Без тебя ни дня

      Они начали встречаться, когда Оля училась в институте. Все старшую школу Кирилл бегал за ней и это даже было немного мило. Да и тогда это казалось прекрасной идеей. Он - высокий, сильный, смелый. Да, водится с непонятными людьми, да все время ходит в синяках, а местные ребята его боятся. Но он смотрел лишь на нее. Какое это чувство, власти на тем, над кем, кажется, не властен никто. Молодость и глупость, вероятно? Её тогда заботила лишь учёба, учёба и ночная разрядка пару раз в неделю, ибо чаще не мог ни он, ни она. Для неё там не было почти никаких искренних чувств. Иногда вина настигала её, но так же быстро и отпускала. Быть девушкой бандита...друзья уважали, а враги боялись, что еще может быть нужно? Возможно чуть больше совести и понимания, что ничем хорошим это кончиться не может. Каких-то пол года коротких встреч. Оля и не думала о серьёзности его намерений и просто жила, спокойно и свободно, да только в его мире подобным отношениям не было места, точнее он-то был свято уверен, что у них любовь, большая и светлая. Только вот не дарил ни цветов, ни подарков, а если дарил это всегда было что-то из разряда лучше бы не делал. Вроде пустого патрона, или пули, которую из него вынули, на цепочке. Этакая бандитская романтика. Может в тот момент Оля и поняла, что пора уходить, пока не стало слишком поздно. А может не поняла, раз осталась. Кирилл постепенно начинал знакомить её со своими друзьями, даже, когда она говорила, что не хочет иметь дело с темной стороной его жизни. И все стало понятно в один день, когда он глупо улыбаясь приехал на чьем-то кабриолете, переделанном из шестёрки. С букетом красивых белых роз, в костюме снятом с чужого плеча, в компании многих незнакомых ей людей, каждый из которых внушал свой собственный страх. Может отсюда и взялась её почти паническая боязнь физических увечий, которые могли появиться и из мира тьмы, и из мира, в котором жил и работал Паша. Она тогда отказала. Не понятно откуда взялась смелость, при всех тех людях просто взять и сказать свое твёрдое нет. То ли сказалось удивление, то ли ещё что, но в тот день она даже смогла спокойно уйти, а ад начался позже. Тот ад, который до сих пор отдавался липким потом, головной болью, нервной дрожью. И та радость, и те плюсы, от того, что его все боялись испарилась, потому что помощи просить было уже не у кого. Её могли просто вытащить из аудитории, на так называемую "встречу", ни одно её слово уже не имело значения, а сопротивление приводило к побоям. Близкие люди говорили, что она сама виновата, что ей нужно было соглашаться на брак, или и вовсе не связываться с ним. И второе было вернее. Он бы в конце концов просто отстал от неё, а теперь...синяки стали нормой, а свобода иллюзией. И не понятно уже было, что делать. Потому что даже в полиции разводили руками и говорили, что это просто домашнее насилие. Просто...ведь так у всех, а значит норма? А как вообще получилось, что Оля прожила почти пятнадцать спокойных лет? В один момент все изменилось, Кирилл исчез, как будто и не бывало, никто не приходил за ней, никто не помыкал. Она боялась ступить лишний шаг почти год, но за это время информации так и не появилось, тогда кто-то сказал, что Кирилл просто уехал на заработки, куда бы то ни было, это уже не важно, только подальше. Потом появился Рома, тихий и спокойный. Никогда не поднимал руку, носил цветы. Как глоток свежего воздуха были его простые ухаживания, прогулки по парку, ничего не значащая болтовня. Он не был красив, не был гигантом в постели, каким-то потрясающе интересным человеком тоже не был, но в нем было самое важное, он не был Кириллом. И все их отношения строились на этом странном противоречии. Видимо в конце концов Арефьев заметил, что что-то не так, но будучи человеком крайне трусливым уходил долго и тяжело. И если бы не Паша, Оля вполне могла оказаться с головой в депрессии. И вот снова все с самого начала. Она не имела ни малейшего понятия, где все это время был Кирилл, и было бы лучше, если бы он там и остался, вот только случилось уже то, что случилось.       На очередной ухабе Паша потянулся к ее руке, ухватил, притягивая к своему лицу, прикоснулся губами к ладони. -Все хорошо, не переживай, - ну и как же интересно? В ее памяти полиция не особо рьяно выполняла свои обязанности, хотя...Паша ведь тоже из них, может быть своему они помогут больше, чем просто человеку с улицы. Может быть удастся снова оказаться в безопасности? Оля наклоняется, касается губами его лба, чувствуя едва заметное статическое электричество вновь начавшее копиться в его теле. Паша ничего у неё не спрашивает, возможно, считает, что сейчас не время и он в этом прав, Оля тоже молчит, только взглядом блуждает, в конце концов натыкаясь на забинтованный живот, часть которого видно из-под сползшего одеяла. Он замечает это не сразу, приподнимается чтобы посмотреть тоже. -Ой, Оль, ерунда, - он снова падает на свое место явно более бодрый, чем был в начале и выгибается чтобы взглянуть на неё. Уголки ее губ едва заметно приподнимаются, очень тяжело в такой ситуации радоваться. Ведь бояться теперь нужно вдвое сильнее. Паша так просто не оставит тот факт, что за ней кто-то ходит, а братки Кирилла, если он все ещё тот Кирилл, которого она знала в далёкой молодости не оставят от Рыкова ни единого живого места. -Приехали, - голос Владимира Юрьича заставил вздрогнуть, Оля успела забыть, где она и с кем, обернулась с удивлением отмечая, что они и правда заезжают во двор больницы. Пашу увозят на обследования, оставляя девушку в холле. Чувство...будто ты дрейфуешь в океане как маленькая надувная лодка, нет ни якоря, ни безопасности. Почти два часа ее мотает по бескрайним просторам прошлого и такого неясного теперь будущего. Бригада Ломагина уже давно на новом вызове. Одной быть слишком тяжело. Оля то встаёт, то вновь садится на мягкую скамейку в холле. Вскакивая каждый раз, когда кто-то из врачей выходит. И, наконец, из глубины больницы прямо к ней широкими шагами идёт высокий мужчина в халате, накинутом на хирургическую пижаму. -Вы Ольга? Я врач Павла Рыкова, - она быстро кивает, заглядывает в глаза -Он в порядке? - мягкая улыбка озарившая доселе серьёзное лицо снимает с неё часть напряжения -Все хорошо, насколько это вообще возможно в его ситуации, сильный ожог в области живота, слабость, но это нормально, я вообще впервые вижу настолько энергичного человека после удара током такой силы. Уже рвётся домой, - на последних словах Оля загорелась, как ёлка -Так я могу его забрать? Правда? - могу и хочет ведь разные вещи, мужчина качает головой -Давайте хотя бы до вечера понаблюдаем, в потом уже и решим, я за вами пришёл, пойдёмте, дам халат посидите с ним, а то ведь и правда убежит, негодник, - шутливые слова и улыбка, видимо он и правда в порядке, слава богу. -Да, пойдёмте скоре...