Безуспешно

—✺—

      В последнее время мальчика по имени Северус Снейп начало раздражать совершенно все. Постоянно падающий снег, шумный первый курс, веселье остальных волшебников. Казалось, раньше ему хватало ума просто игнорировать это или избегать. Но почему-то именно сейчас все стало будто ярче, насыщеннее, громче. Северусу это не нравилось.       Он любил делить мир на свой и чужой. Чужой мир всегда полон радости, дурачества, любви и заботы к ближним — полная противоположность его мира. Особым контрастом для него послужила дружба с Лили Эванс. То, с какой открытостью и добротой девушка относилась к каждому, было для Снейпа гораздо более волшебно, чем все его умение варить зелья. Лили всегда была и будет вне досягаемости и понимания Северуса.       Его мир был посвящен только разуму и логике, новым познаниям и желанию изучать все существующее и несуществующее. А желание понять иной мир, а не сразу отвергать его — стало основным вопросом. Будто полный контроль над всеми эмоциями и чувствами когда-нибудь смогут дать ему понимание слова «счастливый».       А пока Снейп — будто рыбка, которая жила в своем аквариуме, а покидать его — не было ни малейшего желания. Конечно, было интересно иногда поглядывать на иной мир. Яркий, сказочный, пестрящий самыми разными цветами. Мир, который никогда не будет в его досягаемости.       Северус никогда не признается себе, что хотя бы раз он хотел разбить стенки этого аквариума. До одного случая.       В его аквариуме стало появляться слишком много трещин от чужой руки. Отсутствие понимания своих эмоций и действий для Северуса было огромной слабостью, а ведь раньше он думал, что именно в этом заключалась его сила. Ненависть, гнев, слезы, симпатия, разочарования, боль и снова слезы.       Мальчик с чудесным цветом глаз, вечно взъерошенными волосами и дурацким отношением ко всему. Северус невзлюбил Гарри с первого взгляда, что не могло сразу ввести в панику Снейпа. Чтобы он к кому-то не был безразличен?       Да, мальчик, который был похож на хулигана Джеймса Поттера, но это не могло стать рождением ненависти. Все дело в глазах. Для Северуса они были прекрасными, о чем он никому и никогда не сознается.       А после и каждое движение, каждая деталь Гарри для Снейпа стали новым увлечением, новым исследованием. Все больше и больше вопросов, которые сначала касались истории появления мальчика, а потом закончились самыми обычными переживаниями за его состояние.       Северус и не заметил, как его аквариум уже давно был разбит на множество осколков, которые сложно будет собрать со временем, если это и вовсе будет возможно.       Снейп не мог описать свои чувства и что с ним происходило, когда он видел Гарри с Мародерами, а юноша за последние несколько дней славно спелся с четверкой ребят. Это очень-очень не нравилось Снейпу. Не только по тому, что Мародеры — это всего лишь кучка хулиганов, нет. Северусу казалось, будто Гарри было лучше с гриффиндорцами, не с ним, человеком из факультета Слизерин.       Он плакал. В одиночестве, в темноте, без чувства жалости к самому себе. — Если бы я был немного лучше? Если бы я был сильнее? — такие мысли поедали юношу, проглатывая и оставляя в ощущении удушающей пустоты.       За короткий срок он смог обрести надежду, перейти через себя и возненавидеть за это. Глупо, наивно и совершенно не в его стиле. И даже сейчас, когда его крепко держали за запястье в пустом классе после занятия, чувство пустоты почему-то снова наполнялось ненужными переживаниями. — Отпусти, — Северус не оборачивался. Он чувствовал, как его тело покалывало в месте соприкосновения. — Давай все-таки поговорим. Что с тобой случилось в последнее время? — Гарри был настойчивее. Так было всегда. — Я действительно переживаю.       Северус медленно повернулся к нему лицом. Гарри в испуге расширил глаза и не смог сдержаться. Он приблизил ладони к щекам, но сразу же после первого прикосновения Снейп медленным движением убрал его руки со своего лица, при этом не прекращая держать в своих. Он медленно поглаживал большим пальцем тыльную сторону ладони Гарри. Наступило молчание, которое никто не хотел нарушать. Снейпу попросту не хватало смелости, а Поттер млел от чужой нежности, не желая прерывать её.       Однако Северус, сделав глубокий нервный вдох и выдох, отпустил чужие руки, что не понравилось Гарри. Он захватил чужую ладонь в свои руки и крепко зажмурил глаза. — Я переживаю за тебя не только потому, что ты мой друг, — сердце Северуса пропустило один удар, а может и несколько. Рука в плену чужого тела дрогнула, появилась резкая необходимость вернуть её, но Гарри не отпускал. — Ты для меня намного большее…       Голос его становился все тише и тише. Никто из них не шевелился. Гарри покорно ждал реакции, а Снейп — когда исчезнет шум в голове.       Северус не чувствовал отвращения, скорее наоборот, некое чувство превосходства, но что-то не давало ему покоя. Не мотая головой, он осмотрелся по сторонам, что было вовсе не зря. Около двери стояло четыре мельтешащих силуэта, которые никак не могли устоять на месте.       Юноша будто слышал чужие насмешки, фантазия сама дорисовала всю картину. Сейчас он признается во взаимности, зайдут Мародеры и все вместе посмеются над наивностью Северуса Снейпа и о том, как он и вовсе мог подумать, что такого человека, как он, можно полюбить? Неприятно.       На губах вкус разочарования. Юноше пришлось стать участником глупого шоу, где он с легкостью выдаст все свои страхи и переживания. Почувствовав себя обманутым, Северус наклонил голову, не соприкасаясь с чужой макушкой, Гарри затаил дыхание. — Вот оно как, — он подарил Гарри пустую улыбку. — А я думал, ты не такой.       Забрав сумку, Северус в обычном темпе покинул кабинет. У выхода ему повезло не столкнуться с кучкой гриффиндорцев, которые в последний момент успели отбежать от двери. Испепелив тех взглядом, он направился в библиотеку. Желание видеться хоть с кем-то у него совершенно отсутствовало, но встреча таки уже была назначена.

