Безуспешно

—☼—

      Гарри медленно помешивал чайной ложкой сахар в чае, пристально вглядываясь в отражение в кружке. Напротив него сидел директор, который будто и не замечал присутствия мальчика, заполняя какие-то документы. Лицо мужчины все также было уставшим, с каждым разом, казалось, ему становилось только хуже и хуже. Гарри действительно был этим обеспокоен. — Профессор Дамблдор, с вами все в порядке? — Поттер гладил свои пальцы. — В последнее время, кажется, будто вы совсем не спите. — Я рад, что тебя волнует мое благополучие, — Альбус расслабил свои плечи и отодвинул документы, откинувшись на спинку кресла. — Думаю, за время своего пребывания тут, ты уже знаешь о Магической войне, которая не так давно и началась. Официальной даты никто не знает, но, предполагаю, нападения начались в начале 70-х, а вот Пожиратели смерти существуют на слуху уже как двадцать лет, если не больше.       Боль в спине, которая должна была уже пройти, неприятно заныла. Кому, как ни Гарри, известен исход этой войны и какие будут потери. Надежда на спасение близких людей давно превратилась в пепел без возможности обратиться в Феникса, как Фоукс. Но это не отменяло того факта, что теперь Гарри будет связан с гибелью своих родителей. — Мне тяжело видеть людей, которые, как я знаю, умрут, — холодно сказал Гарри, его голос даже не вздрогнул. Дамблдор устало вздохнул, снова взявшись за перо. — У тебя есть свое предназначение, Гарри, как и у всех людей. Каждый человек что-то привносит в мир, пускай и не всегда это что-то положительное, — Поттер посмотрел на мужчину с ужасом, совершенно не соглашаясь с его мнением. — Я никого не пытаюсь оправдать, это совершенно бесполезное занятие. Я больше хочу донести до тебя одну мысль. Как думаешь, почему маги перестали заниматься развитием, связанным с изменением времени? — Как минимум, это может попасть в руки людям с недобрыми пожеланиями, — немного помолчав, ответил Гарри, Дамблдор кивнул. — Это разумная мысль, но есть вещи и похуже, — Гарри с недоумением посмотрел на директора. — Я говорю про глупость и неосведомленность. Знаешь, что происходит с людьми, которые использовали маховик времени и встретились лицом к лицу со своим двойником? — Мне однажды выпала возможность испытать его, но все кончилось благополучно. Меня предупреждали о каких-то последствиях, но я и понятия не имею, что может произойти. — На самом деле, сейчас существует более сотни маховиков времени, но лишь единицы готовы использовать. Таким людям предстояло переживать один и тот же день несколько лет, что сводило с ума даже самых стойких персон. После освобождения от проклятия, люди просыпались за сутки до совершения своей ошибки. — Значит, ничего нельзя поделать, — Гарри разочарованно посмотрел на свои колени, крепко сжимая их руками. — Я думал, что смог бы спасти своих родителей ценой своей жизни, но мне вразумили, что все хорошее, что мы имеем сейчас, будет также уничтожено. — Это разумная мысль. Можешь назвать имя, кто раздумывал об этом? — разговаривая в повседневном тоне, от Гарри не ушла идея, будто Альбус Дамблдор уже знал имя этого гения. — Северус. Северус Снейп, из факультета Слизерин. — Ах, юный талант. Мальчик, который в раннем возрасте уже смог придумать несколько зелий собственного рецепта, а некоторые и вовсе довести до совершенства, — у Гарри что-то мелькнуло в памяти. Дамблдор скрестил пальцы и мечтательно осматривал потолок своей башни. — Ведь это его творение спасло тебя от ненужного внимания. Радует, что сейчас оно никак не сможет повлиять. Постепенно ты становишься частью этой истории, мальчик мой.       Гарри не знал, как отреагировать. С одной стороны, у него появляются новые люди, которые переживают за него и жаждут с ним общения. Вот только он уже знает, кто в дальнейшем станет его врагом, а кто и вовсе погибнет, оставшись в истории героем. Помимо этого, у него есть друзья, которые ждут возвращения мальчика и беспокоятся за его пропажу.       Ведь так? — Мне кажется, это решит все мои проблемы, — Гарри снял с шеи медальон Арианы и передал его Дамблдору, но мужчина отказался брать предмет в руки. — Я знаю, что это, — его взгляд стал мрачнее, Гарри громко сглотнул. — Медальон стал частью души девушки, пусть и не по своему желанию. Разрушить его возможно, но не могу сказать точно, может ли оно наложить проклятие на разрушающего. — Вот как… — энтузиазм Поттера поубавился. Он решил немного перевести тему, которая была не менее ему интересна. — Вы когда-нибудь видели призрак девушки? — Нет, да и не смог бы. Но, пребывая в полудреме и прогуливаясь по коридорам, иногда мне удавалось услышать её голос, её пение. Я хотел бы попросить прощения у своей сестры, вот только она не хочет видеться со мной. Это её право.       Гарри не знает историю смерти Арианы и разрушение семьи, но он никак не мог поверить, что в этом как-то был замешан Альбус Дамблдор. Поттер напрягся сильнее. — Я не думаю, что она считает Вас виноватым. Ариана видит проблему всех чужих бед в себе, — Гарри грустно улыбнулся. — В чем-то я даже понимаю её. — Может быть, все может быть, — Альбус не улыбнулся в ответ, взгляд его стал печальнее, а движения приторможенными. — А сейчас, тебе бы стоило поторопиться на начало занятий. Ты и так многое пропустил.       Гарри кивнул и попрощался с директором у выхода из кабинета. На душе стало только тяжелее.

