С высоты

***

      — А вот эту позу я сам ему предложил! — Бомгю перелистнул картинку, которая была усыпана множеством насыщенных оттенков. — А вот тут я так долго искал ракурс, что он меня чуть не убил! — парень посмеялся, вспоминая момент, который отложился в памяти чем-то драгоценным и приятным. — О, а эту фотографию я сделал случайно, но получилось прекрасно, согласись?       Тэхён, пришедший в университет после болезни, с изумлённым лицом слушал своего друга, показывающего кадры после прогулок с соседом.       — Ты же говорил, что этот Ёнджун тебя бесит, и ты никогда не будешь с ним дружить? — взглянул он на брюнета, пока на лице так и светило истинное непонимание.       — Мы с ним и не друзья! — встрепенулся Чхве. — Он просто разрешил мне воспользоваться фотоаппаратом!       Кан Тэхён устало вздохнул, посмотрев на чужой телефон, и явно не понимал, что же управляло чужим неуравновешенным нравом.       — Мы в воскресенье ещё на речку ходили, я сейчас покажу тебе наши селфи! — вспомнил Бомгю, быстро тыкая пальцем по экрану, желая рассказать всё, что приносило счастье и грациозный восторг, отчего в груди взрывались фейерверки.       — Ну вы ведь уже нормально общаетесь? — парень поправил свои серые волосы, пытаясь разобраться в ситуации.       — Ни за что, он всё равно слишком сильно меня бесит, — фыркнул Чхве, скрестив руки на груди, пока Кан старался понять, к чему был весь этот диалог, и что от него требуется.       — Кстати, Тэхён-щи, я ещё показал ему ту тарзанку, — Бомгю посмотрел на друга. — Которую мы прошлым летом с соседями сделали.       — И что? Он оценил?       — Ещё как, — брюнет прикрыл глаза и вскинул голову, где расцветали горделивость и самодовольно. — Мы там полдня провели! А ещё, знаешь что…       — У нас пара через минуту, пойдём быстрее! — вскочил Тэхён. — Потом расскажешь.

***

      — Он с дуба рухнул?! — Бомгю с глухой раздражённостью вылетел с аудитории, крепко держась за лямку сумки, пока вокруг него летали тёмные облака слепого гнева.       — Да ладно тебе. Интересная же работа… — аккуратно подошёл к нему Кан, стараясь утихомирить пылкий нрав.       — «В качестве итоговой работы напишите портрет человека, с которым вы почти не знакомы. При этом вы должны постараться передать его характер с помощью умелого подхода...» — парень сделал грубый голос, стараясь передать речь преподавателя, которого так и хотелось закопать под землю. — Где я должен искать ему какого-то незнакомца, который ещё и согласится мне позировать!       — Необязательно же незнакомца, а человека, с которым ты не сильно тесно связан, — Тэхён похлопал его по плечу в надежде успокоить и выявить плюсы из уникального задания. — Вот у меня на примете как минимум уже три человека: один парень, с которым мы ходим вместе в зал; сын подруги моей мамы, ты его должен помнить, а ещё тот…       — Да у тебя знакомых по всей планете навалом! — раздражённо цокнул Чхве. — А мне что делать?       Он обречённо облокотился спиной о стену, тоскливо смотрят вперёд, пока картина расплывалась от пелены ярости, и не находил в себе силы отправиться домой, хотя мама, скорее всего, уже ждала сына в машине.       — А что насчёт Ёнджуна? — Тэхён встретился со взглядом друга, который так и был готовым убить его и раскромсать тело. — Сам подумай, у него модельная внешность, вы с ним общались не так уж и много раз, а ещё ему будет несложно прийти к тебе: их дача находится напротив вашего домика, — стал перечислять парень те черты, которые могли пойти на благо и оказать должную помощь.       — И как я должен его об этом попросить? — в голосе уже утих былой гнев, на смену которому пришла растерянность.       — Просто подойди к нему и скажи, — Кан закатил глаза. — Он же тебя не убьёт. Заодно получше узнаете друг друга, — хитро подмигнул он.       Бомгю уткнулся головой в пол, обдумывая чужие слова, которые, в принципе, действительно имели свой здравый смысл.       — В любом случае это нужно тебе для итогового проекта, а не для какой-то забавы. Если он не согласится, то мы придумаем что-то другое. Попробовать стоит.       — Хорошо, спасибо тебе, — брюнет подарил тому добрую улыбку, что уняла весь пессимизм, после чего парни неторопливо отправились к выходу.       — До выходных ещё есть три дня, так что перевари это всё и обдумай, — перед расставанием сказал Тэхён, стараясь внушить в друга прилив уверенности.       — В принципе, почему бы и нет, — Бомгю благодарно кивнул парню, и тот поднял большой палец вверх, будто бы убеждая в достоверности своих слов и положительном результате, что скрывался за ним.       — Тогда давай, до завтра! — Тэхён напоследок махнул ему рукой, надеясь, что приятель тщательно всё обдумает.       — Пока!

