Pygmalion

      Когда он вышел в коридор, то понял, что что-то не так. Всё поменялось. Доспехи были не на своём месте, да и портрет оказался другим. Что тут говорить, даже воздух казался ему чужим, изменившимся. После того, как он не смог попасть в гостиную Слизерина с известным ему паролем, а незнакомый студент, презрительно посмотрев в его сторону, грубо спросил, по какому поводу ему пришлось надеть старьё, он начал понимать, в чём дело.       — Что ж, думаю… — медленно произнёс он. — Мне нужно наведаться к Диппету.       Незнакомый мальчишка, казалось, посмотрел только с большим презрением и усмешкой, которую ему не приходилось видеть в собеседниках уже несколько лет.       — К кому? — спросил мальчик.       — К директору Диппету.       На это мальчишка закатил глаза, но, тем не менее, спросил: «Ты же говоришь про Дамблдора?»       — Конечно же.       Естественно, что это должен быть Дамблдор. Что бы ни случилось, а случилось что-то плохое — очень плохое — было вполне логично, что в этом ужасном мире именно Дамблдор станет директором Хогвартса.       Он нашёл Дамблдора в кабинете директора, стоящего со сцепленными за спиной руками и самой тёплой улыбкой на лице. Увидев его, нынешний директор на минуту заколебался.       — Том Риддл, — голос директора дрогнул, улыбка исчезла с его лица, уступив место печали, после недолгого молчания Дамблдор добавил: «Мне всегда было интересно, что с тобой случилось».       Том посмотрел на директора, который будто за мгновение прибавил себе несколько десятков лет, и тогда в своей голове он окончательно сложил все части головоломки. Но, конечно же, он ни за что бы не признался, что ему что-то известно, поэтому Том слегка улыбнулся, но сохранил вид, будто он растерян и смущён происходящим.       — Сэр, я не совсем понимаю, что происходит. Я был на занятиях, потом вышел в коридор и оказался здесь. Что случилось с директором Диппетом, профессор?       — Да, — протянул Дамблдор, пребывая в своих мыслях, а глаза выдавали естественное для него лукавство. — Директор Диппет был привязан к тебе.       Том ждал, не найдя слов для ответа. Он приложил немало усилий, чтобы Диппет начал доверять ему, а после и вовсе начал плясать под дудку Тома. Его план увенчался успехом, что было всегда и со всеми, кроме того, кто стоял сейчас в нескольких шагах от Риддла. Проклятый Дамблдор слишком хорошо знал его, видел насквозь, а теперь, по всей видимости, обладал слишком большой властью.       Дамблдор, наконец, прервал воцарившееся молчание: «Осенью 1944 года Вы исчезли на седьмом курсе обучения в Хогвартсе. Ваши друзья отчаянно пытались найти Вас или Ваше тело, но поиски не дали никакого результата».       — Профессор, но ведь сейчас осень 1944 года, — пробормотал Том непривычно тихим голосом, — По крайней мере, сегодня утром это было так.       — Вероятно, для Вас, — тут же ответил ему Дамблдор, — Однако для меня и других студентов, которых Вы могли наблюдать, сегодня наступил ещё один прекрасный сентябрьский день 1997 года.       — Пятьдесят три года, — быстро посчитал Том, пока внутри него бушевал ураган от осознания того, что все его труды остались в прошлом. У него были серьёзные планы, он нашёл сторонников своих идей. Он был готов пустить дело в ход, но теперь это всё не имеет смысла. Теперь Том лишь обычный семнадцатилетний юноша, у которого нет ни друзей, ни родителей, да ещё и власть Дамблдора над ним возросла. На мгновение сложившаяся ситуация показалась ему невыносимой, но он вспомнил, что до этого он прожил немалую часть своей жизни в приюте, а ещё уже справлялся с неприязнью и подозрительностью рядом стоящего человека.       