Глава 11
— Я здесь с шестнадцати лет не был, — зачем-то сказал он Кавеху.
Кавех оделся попроще. Он снова был в рубашке аль-Хайтама, чтобы скрыть не до конца зажившие укусы, и сейчас с любопытством оглядывался вокруг. — Тебе не хотелось возвращаться? Кавех взял аль-Хайтама за руку, невольно поймав чей-то направленный в его сторону заинтересованный взгляд. "Он мой!" Пустынный лев внутри Кавеха не собирался ни с кем делиться своей добычей.Аль-Хайтам сжал подставленную ладонь, подбадривая то ли Кавеха, то ли себя.
— Аль-Хайтам ибн Заир, — раздалось сбоку. К ним шли двое немолодых людей: высокий крепкий мужчина, явно зарабатывающий на жизнь физическим трудом, и миниатюрная женщина в простом платье и волосами, завязанными в тугой пучок.
— Отец. Матушка, — поздоровался аль-Хайтам. Его лицо было непроницаемой маской.
Женщина вышла чуть вперёд.
— Сыночек! — она улыбнулась, её глаза блестели от слез. — Как давно мы тебя не видели! Смотри, совсем весь поседел, прямо как отец.
Она взяла его лицо в ладони. Аль-Хайтаму пришлось наклониться, чтобы она смогла оставить поцелуй на его щеке.
Кавех нервничал. Это было видно невооружённым взглядом. Он только сейчас понял одну важную вещь. Отношения между двумя мужчинами в Сумеру не были чем-то из ряда вон. Скорее, уже даже набили оскомину своей обыденностью. А вот как к этому отнесутся в деревне Вимара? Он невольно протянул руку, поправляя волосы. Если он хотел сделать аль-Хайтама частью своей жизни — даже если этот каменный истукан того не желает — то ему надо было понравиться его родителям.— Здравствуйте, молодой человек, — сказал отец, глянув на Кавеха.
Аль-Хайтам выбрался из объятий матери.
— Отец, это Кавех, — он повернулся к Кавеху, всё ещё держа на лице максимальную отстраненность. — Это мои родители, Заир и Сурия.
— Что же мы стоим здесь на ветру, — матушка улыбнулась Кавеху. — Пойдем к повозке. Дома познакомимся.
Кавех промямлил что-то приветственно-нечленораздельное, о том как он рад познакомиться. Но вроде осуждения в глазах родителей аль-Хайтама не увидел. И немного успокоился.Аль-Хайтам когда-то привычным движением забрался в телегу — незнакомая серая лошадь приветственно фыркнула, увидев незнакомцев.
— До дома минут двадцать езды, — предупредила Кавеха матушка, когда телега тронулась.
Всю дорогу аль-Хайтам молчал, только рассматривая до боли знакомые места и стараясь не пересекаться взглядом с матерью.
Кавех снова непроизвольно взял аль-Хайтама за руку. Видел, что он тоже на нервах и хотел приободрить и успокоить. Мать аль-Хайтама что-то у него спрашивала, Кавех старался отвечать на вопросы и излучать доброжелательность и дружелюбие. Мягко улыбался женщине и невольно искал в её лице черты аль-Хайтама.Они подъехали к дому, стоящему немного особняком.
— Аль-Насад будет так рад, что ты всё-таки приехал! — сказала Сурия, когда аль-Хайтам помог ей спуститься на землю. — Надолго ты к нам?
— Как и просили, на неделю.
— Как здорово! Только мы отдали твою комнату молодожёнам...
— Постели им в гостиной, — предложил Заир.
Кавех нервно икнул, чувствуя, что уши ощутимо подпекло. Сжал руку аль-Хайтама сильнее. "Быть на виду у всех его родственников на протяжении недели — хуже и не придумаешь" — думал Кавех, — "Но с другой стороны, поздно поворачивать назад."Аль-Хайтам провел большим пальцем по ладони Кавеха.
— В гостиной постоянно кто-то ходит, — не согласилась Сурия. — У нас есть лишние подушки, мы можем постелить на полу в кладовке. Кавех, что вам больше нравится?