***

      Ёнджун сделал глоток напитка латте, который купил до поездки. Неделя протекла очень быстро, забирая себе часы сгорающего на лету времени, и вновь наступили выходные, несущие в себе долю покоя и тишины, которые он, как обычно, проведёт в кирпичном доме за городом в окружении восходящей природы, что душила густыми ароматами.       — Если я увижу хоть каплю кофе в салоне машины, ты мне тут всё до блеска оттирать будешь, — послышалось замечание отца, сидящего за рулём. — Понял?       — Да понял, понял я, — закатил глаза парень.       — Какая на улице погода хорошая! — воодушевлённо сказала Чхве Хэин, глядя в окно автомобиля с упоением и очарованием, ведь травы зеркалили солнечные лучи, превращая их в пастельно-жёлтое сияние, словно играя с огненной палитрой.       — Дождь же на сегодня передавали, — задумался господин Гонхо, пока на небе не было ни намёка на спускающуюся с небес грусть.       — Ещё не вечер, — усмехнулся Ёнджун, параллельно листая что-то в телефоне.       Вот машина свернула на знакомую дорогу, подъезжая к зданию, пока в груди растворялся кусок какого-то ценного счастья, проявляющегося лишь в цепях дачного округа. Отец припарковал машину в гараж, а сам парень помог маме разложить купленные ей для дачи приборы.       — Поможешь мне сегодня с посадкой хризантем? — спросила госпожа Хэин. — Хочу красиво высадить их вдоль дорожки.       — Да, конечно, — кивнул её сын, закрыв кухонный ящик.       Ёнджун вышел из дома и отправился в сторону недавно поставленных качелей. Солнечные лучи давно уже поглотили ночную свежесть, и среди этого океана зелени, волн тепла и света, ароматного запаха травы можно было дышать полной грудью. На противоположном участке стояла тишина, видимо, Бомгю ещё не проснулся, либо же просто сидел дома, словно мышь, что пряталась от острых когтей кота. У парня появилось желание сходить проведать его, но тут из дома выбежала Чхве Хэин, попросив сына помочь ей с грядками, которые ожидали, когда же к ним прикоснётся человеческая рука, вгоняя в рыхлую землю дозу кислорода.       Пришлось сильно попотеть, ведь Ёнджун никогда раньше не делал ничего подобного, да и знойное солнце лишь подливало масло в огонь, из-за чего тело создавало на лбу капли влаги. Отложив тяпку в сторону, он смахнул с лица частички жидкости и стянул с себя серую ветровку из-за подступающей жары, из-за которой всё вокруг ощущалось жерлом вулкана.       — Подай лейку, пожалуйста, — попросила его мама с цветущей на лице улыбкой, словно распустившийся бутон какого-то волшебного цветка. — Скоро всё будет готово. Надо обязательно к Соён сходить, расскажу ей, какие мы тут с тобой молодцы.       Парень усмехнулся, кинув взгляд на вскопанные грядки, что дышали и пропитывались тёплым весенним воздухом, рыхлой землёй хватая частицы кислорода.       — Что-то ещё нужно сделать? — последовал вопрос, пока тон голоса казался усталым и весьма истощённым.       — Нет-нет, спасибо, — женщина поправила белую шляпу, мирно устроившуюся у неё на голове и глядящую свысока на яркий мир.       Чхве кивнул, решив удалиться в свою комнату, чтобы немного отдохнуть после физического труда и нанести на тело бальзам расслабленного состояния. Он скоротал невозвратимое время за просмотром какой-то дорамы, пока не услышал звуки на кухне. Сняв наушники, он распознал голос Чхве Соён, поэтому отправился вниз, чтобы поздороваться.       — Ёнджун, здравствуй! — улыбнулась она, радушно встречая соседа.       — Здравствуйте, — кивнул он, оглядевшись в поисках цели. — А Бомгю где?       — Да у себя сидит, что-то он грустный в последние дни какой-то, — разочарованно ответила женщина, которая заметно приуныла и надела гримасу жалости. — Говорит, работы много в университете, поэтому расспрашивать не стала.       — М-м, — Ёнджун слегка задумался, пока в груди что-то болезненно кольнуло, будто разрывая чувствительные нити. — Понятно.       — Ты с нами посидеть не хочешь? — спросила госпожа Чхве, посмотрев на сына, на которого будто бы осело безрадостное облако.       — Нет, я вообще прогуляться хотел, — парень открыл входную дверь. — Так что я пойду, — и скрылся за ней следом.       Он тут же отправился по направлению к чужому домику, решив навестить брюнета, от которого не было ни слуху ни духу. Дверь была слегка приоткрыта, так что он просочился внутрь, но нужный человек в поле зрения не попался. Тогда старший поднялся на второй этаж и прошёл вперёд по небольшому коридору, постучавшись в дверь, которая вскоре открылась, открывая взору силуэт, вокруг которого будто бы царила мрачная оболочка, подавляя состояние.       — И что даже поздороваться не выходишь? — вскинул одну бровь Ёнджун.       — Откуда я мог знать, что вы уже приехали, — злым тоном процедил тот, усаживаясь обратно за стол, где были раскиданы какие-то листы с набросками, словно демонстрируя беспорядок, царящий в перепадах души.       — Я даже не успел ничего сделать, а мне уже грубят, — старший драматично прижал руку ко лбу. — Это твои работы для университета? — заметил он предметы, лежащие на столе.       Бомгю отрицательно махнул головой, быстрыми движениями засунув листки в какую-то папку, не желая показывать весь этот хаос, что был создан его же рукой, на кончиках пальцев которой сияли волнение и моральные переживания.       — Так зачем пришёл? — буркнул он, так и не наградив взглядом соседа, будто перед глазами растянулась слепая пелена.       — Поздороваться? — оставшись незамеченным, старший Чхве подошёл поближе к приятелю, стараясь заглянуть ему в лицо, где глаза были сухи, а загадочные губы сжаты в тонкую линию, словно образуя барьер для выхода неприятных эмоций. — Эй, что-то случилось? Твоя мама сказала, что ты грустный в последнее время.       Не найдя, что ответить, парень прикрыл тяжёлые веки, а тревожные и запутанные мысли разбивали мир души, образуя в нём глубокие трещины, устремив взгляд на стоящий в конце комнаты мольберт, который мешался перед взором и будто бы навевал странное предчувствие.       — Вдохновения что ли нет? — пытаясь разобраться в ситуации, спросил Ёнджун.       — Хочешь чай? — резко спросил Бомгю, стараясь отойти от разговора и развеять клубящийся в сердце дым.       — Эм, — парень непонимающе склонил голову, словно он заблудился в тёмном лесу с окружающими его болотами. — Давай?       Они спустились на кухню, как старший вдруг вспомнил о кое-чём, что могло бы вернуть былой нрав без тягости и убивающего молчания.       — Я перед поездкой купил кое-какие вкусные штучки, хочешь, принесу тебе? — постарался развеселить он соседа, украшая себя лучезарной улыбкой, которая пыталась направить луч света в чужое нутро.       — Давай, — кивнул брюнет, ожидая, когда нагреется чайник, пока голос всё равно был тихим и поникшим.       — Тогда я быстро!       И Бомгю вновь остался наедине со своими мыслями, которые заставляли шагать по вечному лабиринту из одних тупиков. Эти дни он обдумывал, как лучше всего попросить старшего о помощи для его работы, но мысли об осуждении с чужой стороны без остановки лезли ему в голову. Брюнет не знал, как правильно начать разговор, да и вдобавок, вероятность того, что тот согласится, была невероятно низка. Но на работу им было отведено лишь две недели, поэтому ему следовало уже разобраться с этим делом, иначе серьёзные проблемы предвещали ударить громким шумом.       — А вот и я! — прервал чужие размышления Ёнджун, забежавший в здание. Он разложил на столе какие-то печеньки и мармеладки, стараясь как-то подбодрить соседа.       — Спасибо, — кивнул младший, после чего они принялись за чай. Несколько минут продолжалось неловкое молчание, как будто за окном взошла привередливая осень: серая и сонливая.       — Даже не верится, что уже май, — попытался склеить разговор Ёнджун. Бомгю слегка кивнул, прожигая взглядом стол, где, казалось, появилось что-то, цепляющее всё внимание.       — Эм… А что там с тем щенком? — не собирался сбавлять обороты старший.       — Щенком? Каким? — парень наконец взглянул на собеседника, показав заинтересованные огоньки в своих тёмных глазах, которые пробивались через весь мрак и пыль.       — Твоя мама рассказывала, что возле её работы какая-то собачка появилась…       — А, понял. Её недавно забрала себе женщина, которая является постоянной клиенткой у моей мамы, — объяснил Бомгю, наконец улыбнувшись, что было похоже на вышедшую из призрачных облаков луну, вгоняющую мир в мягкое серебряное свечение.       — О, ну это здорово, что у неё появился свой дом, — почесал подбородок Ёнджун и сконфузился, чувствуя выжидающий взгляд на своём лице.       Вновь воцарилась неловкая тишина, которую спустя несколько минут всё-таки нарушил младший.       — Хён, — набравшись сил, начал он. — Мы можем поговорить?       — Что-то случилось? — встревожился рядом сидящий, обеспокоенно посмотрев на соседа, как сердце, словно пробиваемое молотком, стало биться будто бы ненормальное.       — Мне нужна твоя помощь, — парень глубоко вдохнул. — Видишь ли…       Старший внимательно слушал рассказ, иногда кивая головой. Бомгю объяснил, что других вариантов у него нет, поэтому он нуждался в руке помощи хёна. К тому же, времени было категорически мало, чтобы тратить его ещё и на поиски такого человека.       — И ты из-за этого так волновался? — дослушав, Ёнджун усмехнулся и преподнёс кружку чая к губам, пока былая тревога улетучилась.       — Ну так… Ты согласен? — брюнет поднял умоляющий взгляд, закусив губу.       — Хм, — парень коснулся пальцем губы. — Даже не зна-а-ю, — он специально растянул последний слог, решив немного позабавиться и наказать того за режущее душу молчание и закрытость.       Бомгю нервно задёргал ногой, впившись взглядом в лицо соседа.       — А что мне за это будет? — улыбнулся Ёнджун и подперел рукой голову, склонив её на бок.       — Ну хён…       — Да согласен я, — старший рассмеялся, разводя внутри волну мёда, что приносила органам сахарность и приторное озорство. — От меня требуется только позировать?       Бомгю наконец облегчённо выдохнул, словно преграждающий радужный путь ледник наконец стал таять под пришедшими лучами солнца. Стараясь расслабиться, он глотнул уже немного остывший напиток, посмотрев на хитро улыбающееся лицо приятеля.       — Ты такой смешной, — не удержался Ёнджун, чьи слова брюнет предпочёл проигнорировать, и так пытаясь свыкнуться с резкой сменой эмоций.       — Нужно начать как можно быстрее. Если что, в течение недели я сам смогу доделать все детали, главное — накидать набросок, — смотря в одну точку рассуждал младший, после чего он взглянул на собеседника огнями, полными веры и чистосердечной благодарности. — Постарайся надеть вещи, в которых ты ходишь чаще всего. Препод сказал, чтобы мы постарались как можно лучше передать атмосферу человека.       — Без проблем, — губы растянулись в прямолинейной улыбке, пока такое задание в какой-то степени вызывало сильное желание как можно скорее начать его выполнение.       — Когда мы сможем приступить? — последовал вопрос, пока голос подрагивал то ли от неловкости, то ли от стихающего всплеска красок души.       — Да хоть прямо сейчас, у меня нет никаких планов.       — О, замечательно, — Бомгю заметно повеселел, будто на смену суровой зиме резко пришла чистосердечная весна. — Тогда я пойду и подготовлю всё.       Парни разошлись по комнатам. Ёнджун открыл шкаф, стараясь придумать, что можно такого надеть, чтобы выглядеть красиво, но не слишком развязно, дабы чужой преподаватель не нашёл дополнительные причины для ужасающих вопросов. Остановившись на белой рубашке и чёрных брюках с ремнём, парень расчесал волосы и отправился к соседу, будучи уверенным в том, что его вид никого не оставит равнодушным.       Тот уже приготовил все предметы и дожидался хёна. Вскоре дверь приоткрылась и зашёл старший, точно стустившийся с небес ангел. Он заметил на Бомгю фартук с какими-то мультяшными собачками, из-за чего залился искристым смехом, придерживаясь рукой за дверь.       — Ты с каждой моей вещи смеяться будешь? — возмутился тот, вновь включая режим обидчивости, которая лишь вводила в потешное состояние.       — Это очень нелепо выглядит, — он смахнул пальцев сымитированные слезинки из глаз и постарался вернуть себе серьёзность. — Что мне нужно делать?       — Присядь на тот стул возле окна и прими позу, в которой тебе будет комфортно.       — Вроде бы нормально, — выполнив требования, сказал старший, пока черты лица освещались золотистым светом, словно создавая вокруг него волшебную оболочку какого-то божества. — Ты первый, кто меня рисует. Мне нужно молча сидеть и не двигаться?       — Нет-нет, просто старайся сохранять это положение, — Бомгю поправил стоящий холст и взялся за принадлежности. — Мы также можем разговаривать о чём-нибудь, а ещё, когда устанешь, то говори мне — возьмём перерыв.       — Понял, — ответил тот. — А ты же потом покажешь мне, что получилось?       — Я подумаю над этим, — хитро прищурился брюнет.

