Клуб одиноких сердец

Февральское утро. Самое, что ни на есть стандартное, разве что чуть более теплое и пасмурное, чем обычно. Они прогуливаются вдоль подмерзшей реки, одна из них идет пошатываясь, подошва проскальзывает, поэтому девушка вынуждена хвататься за свою спутницу. Та лишь смеется этой милой неуклюжести, поддерживает ее за локоть. Рита рассказывает о своей никчемной и дурацкой жизни, неизменно с тонкой улыбкой. Она хоть и неудачница, зато веселая, настолько привыкшая к проблемам, что без них себя не представляет. А Саша жалеет, не той щемящей жалостью, от которой на душе становится совсем паршиво - иначе, она заглядывает в глаза, проводит подушечками пальцев по щеке, в шутливо-серьезном тоне уверяя, что Ритка права, а окружающие - бездушные контрацептивы. Да, именно так, Саша любит выражаться оригинально. Оскорбления не должны быть грубыми, их не должно быть в принципе, а если уж их избежать не удалось, то стоит преподносить их с изяществом. Ты на словах человека посылаешь в пешее эротическое, а он благодарит за удачно подобранный маршрут. Уголки губ приподнимаются, светло-серые глаза щурятся от солнечного света, пробивающегося сквозь, казалось бы, беспросветное небо. Рита действительно ценит заботу, готова ответить тем же. Она умеет быть благодарной. Возвращать то, что получает. На доброе отношение отвечать с такой же теплотой, на безразличие - со сдержанным холодом. А на проявление любви девушка правильно реагировать не научилась. Казалось, она испытывала смущение от того, что человек был способен ее полюбить. Разыгрывалось любопытство, хотелось узнать, за что же ей досталась чужая привязанность. В реальности разложить чувства по полочкам было невозможно, потому что никто никогда не сумел бы дать строго определенного ответа на этот вопрос. Разговор сошел на нет. Произошло это настолько естественно, не было тягостного молчания, сопровождавшегося нелепыми попытками вновь заговорить. Когда женщина присела на край бордюра, потянув за собой девушку, та слабо запротестовала. Все-таки не май месяц на дворе, морозить пятую точку не хотелось. Рита начала длинную речь об опасности застудить почки, на что Саша только кивала. Она настойчиво тянула девушку вниз, наконец упрямице надоело сопротивляться. Редкие порывы ветра растрепали волосы, придавая ей сходство со взъерошенным воробушком. Нахмурившись, нахохлившись словно птичка, девушка в задумчивости покусывала губы. Если разобраться, то они знакомы уже чуть более трех месяцев. И до прошлых выходных их общение ограничивалось случайными встречами, когда они перебрасывались несколькими фразами. И больше ничего. Лед тронулся совсем недавно. Спонтанно, без долгих раздумий, Рита подтолкнула их даже не приятельские отношения. Стремилась получить нежную заботу - получила. Успокоилась. Стала проще относиться к чувствам, максимализм поутих. Наверное, глупо искать что-то абсолютное. Такого в природе не существует. Мечта останется недосягаемой, и в этом ее прелесть. Несколькими часами позже, находясь в Сашиной квартире, Рита вздрогнет от прикосновений холодных пальцев, поглаживающих ее спину. Постепенно спускающихся к пояснице. Ремень довольно скоро окажется расстегнутым, джинсы будут с нее стянуты и упадут на пол. Она зажмурится, из-за излишней остроты ощущений задержит дыхание, чтобы потом судорожно хватать ртом воздух. Ее любовница останется довольна - после длительной близости свернется клубочком рядом с девушкой, мягкими губами дотронется до шеи. Прильнет щекой к плечу, предложит остаться на ночь. Рита откажется