"Почему она спрашивает у меня?" — внутри разрасталась паника, которую он никак не мог успокоить. — Кладовка — звучит отлично, — Кавех обаятельно и жизнерадостно улыбнулся.— Замечательно, — обрадовалась Сурия. — А Хайтам тогда будет спать в...
— Я не стану спать в проходной комнате, — перебил её аль-Хайтам, заходя внутрь дома. — Нам обоим хватит места в кладовой.
Кавех сжал ручку мехрака, найдя успокоение в нём. Словно с помощью него он мог отгородится от всех прочих. Аль-Хайтам сейчас никак не мог помочь ему. Он и сам был на взводе. Стоило выдохнуть и взять огонь на себя. Он слишком его... "Ненавижу тебя, аль-Хайтам" — подумал Кавех почти с нежностью. — Госпожа Сурия, господин Заир, я могу как-то облегчить ваши хлопоты? Если я могу чем-то вам помочь — то я в полном вашем распоряжении, — Кавех смотрел на родителей аль-Хайтама с улыбкой.— Какой вежливый юноша, — умилилась Сурия. — Поможешь мне накрыть на стол. Заир, позови молодых.
"Юноша", — Кавех почувствовал, что его улыбка становится немножко нервной, — "Юноша, который старше их сына." В первый раз он порадовался, что выглядит очень молодо.— Аль-Хайтам, это ты? — в комнату вдруг вошла девушка, очень похожая одновременно и на Нилу, и на ту женщину с бала в Академии. Рыжие волосы, темно-синие глаза и совершенно очаровательная, удивлённая улыбка. Она подошла к аль-Хайтаму и крепко обняла его, прижавшись к груди щекой и зажмурившись.
— Привет, — тихо ответил аль-Хайтам, коснувшись её плеча.
— А это Фатима, — не забыла о вежливости матушка, — невеста нашего племянника.
Девушка открыла глаза и, кажется, только сейчас заметила Кавеха. Она смущённо улыбнулась и разорвала объятье.
Кавеха добило появление очередной рыжей девушки. "Это что, шутка такая? Как долго ещё вокруг него будут виться рыжие бабы?" Не сразу до Кавеха дошло кто это. Невеста племянника. А почему эта невеста племянника, собственно, с такой нежностью обнимает его аль-Хайтама? Кавех включил самую свою обаятельную улыбку, приправил её фирменным взглядом и учтиво поклонился девушке. — Очень рад знакомству. Меня зовут Кавех. Все вокруг замолчали. Фатима тихо поздоровалась в ответ. Неловкая пауза затягивалась, Кавех поднял голову. — Госпожа Сурия, вы сказали, что нужно помочь накрыть на стол? — он переключил внимание на нее.Они разошлись по разным частям дома — у всех были свои дела. Аль-Хайтам пошел за Кавехом и матерью и стоял на кухне, не зная, чем себя занять.
Кавех не смог заставить себя оставить мехрак в отведенной им кладовой. Тот так и сновал за ним по тесному дому, чудом не сталкивая предметы и никого не задевая. Но Кавех не зря потратил столько времени на его создание и доработки. Мехрак был его гениальным творением и верным подручным. И каким никаким оплотом спокойствия. Потому что вспоминая, как Фатима нежно касалась аль-Хайтама и как ласково говорила с ним — Кавех чувствовал песок на зубах. Когда еда заняла место на обеденном столе, в комнате появился здоровый детина, в два раза шире Кавеха в плечах.— Насад, наш Хайтам приехал! — засветилась Сурия.
— О! Привет, Хайтамчик, — детина прошел к своему месту, в процессе хлопнув аль-Хайтама по спине так, что тот немного потерял равновесие, и протянул Кавеху ладонь. — Я — аль-Насад.