***

      Первые полчаса прошли в абсолютной тишине, пока за окном ветер встряхивал деревья, шелест которых перебивал спокойное молчание. Ёнджун разглядывал сосредоточенное лицо парня, что мило хмурил брови и отходил от листа, стараясь правильно перенести пропорции. Но всё же парню наскучила эта атмосфера несмотря на то, что приятное бездумье и глубокая тишина оказывали положительное воздействие, и он решил завязать диалог.       — А ты часто людей рисуешь? — спросил он первое пришедшее в голову.       — Нет, — признался Бомгю, пока голос после долгого молчания звучал сухо и глухо. — Только если в университете задают.       — Тебе не нравится?       — Почему? Нравится, — парень прикрыл один глаз, рассматривая чужую фигуру. — Просто я не знаю, кого мне изображать.       — М-м-м, — протянул Ёнджун и погрузился не то в поверхностную дремоту, не то в глубокую задумчивость.       Спустя время он словно очнулся от призрачных оков сна и посмотрел на стену с творениями соседа, и тут его взору попалось одно примечательное изображение, которое не могло пройти мимо блеклым призраком.       — Это колесо обозрения из парка Небес? — спросил старший, пока внутри строилась гора острого интереса.       — А? Что?       — У тебя на стене, — парень указал на висящую картину, уже начавшись сомневаться в зрительной памяти. — Или я ошибаюсь?       — Нет, ты прав, это оно. Что-то не так? — Бомгю прикусил губу, пока тело мигом напряглось.       — Оно выглядит не совсем правильно: вон то большое дерево недавно снесли, а дизайн кабинок слегка изменили, — пояснил Ёнджун, внимательно изучая рисунок, пока в голосе выстроился узор из местности, что занимала особое место в памяти.       — Ну извини, я опирался на старые фотографии в интернете, — буркнул тот, на которого вновь нахлынули клубы дыма.       — Как давно ты был в этом парке?       — Ни разу, — приглушённо ответили ему.       Ёнджун изумлённо уставился на него, будто бы не веря услышанному, как глаза поражённо дрогнули:       — Ни разу?! До него же ехать в соседний город от силы минут сорок, да и там настолько красиво, что хоть раз побывать в этом парке точно стоит.       — Извини, но не у всех есть такая возможность, — Бомгю разозлился, стараясь сконцентрироваться на работе, которая теперь приносила озлобленную неприязнь, пока его чувства оказались задеты и будто бы поломаны, бросая в сердце свои осколки.       В комнате вновь повисла давящая на голову тишина, а вместе с ней возникло и некое напряжение, из-за чего парни чувствовали себя не в своей тарелке, точно былой комфорт обратился в пепел, сгорающий в медовом воздухе.       — А ты был в этом парке? — спустя некоторое время подал голос брюнет, почти прошептав эти слова, будто просил поделиться с ним сокровенной тайной.       — Ну да, — парень взглянул на соседа, что выглядел как потерянный в толпе ребёнок. — А что?       — А на колесе обозрения действительно весь тот город видно? — его глаза заблестели, а сам он, не моргая, уставился на лицо приятеля, словно созерцая исполняющий мечты мираж.       — Если честно, — Ёнджун слегка кашлянул, — я до этого колеса так ни разу и не добирался. Там слишком много других развлечений кроме этой скукоты, поэтому я… Ты чего? — он увидел осуждающий взгляд Бомгю и его злую физиономию.       — Побывать на колесе обозрения — моя мечта, а сейчас ты называешь это скукой? — не моргая ему разжевали каждую букву, точно делая акцент на задетых чувствах.       — Бомгю-я, твоя мечта — прокатиться на колесе? — осторожно спросил парень, стараясь не вывести того на ещё более серьёзные эмоции, за которыми снова бы последовал истощающий конфликт.       — Только попробуй и с этого посмеяться, — с силой выдохнул тот через нос, будучи оскорблённым чужими словами, которое и вовсе не несли в себе ни капли злоумышленного посыла.       — Я… Эм, прости, я не собирался задевать твои чувства, — мягко объяснил Ёнджун, которому чудилось, что он говорит с каким-то чересчур эмоциональным ребёнком. — Просто я этого не понимаю, — в ответ лишь разбитый кивок, который послужил причиной очередной тишины, что росла и углублялась в тяжёлом воздухе, вызывая неприятное ощущение.       — Говорят, оттуда хорошо видно закат, — спустя время пробубнил младший, не отрываясь от работы, пока от испепеляющей атмосферы рука с кистью слегка подрагивала, будто в чём-то обвиняя хозяина.       — А, так ты хочешь просто посмотреть с высоты на закат? — в голосе вновь плясали ноты непонимания, но было абсолютно понятно, что тот пытался проникнуться чужим мышлением, строя между ними крепкий мост.       — С высоты колеса обозрения, — поправил Бомгю, немного успокоившись и придав чертам лица расслабленность, пока палитра в ладони красовалась перед мольбертом, ожидания касания кисти к своим мягким цветам.       Ёнджун кивнул, уловив ход мыслей парня, который утихомирился и опустил веки.       — Как там дела с работой? — он решил сменить тему, немного разбавив неловкую обстановку.       — Всё нормально, — ответил брюнет, с аккуратностью проводя кистью по легко ранимому полотну. Его взгляд наконец стал полностью спокойным и нёс в себе капли сладкой дремоты.       — Бомгю, — позвал Ёнджун своего художника спустя некоторое время, пока полубессмысленная улыбка бродила на его губах. — Может, возьмём перерыв?       — Да, конечно. Кофе будешь?       — С удовольствием!

***

      Парни шли в обратном направлении от их участков, неторопливо переставляя ноги. В синем небе плыли облака, подобая огромным силуэтам птиц, а белое солнце, проглядывало между их широкими крыльями, освещая путь.       — В эту сторону я ещё не ходил, — усмехнулся старший, делая глоток напитка.       — Там впереди есть поворот направо. Если пойти вдоль него, то будет что-то вроде небольшой детской площадки, — пояснил Бомгю, радуясь, что у него появилась возможность поделиться родными окрестностями с кем-то и рассказать о местах, где солнце хозяйствовало над горизонтом и дарило множеству зелени покой. — А если идти также прямо, то мы увидим поворот в лес, и выйдем на красивую лужайку с множеством цветов. Я часто хожу туда, чтобы прочитать книгу или просто отдохнуть.       — Понял, — протянул Ёнджун, осматриваясь вокруг, пока над влажной землёй гулял тёплый ветер, встряхивая недалёкие деревья. — Но сегодня у меня уже нет сил куда-то идти, — брюнет понимающе кивнул.       Ребята молча отправились дальше вдоль тропинки, пока им в спину поддувал прохладный ветерок, что порой поднимал с неба пыль. Создавалась какая-то особая атмосфера, когда души парней настраивались на необычный, вызывавший улыбку лад. Вдруг в области живота Бомгю раздались громкие звуки, из-за чего тот покраснел и вызвал у старшего смешок.       — Ну что, тогда возвращаемся обратно? — с улыбкой спросил тот, показывая потеху на оболочке чёрных глаз. — Я тоже проголодался.       — У нас есть куриный суп, если хочешь, можем вместе пообедать, — слегка смущённо предложили ему.       — Было бы славно, — кивнул Ёнджун, ступая по дороге обратно.       — Облака такие красивые, — мечтательно прошептал Бомгю, подняв голову к прозрачно-чистому небу: голубой простор был заполнен белыми узорами, будто бы мимо пролетел творец, решивший приукрасить монотонный лист привлекающими глаза фигурками.       Старший Чхве посмотрел вверх вслед за ним, пытаясь понять, что же такого парень смог увидеть в кристальных белых комках, похожих на рассыпчатый снег в тёплый зимний день.       — Облака как облака, — пожал плечами он.       — Ничего ты не понимаешь, хён, — вздохнул Бомгю, выйдя из своих раздумий.       — Я тебе не художник, — закатил глаза тот, пнув лежавший на дороге камушек, будто призывая его поддержать собственное мышление.       — Для этого необязательно быть художником, — закончил лёгкий спор глубокий вздох.       Они продолжили путь, как вдруг старший Чхве скользнул взглядом по фигуре спутника, заметив одну интересную деталь.       — У тебя футболка под цвет неба, — хихикнул Ёнджун, ткнув пальцем на бело-синию вещь, надетую на соседе, что словно выступала чистым зеркалом для далёкой полосы небосвода.       — И правда, — слегка улыбнулся тот, немного смутившись.       С такими вылетающими иногда из уст фразочками они довольно быстро добрались до дома Бомгю и принялись за обед, наслаждаясь долгожданной едой в домашней компании друг друга.       — Спасибо, что накормил, — улыбнулся старший, поставив пустую тарелку в раковину.       — Чтобы ты без меня делал, — посмеялся брюнет. — У тебя есть силы пойти продолжить работу? Я бы хотел как можно быстрее с ней покончить.       — Есть ли у меня силы, чтобы просто сидеть? — решил подразнить парня Ёнджун. — Звучит так сложно, думаю, я не смогу выполнить такую миссию! — он вскинул голову и драматично накрыл лоб ладонью.       — Ну хён!       — Да конечно есть, пойдём, — рассмеялся он, после чего эти двое удалились на прежние места, продолжив времязатратное занятие.

