Плюсы встречаться с...

— Крис, пожалуйста… — Тшшш… Феликс прикусывает губу, еле сдерживая стон от шепота на ухо. Его руки зафиксированы сзади плотной лентой — крепко, но аккуратно, чтобы не ранить нежную кожу. И избежать ненужных вопросов стаффа. Ликс ерзает на чужих бёдрах, всхлипывая, когда Чан впивается пальцами в его бока. Старший рычит: — Мы договаривались. Мне бросить тебя так? Ликс мотает головой, жмурясь, чтобы сдержать подступающие слёзы, и вновь затихает. Его слегка потряхивает: из-за прерывистого дыхания грудь ходит ходуном, ноги дрожат от напряжения, на глазах плотная повязка, а рот приоткрыт. Прохладные пальцы Криса вновь возвращаются на животик младшего, чувствуя, как дергается пресс, стремясь уйти от касания, но старший лишь хмыкает, прижимаясь губами к хрупкому плечу. Чувствует, как расползаются мурашки от поцелуя, и следует пальцами ниже, поправляя ограничительное кольцо на чужом члене. Бросает взгляд в зеркало, перед которым они расположились, и видит, как по губам танцора снует маленький язычок. Слегка поправляет положение Феликса, смещая свой член внутри него, и младший роняет голову выдыхая сквозь зубы. Крис видит, как напрягаются мышцы спины танцора, как поджимаются пальцы на ногах, и Ликс прилагает все усилия, чтобы не свести колени вместе. Потому что не разрешали. Ни двигаться, ни кончать. Чан опускает свою ладонь на напряженный член Ли, размазывая кончиками пальцев по головке выступившую смазку. Танцор всхлипывает, сжимая старшего внутри, и Крис шумно выдыхает от нахлынувших ощущений. Внутри его солнышка, как всегда восхитительно: тесно и жарко, тугие стеночки жадно обхватывают крепкий стояк, а ограничение на движение у Феликса на сегодня, позволяет упиваться собственной властью. И восхитительный вид, что открывается в отражении зеркала, только усиливает возбуждение. Его мальчик разбит и прекрасен. Идея с ограничением полностью принадлежит Ликсу, но не сказать, что Чан был как-то против. Лишь опасался немного, что его совсем развезёт от таких игр, но сам всё еще ясно отслеживает чужое состояние, готовясь прекратить в любой момент, если почувствует, что младшему хоть чуть-чуть некомфортно. Феликс — маленький экспериментатор, стремящийся к удовольствию, и безмерно благодарный, за то, что старший поддерживает его идеи, полностью вовлекаясь в процесс. А благодаря тому, что Крис является лидером группы, и далеко не последним человеком в агентстве, то и половина экспериментов воплощается без особых проблем, нужно лишь вовремя шепнуть. Как и в этот раз… Младший абсолютно голый, ограниченный в движениях и видимости, на коленях Чана, у которого только приспущены штаны, сидит в зале для практик с незакрытой дверью, записывая на камеру всё происходящее… Адреналин заставляет кровь бурлить, добавляя жара в и без того взрывоопасную обстановку. Возможность быть застуканными в любой момент, полный контроль старшего над телом танцора, умелые пальцы Криса и его пульсирующий член внутри младшего, который сейчас представляет собой просто оголенный нерв — всё это дьявольским коктейлем разливается внутри сознания Феликса. Он практически задыхается от переизбытка эмоций, и от пальцев лидера, что сжимаются на шее Ли. Чан продолжает ласкать младшего: отпускает горло Феликса и скользит ниже. Сжимает грудь, пощипывает и оттягивает соски танцора, замечая, как начинает мелко вздрагивать Ликс. Опускает руки на талию и слегка приподнимает Ли на члене, чтобы спустя секунду насадить до упора, тараня чувствительную от долгих игр простату. Танцор не выдерживает, откидывая голову на плечо старшего и скуля высоко, сквозь сжатые губы. Крис не делает замечаний по поводу движения, чувствуя, что Феликс уже на пределе своих возможностей — всё же их игра длится уже около часа. Да и он сам от ёрзаний, постоянных сжатий и откровенно похабного вида тоже близок к оргазму. Но нужно продержаться еще чуть-чуть. Сначала должен кончить Ликс. Чан касается губами влажного виска Феликса, продолжая ласкать истекающее смазкой возбуждение младшего. Слышит прерывистые выдохи и ускоряет движение кисти, постанывая в унисон