Медные трубы

20 августа. Суббота

Великобритания. Лондон

      Утром Шарль исчез.       Точнее, это могло произойти и ночью, но Крис пропажу обнаружил только в девять, когда проснулся, разбуженный бьющим в глаза солнечным светом.       На секунду его буквально парализовало страхом, однако оставленный на тумбочке стакан с водой и блистер с аспирином внушали надежду, что исчез мальчишка ненадолго и не слишком обиженным событиями минувшей ночи.       Крис для собственного успокоения проверил наличие в квартире сумки с экипировкой, которую Шарль, сбегая, ни за что бы не бросил.       Шлем и комбинезон были на месте.       Глубже Крис копать не стал: если шлем остался в квартире, значит, Шарль не ушёл.       Крис вернулся в спальню и выдавил в стакан таблетку. Похмелье после одного-единственного бокала не мучило, но Шарль в кои-то веки проявил заботу о ком-то, кроме себя, и проигнорировать его благородный порыв было бы свинством.       Шарль бежал.       Прошедшая ночь в очередной раз перевернула привычное мировоззрение и выбила из колеи.       Нет, Крис и раньше его удивлял, ломая сложившиеся с детства стереотипы. Однако всё это меркло перед вчерашним — когда Крис буквально умолял его трахнуть, а сам Шарль из последних сил сдерживался, чтобы этого не сделать.       Неожиданная просьба Роджерса и собственное желание её исполнить пугали. Шарлю, конечно, и раньше приходила в голову безумная идея нагнуть Криса — особенно когда тот смущённо краснел или проявлял демонстративную покладистость. Но он не воспринимал подобные мысли всерьёз. В конце концов, какой молодой здоровый мужик не фантазирует перед сном о сексе с популярными актрисами или певицами! Однако здравомыслящий человек вполне отдаёт себе отчёт, что это — только мечты, и с реальностью они не имеют ничего общего.       Вот примерно так же и Шарль воспринимал свои фантазии о Роджерсе. И когда тот предложил их воплотить, у Шарля это вызвало настоящую панику. Не сразу, конечно. Осознание пришло лишь под утро. Осознание, облегчение, что так далеко у них с Крисом всё же не зашло, и — разочарование, что так далеко не зашло.       Бедный не до конца проснувшийся мозг Шарля от столь противоречивых мыслей едва не взорвался. Требовалась пауза, чтобы полностью осознать произошедшее. И принять, если это окажется возможным.       Поэтому утром, выпутавшись из объятий похрапывающего Роджерса и оставив бедолаге блистер с аспирином, Шарль обулся, вышел на улицу и — побежал.       Шагомер давно просигналил десятикилометровую отметку, но Шарль продолжал бежать, игнорируя липнущую к телу мокрую футболку. Привычные рутинные действия и физическая нагрузка успокаивали, возвращая способность трезво оценивать чужие поступки, их мотивы и свою реакцию на них.       Постепенно к Шарлю пришло осознание: его напугала не столько инициатива Криса, сколько возникшие в ответ собственные желания.       Быть в доминирующей позиции в постели с девушкой для Шарля было вполне естественно — даже с более опытной и крайне темпераментной Денизой у них постоянно шла борьба за ведущую роль в сексе.       Но вот то, что у него возникло желание оказаться сверху и с Роджерсом, и тот подобному раскладу не воспротивился, а, скорее, даже активно поддержал идею, рушило привычные представления Шарля о мироустройстве. Раньше он воспринимал секс с Крисом лишь как замешанную на любопытстве уступку желаниям партнера — пусть и не лишённую некоторой приятности для него лично.       Однако вчера Шарль проявлял инициативу и рулил процессом уже сам. И ему это, определённо, понравилось. Его всегда возбуждало доминирование над партнёром. А в случае с мужчиной — более сильным и опытным, но всё равно уступающим ему, Шарлю, ведущую роль, — возбуждало вдвойне.       Во многом это напоминало соперничество на трассе. Когда в прошлом году Шарлю приходилось ездить на подмене в далеко не самых лучших командах, зачастую стартовать в середине, а то и в хвосте пелетона, бороться с бездарностями и аутсайдерами, удовольствия подобное соперничество не приносило. Совсем иными оказывались ощущения, когда доставалась хорошая машина, позволявшая схлестнуться с равными по силам противниками — с Никко или Лори. Даже если борьба заканчивалась не в пользу Шарля, сама по себе она доставляла гораздо больше эмоций, чем отыгрыш десятка позиций у бездарных аутсайдеров.       