— Я — Кавех, — улыбнулся мужчина в ответ и пожал протянутую руку. Он невольно оценивал ширину плеч аль-Насада и сравнивал его с аль-Хайтамом. Аль-Хайтам проигрывал. "Хайтамчик" — думал Кавех, улыбаясь, — "Наверняка его очень бесит это обращение. Обязательно буду его иногда так называть".Сели за стол. Аль-Хайтам уже успел пожалеть о выборе одежды — среди этих простых деревенских нарядов он в своей серо-зеленой накидке выглядел, как городской попугай. С другой стороны, именно так оно и было. Родители начали с гордостью пересказывать, как Фатима дважды отказывала аль-Насаду, но в итоге согласилась. Аль-Хайтам молча ел, не особенно их слушая, и только надеялся, что день закончится побыстрее. Когда первая волна историй закончилась, перешли к расспросам.
— Кавех, а вы студент Хайтама? — спросила Сурия.
Заир на этом презрительно поджал губы в типичной Хайтамовой манере.
— Матушка, я еще давно вам про него рассказывал, — ответил аль-Хайтам, не отрывая взгляда от тарелки. — Мы делали совместный проект по влиянию...
— Нам не очень-то интересно слушать ваши занудные учёности, — одернул его Заир. Хайтам заткнулся.
Кавеха почему-то очень разозлило то, что отец аль-Хайтама так его одернул. Захотелось сделать какую-нибудь гадость, но при этом он рисковал попасть в осадное положение. Он положил горячую ладонь на бедро аль-Хайтама под столом и сказал самым нежным голосом на который был способен, глядя его отцу прямо в глаза: — Мы встречаемся с аль-Хайтамом. И я не его студент. Я архитектор, — продолжал Кавех с мягкой улыбкой, — Возможно бы обо мне слышали. По моему проекту был возведён Алькасар-сарай. Удивительно красивое место, могу отметить это без ложной скромности.За столом повисла тишина, только аль-Хайтам продолжал нарезать свое мясо в тарелке.
— Алькасар-сарай? — пораженным шепотом произнесла Фатима, явно знающая, о чем речь.
— Ты настолько не уважаешь свою семью, аль-Хайтам, что решил оставить её без наследника? — спросил Заир, пока его жена сидела, накрыв рот ладонью.
Аль-Хайтам перевёл на него взгляд.
— За наследников в этом доме отвечает мой кузен.
Он снова вернулся к тарелке.
Кавех подмигнул Фатиме в ответ на её пораженный шепот, явно веселясь. Вся нервнозность ушла. Сделал гадость — на сердце радость. Однако, кажется, он мощно подгадил аль-Хайтаму. Да и себе тоже. Вот как чувствовал, что деревня Вимар — дремучее место. К отношениям между двумя мужчинами тут точно относятся с осуждением. Но… Кавех посмотрел на аль-Хайтама украдкой. Разве тот не сам хотел соврать родителями и представить его, как своего партнёра? Он нарочно не предупредил Кавеха о том, какой эффект произведут их мнимые отношения? Или думал, что Кавех догадается сам? В любом случае, было поздно поворачивать назад. Кавех был настроен играть избранника аль-Хайтама до конца. — Достопочтимый господин Заир, — Кавех понимал, что вмешиваться в чужой диалог — последнее дело. Но за аль-Хайтама он был готов биться до последнего. Даже если врукопашную. Даже если аль-Насад выпнет его из дома и лететь он будет до самого Алькасар-сарая, — Я приношу свои извинения за новость, явно шокирующую вас. Но я не отступлюсь от аль-Хайтама. И надеюсь, что в конечном итоге я смогу завоевать ваше доверие и расположение, — он встал из-за стола и почтительно поклонился родителям аль-Хайтама, — и вы одобрите выбор вашего сына. Даже несмотря на то, что я не способен выносить для него наследника.Аль-Хайтам почувствовал, что кончики ушей теплеют, благо они были спрятаны под наушниками. Он тоже встал из-за стола.
— Я покажу Кавеху окрестности, — сказал он. — Идем.
Под общее молчание они вышли из дома.