***

      — Как хоть получается? — перевёл взгляд на брюнета Ёнджун, слегка поёрзав на месте, пока тело просило скорой разминки, разогревая затёкшие конечности, что устало ныли.       — Даже лучше, чем я ожидал, — тон был воодушевлённым и сочился радостью.       — О, покажешь?       — Когда полностью закончу, — прихмурил брови Бомгю, тут же загоняя себя в рамки. — Может быть. Я ещё подумаю.       — То есть я просто так сижу тут часами, а ты даже результат не покажешь? — бровь поднялась в недоумении, а на лице возникла гримаса то ли глупого презрения, то ли игривого раздражения.       Младший Чхве залился смехом, отходя от холста, пока глаза стали слезиться от пришедшего триумфа.       — Ладно, — прекратив смеяться, выдохнул он, пробежавшись взглядом по работе. — Думаю, на сегодня можно закончить.       — Я надеюсь, там действительно что-то красивое, — ставя стул на своё место, фыркнул парень, незаметно наблюдая за сменой эмоций на кукольном лице.       — Ты сомневаешься в моих способностях? — нежданно уставился на него брюнет, пока поджатые губы вызывали и смех, и тощую жалость.              — Если честно, то да, — усмехнулся тот.       Младший быстро стянул с себя фартук и схватил с кровати подушку, намереваясь ударить хёна.       — Я пошутил! — смеясь, прокричал Ёнджун, в спешке убегая на первый этаж.       — Для начала научись шутить! — крикнул в ответ Бомгю, черпая из груди ярость, стараясь догнать соседа. — Эй, там у нас клубника растёт, смотри, куда идёшь!       Чхве, увидев растущие заросли, резко затормозил, чуть было не упав на них. Тут ему по спине прилетел удар подушкой, ещё сильнее увеличив спонтанный испуг, после чего раздались радостные крики соседа.       — Будешь свой рисунок в одиночку каким-то чудом доделывать! — развернулся старший, смотря на смеющегося парня. — Вот сейчас я уже не шучу, — он упёрся руками в бока.       — Вообще-то ты первый начал, — без капли злости ответил Бомгю, удаляясь обратно в дом.       — Слишком много ты себе позволяешь, — сделал замечание Ёнджун, двигаясь следом, пока сердце сжималось от вида чужой сахарной улыбки, отдающей пламенным теплом.       Дойдя до двери, брюнет повернулся к приятелю, держа в руках своё «оружие».       — До завтра? — сделал он милое личико, стараясь тем самым попросить у хёна прощения, которого и вовсе не желала задушить в своих объятиях какая-либо обида.       — До завтра, — вздохнул тот, стараясь спрятать глупую улыбку, прикусывая щёки изнутри, после чего отправился к себе.       Бомгю какое-то время смотрел вслед соседу, чувствуя на душе странную лёгкость и счастье. Возможно, с этим человеком ему действительно нравилось проводить время, но признаваться себе в этом он в ближайшие дни точно не собирался. Удалившись к себе в комнату, Чхве ещё раз взглянул на работу, поняв, что Ёнджун вправду был идеальным вариантом.

