоже отпил свой чай. — Вряд ли меня лишат членства, учитывая, что сегодня я выиграл грант на финансирование моего проекта, — скучным голосом сказал Кавех, — Тем более, у меня есть свидетель не из последних.— Возможно, ты прав, — кивнул Хайтам. — И наказание скорее получу я.
Его это устраивало. Некоторое время они сидели молча. Чай заканчивался. А вечер только начинался, хотя сил что-либо делать у аль-Хайтама совершенно не было. Почему бы и не продолжить их дурацкий бессмысленный разговор.
— Ты не надел мою рубашку.
— М? Твою рубашку? — удивлённо переспросил Кавех.— Чёрную, — внес ясность Хайтам, ведь всего девяносто процентов его одежды были чёрными. — Я надел её на тебя.
Кавех уткнулся носом в свою чашку. Щёки потеплели. В голове сразу поселилась сцена из ванной. — Я, кхм...Она мне немного велика, и она не совсем в моём стиле... — начал мямлить он. Затем Кавех поднял голову к аль-Хайтаму. — Ты бы правда хотел, чтобы я её носил? На самом деле Кавех думал, что аль-Хайтам выдал ему рубашку только на время. И ему не понравится, если он будет в ней расхаживать. Он собирался постирать ее и вернуть.— Да, — ответил Хайтам. Он подумал о том, что Кавех в его рубашке вызывает какие-то собственнические мысли, хочется обвить хвостом, сказать "моё" и не выпускать. — Мне нравится думать об этом.
Еще подумалось о том, что свою рубашку будет гораздо приятнее снимать.
— Я надену её завтра, — сказал Кавех чаю в своей чашке. "Почему я согласился, во имя семерых?!" — Ты закончил? — он протянул руку за пустой чашкой аль-Хайтама, — Налить тебе ещё? Кавеха не отпускали мысли о нереальности происходящего. Когда они последний раз вот так сидели рядом с аль-Хайтамом и болтали ни о чем? Наверное, только в Академии, когда еще были друзьями. В последние же годы их разговоры представляли собой только нравоучения, скандалы и крики (последние два Кавех всегда брал на себя).— Не надо, — Хайтам всё равно пододвинул чашку чуть ближе к Кавеху.
— Мне нравится, что ты говоришь вслух о том, что тебе нравится, — задумчиво протянул Кавех внезапно, глядя аль-Хайтаму в глаза.Его фраза совершенно сбила аль-Хайтама с толку. Он же всегда говорит совершенно по делу, но раньше Кавех не был этим доволен. Он тоже решил встать на путь ясности сознания и мыслей? Это было хорошо. Миру нужны были люди в здравом уме. Аль-Хайтам на всякий случай кивнул, чтобы не спугнуть ветреного Кавеха.
Аль-Хайтам чувствовал себя сейчас таким вымотанным и несчастным. Вспомнилось вдруг, как в детстве, после тяжёлых дней, полных учебы и тренировок, матушка иногда читала ему сказки. Сказки аль-Хайтам уже тогда не особо понимал, но мерный тихий голос успокаивал напряжённые струны внутри.
— Почитаешь мне? — попросил Хайтам, сам немного удивившись своему вопросу.
Первым желанием Кавеха было отказаться, сославшись на занятость. Теперь работы будет в несколько раз больше. Проект одобрили, а значит пора делать подробные чертежи, искать группу, составлять договора на поставки… Но аль-Хайтам никогда прежде не просил его ни о чём подобном. Насколько же его выбило из колеи случившееся сегодня в Академии? Может ли Кавех оставить его сейчас в таком состоянии? Ни за что. — Да, конечно. Что бы ты хотел послушать? — Кавех мягко улыбнулся ему. Неужели непроницаемая скорлупа аль-Хайтама наконец-то дала трещину? Неужели он станет нормальным человеком с чувствами и открытыми желаниями? От такого, пожалуй, даже уезжать не хочется. Смогут ли они снова стать друзьями?Аль-Хайтам не думал, что Кавех согласится, но теперь сдавать назад вообще не имело смысла.
— Особенности корпускулярно-волнового дуализма в жидкой среде? — предложил Хайтам последнюю статью, которую принёс домой, чтобы почитать в свободный вечер.
"Ну, конечно. Можно было и не надеяться, что аль-Хайтам попросит сказку или что-то вроде того." — Да, хорошо. Тогда пойдем в гостиную? Там, наверное будет удобнее?Они устроились на мягком диване – когда-то Кавех отругал его за притащенную безвкусицу, но аль-Хайтам очень любил мягкость и уютность подушек. Кавех выглядел таким серьезным, как будто сейчас снова начнет защищать свой проект. Это было даже немного забавно. Сначала Хайтам сел рядом, но после небольшой паузы прислонился к чужому плечу. Сегодня хотелось чувствовать тепло. На самом деле, хотелось гораздо большего, но об этом аль-Хайтам запрещал себе думать. Зато можно было наклонить голову и не слишком удобно, зато очень приятно положить голову на плечо Кавеху, делая вид, что он заглядывает в текст статьи. Были бы их вечера такими всегда.
Кавех снова оказался с головой погружен в запах, окружавший аль-Хайтама. Ореховое дерево и сандал. Он давно не чувствовал себя так уютно и спокойно. Плечо затекло от того, что Хайтам положил на него голову, но менять ничего не хотелось. Хотелось, чтобы эта статья никогда не заканчивалась.И если ближе к концу совершенно дурацкой и неотрецензированной статьи Хайтам повернулся, чтобы аккуратно укусить Кавеха за плечо, то он будет отрицать это даже перед судом.
Кавех вздрогнул, но сделал вид, что ничего не заметил. Если он обратит внимание аль-Хайтама на это, то неизвестно чем это может закончиться. Очередным скандалом? Сейчас это не нужно. Вместо этого свободная рука мужчины скользнула по спине аль-Хайтама вниз и он аккуратно ущипнул его за зад.Возможно, Хайтам проиграл битву, но он не был готов проиграть войну. Подождав еще немного, он изловчился и прикусил нежную кожу в основании вечно открытой шеи Кавеха.
— Вот статья и закончилась! — Кавех подскочил и поспешил отступить от дивана, прикрываясь свитком. Такие укусы чреваты чем-то, к чему Кавех пока был совсем не готов. "Надо же хотя бы масло купить…О чем я, блять, думаю?!"Кавех вскочил настолько неожиданно, что разомлевший аль-Хайтам упал на пустое место. Он смог только со злым прищуром посмотреть на преступника, разом лишившего его всех радостей жизни.
— Я, там это, — Кавех сглотнул, поймав сердитый взгляд соседа, — Ужин еще хотел приготовить. По всему телу всё еще разбегались мурашки от последнего укуса аль-Хайтама. Стоило ретироваться на кухню, пока он ничего не заметил.Аль-Хайтам ощутил жгучее желание приказать Кавеху остаться, раз тот был сегодня такой послушный, но усталость резко накатила новой волной.
— Я пойду спать, — сказал он, поднимаясь. Теперь он чувствовал себя гораздо спокойнее, достаточно, чтобы тихо произнести:
— Спасибо.
— Доброй ночи, аль-Хайтам, — еще успел тихо ответить ему удивлённый Кавех, прежде чем дверь за ним закрылась.