Кавех послушно последовал за аль-Хайтамом, гадая какая дальше последует реакция. Он совершенно не знал, чего ждать от него после такого перфоманса.— Спасибо, — сказал Хайтам, когда они отошли от ворот достаточно далеко, и взял Кавеха за руку. — Теперь они ненавидят тебя больше, чем меня.
Кавех нервно рассмеялся. Мягко сжал его ладонь в ответ, потянулся к нему и нежно поцеловал. — Хоть где-то в Сумеру, меня ненавидят больше, чем тебя, — ткнулся головой ему в плечо.Аль-Хайтам заправил выпавшую прядь ему за ухо.
— Уж точно никто в Сумеру не ненавидит меня больше, чем ты.
Кавех поднял на него взгляд. — Это я могу тебе гарантировать.Они гуляли несколько часов — аль-Хайтам показал речку, в которой можно искупаться, нашел несколько созревших харр, которые они сорвали и сразу съели, чуть не порвал свой плащ, перелезая через кочку. Когда солнце начало клониться к горизонту, он повёл Кавеха домой.
— Интересно, не захотят ли они нас расселить, чтобы мы не позорили их дом своим неуважением? — вслух задумался он.
— Я думаю, что меня вообще больше в дом не пустят, — Кавех лениво потянулся. Эта прогулка его совсем успокоила и разморила.— Будешь ночевать на пороге, — аль-Хайтам открыл дверь в дом. — Возможно, сможешь пробраться в стойло.
— Сделаю из твоего плаща палатку на реке, и буду жить всю неделю там, — мечтательно продолжил фантазировать Кавех, — Купаться в реке, есть спелые харры… Аль-Хайтам открыл дверь в дом и Кавех напрягся. Вся ленность сразу ушла из тела. Он возвращался на поле боевых действий. И только архонты знают, удастся ли ему пережить эту неделю.— Светоч Кшахревара, воистину.
В гостиной сидели мать и Фатима. Обе приветливо улыбнулись вошедшим.
— От меня пахнет мхом и сыростью, — возвестил аль-Хайтам. — Я в душ.
"Ах ты, ублюдок, мать твою"— подумал ему в спину Кавех.— Присаживайтесь, Кавех, — Фатима отложила шнурок, который плела до этого. — Расскажите о себе. Приехали, весь из себя такой загадочный, а потом убежали сразу.
Кавех вернул женщинам приветливую улыбку и сел на предложенное кресло, незаметно оглядываясь. Вдруг господин Заир и аль-Насад притаились неподалеку и нападут в любой момент. — У меня и в мыслях не было обижать вас моим исчезновением. Надеюсь вы не сочли мое поведение неуважительным, — Кавех улыбнулся, — Что бы вы хотели обо мне узнать?— Это правда вы придумали Алькасар-сарай? — Фатима заглянула ему в глаза. — Вы не шутили?
Кавех притворно смутился. — Мне не следовало так этим кичиться. Но мне хотелось, чтобы господин Заир, — Кавех перевел взгляд на мать аль-Хайтама, — и вы, госпожа Сурия, знали, что я не самая плохая партия для вашего сына. Простите меня за это. "Во мне умерла великая актриса. Нилу бы оценила" — думал Кавех. Он успел пообщаться с ней несколько раз на протяжении прошедших двух недель.Сурия неловко посмотрела на Кавеха, явно не зная, что сказать.
— Почему? — спросила Фатима.
— Почему? — Кавех перевел вопросительный взгляд на Фатиму, улыбаясь ей, — Боюсь я не совсем понял ваш вопрос.
— Вы так уверенно защищали аль-Хайтама за столом, — Фатима нежно улыбнулась. — Как будто действительно считаете, что лучше вас ему никого не найти.
Она вдруг испуганно замахала руками.
— Не то, что я считаю, что это не так!