Когда было слишком просто, Шарлю становилось скучно. Наверно, поэтому у него в своё время не сложились отношения с напрочь лишёнными темперамента Ани и Клэр.       А вот с Крисом скучно не было. С Крисом они были, как минимум, на равных.       У Шарля не раз ёкало сердце, когда перестававший себя контролировать Роджерс прижимал его к стене или кровати. Поначалу было немного жутко, но одновременно это давало такой всплеск адреналина, что Шарль — подсознательно или нет — начал провоцировать партнера на некоторую грубость, будить в нём тщательно скрываемые тёмные желания. Дразнить опасную стихию, а затем её укрощать. Помня, как на секунду от этой силы в ужасе замирало сердце, наслаждаться своей властью над ней, в очередной раз швыряя Криса на постель. В такие моменты самооценка Шарля взлетала до небес.       С Клэр или Ани Шарль ни за что не обошёлся бы подобным образом — просто побоялся бы причинить хрупкой девушке боль излишней грубостью. С Крисом о такой ерунде, как синяки и ушибы, Шарль не волновался. С ним можно было дать волю внутренним демонам, выпустить пар, скинуть напряжение.       Шарль ещё с Денизой осознал, что от секса ему нужно не только удовольствие, но и вот эта перезагрузка. И чем сложнее становилась ситуация в чемпионате, чем большее приходилось контролировать и держать в уме, тем сильней эта потребность возрастала.       Кому-то для снятия напряжения достаточно проораться или напиться. Шарлю помогал неистовый грубый секс и доминирование над сильным, как минимум, равным ему партнёром. Доминирование, право на которое вначале требовалось доказать.       Вот только нужно ли было всё это Крису?       Вчера тот был пьян и, вероятно, не до конца отдавал себе отчёт в том, о чём именно просил. Как сам Шарль пару дней назад, когда снова оказался с Крисом в постели. А на следующее утро пришли осознание и страх, и начались нелепые до идиотизма попытки замять тему, отвлечь недоумевающего Роджерса от идеи осуществить бездумно предложенное.       Поэтому лучше всего просто вычеркнуть вчерашние события из памяти. Сделать вид, что Крис ничего такого не предлагал, а сам Шарль ничего не слышал. И никаких неловких разговоров, попыток объяснить очевидное…       Идеально.       Именно так и следует поступить.       Шагомер просигналил пятнадцатикилометровую отметку.       Шарль его снова проигнорировал. Даже если он понял причину вчерашнего поведения Криса и определил оптимальную стратегию действий на ближайшие дни, в произошедших в самом себе изменениях Шарль пока не разобрался.       А изменения были — и не только в его к Крису отношении.       Он долго отбрыкивался от тех, кто на них указывал, всякий раз воспринимая подобные замечания в штыки, считая их глупыми и мелочными придирками. Но теперь, сумев оценить собственные недавние поступки куда более трезво, Шарль холодел от ужаса, как по глупости едва не разрушил свою карьеру, поддавшись примитивным сиюминутным желаниям. А что, если бы Тревису и Айс не удалось вовремя отловить и замять историю с Келли? Если бы скандал вылился в прессу? Если бы о его выходке узнали в Академии?       Даже сейчас, когда всё улеглось и больше о себе не напоминало, Шарль ощущал в животе неприятный холодок от одной лишь мысли, чего ему удалось избежать.       А то, что они устроили с Барнеттом!       Наверняка Джейк намеренно его провоцировал, а ослеплённый азартом Шарль вёлся, как последний дурак, на все подначки. Очень показательным в этом отношении был Сильверстоун, когда Шарль позавидовал ловкости, с которой напарник «снял» симпатичную фанатку, и тут же собезьянничал, подкатив к Келли и ее подружкам, обеспечив тем самым головную боль и себе, и половине администрации «Альбиона».       Шарль мысленно усмехнулся: ага, опять во всём Барнетт виноват!       