В своём сердце я выжгу лишь твоё имя

— Всё готово к выходу? — громко спросила Ци Цинци, поправляю серебряные наручи. — Да, Ци Цинци. — ответил спокойный голос бывшего главы пика Цяньцао. — Му Цинфан...— настороженно обратилась заклинательница. — Ты уверен, что это будет хорошей идеей оставить его присматривать за орденом пока мы будем на переговорах? Старый друг бывшей главы пика Сяньшу вздохнул, а затем спокойно продолжил: — Я и сам не уверен, но есть ли у нас выбор получше? Ци Цинци не нашлась ответом, поэтому повернулась в сторону и направилась к тренировочному полю, чтобы сообщить о выдвижении на место встречи. — Поедем на лошадях, если полетим на мечах, нас легко обнаружат. — скомандовала заклинательница и взобралась наверх. Небольшая группа людей разделилась и направилась в сторону границ.

***

Вдали от пика Цанцюн в небольшой хижине спали Ло Бинхэ и Шэнь Цинцю. Демон обнимал своего учителя, тихо и ровно дыша. А главе пика Цинцзин спалось не очень, ему снились отрывками кадры. Вот оригинальный Ло Бинхэ сидит около человека-палки, затем Ци Цинци и Му Цинфан сражаются с армией демонов и заклинателей. А вот и оригинальный Шэнь Цинцю стоит во тьме один, смотря куда-то далеко вперёд, но затем резко оборачивается на Шэнь Юаня, пока в руке держит свой вырванный глаз. Резко открыв глаза, Шэнь Цинцю ещё долго пытался успокоиться от этого кошмара, отчего Ло Бинхэ проснулся и ласково спросил: — Учитель, с вами всё хорошо? — Да, просто сон приснился не очень. — глава пика Цинцзин поднял голову и принял поцелуй полный нежности от своего мужа. Мужчина слегка стушевался, а затем ослабил хватку полу-демона и лёг на край кровати, обдумывая всё происходящее во сне. Сначала он не хотел придавать этому большое значение, но чем тщательнее он обдумывал детали, тем хуже были картины из сна. Ло Бинхэ подвинулся чуть ближе к учителю и хотел было спросить об этом, но решил не беспокоить его своими расспросами, этим можно и заняться утром. Строго решив поговорить утром он просунул руку под спину Шэнь Цинцю, а другую над боком, замыкая того так сказать в кольцо. Шэнь Юань саркастично закатил глаза и усмехнулся. Что что, а Бинхэ явно умел прилипнуть. Прикрыв глаза, мужчина постарался уснуть.

***

Перед глазами всё плыло. Шэнь Цзю пытался сосредоточиться над видом, что предстал перед его взором. Оттенки зелёного играли перед глазами бывшего горного лорда. Шэнь Цзю попытался вытянуть руку вперёд и у него это получилось. От шока мутная пелена сошла с его глаз и он увидел бамбуковую рощу и вытянутую перед собой руку. Она ощущалась как реальность, а не как выдумка или фантом. «Это же...» — Мысль была прервана резким падением в пропасть. Шэнь Цзю проснулся и резко сел на мягкой кровати. Мужчина громко дышал, словно очнулся от кошмара. Бывший горный лорд окинул взглядом место, в котором он находился. Это была обычная небольшая комната с чайным столиком, шкафом из бамбукового дерева, а так же книжным шкафом, на котором покоились разные свитки и писания. На чайном столике так же лежали пара свитков и отваров, а рядом с книжным шкафом полки с разными травами , пилюлями и баночками. Это не было похоже на водную тюрьму, в которой он находился неизвестно сколько лет. Шэнь Цзю подумал, что это очередной сон зверёныша, потому бывший горный лорд тщательно всматривался в каждую деталь покоев, чтобы найти хоть какой-нибудь подвох. Но ничего необычного он не обнаружил, да и сам хозяин сна не появлялся слишком долго, а может оно и к лучшему. Ещё немного осмотревшись, Сяо Цзю вздохнул и попытался схватиться за какой-нибудь предмет, чтобы прикрыть лицо, а затем резко напрягся. Опустив свой встревоженный взгляд вниз, он увидел на себе нижний тонкий слой одежд и...