и, провожаемая слегка погрустневшим взглядом, подберет свои вещи. Быстро оденется, испытывая чувство стыдливой неловкости. Махнет рукой на прощание и захлопнет за собой дверь. *** Доберется до съемной квартиры она без приключений. Открыв дверь, сначала по ошибке решит, что она в помещении одна. Лишь включив свет в прихожей, заметит подругу. Поджав ноги, Анька расположилась на самом краю дивана. Волосы привычно спутавшиеся, диковатые чуть влажные глаза. В ладошках надкушенное яблоко. Она даже не поприветствовала вошедшую, продолжая сидеть и смотреть куда-то в пустоту комнаты. Постороннего человека ее вид мог напугать, но Рита знала, что с девушкой иногда случается подобное, поэтому она безмолвно снимает пальто, бросает тяжелую связку ключей на низенькую тумбочку. Плетется к дивану и присаживается рядом. - Анют... Она легонько толкает светловолосую девушку, пытаясь вернуть ее в реальность. - Чего тебе? - откликается Тлен. Голос безжизненный, скучающий. Рита перебирается на пушистый ковер, обнимает колени подруги. Сдувает прядь медных волос, упавших на лицо. Надо разговорить девушку. Немедленно. Иначе это ее аморфное состояние затянется. - Хочешь, поговорим? - Хочу, - кивает, черты лица оживляются. - Ты до сих пор не рассказала мне о вечере встречи выпускников. Как съездила? Оно того стоило? - Да. А, может, и нет. Все вышло сумбурно. Ничего особенного. Третий год езжу и каждый раз зарекаюсь, что это был последний. Нифига подобного. В тишине зала слышно, как тикают настенные часы. Время разглядеть невозможно. Рита ждет продолжения рассказа, пока не приходит осознание того, что без ее вмешательства история заглохнет в самом начале. Вопросы, нужно задавать вопросы. Любые, только бы отвлечь подругу от ее хандры. - Ты наверняка была рада встретиться со своими одноклассниками. Правда же? - Они идиоты. Но мои идиоты. Феерические придурки, с которыми мы много пережили вместе. В школе, разумеется, мы общались так прилично, чинно. Вежливые до жути, зато выйдя из нее... В кафе не было свободных мест из-за наплыва выпускников, мы кое-как отыскали пиццерию. Пришлось сдвинуть столики, чтобы все поместились. Потрепались, поиграли в мафию. Выпили, покурили. - Ты тоже? - Аня курит только тогда, когда напьется. Но Аня не пьет, потому и не курит. Замкнутый круг здорового образа жизни, - Тлен лениво усмехается. И Рите понятно, что она не до конца честна с ней. - Обманываешь же. - Да ну тебя. Не верь тогда. Туманова улавливает новые интонации - чуть обиженные, игривые. Аньке не терпится поделиться с ней какой-то забавной подробностью, но хочет, чтобы Рита сама поинтересовалась, задав наводящий вопрос. - Видела ее? - Кого? - Твою школьную любовь. И я сейчас не о том симпатичном мальчике на год старше, а о... - О той симпатичной женщине, которая на двадцать лет меня старше? - нетерпеливо перебивает Анька, - видела, куда она от меня денется. Наша встреча получилась весьма эпичной. Я шаталась около раздевалок, надеясь поймать кого-нибудь из своих. Идти одной желания не было. Мимо пробегали двое сопляков, пялились на меня, один из них выдал что-то вроде "я бы вдул". Я пообещала, что сама ему так вдую, что потом сидеть неделю не сможет. Она как раз в ту секунду появилась из-за поворота. Пацанята успели ускакать. Не забуду ее упрекающих глаз. Вновь эти возгласы - ах, Анечка, детишек хотя бы пожалей. Ну какая я ей Анечка? Еще бы Нюркой назвала, как корову. Она совершенно не изменилась. Та же доброта, очарование, и все те же ласковые имена, которые я ненавижу. - Воспоминания