Клуб одиноких сердец

Дверь машины захлопнулась, отчего спящая на задних сиденьях девушка чуть вздрогнула, промычала нечто невразумительное, но глаза не открыла. Слишком устала, чтобы хоть как-то отреагировать - ей проще было сделать вид, что она не заметила. Гоша в задумчивости "ломал" пальцы, сгибая их до слабого хруста. Туманова ушла, прихватив под руку свою спутницу. Ушла, вернуться не обещала. Непредсказуемая девушка. Казалась серьезной и не в меру ответственной, заботилась обо всех, была этакой мамочкой. А сейчас одним махом разрушила свой образ, и Гоша убедился, что совершенно не разбирается в людях. Главная возмутительница спокойствия мирно расположилась позади, ей надоело притворяться спящей - глаза распахнулись и прояснились. - Где Рита? - девушка села, пригладила растрепавшиеся волосы. - Откуда я знаю? - Повторяю вопрос. Где моя Туманова? В голосе Тлен появилась едва уловимая агрессия. Она и правда была недовольна, насупилась, нижняя губа непроизвольно выпятилась. - Думаю, она нашла человека, с которым ей будет приятно провести эту ночь. А ведь были у меня смутные предчувствия, неспроста сердечко покалывало, как бы намекало мне, что она латентная лес...- Гоша обрывает себя на полуслове, чтобы не сболтнуть то, что уже давно вертится на языке. Аня сосредоточенно его слушает, и парню даже становится как-то неловко от столь непривычного внимания к его излишне громким мыслям. - Латентная кто? Я опять не расслышала. Говори четче. - Со слухом проблемы? К лору наведайся на досуге. - А ты к логопеду. Возможно, поможет, и ты перестанешь мямлить. Они обменялись колючими взглядами, попытались передразнить друг друга. На этом обмен любезностями завершился. Разговор не клеился, включенное радио скорее раздражало, а не разряжало обстановку. Гоша опустил стекло и закурил. Анька молчала. Трогала ладонями припухшее от недавнего сна лицо, которое постепенно принимало все более мягкое и умиротворенное выражение. - Засыпай, на руках у меня засыпай, засыпай под пенье дождя, - девушка принялась подпевать радио, покачивая головой в такт мелодии. Единственное развлечение в этот напрочь испорченный вечер. Парень медленно обернулся в ее сторону, одобрительно хмыкнул. - Красиво поешь. Душевно. Неожиданную похвалу девушка приняла за сарказм, Пальцев поспешил убедить ее в обратном. Чего таить - голос у нее сильный, на слух приятный, да и искренний, если так можно выразиться. - Ходила в музыкальную школу? - Нет, но много пела. Вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, подрабатывала певичкой в кабаке. Название такое смешное у него было - "Пьяная устрица". Родители удивлялись, почему же их дочь никогда не просит деньги на карманные расходы, пока однажды папа не заглянул в то заведение. - Заработала люлей? - весело предположил Пальцев. - Нет, ты плохо знаешь моего батю, вернее, вообще не знаешь, но не это главное. Он целый вечер провел там, заказывая "Мурку". Дома поржали надо мной вместе с мамой. Не упускают случая, чтобы припомнить мне. Улыбаются еще ехидно, троллят, одним словом. - Я бы, конечно, с удовольствием еще пару историй о твоих косяках выслушал, но надо что-то решать. Есть ли смысл ждать? - А чего собственно ждать? Старости что ли? Сама вернется, когда посчитает нужным. Она девочка взрослая, не пропадет. Отвези меня домой. Пальцев соглашается. Он и сам хотел предложить. Неудобно вышло, нелепо. Рита его потрясла своим поведением, шаблон порвала. Но не ему судить. Туманова наверняка пошла на это сознательно. Она девушка крайне логичная и далеко не безрассудная. Странная, правда, ну ведь у всех есть определенные заскоки. - Когда Ритка придет с утречка домой, ей не поздоровится, - Тлен усмехается, - она будет