Целительница Звезд

Ей было страшно. Ее маленькое сердечко билось слишком быстро. Она не могла дышать лишний раз. Нога сильно болела, кость торчала из тоненькой ноги. Кровь остановилась и свернулась, но сломанная нога выглядела ужасно. Девочка не могла вставить ее сама обратно. Она пыталась, но было слишком больно. Она знала, как это сделать, но ничего не получалось, и от этого ей становилось страшно, кровь почти застывала в жилах от того, что она находилась в таком месте. Она не могла сбежать из камеры, ее кормили, но вот осмотреть ногу не могли. Она была пленницей и не понимала, почему до сих пор жива. Она не знала для чего была нужна им. Она даже не знала, кому она могла понадобиться. И этого она боялась — неизвестности. Синеволосой девочке было страшно, она роняла слезы на холодный каменный пол, на котором сидела. Она замерзла, устала и ей было больно. Она хотела домой, к брату. Хотела обнять его, хотела увидеть свою подругу, которую смело могла назвать сестрой. Она была магом, но будучи почти ребенком, который только вступил в переходный возраст, она почти не могла контролировать дар. Она была уверена, что ногу ей сломали специально, даже то, что ее магия была стихийной, не давало ей шансов для побега. Из-за раны, ее магия уходила на поддержание жизненных сил. Она могла бы обратиться ветром, воздухом и исчезнуть, но ничего не могла сделать из-за сломанной ноги. Это было печально и вызывало ярость, которая клокотала в самой ее душе. Ее оторвали от Шарли, как там ее подруга-оборотень? Жива ли она вообще? Шарли всегда заботилась о ней, всегда помогала и оберегала. Рассказывала, каково это - быть взрослой, ведь остался всего год и она станет совершеннолетней по законам магии. С ней похитили еще одного человека, точнее, мага. Он был одним из трех генералов, обладая при этом сильным даром с неуправляемой магией. Многие его боялись, но для нее он был любимым дядюшкой. Он пытался спасти ее, пытался помочь сбежать, пока они еще не добрались до этого места, но ничего не получилось. Сейчас она не знала где Гилдартс. Жив ли он? Увидит ли его она еще раз? От этого ей становилось жутко. Она провела здесь два дня, но все еще ничего не знала. Ей казалось, что она потеряла всех, кого знала, она плакала множество раз, и, кажется, ее глаза уже совсем не карие, возможно, они приобрели алый оттенок от пролитых слез. Ее спас Макаров. Он пытался ей помочь и поплатился своей жизнью. Старый маг был так силен, что при виде его магии, она испытывала по истине детскую радость, которую не могла сдерживать. Он прикрыл щитом девушку. Джувию, она была одной из тех, кто пытался защитить ее. Она вела себя странно, в какой-то миг показалось, что она не видит. Она сидела сломанной куклой на полу и совершенно не двигалась, пока Венди не закричала. Это было странно и страшно. Она боялась и так сильно в тот момент, что, возможно, ее сердце бы остановилось. Она услышала звук открывающейся двери. Замок повернулся, щеколда отъехала, в тюрьму вошел мужчина. Его светлые волосы были собраны в хвост, очки скрывали глаза. От него шла магия, которая казалась такой знакомой, но пугала слишком сильно, девочка не могла расслабиться, хотя рядом с ним ей и стало спокойней. Она чувствовала магию льда. Она словно фонтанировала, легкий холодок пробежался по нежной коже. Магия льда была одной из самых редких видов магии, ею обладали немногие. Она разрушала владельца стихии, если он не мог контролировать ее, уметь договариваться с ней. Она могла стать другом, а могла стать врагом — так ей рассказывал брат. Лучший друг Принца Нацу был обладателем этой магии, но та была теплой. — Тебя зовут Венди? Не так ли? — спросил ее он, девочка поняла, что сказать "нет" она не может, он и так знает ее имя, она была полностью уверена в этом. С ней творилось что-то не то. Ей было четырнадцать, почти девушка, но она никогда не смотрела на юношей, хотя ее сверстницы только о них и шептались. Ее сердце никогда не замирало при виде них, она почти всегда чувствовала отвращение, но не сейчас. С ее телом было что-то