Теперь Кавех покраснел не притворно. И правда. Это ему крыть нечем. — Я не хочу звучать излишне самоуверенно. И говорить, что лучше меня ему никого не найти, — стал он осторожно подбирать слова, — Но я хотел бы, чтобы так и было. "Очень бы хотел, хиличурл побери." — тоскливо подумалось Кавеху. — "Только вот я ненавижу аль-Хайтама, да и он меня терпеть не может. Одним магам бездны известно, сколько это продлится. Как долго я ещё ему не наскучу"— С Хайтамом всегда было непросто... — подала голос Сурия. Смотрела она на свое вязание. — Он не был как другие дети — слишком отстраненный, себе на уме. У него никогда не было друзей. Я рада, что он смог найти человека, который хочет быть рядом с ним.
— Я солгу, если скажу, что с ним мне просто, — Кавех рассмеялся, а потом искренне добавил, — Госпожа Сурия, простите меня. Я не хотел порочить ваш дом и вашу семью. И аль-Хайтам этого тоже никогда не хотел, я уверен в этом.— Всё в порядке, — Сурия, наконец, посмотрела на Кавеха, без улыбки, но как будто с отеческой гордостью. — Заир сам бы мог вести себя поприличнее.
— А кто из вас в роли девушки? — глаза Фатимы сверкнули маниакальным интересом.
А вот теперь Кавех заполыхал. — Я-я бы, — он откашлялся, чувствуя, что голос его подводит. — Я бы не хотел отвечать на данный вопрос. Надеюсь, вы не сочтёте это за грубость, госпожа Фатима. Теперь Кавех смотрел только на свой мехрак. Тот, кажется, ехидно улыбался. Падла. Кавех пихнул его ногой.— Ты как будто больше похож на девушку, — Сурия одёрнула ее, но Фатима не обратила на это внимания, продолжая рассуждать вслух, — но Хайтам вряд ли способен кого-либо к чему-либо склонить…
"Не способен никого ни к чему склонить. Он первый меня поцеловал!" Кавех некоторое время переваривал мысль, что он похож на девушку. Да он одевается по слову последней Сумерской моды! Внешний вид всегда был для него очень важен. — В студенчестве мы с ним дружили, — он неуклюже постарался перевести тему на более безопасную, — И тогда я мог во всём на него положиться.Фатима постучала концом шнурка по подбородку.
— Ладно, храните свои секреты. Так даже интереснее, — она согласилась перевести тему и задала следующий вопрос, — Вы знакомы с ним со студенчества? Как долго вы уже вместе?
"Две недели," — подумалось Кавеху в ответ на последний вопрос. Он был рад смене темы и снова смог немного расслабиться. — Чуть больше полугода, — ответил он, подумав немного. Именно столько они с Хайтамом жили под одной крышей. — Мы были просто друзьями, когда были студентами, и нам довелось работать над одним совместным проектом. А потом наши пути разошлись. — Кавех улыбнулся Фатиме, — А после возведения Алькасар-сарая я вернулся в город Сумеру, чтобы немного поработать в Академии. И там мы снова встретились. "Хайтам, чтоб тебя слайм сожрал, где ты так долго ходишь?"— Как романтично, — вздохнула Фатима. — Любовь сквозь года... А когда вы с ним впер-
— Какой бы это ни был вопрос, вряд ли хотя бы один из нас захочет на него ответить. — Аль-Хайтам вышел к ним в одних штанах и с полотенцем вокруг шеи, на которое стекала вода с волос. — Я пойду готовить место для сна.
— Хайтам, — Сурия с просьбой посмотрела на него, — может, ты хочешь поговорить с отцом?
— Нет, — отрезал он.
Кавех зачарованно уставился на аль-Хайтама, снова краснея. "Какой же он красивый." Его зрачки расширились. Он жадно вбирал взглядом его образ, желая запомнить каждую мелочь. Запомнить, а потом нарисовать. Крепкие мышцы в капельках воды, влажные серебряные волосы завивающиеся сейчас колечками на концах. Кавех вообще забыл, что в комнате есть кто-то еще. Хотелось прижаться к аль-Хайтаму и провести языком по его груди до самой ямочки между ключиц, а потом впиться в его рот поцелуем.Аль-Хайтам заметил жадный взгляд Кавеха, его приоткрытые губы.