Ноги и руки, целые и невредимые! Шэнь Цзю недоверчиво посмотрел и попробовал поднять левую руку. Конечность пришла в движение раньше, чем бывший горный лорд успел подумать об этом. Это было невероятно, он снова ощутил какого это, быть полноценным человеком. Затем он понял ещё одну вещь: у него было оба глаза. Шэнь Цзю аккуратно коснулся области чуть ниже глаза, который ему когда-то вырвал император трёх миров. И снова был сбит с толку. Он убрал руку с лица и взглянул на неё. Мягкие подушечки пальцев были слегка влажными. Сначала Шэнь Цзю не понял, что произошло, но затем, коснувшись уже щёк обеими руками его пробрала дрожь, а глаза расширились. Горячие дорожки серебристых слёз катились с его глаз. Шэнь Цзю плакал. Он с детства дал себе клятву, что никогда не проявит слабость даже перед самим собой, но сейчас...Сейчас он сдался. Слёзы скатывались с глаз, останавливаясь около обеих ладоней, что приложил бывший горный лорд к лицу. Он аккуратно положил руки на ноги, а позже прижал колени к груди и обнял их руками. Он старался приглушить свою слабость. Мастер меча Сюя даже и не знал, отчего он чувствует себя так паршиво. Или же наоборот он рад, что это всё не выдумки, а реальность, где он наконец-то может отдохнуть? Думал про себя Цинцю, не находя себе места. Шэнь Цзю от этих мыслей только сильнее поджал ноги и вцепился короткими ногтями в тонкий слой штанов, сжимая одежду в руках. Мастер меча Сюя, горный лорд пика Цинцзин, мерзавец Шэнь Цинцю плакал. Кто бы мог поверить в эту чушь? Холодное изваяние как он, умеющий только язвить и презрительно хмыкать, рыдал как младшая шимэй! Увидели бы его шиди и шисюны, так сразу же засмеяли бы, хотя скорее удивились бы не на шутку. Но Шэнь Цзю не камень, он человек, и всегда им был. Сломленный, никому не нужный раб Сяо Цзю. Какое же жалкое положение у него было. У злодеев не бывает хороших концов, но чем он заслужил всё это? Тем что просто родился? Или так его невзлюбила система этого мира? Шэнь Цзю совершил много плохих поступков, кровь на его руках и клеймо раба никогда не смоется. Но неужели здесь и сейчас он наконец-то может обрести хоть какое никакое «человеческое» счастье? У него больше не было мотивов становится горным лордом и более того обучать кого-нибудь. Но хотел ли Шэнь Цзю обычной жизни? Да, хотел. Здесь он может спокойно медитировать и практиковаться в самосовершенствовании. Более того, эти покои были похожи на покои какого-нибудь лекаря, а значит он может обучиться чему-то новому спокойно. Конечно до уровня Му Цинфана, бывшего горного лорда лекарского пика Цяньцао ему было далеко, но всё же... «Му Цинфан...» — повернув голову набок, повторил Шэнь Цзю в своей голове это имя, будто вспоминая что-то важное. Он горько усмехнулся. «Сколько же лет прошло с тех пор как горный хребет Цанцюн уничтожили?» — Подумал про себя Шэнь Цзю, а затем его настигло понимание. — «И сколько же лет прошло с моей смерти?» Собравшись с мыслями, Шэнь Цзю решил проверить наличие духовных сил и ядра в теле. Сев в удобную позу для медитации, бывший горный лорд почувствовал как ровно течёт ци по мередианам и доходит до золотого ядра. Золотое ядро! Оно было достаточно крепким, в отличии от его прошлого: хрупкого, готового вот вот разрушиться от частых искажений Ци. Мужчина закончил медитацию и решил осмотреться. Бывший мастер опустил ноги на деревянный пол, он был слегка прохладный. От необычного ощущения прохлады Цинцю слегка сморщился. Всё ещё настороженно он начал подниматься с кровати. Уже стоя, бывший горный лорд попытался сделать первый шаг. Подняв левую ногу, он попытался её поставить вперёд, но из-за неудачно поставленной ступни он начал падать, благо он успел опереться на стену до полного падения. «Неужели я так долго жил без ног, что аж забыл как правильно ходить?» — задал себе, скорее риторический вопрос Шэнь Цзю. Горько усмехнувшись, он встал ровно. Всё ещё держась за стену одной рукой, мужчина повторил попытку. Вышло неуклюже, но при этой попытке он хотя бы не упал, уже