—☀—

— Сева-а-а, — девушка сидела вверх головой, пытаясь хоть как-то привлечь на себя внимание друга. — Почему ты даже на меня не смотришь? Я так и обидеться могу, между прочим!       Северус измученно посмотрел на Лили, выглядывая из-под учебника по зельеварению. Эванс вырвала из рук книгу и, закрыв, забрала её себе. — Я не помню, на какой странице читал, — медленно начал Снейп, но Лили укоризненно посмотрела на него, что тот замолчал. — А я не помню, когда ты себя вести так начал. Вот что за привычка, не пойму. Когда плохо — обязательно скрыть это ото всех. Посмотри же на меня.       Лили приблизилась к нему, Северус мельком глянул ей в глаза и почти сразу же резко отвернулся всем телом. Что-то для себя отменив, Лили легла на спину Снейпа. — Мне тяжело, — очень тихо сказал юноша. — Знал бы ты, как мне тяжело, Северус, — Эванс театрально прижала ко лбу ладонь тыльной стороной. — Я, между прочим, влюблена…       Северус замер, напрочь забыв о том, как дышать. — И в кого же это ты так? — Северус, на самом деле, совершенно не хотел знать ответ, но посчитал, что Лили хотела услышать от него именно это. Она хитро улыбнулась. — Вот так я тебе и сказала! — она хихикнула и с напором уперлась спиной об чужую спину, из-за чего Северусу пришлось сопротивляться. — Счастье любит тишину. — Видимо, не в твоем случае, — Снейп резким движением освободился от чужого давления, заставляя Лили упасть плечом об пол. Юноша скрестил руки. — И зачем ты мне тогда это сказала, если имя все-равно не собиралась рассказывать? — Больно, вообще-то, — Эванс села на колени, потирая плечо, на которое она упала. Её лицо стало обеспокоенным. — Если честно, сама не знаю. Просто вроде хочется рассказать об этом всему миру, а вроде и хочется спрятать только для себя одной. У тебя никогда не было такого чувства? — Ты так любовь называешь? — Ну а почему бы и нет? Вот мне вроде и хочется, чтобы человек был только моим, а вроде и пусть все знают о нем. Я не знаю, как это описать. — Даже и подумать не мог о твоих собственнических мыслях, — Лили легонько ущипнула Северуса, тот улыбнулся и не пытался убежать от атаки. — И все-таки, у тебя не было такого? — Лили приблизилась к Северусу, и тот не смог не посмотреть ей в глаза.       Какие отвратительно-прекрасные глаза. Даже смотря на нечужого человека, он видит в них другого.

«Меня зовут Гарри. Давай дружить?»

— Нет, у меня нет такого человека, — Северус забрал свой учебник обратно, Лили что-то буркнула. — Ты ужасный лжец. Надеюсь, хоть себе ты не врешь, — она высунула язык и взяла похожую книгу, больше не обращая внимания на существование Северуса.       Юноша пытался сосредоточиться на обучении, но его мысли, словно волны, постоянно с новым напором откидывали подальше от реальности. От его реальности.       Иногда Северус задавал себе вопрос о том, что было бы, будь он немного храбрее? Может быть, тогда он бы смог ответить на чувства Гарри, не ища в этом какого-либо подвоха. Когда-нибудь.       Как жаль, что не сейчас.