***

      Парень лениво перевернулся на кровати, кое-как разлепив глаза, которые ещё не были готовы встречать яркие краски реальности. Нехотя встав с тёплой постели, он отправился в ванную, чтобы привести себя в порядок после длинного сна, окутывающего тело в мягкий покров мечтаний. Окончательно проснувшись и надев на себя уличную одежду, Ёнджун спустился на кухню, найдя в холодильнике банку кока-колы, которую купил незадолго до поездки. Открыв освежающий напиток, Чхве вышел на улицу и, вдохнув свежий воздух, пропитанный весенней усладой, отправился на уютные качели, которые ему раньше так не нравились.       Солнце ещё находилось где-то за лесом, из-за чего яркий светящийся шар было не видать, но природа уже готовилась встречать восход, пуская в гости лёгкий утренний ветерок. Слегка качаясь из стороны в сторону, парень внимательно разглядывал домик Бомгю, надеясь увидеть выходящий из него силуэт. Он был готов вновь идти часами сидеть в одной и той же позе, лишь бы вновь увидеть задумчивые, сосредоточенные и горячие глаза, это, словно уснувшее, неподвижное лицо младшего, мило хмурящего брови, одетого в тот забавный фартук. Ёнджун поневоле улыбнулся, подняв голову к небу: на синем пространстве вновь лениво раскинулись белые облака, похожие на тающую во рту сладкую вату, которые светились персиковыми красками, отражая бледные лучи поднимающегося солнца. Он вспомнил вчерашнюю фразу брюнета, стараясь разглядеть в этом что-то красивое.       — Хён, ты зачем голову в небо поднял? — послышался неподалёку знакомый голос, и старший, вернувшись в прежнее состояние, увидел идущего в его сторону соседа, приветливо сверкающего глазами.       — И тебе доброе утро, — усмехнулся тот.       — Доброе, — кивнул младший, усевшись рядом.       Старший Чхве оторвал взгляд от Бомгю, молча окинув окрестность. Впереди на асфальт падали капли фонтана, у которых не хватало сил долететь до парней; вокруг раскинулись разноцветные цветы, стараясь разукрасить обстановку и превратить всё в волшебную краску из радужных тонов. Вдруг парень вспомнил их походы к озеру и речке, которые остались приятным следом в памяти, так что Ёнджун глупо улыбнулся и, выйдя из своих мыслей, вновь посмотрел на брюнета.       — Кстати, мне когда приходить для продолжения работы? — склонил он голову.       — Да как освободишься, — пожал плечами брюнет, который всё это время тоже смотрел куда-то вдаль, проваливаясь вглубь своей головы.       — Тогда я позавтракаю и приду, хорошо?       — Хорошо, — кивнул тот, встав и отправившись к себе, дабы подготовить всё необходимое.       После завтрака старший быстро поднялся в комнату и надел на себя одежду, в которой был вчера и, причесав волосы, вышел из дома. Солнце уже успело показать миру своё сияние, и Ёнджун жмурился от ослепляющих лучей, ползущих ему в глаза, будто забавляя себя порочным занятием. Он вновь перелез через белое ограждение, что уже вошло в привычку, и зашагал к синему домику. Парень подошёл ближе, и из слегка приоткрытой двери послышались голоса, после чего Чхве аккуратно встал возле стены, стараясь понять, о чём был разговор.       — Так как там дела с твоей работой? — обеспокоенно спросила госпожа Соён, чей голос он смог распознать.       — Уже всё хорошо, Ёнджун согласился быть моей моделью, — парень узнал речь Бомгю, что слегка посмеялся, смех которого был похож на нежный бархат.       — О, правда? Это замечательно! Хэин показывала мне его фотографии — действительно красивый мальчик, — от её слов старший смутился, но всё же продолжил подслушивать соседей, любопытство которого искушало сознание и заставляло заниматься неправедным делом.       — Да, — подтвердил брюнет. — Это правда. У него шикарная внешность, — честно признался тот.       Ёнджун покраснел и приложил руки к лицу, стараясь снять неизвестно откуда подступившую жару, словно с небес вдруг спускалась лава.       — Тогда удачи тебе с будущим шедевром, — парень был уверен, что женщина улыбнулась, — а я пойду заскочу к соседям.       Старший встрепенулся, стараясь придумать какой-то план.       — Здравствуйте! — он резко открыл дверь и постарался накинуть беззаботную улыбку. — А я к Бомгю.       — О, Ёнджун, привет! А я как раз к вам собралась! — Чхве Соён прошла мимо парня и отправилась к его даче, ничего, к счастью, не заподозрив.       — Эм… Пойдём? — пробубнил брюнет, взглянув на гостя и сделав шаг назад.       — Да, — кивнул тот, пока глаза заполнялись переливающейся добротой       Ребята заняли уже привычные места, принявшись за работу, которую хотелось оставить позади, сбрасывая с плеч тяжёлый груз. Бомгю молча превращал лист в полноценную композицию, пока его хён спокойно сидел на стуле, наблюдая, как на палитре создаются всё новые и новые оттенки.       В комнату подул тёплый ветерок через приоткрытое окно, игриво взъерошив волосы старшего. Брюнет старательно крутился возле мольберта, иногда поглядывая на соседа. Почему-то разговор с ним никак не клеился, хотя вчера перед сном Ёнджун обдумывал список вещей, которые можно было бы обсудить, но в этот раз особо не проявлял инициативу: младший был так погружён своим занятием, что он боялся помешать ему, между делом стыдливо прожигая взглядом сосредоточенные черты лица.       И всё же молчание до жути наскучило обоим так, что Бомгю, оторвавшись от холста, посмотрел на хёна.       — Ты не будешь против, если я включу музыку? — спросил он.       — О, что же ты раньше не предложил? Мне эта тишина уже на мозги давит.       — Но, — замялся брюнет, — я не уверен, что тебе понравятся мои песни.       — По крайней мере, так будет гораздо веселее, — улыбнулся Ёнджун, стараясь загнать обратно в пустоту гуляющее возле чужого тела переживание. — Включай.       Бомгю отошёл к шкафчику и достал оттуда плеер, поставив его на стол. Вскоре послышалась спокойная мелодия, а парень, слегка качая головой под музыку, продолжил занятие, которое вновь выступило с ним в светлую гармонию.       Старший вслушивался во включённую младшем композицию: у песни был спокойный тембр, клонящий в сон, а нежный женский голос создавал чувство покоя и комфорта. Ёнджун на пару секунд прикрыл глаза, наслаждаясь убаюкивающей мелодией, которой действительно удалось расслабить парней.       Брюнет проследил за реакцией соседа и, убедившись, что он не был против, со спокойным сердцем продолжил возиться с университетским заданием.       Старший умиротворённо наслаждался приятными звуками, пока до его слуха не долетели нотки до боли знакомой мелодии. Он навострил уши, стараясь внимательно вслушаться в неё.       — О, — воскликнул Чхве. — Это любимая песня моей мамы!       — Серьёзно? — поднял голову Бомгю. — Моя тоже.       — Она постоянно слушает её, — посмеялся тот. — Вот вы и нашли друг друга.       Брюнет искренне улыбнулся с разливающимся по телу мёдом и продолжил занятие, подпевая слова. Ёнджун тоже стал напевать знакомые строчки, с улыбкой посмотрев на парня, который в ответ растянул губы в ангельскую улыбку.       — Кстати, — подал голос Ёнджун. — Я могу кое о чём спросить?       — Конечно, — кивнули ему, подбирая подходящий тон цвета для более удачного результата.       — А разве не удобнее было бы просто сделать фотографию и срисовывать оттуда? — неуверенно проговорил тот. — Нет, ты не подумай, что меня раздражает это, просто… — он попытался подобрать правильные слова.       — На фото будет просто мёртвый кадр. Мне нужно видеть эмоции человека, видеть живое существо, а не застывшую картинку в телефоне, — пояснил тот, в голосе которого не было и ни капли затаённой обиды или колкого раздражения. — Я знаю, что для тебя, наверное, это странно звучит, но правда легче и практичнее смотреть на настоящего человека, чем на какое-то изображение, — он постарался объяснить всё понятным для хёна языком, на что Ёнджун молча кивнул и вновь вслушался в играющую на фоне музыку, что посылала в мозг трепетный ритм.       Время незаметно летело, а песни менялись с одной на другую, точно часовые. Старший радовался и ликовал, что мог незаметно наблюдать за работой приятеля и его сосредоточенным лицом, кажущимся в этот момент до жути красивым, будто пришедшим из мира иного. Парень подумал, что Бомгю больше не вызывает какого-то едкого отвращения или ярой неприязни, как в самые первые дни, а наоборот: ему хочется продлить выходные настолько, насколько это возможно, чтобы успеть обсудить все темы в мире, либо просто молча наслаждаться компанией друг друга, витая в своих притягательных мыслях.