хоть какой-то успех. Продолжая медленно прихрамывать, он сумел дойти до чайного столика. На нём лежали всякие свитки и вуаль для лица цвета цин. Сначала мастер меча Сюя не понял, зачем бывшему владельцу этого тела нужна была вуаль. Его взор упал на стоящую пиала чая с цветочным узором. Жидкость уже давно остыла, но в её отражении Шэнь Цзю увидел тёмные как тушь для кисти волосы, распущенные и слегка взъерошенные. Тонкие брови, два лепестка персиковых губ и слегка круглое лицо, родинка около правой брови и изумрудные глаза. Лицо было ещё совсем молодым, но будь оно постарше, то точно бы процентов на 70, выглядело как его прошлое. Сначала Цинцю даже и вправду задумался, а не было ли у него когда-нибудь младшего брата. «Теперь стало понятно, для чего ему нужна была вуаль» — сказал про себя Шэнь Цзю. Отведя взгляд, мужчина увидел свиток, на котором был записан рецепт какого-то отвара, а снизу подпись. «Лекарь Фу...» — прочитал про себя бывший горный лорд. — «Счастье? Серьёзно?» Мастер меча Сюя сморщился от прочитанного им текста. Вздохнув, Шэнь Цзю приподнялся и поплёл в сторону шкафа. В нём он обнаружил одеяния небесного цвета, а так же там лежал меч в ножнах. Мужчина прихватил с собой и его. Спокойно облачившись, он присел за чайным столиком, кладя на него свою находку. Бывший мастер меча Сюя схватил рукоять меча, а затем аккуратно вынул его из ножен. Холодный блеск стали отразился в изумрудных глазах и новый лекарь Фу принялся осматривать его. Около рукояти было выковано имя меча. «Сепи? А лучше нельзя было придумать?» — Шэнь Цзю демонстративно закатил глаза. Что ж, теперь полный набор горе-заклинателя у бывшего горного лорда присутствует. Облачившись в новые одеяния, он зачехлил на пояс меч. «Лишним не будет» — сказал про себя Шэнь Цзю. Без лишних слов, мастер меча уже Сепи, а не Сюя вернул взгляд к чайному столику чтобы взять вуаль в руки. Затем мужчина подошёл к полкам, что находились около книжного шкафа и увидел там пару лент для волос, бронзовое зеркало и гребень. «То что нужно» — потянулся со словами Шэнь Цзю к полке. Аккуратно расчёсывая слегка жестковатые волосы, проходя по ними тонкими пальцами, бывший горный лорд завязывает их лентой в опрятный пучок. Концы ленты цвета цин мягко упали на волосы. Теперь, когда он привёл себя в более менее достойный вид, он повязал толстую вуаль на пол лица. Уже находясь перед дверью, Сяо Цзю долго думал о том, стоит ли ему вообще выходить. Мужчина не знал, сколько времени прошло с его смерти, так что не мог предположить, как изменился мир за это время. Собравшись с духом, мастер меча Сепи открыл дверь и вышел на маленький дворик. На нём росли разные лекарственные растения. Особенно привлекли глаз бывшего горного лорда цветки тысячелистной разлуки. Они достаточно редкие, по крайней мере в его время таковыми и были. Тысячелистная разлука любит в основном расти в тёплых и сухих местах, но есть и исключения: что-то по-типу подвида. Особый вид наоборот не любит тёплые и сухие места, а предпочитает холод и влажность. Про него мало кто знает, поэтому Шэнь Цзю часто заглядывал в пещеры на ледяных горах, чтобы отыскать их. Цветы особо ничем не различаются, за исключением того, что эффект от холодной тысячелистной разлуки был гораздо сильнее, чем от тёплого собрата. Из корня этого растения можно сделать очень сильный яд, но к сожалению, на священных демонах это не действует. А из лепестков можно изготовить хороший успокаивающий чай. Главе пика Цинцзин очень нравился этот чай, всегда успокаивал перед сном. Однако из корня холодной тысячелистной разлуки вполне возможно приготовить обездвиживающий яд для священных демонов. «Это может в будущем пригодиться.» — Шэнь Цзю отвёл взгляд и направился дальше по тропе, подметив про себя, что дом изолирован, что не могло не радовать. Главе пика Цинцзин всегда нравились тишина и покой. Не прошла