— Кавех, — позвал он. — Помоги мне.
Кавех, как загипнотизированный, молча и послушно последовал за ним.Они дошли до кладовой, в которой уже были навалены диванные подушки, образующие нехитрую кровать. Рядом лежали подушки и одеяла.
— За нас уже постарались, — заметил аль-Хайтам, закрывая за ними дверь. В комнате не было окон, и только светящиеся камни на полках разбавляли мрак.
Кавех, все ещё пребывающий под впечатлением, толкнул Хайтама в грудь, прижимая его к стене и осуществил задуманное. Целуя аль-Хайтама он мял пальцами его крепкую грудь и удовлетворённо урчал.Аль-Хайтам приложил все силы, чтобы мягко вжаться в стену, а не удариться об нее.
— Нас не должны услышать, — напомнил он между поцелуями, расстегивая брюки Кавеха.
— Нет, аль-Хайтам, я не смогу быть тихим, — голос Кавеха был молящим, но против своих слов теперь он мял зад Хайтама через штаны. Его глаза в темноте искрились хитрецой. — Так что тебе придется как-нибудь заткнуть меня.— Могу только зажать тебе рот ладонью, — шепотом предложил Хайтам, запуская руку в чужие трусы и сразу грубо сжимая кулак.
Кавех до крови закусил губу, чтобы сдержать стон. — Сволочь, ненавижу тебя, — выдохнул он через сжатые зубы.— Я знаю, — шепнул Хайтам, целуя Кавеха и быстро двигая рукой, не заботясь о возможных неприятных ощущениях, ведь не жался бы он к нему так сладко, если бы было больно?
Кавех больно и мстительно прикусил плечо аль-Хайтама, оторвавшись от поцелуя, а после поцеловал снова. Ощущения были запредельными. Сладкой остроты возбуждению добавляло чувство запретности. И то, что их могли застукать в любой момент. Он тяжело дышал в поцелуй, отчаянно цепляясь за его спину напряженными пальцами и старался не потерять голову окончательно. Словно это было возможно, когда аль-Хайтам так грубо и жадно ласкает его.Хайтам оторвался от желанных губ, только чтобы попросить: "Помоги мне?" и провести рукой по плечу Кавеха, намекая.
Кавех смотрел на аль-Хайтама взглядом полным сладкого тумана. Он не понимал о чем тот просит. Руки его сами потянулись к штанам аль-Хайтама, стягивая их вместе с бельём. Он просит об этом? Он хочет этого?— Не нежничай, — прошептал Хайтам, прижимая Кавеха еще ближе.
Из горла рвался стон, но он заткнул его, оставив засос на нежной бледной шее, отстраненно думая, что здесь Кавех его вообще ничем не закроет.
Кавех с сожалением выбрался из крепких объятий аль-Хайтама и опустился перед ним на колени. — Ты же не хочешь снова идти в душ и вызывать подозрения? — хитро улыбнулся он ему, стягивая его трусы ниже. А после тихо попросил, обхватывая твердую плоть губами. — Возьми меня за волосы.— Кави, пожалуйста, — Хайтам сам не понимал, просит остановиться или продолжить, но послушно схватился за длинные пряди и потянул их на себя.
В дверь постучали.
— Хайтам, ты здесь? — позвал Насад.
Кавех не собирался отпускать аль-Хайтама. Он схватил его за бёдра, чтобы тот даже не думал отстраняться, открыл рот шире и сразу заглотил его очень глубоко, так что тот упёрся в горло.Хайтам зажал себе рот рукой и испуганно посмотрел на дверь. Как же это было хорошо.
Возможно, он не смог бы остановиться, даже если бы Насад выбил сюда дверь.
Наконец, чуть совладав с голосом, он ответил:
— Да, я здесь. Что такое?
— Вас зовут кофе пить, — ответили из-за двери.
Кавех был удовлетворён во всех смыслах. Его месть еще никогда не была так сладка. Он старательно ласкал аль-Хайтама, помогая себе руками.Хайтам снова потянул за волосы, помогая Кавеху нарастить темп.