странное, ее магия бесилась, а сердце в груди забилось не из-за страха, а из-за чего-то другого. Это было похоже на те самые моменты из гадких романов, которые читали такие же ученицы, как она сама. — Да, это так. Я умру сегодня? — спросила Венди, она была готова к этому, но все же хотела жить, чего бы ей это не стоило, главное для нее было не подвергать опасности брата и его дорогих друзей. Она готова была ко всему, но мечтала, чтобы ее смерть была безболезненной. — Нет, ты не умрешь. Пока что, — сказав это, он подошел к юной девушке, она сидела на холодном полу, это повергло его в негодование, он сам не понимал, что происходит с ним и почему он так ведет себя с пленницей. Он подходил все ближе, а потом увидел сломанную ногу, что выглядывала из под порванного платья. Кость торчала в сторону и разорвала некогда светлую и чистую кожу. Это вызвало в ледяном маге бурю злости. Она была важным пленником, он знал о ее магии, но можно же было не совершать такую ошибку, она могла остаться без ноги, и это точно не принесло бы радости Повелителю, — я возьму тебя на руки, не дергайся, — сказав это, он без раздумий подхватил легенькое тельце и вынес ее из мрачной темницы. Она была слишком легкой и слабой, он это видел и от этого ему становилось больно, его магия тянулась к ней и делилась своим холодом, и совершенно не слушалась его самого. Будто щенок или котенок она ластилась к этой девчонке. Она не издавала и звука. Молодой девушке было страшно пошевелиться, боль давала о себе знать, а теплые руки на теле не внушали и капли доверия, но могла ли она знать, что эти самые руки просто не смогут причинить ей зла? Даже магия этого человека, почти монстра, не смогла бы ее ранить и позволить кому бы то ни было сделать это. Она была в безопасности, но ни она, ни он не знали об этом. Звездные духи всегда любили своих детей и всегда давали им шанс, какими бы уродливыми не были их души и их мысли. Они всегда помогут им исправиться, помогут найти того, кто сможет их исправить. Те же, кто уже неподвластен этому — умрут. Всесильные любят идеал, поэтому не терпят того, что они не в силах исправить. Они просто уничтожат это и сотрут с лица всего мира, как будто этого и не существовало. Иногда магия и сама бывает жестокой, хотя об этом никто и не говорит. Все молчат, потому что она всегда дает им то, что они хотят и о чем они мечтают — их судьбу, ниточку, соединяющую их с второй частью души, с второй частью сердца.

***

Люси. Я открыла глаза, в горле было очень сухо. В глазах было темно, и странные всполохи яркого света являлись перед ними. Я моргала. Бедро болело, хоть и не сильно, но довольно ощутимо. Было холодно, но я чувствовала что-то горячее и мягкое на моем бедре и щеке. Зрение медленно, но возвращалось, кажется, я начинала видеть очертания человека и пока что до меня не доходило, кем он может являться. — Простите, кто Вы? — спросила я, щурясь и пытаясь понять, кто же это предо мной? Тихий и приятный голос, определенно мужской и знакомый, рассмеялся. — Люси, ты в порядке? Это я, Нацу, хоть и так выгляжу, — сказал Принц, я не видела пока что того, что он имел в виду. Все расплывалось перед глазами, и мне не нравилась эта реакция моего организма. — Принц? Простите, я не понимаю, что происходит… — Ничего. Тебя поцарапал один из оборотней, не волнуйся, яд я вывел, и все будет в порядке, — сказал он, и я начала отчетливо видеть его глаза, черные с белыми крапинками и сузившимся зрачком. Его лицо было так близко к моему, я чувствовала его дыхание на моих губах, и в голове проскользнуло тонкое желание впиться в эти губы — поцеловать, но я быстро отогнала эту дрянную мысль. — С остальными все в порядке? — спросила я, начав приподниматься на локтях. Я почувствовала, как рука исчезла с моего бедра и переместилась на талию. Так, мысли-извращенки, исчезните! — Да, все в порядке, скоро светает, и мы выдвинемся. Тебе лучше пока что полежать, но, думаю, ты так замерзнешь, — сказав это, он сел мне за спину и обнял своими руками за талию, положив подбородок на мою голову, и