Дамблдор вновь обратил свой взор на него, а Том изо всех сил пытался сохранить на лице смущение, не выдавая своих искренних эмоций. Он ждал, какое же решение (без сомнения, что оно окажется крайне безумным) примет старик для решения его проблемы. Именно в этот момент в кабинете директора оказалась девушка с невероятно пышными волосами, по её одежде было нетрудно догадаться, что она из Гриффиндора. Зайдя в кабинет, она, не скрывая недовольства, спросила: «Сэр, почему в комнате старост появилась ещё одна спальня? Малфой недоволен этим с самого утра. Жить с ним просто… невозможно. Он постоянно жалуется на что-то…»       — Отличные новости! — прервал её Дамблдор. Том был немного раздосадован тем, что не сможет дослушать претензии этой особы к Малфою, которых, он был уверен, у неё накопилось очень много. — Мисс Грейнджер, познакомьтесь с мистером Томом Риддлом. Он прибыл к нам из прошлого, и, похоже, замок сам приготовил место для него.       — В комнате старост? — спросила Грейнджер. — Но почему? И что мне теперь делать?       Тома позабавило то, что она не была смущена тем, что кто-то перенесся из прошлого, но была раздосадована новой проблемой в его лице.       — До своего исчезновения Том был старостой. По всей видимости, замок посчитал, что ему будем комфортно в знакомой обстановке. Мы не можем сразу отправить его на растерзание Слизеринцам, несмотря на то, что раньше он был одним из них.       — Ещё один Слизеринец, — пробормотала девушка.       — Когда я предложил Вам стать старостой, Вы уверяли меня, мисс Грейнджер, что справитесь даже с мистером Малфоем, поэтому я смогу быть спокоен, если мистер Риддл окажется в Ваших руках. Не могли бы Вы показать Тому его комнату и успокоить мистера Малфоя? А затем отведите мистера Риддла к профессору Снейпу, после обеда он должен освободиться. О том, что ему нужно будет составить расписание для нового студента, я сообщу сам.       После и мистер Риддл, и мисс Грейнджер оказались за дверью кабинета. Они оба недовольно посмотрели друг на друга. Никого из них не радовало такое знакомство.       — Как будто у меня есть время нянчиться с ещё одним Слизеринцем.       — Меня это тоже нисколько не радует, — сказал Том, — Но могу заверить, что, как только ты приведёшь меня к профессору Снейпу, я больше не буду нуждаться в твоей помощи.       Оказавшись в комнате старост, Грейнджер указала ему на одну из дверей, сказав: «Полагаю, что это твоя комната».       Том в это время переваривал информацию о том, что замок не просто перенёс его в будущее, но и подготовил для него отдельную комнату. Ему нужно будет подумать об этом позже. Предметом его наблюдений стала эта чересчур деловитая девушка, что вдруг достала чайник и спросила, не желает ли он выпить чай.       — Чай? — растерянно спросил он. Только англичане могли подумать, что чай — лучшее решение проблемы путешественника во времени.       — Да, чай, — подтвердила она. — Ты ведь переместился во времени, поэтому, вполне вероятно, чувствуешь себя растерянным. Когда у меня нет настроения или какие-то проблемы, то мне помогает чай. К тому же, так мы сможем быстрее скоротать время до обеда. В конце концов, у тебя могут быть какие-то вопросы о том, что происходит в наше время.       Она окинула взглядом его одежду, но промолчала. В ответ он посмотрел на её довольно короткую юбку, подметив, что мода действительно стала другой. С помощью волшебной палочки девушка быстро нагрела воду для чая, поставила на поднос две чашки, кувшинчик с молоком и сахарницу. А после принесла всё это в общую гостиную для старост.       — Замечательно… — сказал Том, садясь на неудобный и жёсткий стул. Если он собирается остаться здесь, то должен найти место получше.       — Молока? — предложила девушка, наливая ему чай.       — Да, пожалуйста, — сказал он, а затем покачал головой, когда она взяла сахарницу. Она взяла свою чашку с черный чаем и села напротив Тома.       Риддл обдумывал, что можно спросить у девушки. Если он упустит такую возможность получения информации, то будет дураком, ведь она сама готова ответить на его вопросы. В это время дверь распахнулась и в гостиную вошла копия Абраксаса Малфоя, разве что лицо этого парнишки было более острым. Держа его под руку, перед ними оказалась также непривлекательная брюнетка.       — О, ты, наконец, нашла парня, который может с тобой разговаривать? — с усмешкой спросила брюнетка у Грейнджер. Том тут же взглянул на свою «няньку», чтобы проследить за её реакцией, но она нисколько не была смущена. Она молча проследила, как парочка пересекла гостиную и скрылась за дверью комнаты Малфоя, демонстративно громко хлопнув дверью.       — У Малфоя время развлечений, — сказала мисс Грейнджер, закатив глаза. Достав свою палочку, она тут же использовала заглушающее заклинание, но, поскольку сделала это невербально, то Том посмотрел на неё, не совсем понимая, что сейчас произошло.       — Пэнси очень громко кричит, так что я избавила нас обоих от её визга с упоминанием то Мерлина, то Салазара, то собственно Малфоя.       — Разве он сам не может сотворить оглушающие чары? — спросил Том, на что девушка фыркнула.       — Он может, но, если бы он избавил нас от криков во время фальшивых оргазмов своей подружки, то проявил бы таким образом вежливость, а это совсем не в его стиле, — она сделала глоток из своей чашки. — Но ты тоже Слизеринец, как и он, поэтому, возможно, теперь, когда ты присоединился к нашей весёлой компании, он будет вести себя чуть иначе.       Том вдруг осознал, что девушка заинтересовала его своим презрением к Малфою. Вероятно, это случилось потому, что это идеально отражало то, что Риддл сам чувствовал по отношению к Абраксасу. Грейнджер смогла слегка поднять Тому настроение, не прилагая при этом особых усилий. Он был заинтригован.       — Больше всего меня забавляет, — продолжила Грейнджер, — что Пэнси — та девушка — думает, будто Малфой женится на ней после окончания школы, но ведь любому здравомыслящему человеку понятно, что его родители обручат его с кем-то более скромным ещё до получения им диплома об окончании Хогвартса.       — Значит, аристократы не поменялись, — пробормотал Том больше сам для себя, нежели спрашивая.       — О, да, всё также избалованы. Обычно в возрасте семнадцати лет угрозы о том, что в случае чего-либо ты пожалуешься родителям, уже не используются. Однако из уст Малфоя фраза «мой отец узнает об этом» звучит примерно раз в неделю. — Она пожала плечами, сделав ещё глоток чая. — Его отец — председатель попечительского совета Хогвартса, так что влияния у него достаточно. Но это отвратительно.       — У твоих родителей тоже есть планы выдать тебя замуж, не оставляя выбора? — спросил Том, подумав, что, возможно, не стоит задействовать Малфоев в своих делах, однако их влияние всегда было полезным. Его вопрос рассмешил девушку.       — Не думаю. Я ведь магглорожденная, — сказала она, тут же замечая резкие перемены на лице Тома. — Значит, ты тоже… Ну, конечно, Слизеринец. Но, возможно, тебе лучше оставить это предубеждение. Кроме твоего факультета, никто больше не говорит о предрассудках, касаемых происхождения и чистоты крови. Это напоминает о Грин-де-Вальде, а ассоциироваться с этим психом никто сейчас не хочет, несмотря на то, что прошло уже много десятилетий, — Она усмехнулась. — К тому же, человек, победивший его, — наш директор. В наши дни равенство очень важно.       — Извини, — сказал на это Том с напускным обаянием, но даже без доли искренности. Она вновь рассмеялась.       — Это совсем неискренне, но всё в порядке. Меня не ранит чужое мнение, к тому же такие предрассудки.       Том Риддл продолжил пить чай, в то же время внимательно изучая девушку. Магглорожденная. Староста. Она не отличается почтительным отношением ни к аристократам, ни к директору школы, но при этом понимает социальные силы, управляющие волшебным миром, явно лучше некоторых. И она тоже лгала, по крайней мере немного, но Том не был уверен, что именно было не так. Она была очень интригующей. Он всё же раздумывал о том, что же спросить у неё, но дверь в гостиную вновь открылась, впуская парнишку с растрёпанными волосами.       