—☼—

      Гарри с шумом вбежал в класс, обратив на себя все внимание. Из-за своих дум, он совершенно забылся во времени. Вбежав в класс зельеварения, профессор Слизнорт не упустил возможности отыграться на юноше. Оглядев однокурсников, он заметил интересную вещь. Лили теперь сидела с Северусом на первой парте, у Гарри появились вопросы к таким переменам.       Надув щеки, он сел на второй, сев на место позади Снейпа. Слизеринец никак не отреагировал на него, что ещё больше смутило Гарри. Даже Лили помахала тому рукой и спросила про самочувствие.       Время тянулось безумно медленно, Поттер не мог дождаться окончания. Всю лекцию он доставал Северуса, что тот под конец связал юноше руки магией. Эванс мило хихикнула и развязала бедного Гарри, когда остальные ребята начинали покидать аудиторию.       Северус не собирался долго задерживаться и был одним из первых, кто покинул помещение. Разобравшись со своей проблемой, Гарри побежал следом за Снейпом, оставляя все вещи в классе. Добежав до юноши и перегородив собой дорогу, Поттер пытался восстановить дыхание, прежде чем что-то говорить. — Что ты от меня хочешь? — Северус определенно не был настроен положительно, Гарри не мог понять его перемену отношения. — Что не так? — решив не ходить вокруг да около, Поттер спросил прямо в лоб. — Я не понимаю, о чем ты, — его взгляд метнулся вниз, а брови свелись к переносице. Гарри это совершенно не устраивало, он схватил Северуса за плечи. — Посмотри мне в глаза и скажи, что случилось, — несмотря на свою дурость, Гарри чувствует, как его лицо начинает гореть. Воспользовавшись ситуацией, он стал рассматривать чужое лицо, подмечая для себя детали, которые он раньше не замечал.       Северус долго то открывал рот, то закрывал. Лицо его со временем обрело легкий румянец, видимо, от чужой близости. И когда он нашел в себе силы высказаться, их перебили. — Гарри, мне сказали, что ты забыл свои вещи! — буквально в нескольких шагах от них стоял Джеймс. В руках он держал чужую сумку. Северус резко оттолкнул от себя юношу и принялся за побег. — Что это с ним? — Я не знаю, — Гарри сказал правду. — Хотел бы я это знать. — Нюниус всегда был странным. Но это неважно! Сегодня мы собирались с ребятами в Темный лес, ты же с нами? — Джеймс обнял Гарри за плечи. — Не нужно так называть Северуса, — Гарри аккуратно скинул с себя чужую руку. — Я не против, почему бы и нет. — Вот это правильный настрой! — Джеймс широко улыбнулся. — Я уж боялся нравоучений с твой стороны: «Но это же против правил!», «Так нельзя!».       Джеймс спародировал странный голос, но это смогло рассмешить Гарри. — Я просто сам хочу отвлечься. — Камень на душе? — Джеймс искренне сопереживал Гарри, его глаза бегали, изучая любое движение лица юноши. — Можно и так сказать, — Гарри забрал сумку и решил на этом поставить точку в диалоге.       Он и Джеймс в тишине направились на следующее занятие, пока каждый думал о своем.