нахлынули? - Нет. Понять не могу, что я в ней раньше находила. Да, достаточно красива, умна, но моя помешанность на ней в далеком, далеком прошлом, к огромному счастью. А ведь привлекала чем-то. Необъяснимым, незримым. Объясни мне, что нас так в учителях притягивает? Их недоступность? Опыт? Что? Рита обдумывает заданные ей вопросы. Для себя она давно на них ответила, но выразиться вслух ей сложно. Тема ее затрагивает. И страшно проговориться, ляпнуть нечто слишком личное. О некоторых вещах даже столь близкой подруге лучше не знать. Тлен плутовски улыбается. Наступила на больную мозоль. - Я кстати в шкафу убралась. Тетрадь твою нашла. Она упала, открылась на странице, которую я случайно прочитала. Нравятся мне твои стихи, Ритка. Ох как нравятся. - Что именно ты прочитала? - девушка хмурится. Анька встает, берет тетрадь и садится обратно. Читает вслух, отчего Рита морщится, поджимая губы. Я хочу обнять небо, прижав к груди солнце, Греть холодные руки в лучах раскаленных созвездий. Взобраться на Эверест, вздохнуть полной грудью, Осознавая, как счастье рвется наружу Ломая преграды - хрупкие ребра и тонкие вены, В которых несется горячая страстная кровь. - Хорошо, но скажи, это единственное, что ты успела прочесть, любопытная моя прелесть? Тлен отрицательно качает головой. - Еще одно было. И судя по названию, ты посвятила его кому-то, чье имя начинается на букву "а". Явно не мне. А кому же? Колись. - Саше, - говорит Рита, - Александре то есть. - Ну, ну. - Ань, иди к черту со своими намеками. - Чуть что, сразу Аня виновата. А я что? Я всего лишь правду говорю. Ладно, извини. Садись сюда, тащи пульт и будем смотреть биатлон. Болеть за твою Хенкель. Хотя она все равно не выиграет. Рита послушно идет за пультом. Тлен права в данный момент. Вряд ли Андреа займет призовое место. Физическая форма уже не та, да и возраст. Однако она все равно будет искренне желать ей победы. Найти себе новую любимицу равноценно предательству со стороны девушки. Тлен в принципе безразлично, кто победит. Ее волнует атмосфера соперничества, эмоции спортсменов, забавные реплики комментатора. - Марго? - Ась? - Туманова оборачивается на звук своего имени. - Ты совершенно безбашенная женщина. - С какого перепугу? - Послала нашу грымзу. Одногруппники выпали. Было круто, не спорю, но как ты ей зачет сдавать будешь? На прошлой неделе Туманова не выдержала и предложила самой нудной и вредной преподавательнице сходить куда подальше. Та не на шутку разозлилась, но толком ответить не смогла - вышла из аудитории, чтобы ответить на телефонный звонок. Ритка, не долго думая, скидала тетради и ручки в рюкзак и ушла с пары. Объяснила свой поступок тем, что эта старая тупая пизда ее попросту задолбала. - Как-нибудь. - Ой, Туманова, нажила ты неприятностей на свою бедовую голову. Но ты помни, что я всегда с тобой. Каким бы местом жизнь ни повернулась. - Звучит как тост. Ты запиши. Может, пригодится. Анька часто моргает, потирая уставшие глаза кулачками. Она тоже не подарок, но поступать как Рита не стала бы. Чувство самосохранения сильно. Она предпочла бы сделать несколько мелких анонимных пакостей, поиздеваться. Девушка вспоминает кое о чем и со всей дури бьет себя по лбу. - Рит, а у меня для тебя сюрпрайз. - Мне уже страшно. Тлен просит подругу закрыть глаза и ведет ее на кухню. - Ань, если там труп, клянусь, что я тебя не сдам. Даже похоронить помогу. У нас в бюро акция в этом месяце. Светловолосая широко улыбается. Сажает Риту за стул и наконец посмотреть - на потолке сияют светло-зеленые фосфорные звездочки.