Язык мой — враг мой

      У Германа начало рябить в глазах от Excel-таблиц, поясница только поддержала общее настроение организма. Учителю истории пришлось встать со своего рабочего места и размяться.       Казалось, что кабинет вовсе и не изменился за несколько дней его отпуска. Увы, только скромную часть из 56 отпускных он действительно отдыхал. Но этого хватило, чтобы расслабиться. Уже который перерыв за три часа! Остается надеяться, что к началу учебного года он вернётся в норму. Из бодрящей прокрастинации его вывело издыхание воздушного ламината, который придавил к полу гость.       — Здравствуйте, Герман Алексеевич, — отчеканила девочка, словно заранее репетировала.       — Ксюша, здравствуй! — Герман увидел в её руках пустой пакет, завёрнутый цилиндром. — Ты за учебниками?       Девочка кивнула и, увидев на последней парте две стопки учебников, направилась к ним без лишних слов. Учитель тоже отправился в конец кабинета и предложил пересчитать учебники, коих должно быть 17. Но насчитали они только 16. И во второй раз вышло 16.       — Биологии нет, — заключила Ксюша.       Учебники ждали ученицу ещё с конца мая, но, когда всему классу раздавали их, она благополучно отдыхала в Сочи. Вероятно, учебник биологии вздумал отомстить. Обдумав ситуацию, учитель предлагает собрать книги и спуститься в библиотеку. Герман любезно помог ей и взял пакет в руки, Ксюша же несла не менее тяжёлый рюкзак на спине.       В библиотеке их никто не встречает.       — Зухра Динаровна? — по старой привычке девочка обратилась к библиотекарше, заглядывая за высокий стол. Но там был лишь тоненький ноутбук. Он хаотично заклеен различными наклейками до такой степени, что корпус совершенно не виден. Опознать компанию-производителя невозможно, но очевидно одно: выглядит дорого.       — Точно, я же не рассказывал ещё… У нас библиотекарь новый, а Зухра Динаровна переехала.       — Правда? — подросток от удивления наконец-то показал хоть какую-то эмоцию. Оно и понятно: эта старушка работала в школе с самого её основания и видела многих выпускников. Школьный персонал старшего поколения действительно восприняли тяжело эту новость, но не молодой Герман. Он не интересовался этой историей, даже не задавался вопросом, кто этот новый библиотекарь.       Из двери архива выглянул мужчина в круглых очках. Одет он был совершенно невзрачно: тёмно-синяя кофта да брюки. Герман тоже носил скромный костюм, даже с галстуком не заморачивался. Зачем заморачиваться с тем, чего нет?       Увидев лицо того самого библиотекаря, Герман сразу сделал шаг в сторону от ученицы, словно та ударила его током. Библиотекарь застыл, явно сбитый с толку от встречи.       — Эм… — не видя никакой реакции от взрослых, девочка взяла все в свои руки, — извините, у вас нет учебника биологии за седьмой класс?       — А? — библиотекарь наконец очнулся и постарался отвести взгляд от Германа. — Кто автор?       — Эм… не знаю, знаю только как обложка выглядит.       — В таком случае, — Герман очнулся и постарался сделать спокойный вид, но дрожь в голосе его выдавала, — можно мы посмотрим в архиве?       Библиотекарь неуверенно лишь кивнул и ушёл обратно в архив, но перед этим закрыл свой ноутбук. За ним зашли учитель с ученицей, причём первый шёл в двух метрах от неё. По центру архива расположено три стола, соединённых в один большой, который окружали книжные шкафы и коробки. Возле подоконника стояли низкие тумбочки, тоже забитые книгами, да и сам подоконник был в книгах.       Герман остался стоять возле двери, пока библиотекарь и Ксюша искали нужную книгу. И не мог оторвать взгляда от… Конечно, он ведь даже имени его не знает! Наверняка обознался. «Таких совпадений просто не бывает, невозможно», — уверял себя историк.       — В любом случае, спасибо… — девочка запнулась.       — Леон. Леон Владимирович, — библиотекарь ещё не свыкся с мыслью, что к нему нужно обращаться и по отчеству.       Девочка не удержалась и прыснула со смеху. А на лице Германа нарисовался неописуемый ужас. «Нет, нет, мне просто послышалось. Его зовут Лев, а не Леон» — он всё продолжал уверять свое сознание.       Леон совершенно не смотрел на Германа, лишь с непониманием уставился на девочку.       — Извините, я просто шутку вспомнила…       — Учебника биологии нет, увы. Но я ещё посмотрю по спискам, вдруг его кто-то забыл сдать, — библиотекарь просто решил проигнорировать эту странную реакцию ребёнка. На следующий день он уже забудет об этом, но с первого сентября он будет слышать смешки регулярно. Если его к тому моменту не уволят.       Леон боязливо покосился на Германа, который наполовину стоял в дверном проёме. От этой картины в душе библиотекаря всё умерло: «Чёрт, он прямо сейчас пойдёт к директору и расскажет обо мне всё!».       Герман сам вздрогнул от такого пристального взгляда. Он никак не мог понять из-за солнечного блика на линзах, о чём же думает библиотекарь. «Он точно не оставит ту историю в стороне и расскажет обо всём директору», — учитель уже сделал себе выговор и начал перебирать варианты городов, куда можно переехать. Может, вовсе в другую страну?       Ксюша откашлялась в кулак и вывела мужчин из ступора.       — Значит, я буду без учебника некоторое время?       — Ничего страшного! — Герман наконец-то вошёл в архив, старательно игнорируя присутствие библиотекаря. — Попросишь Стаса поделиться, ему биология всё равно даром не сдалась.       Ксюша никак не ответила, по её склонённой вниз голове понятно, что она явно недовольна сложившейся ситуацией.       «Может, так она перестанет уезжать в конце мая», — понадеялся Герман. У него голова разболелась от одних воспоминаний о мае, когда ему приходилось уговаривать учителей-предметников выставить девочке четвёрки и пятёрки, одновременно с этим отбиваясь от внепланового роспотребнадзора и готовя кабинет к экзаменам.       - Герман Алексеевич! — послышался девичий голос возле дверей библиотеки. И когда она успела проскочить мимо? — до свидания.       — А… До свидания, Ксюша, увидимся Первого сентября!       Дверь закрылась, Герман и Леон оказались одни в архиве. Они посмотрели друг на друга. Учитель сложил руки на груди, приподняв плечи, словно озяб. Библиотекарь снял очки и протёр их тряпочкой, задумавшись: «Не мог же я встретить второго Германа подряд».       — Ну… Я, пожалуй, пойду. Ещё работы много… — учитель уже повернулся к выходу, боясь, что от него начнут требовать объяснений, если он задержится здесь хотя бы на секунду дольше.       — Да, да, я понимаю, — однако библиотекарь уже по второму кругу протирает линзы.       — Надеюсь, вам понравится здесь работать… До свидания, Л-леон Владимирович.       Леон неожиданно перестал протирать очки и поднял взгляд на Германа. Учитель вздрогнул и, не ожидая от собеседника ничего, ушёл. Библиотекарь остался один.       — Он что, посмеялся надо мной? — от настигающего ужаса Леон задумался вслух. — Нет, это наверняка намёк на то, что у меня скоро будут проблемы…       Первый рабочий день, а уже угроза увольнения на горизонте. Есть вариант догнать учителя и попытаться с ним «договориться» в темном углу. Также можно прибегнуть к злополучному миролюбивому диалогу. Немного подумав, Леон понимает, что ни один из вариантов не сработает.       Библиотекарь в унынии выходит из архива и присаживается за свое рабочее место. Мыслями он был совсем в другом месте, что заметно по отсутсвующему взгляду. Он считал чудом, что ему удалось найти работу. И прямо сейчас, из-за своего неправильного характера, он может лишиться всего. И опять надо будет начинать с начала.       Просидев в унынии некоторое время, он слышит стук в дверь. Вздрогнув, библиотекарь выпрямляется и встречает гостью: заместительница директора.       — Добрый день, Леон Владимирович! — женщина по-хозяйски проходит в библиотеку.       — З-здравствуйте! — Леон встает из-за стола, ударившись коленкой об него. Виду он не подает, ведь испуган появлением администрации. Герман что, уже успел добежать до директора и все рассказать?!       — Позвольте узнать, как у вас продвигается адаптация к работе? Все ли хорошо? — женщина абсолютно спокойно подходит к библиотекарю, миловидная улыбка не сулит угрозы. Но Леон опять чувствует скрытое издивательство.       — Ну, да, думаю… Вот, недавно заходили спросить, нет ли учебника одного… Недосчитались, видать… Но я тоже в архиве не нашел… Кто-то не сдал, кажется… — на всякую паузу библиотекарь всматривался в лицо заместительницы, ожидая реакции, но ее не было. Тишина собеседницы вынуждала его говорить и говорить. Если молчание и является металлом, то в этой ситуации ртутью, отравляющей воздух.       — О, я понимаю, о чем вы говорите, — женщина неодобрительно помотала головой. — Некоторые ученики действительно ведут себя безответственно и не сдают учебники. Теряют, портят, еще что… В обязанности библиотекаря также входит и контроль целостности архива, как вы знаете. Ваша предшественница должна была оставить списки, по которым можно сориентироваться и выявить должников. Вы знакомились с ними?       — Еще нет… — Леон чувствовал себя мученником и не понимал цели визита зам. директора. Его увольнять собираются? Если нет, то что надо?       — Что же, в таком случае можете именно этим и заняться. Скоро учебный год, стоит найти всех потеряшек. Хорошего вам дня, если что-то понадобится, то смело обращайтесь, — женщина на секунду улыбнулась чуть шире и вышла из библиотеки, оставив Леона в полном замешательстве.       «Что же получается, — библиотекарь тихонько присаживается, не веря в происходящее, — меня увольнять пока что не собираются?». Осознание этого факта повзолило вдохнуть полной грудью и немного расслабиться. В голову закралась привлекательная мысль: он заключил немой договор с Германом, согласно которому никто из них не будет что-либо делать во вред другому! Эта идея действительно успокаивала, но была абсолютно беспочвенной и ненадежной, ведь существовала только в голове Леона. Он это прекрасно понимал, но такой самообман немного успокаивал и позволял сосредоточиться на работе.       «Учебник биологии за седьмой класс, Константинов», — с этой навязчивой мыслью он ушёл ко второму рабочему столу возле окна, на котором находился древний компьютер. После монотонного блуждания по журналам и отчётностям выяснилось, что книгу не сдал один из учеников. На экране высвечивается номер телефона родителя непутёвого должника. Похлопав глазами, Леон отказывается от идеи сразу же звонить. Для начала стоит узнать у классного руководителя.       После ещё нескольких минут поиска, находится и руководитель класса.       - Туда Михаил Мелитонович… — он всё ещё был встревожен неожиданной встречей с Германом, поэтому не сразу правильно прочитал фамилию, — Тодуа Михаил Мелитонович.       Вахтерша, явно очарованная новым библиотекарем, не просто назвала номер кабинета Михаила Мелитоновича, но и подсказала, что это рядом с кабинетом истории. Леону это ни о чем не говорит, но спустя некоторое время блужданий по школе, он находит кабинет историка. Пройдя мимо него, он постучался в нужную дверь и с трудом открыл. За рабочим столом никого не было, шторы от распахнутых окон нервно затряслись, угрожая сорваться.       — Заходите быстрее, сквозит! — неожиданно из конца кабинета послышался басистый мужской голос.       Библиотекарь быстро зашёл внутрь и закрыл дверь, которая предательски хлопнула со всей силы.       — Извиняюсь, — Леон поправил очки. — Михаил Мелитонович здесь?       — Кто спрашивает? — за последней партой сидели двое мужчин, на парте же стоял чайник, две кружки и упаковка печенья, над которой возвышалась ваза с конфетами.       Вторым мужчиной оказался Герман. Он с круглыми глазами смотрел на Леона, даже перестал жевать печенье. Леон тоже замер. «Да вы издеваетесь?!» — вдвоём подумали они. Михаил почувствовал нависшее напряжение, однако продолжил безмятежно сёрпать чай, оглядываясь то на историка, то на библиотекаря. Через минуту даже ему надоела эта пантомима, он поставил кружку на стол.       — Гера, ты знаешь его? — тихо спросил он коллегу.       — Миша, это… — так же тихо отвечает историк, не отрывая взгляда от новогоднего, — это наш новый библиотекарь, помнишь? Я как раз от него пришёл.       — О, так вы Леон Владимирович? — Михаил снова повысил голос, Леон скромно кивнул и начал осторожно подходить к ним, опасливо поглядывая на историка. — Присаживайтесь, у меня должна быть ещё одна кружка.       — О-ой, нет, что вы! — оживился Леон, — у меня куча работы, скоро год учебный. Кстати, я как раз по работе пришёл поговорить с вами.       — Да-да? — Михаил встал со стула и вытер полотенцем руки. Он сидя казался достаточно крупным, сейчас вовсе оказался наголову выше Леона.       — Если по работе, то не буду вам мешать! — с этими словами Герман вскочил и скрылся за дверью, которая была прямо за его спиной… Откуда среди шкафов дверь?       — Герман Алексеевич!.. А, ладно, — Михаил махнул рукой. — Какой-то нервный он сегодня, вроде только с отпуска вышел. Даже не познакомил нас!       Тут же Леону протянули широкую ладонь. Он пожал её, точнее, позволил своей ладони утонуть в чужой. У учителя оказалась сильная хватка.       — Михаил Мелитонович, учитель русского и литературы. А это был мой друг — Герман Алексеевич, он у нас историк и обществовед. Простите уж его.       — Ничего страшного, могу понять. Я Леон Владимирович, заведующий библиотекой.       Михаил широко улыбнулся и отпустил чужую ладонь:       — Рад, что у нас в коллективе появился ещё один парень! А то только я, Герман да учитель ОБЖ. Даже среди физруков только женщины, представляете?       — Надо же! Я не думал, что нас так мало… — Михаил уже хотел ответить что-то, но Леон быстро прервал его. — Я тут по поводу вашего ученика, который Артём Самойлов… Он же ваш?       Михаил сразу нахмурился.       У учителя русского был очень громкий голос, вселявший в учеников страх. Герман зачастую слушал со своим классом, как Михаил в очередной раз злится на учеников басом. Сейчас Михаил ни на кого не кричал, но стоял крайне близко к двери, из-за чего его было хорошо слышно. Особенно сейчас, когда в школе ещё ни одного ребёнка.       Герман прижал ухо к двери и вслушивался в чужой разговор. Мозг нарисовал до ужаса фантастичную (или до фантастики ужасную) картину: Леон узнал, с кем дружит Герман, и пришёл предупредить Михаила, что его друг — вовсе не друг!       Но они сейчас говорят про Артёма, который не сдал учебник биологии за седьмой класс. «Стоп, учебник?» — стоило задуматься об этом, как дверь открылась. Герман чуть вперёд не улетел, но его вовремя поймал Михаил.       - Герман Алексеевич, так я вам учебник биологии должен, получается?       - Эм… — из-за спины учителя русского виднелась каштановая макушка библиотекаря, — в каком смысле вы должны? Ну, у Ксюши и правда не хватает его… А что, он у вашего ученика?       — Самойлов как обычно: каждый год учебники теряет, ей-богу!       Леон мысленно сделал себе заметку: «С этим учеником не сюсюкаться». Он даже себе позволил улыбнуться на секунду, но стоило увидеть Германа, как в душе опять засела тревога.       — Спасибо, что сказали, — Михаил повернулся к нему, — я сообщу его родителям, а потом остается надеяться, что когда-нибудь он его и вернёт.       — Когда-нибудь? — тяжело вздохнули и Леон, и Герман. Учитель русского лишь пожал плечами, мол, «что поделать?».       - Точно не хотите чаю с нами? — он всё продолжал настоять на своём.       — У него работы перед сентябрём много! Михаил Мелитонович, не ставьте парня в неловкое положение, пусть идёт работает.       — Ладно-ладно, вы как всегда правы.       Леон неловко кивнул головой и направился к двери в коридор. Напоследок он посмотрел на Германа ещё раз. И Герман поймал его взгляд, но застуканный библиотекарь сразу же сбежал.       — Знаешь, вы хорошо споётесь, — Герман никак не ожидал услышать это от своего друга. — Вы оба нервные.       — Да ну тебя! — залпом допил уже остывший чай, даже не присев обратно за парту. — Ладно, мне работать ещё.       — Бери конфету, — ловкий трюк со стороны Михаила. Всякий раз, когда собеседник собирался уходить, его помогали на секунду остановить эти волшебные слова. На Германе этот трюк работал отменно. — Или вы уже знакомы?       — Почему ты так думаешь? — спросил после небольшой паузы историк.       — На эту мысль навели меня ваши глаза. Незнакомцы не смотрят так друг на друга, — Михаил долил себе с чайника. Герман лишь отмахнулся.       — Ты надумываешь.       Михаил пожал плечами. Ничего не услышав в ответ, историк поторопился скрыться в своём кабинете. Но вместо работы над отчётами он сосредоточил свои мысли на тот случай, если директор правда вызовет его и спросит, почему же он уволился с прошлой школы на самом деле.       Вернувшись в библиотеку, Леон ещё раз посмотрел на свой ноутбук. Всё так же стоит на месте. «Я обязательно от него избавлюсь, но не сейчас», — недовольно подумал он и вернулся к работе.