наказана. - Как именно? - Не беспокойся, гуманность превыше всего. Помоет посуду в течение недели. - Ты беспощадна, я погляжу, - Гоша зевает, крепче сжимая ладонями руль. - Наследственное. *** Не то чтобы Рите не нравилось вышагивать по тротуару, держа за руку малознакомого человека, с которым она двумя часами ранее самозабвенно целовалась, ее все вполне устраивало. Да, пугало, вызывало новые, неоднозначные ощущения. Саша нежно приобняла ее за талию, притягивая ближе к себе. Не было настойчивости в ее действиях, одна только осторожность и страх отпугнуть девушку. Рита чувствовала Сашино волнение, и оно ей почему-то льстило. Женские пальцы, переплетенные с ее собственными, низковатый голос с пикантной хрипотцой, Саша ей нравилась. Обаятельная, умеющая расположить к себе любого человека, своей детской, наивной непосредственностью она была похожа на Тлен. Внешне же едва не полная ей противоположность. Выбритый висок притягивал, Рита не смогла удержаться, дотронулась, ощутив настоящий кайф от легкого покалывания в подушечках пальцев. Саша ей никак не препятствовала. - Обожаю короткие волосы, как будто прикасаешься к ёжику. Зря ты мне разрешила, теперь ни за что не остановишь. Женщина обречённо вздыхает. Чудесная ночь. Волшебная. Небо из-за туч непроглядное, щербатый лунный диск завис над их головами и преследует, куда бы ни пошли. Холод немного бодрит, однако ко сну все-таки тянет. А завтра на работу, и, видимо, придётся выпить пару чашек крепкого кофе и надеяться, что никто не заметит последствий бессонной ночи. По крайне мере, настроение непременно будет замечательным, спасибо Рите. *** Тлен ведёт себя как ни в чем ни бывало, изредка хитро щурясь, но не решаясь задавать вопросы по поводу случившегося. В случае с Тумановой любые расспросы бесполезны, потому что проще выдать замуж пятидесятилетнюю девственницу, чем добиться чего-либо от патологически скрытной подруги. Настанет день, когда она сама устанет держать в себе переживания и добровольно ими поделится, а пока стоит потерпеть. Долгие, нудные пары тянутся одна за другой. Однообразные будни начинают угнетать. Учеба, работа, дом. Шесть дней в неделю. Пальцев иногда пересаживается к девушкам, переругивается с Тлен, чем дико раздражает Риту, сидящую между ними. Она бы и рада уйти куда-нибудь, но друзья не выпускают. - Мне тесно. И душно. Отодвиньтесь хотя бы чуть-чуть, - девушка пытается растолкать ребят. Безуспешно. Они словно на зло зажимают её теснее. Насмешливо переглядываются. - Нам пофиг. Ты провинилась, ты должна быть наказана, - повторяют они давно заученную фразу. Рита безразлично опускает голову так, что волосы спадают на лицо, полностью закрывая его. До чего вредные, злопамятные люди. Пора бы забыть. Она ведь в сущности не сделала им ничего плохого. Пальцев забирает её тетрадь, суетливо списывает работу. Он твердо уверен, что делать домашнее задание дома - большой грех. Ему есть чем заняться помимо решения совершенно бесполезных задач. - Кажется, я понял, почему девочки всегда учились лучше: им нечего класть на учебу. Рита не советует доверять её решениям, поскольку делала все для вида, на отъебись - лишь бы что-то было записано. За правильность она не ручается. Гоша отмахивается от этих предупреждений. Искренне считая, что "нудному старому мудаку" и так сойдёт. Почерк красивый, линии ровные - препод доволен. Анька жалуется на боль во всем теле, периодически ногтями почесывает предплечье, которое уже покраснело и слегка распухло. - Хватит чесаться. Что с тобой? - Проказа, блин, - огрызается она, - рискну предположить, что это аллергия на универ. Ненавижу учиться, никакого желания зубрить лекции. Бесит уже. - Не учись! Иди проституткой работать, все