и одна чашка чая, как он оказался у входа в деревню Мо. Не сказать, чтобы народу много, что на улицах пройти не где, но и не мало. Кроме людей в деревне также были и демоны. Между ними царила не особо дружелюбная атмосфера, но никто и не пытался сказать что-то против друг друга, будто смирились с этим. Сяо Цзю напрягали спокойные разгулы демонов вот так, но сказать он ничего не мог, лишь презрительно взглянуть и закатить глаза, как никак мир изменился за время его отсутствия. «Интересно, а демонический ублюдок всё ещё жив?» — неожиданно даже для самого себя задал вопрос новый молодой лекарь Фу, как неподалёку услышал возмущающиеся разговоры людей. Он повернулся в сторону звуков, там находилась небольшая чайная. Подойдя чуть ближе, он услышал как благой мат вливается прямо ему в уши. Прислушавшись сквозь эту ругань он услышал весьма интересные фразы. — Когда уже закончатся эти набеги демонов, каждый раз утром находим хотя бы тела 2-3. Повезёт если они хотя бы наполовину обглоданы, а их органы не разбросаны ошмётками вдоль улицы мать твою! — возмущался мужчина с щетиной на лице, каждый раз хлопая по столу при очередном приступе негодования. — Орден восстания заклинателей не лучше. Как только проходят эти мятежи, счастьем будет, если часть деревни или города уцелеет. Всё время пытаются собрать людей и направить их против императора, это же просто смешно! Какая-то кучка заклинателей думает что сможет противостоять императору Ло? — откровенно насмехался другой мужчина над совершенствующимися. «Каждый раз одно и тоже, то заклинатели у вас плохие, то демоны, а сами свои задницы поднять и попробовать хоть что-то сделать не можете.» — ядовито усмехнулся Шэнь Цзю, прильнув к деревянной стене у входа в чайную. — И вы называете этого полу-демона императором? Слишком много себе возомнил этот демонический отпрыск! Император трёх царств? Да он и за одним царством не может уследить, куда ему ещё два! — Чшш, не говори так громко, мало ли услышат, — мужчина с щетиной ткнул своего юного и неопытного товарища, — нам проблем тут не надо, тем более от него. Слыхал, что делают за такие громкие слова? Юноша покачал головой, а затем внимательно начал следить за тем, что скажет его собеседник. — Самый лучший исход — сломанные конечности, а худший...Суд и наказание. Поверь, наказания что назначает сам император Ло или его правая рука Мобэй, не самые приятные. Вспомнить хотя бы человека, что постоянно следовал хвостиком за генералом. «Хвостиком? Шан Цинхуа что-ли? Небось за предательство засудили, уж в этом он мастер своего дела.» — подумал про себя глава пика Цинцзин, вспоминая как горный лорд пика Аньдин, а по совместительству его шиди очень любил лапшу на уши всем вешать, да притворяться невинным. «Доказывал что никак не связан с царством демонов, хитрый лжец.» — Ему назначили смертную казнь за предательство и донесение секретной информации до ордена восстания. Ходили даже слухи, что её исполнителем был сам генерал Мобэй. — совсем тихо закончил фразу самый старший. — Хватит запугивать младшего брата, идиот. — упрекнул своего собеседника другой мужчина. — Хорошо, хорошо. Императора Ло всё равно давно не видно было, он из своего дворца последние 15 лет не выходил, а если и выходил, то лишь ради подавления неугомонных совершенствующихся. Чаще всего вместо него всё исполняет его правая рука. — обидно закатил глаза старший и скрестил руки на груди. «15 лет? Неужели зверёныш так радовался моей смерти, что не выходил из своего гнёздышка так много времени?» — Тщательно обдумал про себя этот вопрос мастер меча Сепи. «Значит я смогу какое-то время жить спокойно, пока он не решил объявиться в моей жизни вновь. Этой информации для меня достаточно.» Сяо Цзю отпрянул от своего места и направился дальше, вглубь деревни, отставляя позади себя сплетни чайной. Стоило ли оно того? — У него же умерла одна из любимых наложниц, как же её...