— Хорошо, — он судорожно вздохнул и положил вторую руку на затылок любовника. — Я приду через несколько минут.
— И этого своего найди, — проворчал Насад. — Где он вообще.
У Хайтама начали отказывать ноги. Чья вообще была идея делать это стоя?
— Мы придем вдвоём, — отозвался он, голос неестественно вильнул.
Из-за двери не ответили. Возможно, Насад ушел?
— Быстрее, — прошептал Хайтам.
Кавех послушно задвигал головой активнее, чувствуя, что его настойчиво тянет за волосы уже две руки. Хайтам снова взял всё в свои руки. "Эгоистичный ублюдок" — нежно подумал он.Хайтам как-то даже пропустил момент, когда излился в рот любовнику. Он только сполз вниз по стенке, совсем не владеющий своим телом.
— Я просто хотел довести тебя руками, — грудь его тяжело вздымалась, а одна рука все ещё каким-то чудом держалась в волосах Кавеха.
— А я вообще хотел просто поцеловать тебя, — Кавех сделал глоток и наморщил нос, чувствуя вкус аль-Хайтама на языке. Тот снова не предупредил его и спустил ему в рот. Он мягко освободил волосы из его пальцев и встал. Поправил рубашку и застегнул брюки. У него разрядиться не получилось, но он был уверен, что Хайтам не оставит его с этой проблемой позже.Хайтам наблюдал за ним снизу.
— Найди себя сам? — предложил он. — Я не могу встать сейчас.
Кавех улыбнулся, сел рядом и обхватил аль-Хайтама обеими руками. Прижался лицом к его тяжело вздымающейся груди.Аль-Хайтам приобнял Кавеха в ответ и провел рукой по его спине.
— Я наверное снова мог бы быть на прогулке неподалёку, куда ты отправил меня набрать еще харр, — Кавех снова удовлетворённо урчал.— Или далеко, и поэтому мне пришлось идти тебя искать, — аль-Хайтам снова запутался пальцами в его волосах, сейчас нежно массируя кожу головы.
— Аль-Хайтам, если ты не остановишься, то я никуда не уйду, — тихо простонал Кавех, — И нам придётся искать другое оправдание.— Как насчет "я только что восхитительно трахнул твой рот и мне настолько хорошо, что свело ногу"? — предложил Хайтам. — Уже второй раз за месяц, кстати. Может, лекарю показаться? Это может быть проблемой.
— Мне больше нравится формулировка "я трахнул тебя своим ртом", а потом у тебя свело ногу, да, — смущённо фыркнул Кавех, краснея.— Да, пожалуй, — кивнул Хайтам и отпустил Кавеха. — Я не сильно в этом участвовал.
— И проблема не в твоих ногах, — Кавех неохотно встал, — Просто у меня слишком восхитительный рот.— Определённо. Надо попросить Академию внести его в список запрещенных объектов.
Аль-Хайтам отлепился от стены и зашарил по полу руками.
— Моя рубашка осталась в ванной. Пойду так.
— Ты не пойдешь так! — возмутился Кавех.Хайтам потряс ногой.
— И что тогда делать?
— Надень мою, — предложил Кавех, оглядываясь на свою сумку. Её он как раз-таки успел занести в кладовую.Хайтам застегнул штаны и надел предложенную рубашку. Решив, что завязывать её не имеет смысла, он вышел из комнаты так, с растрепанными влажными волосами и лихорадочно-алыми щеками.
"Блять, лучше бы вообще без рубашки шёл." — мрачно думал Кавех, глядя на эротично выглядывающие из выреза его рубашки Хайтамовы мышцы.— Молодые люди, где вы были? — строго спросил Заир, когда они зашли в комнату.
— Молились, — ответил аль-Хайтам, занимая свое место. — Просил архонтов помочь мне с ежемесячным отчетом.
— Не думал, что в Академии почитают архонтов, — скептически отметил Заир.