По ходу, права Дракониха: как-то он уже нездорóво на напарнике зациклился. Что ни случись — виноват Барнетт. Прямо вселенское зло во плоти! Только куда этому тупице! Джейку просто повезло нащупать у противника пару слабых мест и целенаправленно на них давить. А Шарль этого сразу не понял и тем самым дал англичанину форы, при этом едва не подарив билет в «Скудерию» Фалько. Для попадания туда Лори требовалось опередить по итогам сезона своего товарища по Академии, и из-за зацикленности Шарля на напарнике в какой-то момент Фалько это даже удалось.       К счастью, до конца чемпионата оставалось ещё целых четыре этапа. Восемь гонок, в которых Шарль постарается не повторить ошибок первой половины сезона.       Пожалуй, в какой-то мере он был даже благодарен мирозданию за произошедшее с ним в этом году. За то, что оно случилось, когда ещё есть возможность всё исправить. Если бы соперничество с Барнеттом захлестнуло его на последних этапах, подобное безумие запросто могло стоить Шарлю титула. Но теперь, уже зная, чем это грозит, он станет действовать куда более обдуманно, просчитывать риски и выжимать из каждой ситуации максимум зачётных баллов. И не выпустит из поля зрения наиболее опасных соперников, сосредоточившись на ком-то одном. Так что он действительно был благодарен Барнетту за полученный урок.       А ещё, как ни странно, Шарль был благодарен Лори, продемонстрировавшему, с какой целеустремлённостью нужно действовать, не гнушаясь любых средств, ради достижения своей цели. Даже за подставу с фотографиями, раскрывшими Драконихе их с Крисом обман, Шарль не сердился — ведь именно оказавшийся её следствием звонок Фессенден и заключённая по его итогам договорённость заставили Шарля вспомнить, зачем вообще он здесь.       Да и восстановлению отношений с Крисом невольно помог как раз Лори. Несмотря на то, что последней песчинкой для возвращения стало знакомство с Сарро и Лоусоном, первым толчком к наведению мостов послужила именно встреча с Фалько. Точнее — захлестнувшая с головой ярость при виде итальянца в квартире Криса. Энди в качестве соперника Шарль никогда не воспринимал — тот был слишком… обычным. Не верилось, что Крис предпочтёт ему, Шарлю, ничем не примечательного студента. А вот Фалько — совсем другое дело. Если бы Лори захотел, он бы, без сомнения, прибрал к рукам наивную Панду, как уже проделал это с Никко. Судя по смущённым оправданиям Роджерса, бедняга даже не понял, как Фалько оказался в его постели. И наверняка ещё не раз попался бы на эту удочку, не пресеки Шарль попытки нахального итальянца, хоть и не прямым текстом, но достаточно наглядно продемонстрировав сопернику, что тот опоздал со своими подкатами. Фалько хватило ума оценить соотношение сил и не лезть в схватку, в которой его ждёт неминуемое поражение. А Шарль понял, что больше не отдаст свою Панду: ни Лори, ни кому-то ещё. Да он даже с Драконихой готов был схлестнуться, чтобы только остаться с Крисом! Пообещал победу. Замучил вопросами Картера и Уильяма. Проехал не одну сотню километров за рулём виртуальной машины в надежде получить дополнительную информацию для настроек на предстоящую гонку.       Хотя последние пункты уже были связаны не столько с Роджерсом и договоренностью с Фессенден, сколько с вспыхнувшим вновь азартом. Шарль словно проснулся от спячки, в которой находился последние несколько месяцев, опять почуял запах победы, услышал шум крови в висках и приятное покалывание в кончиках пальцев от борьбы колесо в колесо. Вспомнились баталии с Никко и Лори в Европейском чемпионате, первые гонки этого сезона, когда Шарль ещё был готов рвать всех и вся ради побед. Воспоминания об ощущениях, которые испытываешь, стоя на верхней ступеньке пьедестала, плеснули в кровь свежую порцию адреналина.       Шарль хищно улыбнулся.       Дракониха права: у него лучшая в чемпионате машина и самая слаженная команда. Плюс природные талант и скорость. Даже без соглашения с Фессенден теперь, разобравшись наконец в себе, Шарль был настроен выиграть гонку в Бельгии. Это обеспечит ему ещё больший отрыв в чемпионате и слегка выведет из равновесия соперников из «Джета» накануне их домашней гонки. Шарль не сомневался, что в Монце итальянцы решат повторить сделанное Барнеттом в Великобритании и ради победы пожертвуют ресурсом новых движков, раскрутив их на полную мощность. А вот для выигрыша в Бельгии такие трюки не обязательны — тут важнее талант и чуйка. И они у Шарля есть. Да и задницу в симуляторе он вчера не зазря отсиживал: под конец Шарль так освоился, что специально закрывал глаза на подъёме от «Красной воды» к «Радийону», по памяти проводя виртуальную машину по самому опасному участку трассы.       