Наложница Шэнь вроде? Он из-за неё даже гарем весь распустил, кроме главных жён! Любовь бывает крайне жестока... — Ты этого где наслушался? Опять глупые романы всякие читаешь! — Ничего они не глупые! Этот роман написан одной из бывших наложниц императора Ло! И там рассказывается про историю любви и страсти самой холодной и ядовитой наложницы Шэнь и императора! Проходя мимо торговых лавок, главу пика Цинцзин привлекла одна из них, подойдя поближе он увидел ассортимент из искусно изготовленных вееров. Владелец лавки разбирался с недавно привезёнными ящиками, поэтому не заметил подошедшего к его лавке мужчины. Когда всё таки он удостоил внимания своего потенциального покупателя он вежливо извинился за бестактность. — Господина привлекли мои товары? Может ли этот торговец посоветовать что-то этому господи-, — не успел мужчина и договорить, как его грубо, явно с не желанием продолжать светские беседы, перебил новый молодой лекарь Фу. — Могу я осмотреть этот? — бывший горный лорд пика Цинцзин устремил указательный палец в сторону бумажного веера с изображением журавлей. — А у господина имеется хороший вкус! — хозяин лавки аккуратно взял в руки веер и передал его на вид прекрасному, но на деле холодному и чёрствому молодому человеку. Шэнь Цзю покрутил веер в руках, словно не решался на то, чтобы взять его. Когда он был ещё горным лордом пика Цинцзин, он имел самые изысканные и искусно изготовленные веера. Тот, что был у него в руках ни в какое сравнение не шёл с теми, что он держал ранее, но по сравнению со всеми остальными, он выглядел очень даже ничего. Пока мужчина тщательно рассматривал его, торговец не смог не завести беседу: — Этот веер сделан из дерева цветущей яблони и расписан одним из великих мастеров! Его цена всего лишь- Бывший горный лорд не жаловал пустых разговоров, поэтому положил на поверхность оплату без сдачи и развернулся, даже не взглянув на продавца. Мужчину за лавкой это конечно не особо обрадовало, но главное что товар продан, а значит есть деньги. Спокойно насвистывая мелодию он продолжил что-то разбирать из ящиков. Шэнь Цзю уверенно шёл вперёд, медленно обмахиваясь новым веером. Как же он скучал по этой безделушке, теперь он снова чувствовал себя полноценным. Проходя мимо маленькой компании жителей деревни, один из них случайно зацепил плечо нового молодого лекаря Фу. Бывший мастер хотел было проигнорировать такое неуважение к себе, но один уж очень настойчивый мужик повернулся в его сторону и остановил. — Эй, парень, тебя не учили смотреть куда идёшь? — Грубо задал вопрос мужик в коричнево-серой одежде. — Эй, я с кем разговариваю? Терпения у Шэнь Цзю отродясь не было, а его ядовитый характер был куда сильнее. — Для начала, прежде чем ты ещё раз положишь на меня свою грязную руку, отмой её как следует. — бывший горный лорд захлопнул веер и отшвырнул им руку грубияна. — Я даже и малейшего желания не имею прикасаться к тебе. Не думаю что хоть одной женщине понравится жалкий придурок как ты. Так что заткни свой ебучий рот и иди хвалюйся своим характером в другом месте. Мужик явно не ожидал такого ответа от него. Его друзья мигом куда-то подевались, а ему показалось, что все улицы за раз опустели, он начал медленно отступать назад. А бывший горный лорд не унимался. — Если ты ещё хоть раз посмеешь своими жирными, мозолистыми дерьмо-пальцами тронуть даже краешек моей одежды, — сяо Цзю сделал небольшую паузу, как в тот момент неприятель свалился наземь, а он смотрел на него сверху вниз, — я позабочусь о том, чтобы у тебя в этой жизни не осталось абсолютно ничего и ты умер бы от холода и нищеты. Будет очень грустно, не так ли? Последний вопрос новый молодой лекарь задал с поддельной грустью и голосом полным издёвки. В глазах человека читались презрение и липкий страх, который не мог ускользнуть от глаз бывшего горного