Том подумал о том, что ему нужно будет поговорить со своими новыми соседями о необходимости сменить пароль.       — Гермиона, — начал только пришедший парень, не позаботясь о том, чтобы представиться или хотя бы поздороваться, — ты не видела мою тетрадь по зельеварению? Я не могу найти её, а Снейп открутит мне голову, если я не сдам её сегодня.       Мисс Грейнджер — Гермиона Грейнджер — вздохнула.       — Гарри, она в твоей сумке, — парень начал вытаскивать вещи из сумки с явным разочарованием, а Гермиона лишь снова вздохнула, — Не в этой сумке, а в той, что для квиддича. Ты положил её туда после занятий, сказав, что возьмёшь её позже, потому что тебе нужно бежать на поле. Разве ты забыл?       Он усмехнулся: «Зачем мне всё помнить, когда у меня есть ты?»       Том задался вопросом, заметил ли этот Гарри то, как напряглись плечи Гермионы. Значит, в этом была её слабость, которую она пыталась скрыть. Такие вещи полезно знать.       — Гарри, это Том Риддл. У него возникли некоторые проблемы из-за путешествия во времени, поэтому Дамблдор временно отправил его к нам с Малфоем. Том, это Гарри Поттер.       Том поднялся на ноги и протянул руку парню, который пожал её в ответ, радостно улыбаясь и говоря: «Рад знакомству! Мне жаль каждого, кто вынужден жить с Малфоем. Не позволяй ему расстраивать тебя».       — А что такое у тебя на лбу? — спросил Том, садясь обратно на стул. У Гарри был неровный шрам, частично скрытый под его густыми волосами, но очертания его были похожи на молнию.       — Мерлин, — сказал парень, — все постоянно спрашивают меня про этот проклятый шрам.       — Он упал с метлы, — ответила за него Гермиона, всё ещё сидя на своём месте. — Гарри самый молодой ловец в этом столетии, ему позволили играть на первом курсе, несмотря на правила. А шрам был получен им ещё в детстве.       Гарри смущённо фыркнул: «Мне было три года. Родителям не стоило разрешать мне брать ту метлу».       — Твой отец действительно тогда не подумал о возможных последствиях, — согласилась Гермиона. — Иди за своей сумкой для квиддича, Гарри, и найди уже тетрадь. Рон уже списал работу у меня, поэтому можешь просто попросить у него.       — Спасибо, Гермиона, ты лучшая! — Гарри выбежал из гостиной.       — Ты позволяешь ему списывать? — спросил Том, на что девушка вздохнула.       — Он мой лучший друг, и он такой милый, он готов на всё ради своих друзей… Но Снейп предвзято относится к нему, поэтому Гарри уже давно перестал пытаться что-то сделать. Он получил достаточно хорошую оценку по СОВ, поэтому я знаю, что он… В общем, Снейп просто идиот, вот и всё…       — И именно с ним я должен встретиться по поводу своего расписания?       — Да, он декан Слизерина, — подтвердила Гермиона, — Я думаю, что просто никто больше не захотел брать на себя такую обязанность, но своё дело он знает. Если ты сможешь смириться с его отношением к окружающим, то сможешь многому научиться. Он хорошо преподаёт зельеварение. — Она допила чай.       Том тоже отставил свою чашку и встал.       — Мисс Грейнджер, — начал он, но девушка тут же прервала его.       — Гермиона. Если ты будешь называть меня по фамилии, то я буду думать, что передо мной профессор.       — Гермиона, — вновь начал Том, — Мы могли бы сходить прогуляться? Ты рассказала бы мне побольше о студентах с нашего курса. Я понял, что Малфой — испорченный аристократ, Поттер — игрок в Квиддич, который списывает твою домашнюю работу. Мне интересно, кто остальные игроки?       Он тут же пожалел о выбранном слове, потому что Гермиона заинтересовано посмотрела на него, наклонив голову.       — Почему бы тебе не рассказать мне, какой ты, Том Риддл? — спросила она.       — Во мне нет ничего примечательного.       — Что-то в тебе вызывает у меня беспокойство, — сказала Гермиона. — Словно из-за землетрясения всё резко сдвинулось на несколько футов влево, затем вернулось на своё место, но оказалось уже совсем другим, неправильным. Я не думаю, что ты ничем не примечателен.