Банька

      Линдеманн проснулся один и уже было подумал, что он дошёл до ручки, раз ему такое могло почудиться. Но полупустая бутылка водки, пепельница и фантик от презерватива ясно дали ему понять, что это была не его больная фантазия. Придя на кухню, он увидел Рихарда готовящего, что-то вкусное.       — Доброе утро, — фронтмен подошёл к нему сзади и поцеловал в щёку.       — Доброе.       — Чего так рано встал?       — Не спалось, — в этой фразе звучала лёгкая досада.       — Снова? Что случилось?       — Ты помнишь… что вчера произошло? — с надеждой спросил Круспе.       — Помню. И не жалею. В знак полной солидарности, гитарист чмокнул вокалиста в губы.       — И что ты думаешь по этому поводу?       — Думаю можно попробовать, а там посмотрим.       Они обнялись. Речь шла об отношениях, и Круспе был несказанно рад, что его не бросили. Он ещё год назад задумался о своих отнюдь не дружеских симпатиях к Тиллю, но он и представить не мог…что они взаимны. ***       Ближе к ночи, Линдеманн потащил Цвена на озеро. Атмосфера была, что надо: звёздное, ясное небо, тихо стрекочущие насекомые и водная гладь. Этот романтик даже черешню притащил!       Лежа на траве и смотря на небосвод, Рихард начал что-то насвистывать. Звук складывался в мелодию.       Эту мелодию во вторник услышали и другие члены группы. А вскоре появилась прекрасная песня… Engel.