лорда. Затем мужик развернулся, неуклюже поднялся на ноги и начал увеличивать дистанцию между ними. Шэнь Цзю довольно фыркнул, а затем раскрыл веер и продолжил свой путь. За оставшийся день он не выяснил ничего полезного, кроме того, что увидел как сумасшедший скакал на осле по всей деревне как умалишённый. Поэтому Шэнь Цзю решил продолжить осмотр лекарской хижины. Позади дома ничего кроме бамбуковой рощи больше не было, так что он спокойно расхаживал, наслаждаясь обстановкой, что так была похожа на пик Цинцзин, а именно на его обитель — бамбуковую хижину. Бывший мастер тяжело вздохнул, погружаясь в это странное и чуждое ему чувство ностальгии. Сяо Цзю никогда не любил ворошить прошлое, но именно сейчас, именно в этой обстановке ему захотелось вспомнить хлопотные деньки на его пике. Мужчина пытался воскресить в своей памяти образы всех людей, что как либо были связаны с ним. Ци Цинци, Му Цинфана — главу лекарского пика, где Шэнь Цзю был частым гостем. Грозного главу пика Байчжань — Лю Цингэ, которого его же собственный шисюн из зависти и погубил, по крайней мере по версии других горных лордов. Хитреца Шан Цинхуа, которого собственная ложь и наказала. Мин Фаня — его первого ученика. Милую Нин Инъин, что стала супругой того щенка. Ци-гэ, в чьей смерти он же и виноват. И Ло Бингэ. «Ло Бингэ...» — тихо повторил про себя бывший горный лорд, после чего он не почувствовал былого гнева или зависти, лишь лёгкий страх. Страх того, что вся это жизнь лишь игра демона, а не невероятное везение. Но помимо образа жестокого и притворного императора трёх царств он помнил и другой: белого лотоса Бингэ, что как верный щеночек пытался следовать за учителем. «Бингэ, учитель был не прав.» — вспомнив свою последнюю фразу, мужчина всё больше и больше обдумывал её. Это точно он произнёс? Или он настолько устал от тех пыток, что просто дал волю тем чувствам? Из потока бесконечных мыслей Шэнь Цзю вырвал собачий лай и шипение кота. Повернув голову в сторону в паре метров от себя он увидел довольно нелепую картину. Чёрный пушистый комок неустанно лаял на белого кота, а тот в свою очередь шипел и пускал когти в качестве предупреждения. Продолжалась эта ругань не долго, чёрный комок направился в сторону нового молодого лекаря, тем самым показывая «всё, всё, сдаюсь, ухожу». Чёрное нечто остановилось у подола ханьфу бывшего горного лорда и пристально начало вглядываться в его лицо. Белый кот тем временем удобно уселся и начал вылизывать свою шёрстку. «Я сошёл с ума или этот щенок чего-то хочет?» — задал риторический вопрос у себя в голове бывший мастер и аккуратно опустился на корточки рядом с чёрным комком. Только сейчас он заметил что тот чуть покрупнее другого гостя Цинцю будет. Шэнь Цзю нерешительно выставил руку вперёд. Пушистое нечто недоверчиво обнюхало её, а затем потёрлось о ладонь. Сначала мужчина не особо решался, но затем аккуратно начал поглаживать пушистую голову. Чёрный комок слегка расслабился и начал охотно принимать ласку. «Пытаешься казаться холодным и отчуждённым, но на самом деле так жаждешь ласки.» — Шэнь Цзю хмыкнул сам себе и запустил руку в пух на голове вновь. Белый кот внимательно за этим наблюдал, а затем и сам подошёл к мужчине, уставив на него взгляд пронзительных нефритовых глазок. Бывший горный лорд спрятал веер в рукав и опустил вторую руку на белую макушку другого гостя. Кот тут же напрягся, но со временем чуть расслабился и дал себя погладить. Шэнь Цзю особо не питал любви к людям, но к зверушкам он неплохо относился. Вдруг эту милую идиллию прервал звон металла, словно кто-то использовал мечи. Животные в миг обернулись в сторону шума, навострили уши, а затем вместе побежали в противоположную сторону, испугавшись звуков борьбы. Сяо Цзю решил просто так это не оставлять и узнать, что там происходит. Воспользовавшись цингуном он направился в сердце самой битвы.