чужому мычанию, а второй рукой ослабляя ограничительное кольцо. Немного подается вверх, напрягая бёдра, и прижимает большим пальцем яички Ликса, что кажется уже готовы звенеть от избытка в них скопившейся спермы. Ликс дрожит в его руках, словно телефон на беззвучном, и совсем перестает контролировать себя, цепляясь маленькими пальчиками за чужую футболку на прессе Чана. В коридоре слышны шаги работников компании и это долбит по нервам чувством стыда от возможности быть застуканным. Ли хнычет, ручейки слез пробиваются из-под повязки, и старший еще ускоряется. Ведет носом по ушной раковине, прихватывая мочку губами, и шепчет надсадно: — Давай, малыш, можешь кончить… Хватает лишь этой фразы, чтобы Ликса выгнуло на нём, да так, что танцор почти слез со стояка лидера. Крис успевает только зажать чужой рот ладонью, чтобы сдержать рвущийся из Феликса крик, и придавить чужой живот второй рукой, насаживая младшего обратно. Ли всхлипывает и кончает обильно, заляпывая собственную грудь и живот. Стеночки младшего интенсивно сокращаются, стимулируя приближение оргазма лидера, и Чан финиширует внутрь танцора, стискивая зубы и шумно выдыхая в затылок младшему. Тело Феликса продолжает содрогаться еще с минуту, прежде чем он обмякает на чужих коленях. Дышит громко и облизывает пересохшие губы, задевая кончиком языка ладонь лидера. Крис же приходит в себя быстрее: убирает с чужих губ ладонь и осторожно оглаживает поджимающийся живот младшего, собирая кончиками пальцев теплое семя. Бросает взгляд на грудь младшего, замечая, как выравнивается дыхание Ликса, смотрит на опавший член, а потом погружает испачканные пальцы в свой рот, намеренно громко причмокивая. Младший вздрагивает и краснеет скулами, догадываясь, что произошло, но ничего не говорит. Только член танцора вновь заинтересованно дергается. Крис осторожно приподнимает с себя младшего, выходя из жаркого нутра, и стягивает повязку с его глаз, давая Феликсу проморгаться, привыкая к освещению. Развязывает узел на руках, освобождая их от оков ленты, растирает покраснения и разворачивает танцора к себе, убирая остатки спермы влажными салфетками. На собственные штаны, что сейчас пачкаются его же семенем, вытекающим из Ликса, становится как-то плевать, ведь младший сонным котёнком тычется носом в плечо старшего, умиротворенно причмокивая губами. И Чан умилился бы, укутал в одеяло и уложил спать себе под бок, если бы ни один существенный момент… … сейчас утро. И скоро у них танцевальная практика. В этом самом зале, где они только что трахались. Поэтому сейчас им срочно надо в душ и успеть перехватить что-то на завтрак, так как репетиция сегодня не из простых. Уже натирая спину младшего в душе ароматным гелем, Крис решается задать вопрос: — Так что все-таки у тебя произошло, что ты выдернул меня из кровати и потащил в агентство, а не пришел сам к нам в общежитие? — Я лазил по фанатским сайтам и нашел один интересный фанфик. Нет времени объяснять, мне просто очень захотелось его воплотить, — Ликс упирается руками в стену и прогибается сильнее, давая лидеру лучший доступ к своему телу. — В общежитии у тебя парни, а я не был уверен, что смогу быть тихим. Времени искать другое место не было, а ты, появляющийся в агентстве ранним утром, не вызываешь вопросов. Да и то, что ты решил мне помочь с практикой, тоже не новинка для всех. Ты ведь лидер и всегда помогаешь. И вряд ли нам при таком прикрытии кто-то бы рискнул помешать. Интонация Феликса самая обыденная, и Чан отпускает смешок. Ли — маленький злой гений. Чертовски горячий маленький злой гений. Крис опускается на колени, чтобы было удобнее вымывать из танцора семя, и прикусывает ягодицу парня, фыркая: — Скинь почитать хоть. — Вечером, — мурлычет младший, чувствуя, как пальцы лидера, проникают в его дырочку. Прикусывает губу, сдерживая стон. — Зачитаю сам, — пальцы Чана творят с ним что-то невообразимое. — И еще парочку. Я загляну к тебе в студию? Скажем, что мне надо поработать над вокалом. Фраза звучит двусмысленно, и такой же является по факту. Но Крис совершенно не против такого расклада. — Буду ждать с нетерпением…