затих. Я же не могла вымолвить и слова. Я просто не могла поверить во все это! Во все! Потому что руки Нацу украшали чешуйки, и вместо ногтей были когти. Он обнимал меня, и я, почему-то, совершенно не боялась. Я не понимала себя, а его, тем более. Моя юбка была порвана, открывая вид на мои ноги, тонкие и покрытые шрамами и язвами с еще множеством различной гадости. Я была отвратительна, а он прикасается ко мне, к тому же, так нежно, что сердце замирает от счастья, и хочется плакать, глаза просто щиплет от чувств и счастья, переполнявшего меня. Его пальцы поглаживали мою кожу на талии между порванной тканью. Мою настоящую кожу, к которой и я не люблю прикасаться. Я ничего не понимала, совершенно не понимала того, что происходило в этот миг. — Что происходит? — задала я свой вопрос шепотом, потому что боялась развеять эти мгновения, потому что боялась почувствовать, как эти сильные руки исчезают, как отталкивают меня. Сейчас я этого просто не переживу. Король Духов, забери мою душу, я хочу всегда находиться в этих сильных и горячих руках, чувствовать его обжигающее дыхание на своих волосах, более мне ничего не нужно! — Заметила? Я обратился, частично, правда, поэтому мы сейчас далеко от всех, я могу убить их. Дракон не очень любит живых существ, да и мертвых тоже, — сказал он, и я забеспокоилась. — А я? — Тебе можно все. Дракон только рад будет, — принц сжал меня сильнее, я же почувствовала, как сердце остановилось, внутри щемило от осознания того, что рад будет Дракон, но не он, а на что ты надеялась, Ведьма? — Что же, понятно. Ваше Высочество, прошу, отпустите меня, мне нужно привести себя в порядок, не думаю, что кто-то будет рад увидеть меня и мой вид, — сказала и замерла, если он согласится, то, думаю, что все для меня будет приговором. Я ему не нужна, нужна только Дракону, кажется, я в секунду возненавидела судьбу. — М?.. Ты права. Я бы не хотел, чтобы они видели твои ноги, — глупая Ведьма, а на что ты надеялась, называется? — Спасибо. Я встала, немного шатаясь. Юбка была порвана только в одном месте и довольно грубо, серая ткань была грубой и толстой, как у него только вышло? Если честно, то я просто пыталась увести свои мысли от того разговора, после которого мое сердце разбилось. Мне хотелось просто сесть и расплакаться, хотелось сжать в руках ткань и кричать, как можно громче, пока не сорву горло. Я всегда надеялась на лучшее, всегда думала только о хорошем. В глубине души, я даже надеялась на то, что проклятье снимется с меня. Я чувствовала, как сейчас оно окутывает мое магическое ядро, как сковывает магию. Еще я чувствовала чужое вмешательство. Моя магия перемешивалась с чужой и незнакомой мне силой. Возможно это из-за раны, магия оборотня смешалась с моей. Наверное, я очень глупая, раз надеялась на чудо, на судьбу и на Богов. Для такой, как я, не существует счастья, я просто не достойна этого. Я связала наружными узлами ткань и, убрав с плеч шаль, повязала ее как передник, так она хоть немного, но скроет неаккуратность. Потом одену другое платье, благо, это не мое любимое. — Мы можем прийти до рассвета? — спросила я, поворачиваясь к Принцу, он просто стоял и смотрел на меня, у него было странное выражение лица. — Да, я перемещу тебя к остальным, а сам останусь здесь. Мне нужно остыть, — сказал он и подошел ко мне, его руки потянулись ко мне, и я отпрянула, непроизвольно, мне не хотелось, чтобы сейчас он дотрагивался до меня. Мое сердце, душа и магия были полностью беззащитны. Я не хотела вновь испытывать боль, с которой еще не справилась. Он опустил руку, в его глазах промелькнуло что-то, но я сразу отвела взгляд. В следующую секунду появился портал. — Иди, я скоро вернусь, — сказал Нацу. Я подошла к порталу и повернулась к нему, смотрела и запоминала его облик, совершенно не зная, зачем я это делаю. Что же я хотела в тот момент? Не знаю точно. Я шагнула в портал, он перенес меня на поляну, где находились все. Кажется, я снова со всеми. Только вот сердце мое теперь разбито, и я более не очень хочу жить и верю в то пророчество.