— Академия была основана Властительницей, — напомнил аль-Хайтам. — Нам покровительствует богиня Мудрости. Конечно, мы почитаем архонтов.
Вообще-то Хайтам никогда не был религиозным, но раз уж зашел такой разговор...
Кавех пока отмалчивался. И так уже порядком наговорил господину Заиру. Перед тем как пойти за аль-Хайтамом, он тщательно привёл себя в порядок, поправил сбившиеся в волосах заколки. Но совершенно забыл, что в порыве страсти аль-Хайтам оставил ему на шее смачный засос. "Если бы богиня Мудрости увидела, чем мы занимались, ее бы удар хватил." — Кавех всем своим видом снова старался изобразить доброжелательность и уважение к этому дому.Фатима квадратными глазами смотрела на Кавеха. Потом взяла салфетку и, не сводя с него глаз, начала тереть этой салфеткой шею.
— Милая, ты испачкалась? — спросил аль-Насад.
Девушка густо покраснела и замотала головой.
Кавех её намек как раз понял и скоро его лицо по цвету было мало отличимо от клятого заоблачного перчика. Он поспешно прикрылся ладонью, делая вид, что подпирает голову рукой.Понемногу на пунцовом лице Фатимы начала расползаться широкая довольная улыбка. Она подмигнула Кавеху, а потом подключилась к разговору про архонтов. Кофе допили без эксцессов. Аль-Хайтам поднялся, попрощался с родителями и пошёл к себе.
Кавех, немного помедлив, отправился следом. "А Фатима не так уж и плоха," — раздумывал он по дороге, — "Зря я так в штыки воспринял её только увидев".— Один день пережили, осталось шесть, — аль-Хайтам начал раскладывать одеяла, сооружая место для сна. — Пока что всё идет примерно по плану.
— То есть в твоих планах было то, что сегодня случилось? — спросил Кавех открывая мехрак и доставая расческу. — Действие первое — неловкий обед, после которого меня ненавидят твой отец и кузен. — Кавех вытащил заколки и принялся расчёсывать свои волосы. — Действие второе — длительная прогулка с просмотром достопримечательностей. Действие третье — жаркий оральный секс в кладовой твоих родителей...— Я думал, что третье действие подождет два дня, пока ты не напьёшься на свадьбе, — Хайтам замер рядом с Кавехом, а после коснулся его руки, которая держала расчёску. — Можно я?
— Я не собирался напиваться на свадьбе, — надулся Кавех. Впрочем, кого он обманывал. Конечно собирался. Он отдал расческу аль-Хайтаму и подставил ему светлую макушку.— Ты много чего не собирался. — Хайтам провел расчёской по волосам. Такие длинные, мягкие. Он провёл снова и ещё раз, чуть улыбаясь. Было в этом что-то интимное. Сближающее. — Ты приятно пахнешь, — сказал он.
Кавех чувствовал, как от прикосновений аль-Хайтама по всему телу разбегаются мурашки. Вот бы этот миг никогда не заканчивался. — Ты тоже, — озвучил он давно мучившую его мысль, — Ореховым деревом и сандалом.
Закончив с волосами, Хайтам аккуратно поднял их и поцеловал позвонок прямо под линией роста.
— Давай спать? — предложил он.
Кавех кивнул. В душ он может сходить и завтра утром. Он стянул с себя рубашку и зарылся в лёгкое одеяло. — Аль-Хайтам, — тихо позвал его Кавех, разглядывая светящийся камень на полке под потолком.С уже почти привычным чувством "моё, моё" Хайтам лёг рядом с ним и положил руку на его живот, чувствуя, как он двигается на вдохах.
— Да, Кавех?
Кавех покраснел, чувствуя его собственническое прикосновение. Зачем он его позвал, что хотел сказать? Он закрыл глаза. — Я тебя ненавижу, — тихо проворчал и перевернулся, утыкаясь носом в его плечо и закидывая на него ногу.
— И я тебя, Кави, — прошептал Хайтам в ответ, впервые услышавший за этими словами что-то, кроме изначального смысла. — И я тебя.