только рады будут. Аня от возмущения открывает рот, чтобы возразить, но ее опережают. Преподаватель, находящийся поблизости, прекрасно расслышал альтернативу, столь любезно предоставленную Тумановой. - Я вам не мешаю? Девушки, я, конечно, понимаю, что ваша тема гораздо интереснее. Но давайте попозже это обсудите, хорошо? - Я громко сказала, да? - Да, - кивает мужчина, голос сочится ехидством. - Извините. Тлен откровенно ухахатывается, видя смущение, явственно проступающее на бледном лице подруги. А начатую тему они все-таки продолжают. Созревает очередной вариант, на этот раз более приличный. Работать оператором в службе "секс по телефону". Доходит до того, что Пальцев придумывает девушке псевдоним, приводящий ее в неописуемый восторг. Госпожа Анна - звучит неплохо. - Вот представь, звонит тебе клиент. С чего начать беседу? Тлен стреляет глазками, делает голос чуть ниже и шепчет с придыханием:"Здравствуй, сладенький. Это я, твоя сладкоежка". Гоша и Ритка медленно офигевают от ее безудержной фантазии. Преподаватель вместе с ними. Анька натянуто улыбается ему. Мужчина сокрушенно качает головой. Студентка его, мягко говоря, достала. - Когда-нибудь он выгонит меня с пары, и это будет самый счастливый день в моей жизни, - шепчет Тлен на ухо подруге, - отчитывает еженедельно, и ведь всегда в одних и тех же выражениях. - Сама ведь говорила, что ругаем только тех, кого любим, - напоминает ей подруга. - Тут иной случай. На днях девушки переходили дорогу по пути к учебному корпусу. Рита была настолько увлечена собственными мыслями, что не замечала ничего вокруг. Едва не попала под машину, которая по чистой случайности промчалась в двадцати сантиметрах от неё. Все произошло очень быстро, девушка даже не успела осознать и испугаться. Помереть под колесами автомобиля - не предел её мечтаний, однако привлекательная возможность разом избавиться ото всех жизненных проблем. К тому же смерть - весьма уважительная причина не посещать пары. Побелевшая от испуга Тлен, намеревалась устроить мечтательной девушке головомойку, но вновь опоздала. Алиса, ставшая невольной свидетельницей происшествия, не скупясь в выражениях, высказала свое мнение о возможных последствиях такой вот безалаберности. Рита ни разу не слышала столько злости в её голосе. - Со всеми случается. Живая вроде, целая, - пыталась оправдаться Туманова. Алиса с ней заговорила. Едва не накричала, зато игнорировать перестала - единственный плюс. - Ты о родителях своих подумала? Как бы они отнеслись к тому, что их дочь - это кровавая лужа на асфальте? - Отрицательно, - Риткины губы искривились в усмешке, - в открытом гробу хоронить нельзя такую вот красоту, не эстетично. Девушка шутила жестко, что Алису в данный момент выводило из себя. Она шла рядом, косо поглядывала на студентку, пытаясь глубоко вздохнуть и не наговорить лишнего. - А если вас так волнует моя жизнь и здоровье, то, может, вы меня за руку до главного входа доведете, как маленького несмышленого ребенка? - Доведу, не сомневайся. До аудитории, если понадобится. Анька шла чуть поодаль, опасаясь подойти ближе. Разъяренная женщина напомнила ей Медузу Горгону, разве что волосы не превращались в змей, а взгляд не обращал смертных в каменные изваяния. Реакция Гольбах, пожалуй, даже слишком эмоциональная, Тлен умиляла. Наверное, случись то же самое с каким-либо другим студентом, женщина прошла бы мимо, максимум - попросила быть осторожнее. И уж точно не повышала голос, как сейчас. А Рита в своем репертуаре, словно нарочно провоцирует своим легкомысленным отношением к произошедшему. Как будто ей случается рисковать жизнью несколько раз на дню. Влюбленная идиотка, не желающая смотреть по сторонам. Даже две идиотки.