***

Она стояла в огромной зале, наполненном только светом луны. Рядом стоял тот ледяной маг. Он залечил ее ногу, вправил кость и своей магией полностью зарастил рану, остался розовый шрам, немного уродливый, но ей не привыкать, сколько она раз разбивала коленки, сколько раз падала, было не сосчитать. Ей было страшно, именно страшно. В этом зале, где царила полутьма, в зале до куда не доходил свет от факелов, было страшно. Темная, никогда не виданная Венди ранее, магия, заполняла все вокруг, и даже то, что странная магия того парня пыталась ее закрыть, пыталась успокоить и придать сил, она все равно не могла закрыть собой эту страшную и, определенно, опасную магию. Сейчас ей казалось, что на ее голове в ее волосах появится пару десятков седых волосков. Сейчас она была уверена, что ее могут убить, хотя тот маг, даже на мгновение, показался ей хорошим, но сейчас она так не думала. Она вообще не знала, что думать. Ей казалось, что она окаменела. — Инбер, почему твоя магия так себя ведет? — спросил голос, от которого внутри все заледенело. — Простите, Император, я не могу ее сдержать и… — Понимаю, что же, теперь я точно не смогу убить ее или причинить смертельную боль. Малышка, как твое имя? Я чувствую твою магию, она определенно тебя любит, уж очень сильно она сопротивляется мне, — сказал Император. — Я Венди, и я не знаю почему она себя так ведет, и почему магия этого мага помогает мне, простите. Могу ли я задать вопрос? — девочка понимала, что она рискует, но он сказал, что не убьет ее, хотя она и не понимала почему. — Да, обещаю говорить правду. — Зачем вам я и наш генерал? — спросила она, возможно, из его ответа она многое поймет, она очень надеялась на это. Он встал с трона. Его темное одеяние с белым тога шелестели под действием магии, темные раскаты были очень хорошо видны под светом луны. Император был черноволосый, а его глаза пылали во тьме так, будто носили в себе огонь. Черные глаза были страшны. В них не было ничего. Они были пусты и от этого ужасающие, как и его магия. Бессмертный был красив и молод, но была молода только его оболочка, но не душа. — Мне нужно найти кое-кого, я давно ее ищу, от одной предсказательницы узнал, что она жива, но спит под гнетом Огненного Бога-Дракона. К тому же, ваша магия слишком редка и будет мне полезна во многом, — сказал он, и его губы дрогнули в чем-то похожим на улыбку, в глазах на секунду загорелась надежда. — Я не буду предавать мою страну! — прокричала девочка, она знала о чем идет речь. Леви рассказывала ей старую легенду их семьи - о деве, что сокрыта в старом дворце, что находится в пещерах, что она пролежала там очень долго, храня их страну от гнета и участи разрушения. — Я и не прошу об этом, но твоя магия говорит мне, что ты знаешь, о чем я говорю, — Венди опустила глаза в пол, ее подбородок вздернули и сжали ледяные руки, было больно, и на глазах ее наворачивались слезы. Она не хотела рассказывать, но почему-то не могла сдержать себя, — когда-то давно, Бог-Дракон попросил у Девы о помощи, хранить его семью и его страну. Дева согласилась, попросив запереть ее в огненный лед, откуда нет ходу, ее дух стал смотреть за детьми, внуками и другими потомками Бога-Дракона. Легенда говорит, что ее тело находится в старом дворце, — магичка закусила губу, она не хотела говорить, где это находится, она не скажет. — Спасибо. Имбер можешь забрать свою пару, ее магия довольно-таки своенравна, надеюсь, ты позаботишься о ней, — сказал Древний и повернулся спиной к магам, — скоро я увижу тебя, — прошептал он совсем тихо. — Да, Император Спригган. Двери закрылись, а Венди не понимала, почему рассказала эту старую сказку для детей. Она была рада, что не рассказала, где дева находится. Сейчас она хотела выбраться и найти брата, чтобы все ему рассказать. Они все в опасности, в этом она была полностью уверена.