-Дост-кун, у тебя кровь из носа?

В один из жарких дней июля −... И таким образом мы получаем неделю на подготовку оружия, оккупирование здания, укрепления защиты... Вся не внятная болтовня Фукучи на счёт плана, обращается в воздушный поток и сливается с душной атмосферой в кабинете. В прямом и переносном смысле. Это один из редких случаев когда на собрании в Смерти Небожителей присутствуют все 5 членов организации. Да и в общем-то собрания проходят очень редко. Обо всех наставлениях каждому было известно ещё когда они вступали в организацию, но сейчас Камуи приспичило удостовериться в том что все члены будут осведомлены обо всех нюансах в плане. Сигма, севших рядом с главой, внимательнее всех слушал его лекции, дабы не совершить ошибок и выйти сухим из воды. Напротив него "сидел" Брэм, который из-за всех сил пытался не уснуть прямо на собрании, и казаться что он хоть как-то вникает в слова коллег. Чуть дальше от них сидели уже Гоголь и Достоевский. Они поступили более умно, и сели с одной стороны рядышком с открытым окном, дабы не умереть от 30-ти градусной жары в комнате, от которой не спасал еле работающий старый вентилятор в углу. −Скучно... −Шёпотом проговорил Николай, подпирая голову рукой. Шляпа и шинель в разумных целях остались в раздевалке. На это Фёдор понимающе кивнул и добавил так же тихо, чтобы его слышал только сосед: −И жарко...−сложив руки в замок, русский с тяжелым вздохом прикрыл глаза. −Кому придет в голову созывать всех на собрание в такое пекло, так ещё и в зал без кондиционера... Ставлю на то, что главе по пьяне причудился ангел и нашептал ему это. На это темноволосый лишь слабо посмеялся. Так продолжалось ещё минут 10. Да уж, много чего там главе ангел нашептал. Аж целая презентация вышла. А от жары и скуки Арлекин не знал куда себя деть. Не было сил даже неудачно пошутить.и все присутствующие были этому очень рады. С измотанным видом белокурый прокручивал кончик волос на пальце. И только сейчас он заметил что косичка немного распалась от трения со спинкой стула. Ну, делать ему всё равно нечего, пускай хоть приведёт себя в порядок. Окончательно распустив волосы, клоун принялся сначала немного причесывать их пальцами. До этого скучающий Дост меланхолично бегающий взглядом по комнате, изредка поддакивавший боссу, сейчас поднял заинтересованный взгляд на друга и... забыл как дышать. Яркие лучи июльского Солнца сейчас падали на белые локоны напротив, придавая им блеск. Резинка что держала небрежную косичку, сейчас была зажата между губами Коли, который смотрел куда-то в пол. Руки откинутые за спину осторожно поглаживали каждый волосок, дабы они не запутались. Привычной шинели сейчас на нём не было, поэтому можно было во всю разглядеть его в меру накачанные плечи. Чёрно-белый пиджак немного давил и очерчивал красивую талию гетерохромного. Вспотевшая чёлка прилипла к лицу, и немного щекотала столь необычные глаза. Фёдору показалось, что у него поднялось давление, или температура в кабинете стала ещё жарче прежнего. Он невольно засмотрелся на столь красивое тело. Прежде ему никогда не приходилось видеть Колю с распущенными волосами. Достоевский даже не догадывался что это будет выглядеть так завораживающее. Некоторые пряди слезли Гоголю на грудь, и немного извивались из-за поглаживания. К щекам прильнул лёгкий румянец, а аметистовые глаза бегали то по шикарным локонам, то по спортивному телу соседа. Поняв что слишком долго пялиться на чужую грудь, Фёдор поспешно отвернулся, прикрывая рот рукой. Он не мог понять что с ним происходит. Дыхание сбилось, а щёки предательски горели. Сначала эспер оценивал свою бурную реакцию на столь простую вещь как то что он никогда не видел друга без косы, но с каждой секундой желание вновь взглянуть на эту картину усиливалось. Не выдержав, тёмноволосый аккуратно взглянул на сидящего. Сейчас уже белокурый неспешно разделял волосы на 3 равные части. О Боже, Фёдор хотел чтобы это продолжалось вечно. Он раньше не замечал в себе влечение к мужчинам, да и к женщинам тоже. Пока он не выполнил мечту истребить одарённых, об любви и отношениях и думать нельзя. Но ничего не запрещает же ему просто полюбоваться кем-то?.. Сейчас ничего не подозревающий Коля перебирал пряди меж изворотливых пальцев, и из этого потихоньку выходила полноценная косичка. Сразу видно что не первый год делает себе причёску. И тут Фёдору невольно подумалось, что бы он мог сделать с этими пальцами. С этими длинными пальцами, что сейчас так умело перебирали волосы. Интересно, как глубоко они могут... "Господи, о чём я только думаю!?−отмахиваясь от навязчивых мыслей, тёмноволосый покраснел ещё больше. Стало стыдно от самого себя. Но прекращать смотреть на коллегу он не собирался. Даже наоборот, больше вглядывался в чужие очи, что сейчас были чуть прикрыты. Но тут Достоевский заметил капельку пота, что скатывалась по Колиной шее. "Как это... Сексуально.."−пронеслось в голове у эспера. Так же пронеслись довольно грязные мысли с участием этого клоуна... Сердце бешено стучалось, а сам русский принялся грызть ноготь на пальце. Вот уж не думал он, что у него такие сомнительные фетиши... Но из-за мыслей его без предупреждения прервал голос Яновского: −Дост-кун, у тебя кровь из носа?−обеспокоенный взгляд лучшего друга наводил дрожь. −А?.. Кровь?−попутно тыкая в место над губой, Достоевский убедился, точно кровь. −.. Да это из-за жары.. −Сигма-кун, подай салфетки, у Дост-куна кровь из носа−рукой показывая на упоминувшегося затароторил Гоголь. −А-а, сейчас..−ища на столе заветную пачку, он поспешно подал её в руки украинца. −Чегож ты так, Дост-кун. Снова заболеть хочешь? −доставая из пачки одну салфетку, Коля сам поднёс её к лицу друга. −Говорю, эта из-за температуры в комнате... Гоголь я сам...−немного смущаясь от действий со стороны коллеги, Достоевский попытался убрать чужую руку, но у него ничего не вышло. −Да не вертись ты, я почти закончил. −Мгм... Спустя минуту протираний, арлекин наконец отстранился. −На, придерживай на всякий. Мало ли ещё раз пойдет−сев обратно на своё место, Гоголь уже с новой косой принялся через не хочу слушать босса. А Фёдор же лишь разочарованно отвёл взгляд от столь желанных волос. На следующих собраниях теперь он будет сидеть только с Гоголем.