***

      — Спасибо тебе большое за помощь, — улыбнулся Бомгю, обнажая ровный ряд зубов, провожая соседа.       — Без проблем. Тебе хоть много ещё осталось?       — Совсем нет, — помотал головой радостный брюнет, от которого так и сочился немеркнущий восторг. — Я даже не думал, что смогу выполнить такой огромный проект всего за какие-то выходные! Осталось немного доделать некоторые места, и можно будет сказать, что всё готово!       — Ну вот видишь, как здорово получилось, — Ёнджун потрепал парня по голове, с солнечной теплотой в глазах взглянув на него.       — А ещё, если мне повезёт, то я смогу сдать работу уже на этой неделе, — в глазах Бомгю засияли радостные огоньки, так и готовясь поджечь мир громким пламенем. — По крайней мере, преподаватель сказал, что если мы закончим раньше, то сможем представить проект заранее.       — А ты успеешь всё подготовить?       — Я постараюсь, — кивнул тот. — Хочу побыстрее с этим покончить и быть свободным.       — Ну потом обязательно расскажешь мне, как всё прошло, — старший посмотрел в тёмные глаза брюнета, даже не замечая, как растения окутывались тенью, а на небе всё ярче и ярче разгорался закат, пока из-за угла домика выглядывал косой луч солнца.       Их зрительный контакт прервал голос Чхве Хэин: женщина позвала парня, чтобы тот садился в машину, а то семья уже планировала уезжать, оставляя позади этот волшебный уголок планеты.       — Тогда до встречи? — улыбнулся Ёнджун и прикрыл глаза.       Но вместо ответа он почувствовал чужие руки вокруг своей талии и тепло другого тела, прильнувшего к нему. Бомгю спрятал голову в плече Ёнджуна, рвано дыша и прижимаясь ещё сильнее, чтобы запомнить приятный аромат, исходящий от соседа. Простояв в таком положении от силы секунд пятнадцать, брюнет отпрянул от застывшего парня, метаясь растерянным взглядом из стороны в сторону.       — Спасибо ещё раз, я пойду. Удачной недели, — на одном дыхании выдал Бомгю, рванув к себе домой, так и сбегая с содеянного поступка.       Старший, выйдя из оцепенения, глупо уставился вслед уже ушедшему парню, стараясь осознать, что только что произошло, и почему в его груди хлопали своими огромными крыльями розовые бабочки.       — Ёнджун, мы сейчас без тебя уедем! — раздался крик отца, который заставил его вздрогнуть и выйти из состояния транса. Находясь ещё где-то в потустороннем мире, Чхве поплёлся к машине, а в его груди зародилось неизведанное приятное чувство, вызвавшее улыбку на пылающем лице.