Теперь он знает, как выиграть время там, где соперники перестрахуются и поднимут ногу с педали газа.       Он выиграет чёртову Бельгию.       Он возьмёт грёбаный титул.       Он попадёт в «Скудерию».       Потому что он — лучший.       И он это докажет всем, кто думает иначе.       Крис дошёл до кухни и уже возился с кофеваркой, когда в двери щёлкнул замок, и в квартиру ввалился Шарль в мокрой от пота футболке.       — О, ты встал! — Скинув на ходу кроссовки, он деловито отпихнул Криса от кофеварки, ловко и почти не глядя, меняя фильтр и засыпая новую порцию кофе. — Как себя чувствуешь?       — Хорошо, — не сдержал улыбки Крис, залюбовавшись его точными быстрыми движениями. — Спасибо за аспирин.       — Не за что, — щёлкнув тумблером, подмигнул мальчишка. — Считай это попыткой искупить вину за то, что я тебя вчера напоил.       — Ты меня не напоил, — смутился Крис. — Я выпил-то всего один бокал.       — Тебе и одного хватило, чтобы… — Шарль резко осёкся, покраснел и крутанулся на месте. — Я — в душ, пока не залил по́том всю квартиру.       — Я тоже ещё не был в ду́ше, — ни на что, в общем-то, не претендуя, крикнул ему вслед Крис.       — И кто в этом виноват, соня? — донеслось из ванной сквозь шум льющейся воды.       Крис намёк понял: присоединиться ему не предлагали.       Ладно.       Значит, завтрак.       Потому что, если Шарль с утра ничего не ел и уже успел пробежать — судя по состоянию футболки — километров пятнадцать, голодный он сейчас, как сотня маленьких котят.       Из ванной Шарль вышел в одних лишь тонких, липнущих к мокрому телу шортах, которые не скрывали практически ничего. Жадно потянул носом, заглянул в сковороду и, ухватив Криса за воротник футболки, наконец поцеловал. Долго-долго и так сладко, что у Криса аж лопатка выпала из ослабевших пальцев.       — Забыл поздороваться. Привет!       — Привет! — Крис, ещё не успевший отойти от столь непривычного для порывистого и нетерпеливого Шарля поцелуя, ошалело потянулся за следующим, но мальчишка со смехом вывернулся из рук.       — Кто-то страдал, что не успел в душ сходить, — уже разливая кофе в чашки, стрельнул глазами Шарль, после чего решительно отнял у Криса лопатку. — Брысь! Дальше я сам. У меня на выходные слишком большие планы, чтобы тратить время попусту.       Крис непроизвольно сглотнул. Планы? На них вдвоём? Ведь не о телеметрии же Шарль так печётся! Тот, конечно, не был лентяем и мог не вылезать из кокпита часами, но когда дело доходило до цифр и графиков, непоседливому мальчишке мгновенно становилось скучно. Значит, речь и правда о личных планах.       Эта мысль простимулировала Криса со всех ног ринуться в ванную, наскоро, едва не порезавшись, побриться, принять душ и, ограничившись лишь полотенцем на бёдрах — ну а какой смысл одеваться, если у них «планы»? — прижаться к спине возившегося с завтраком Шарля.       Тот фыркнул в ответ на поцелуй в плечо, продолжая сгребать бекон в тарелку, и Крис двинулся поцелуями ниже, пересчитывая губами родинки на его спине.       — Всё, всё, садись. — Шарль щекотно поёжился, огибая Криса с тарелками в обеих руках. — Я сейчас слюной захлебнусь.       — Как романтично! — поддел мальчишку Крис, получил в ответ вскинутый вверх средний палец и со смехом опустился на стул.       Нет, ну что за чертёнок!       Поели молча и немного второпях: Шарль явно спешил, и Крис охотно следовал его примеру, ощущая лёгкую щекотку в животе в предвкушении того, что последует за завтраком.       Дожидаться, пока Шарль запихнёт тарелки в посудомойку, Крис не стал, поспешив вернуться обратно в спальню. На всякий случай проинспектировал изрядно оскудевшие запасы своей тумбочки и, устроившись на подушках, нетерпеливо посмотрел на часы.       Шарль явился спустя пять минут. С ноутбуком в одной руке и компакт-диском в другой.       Крис непонимающе моргнул, когда мальчишка отпихал его к изголовью кровати и, пристроившись у него между ног, водрузил компьютер себе на колени.       — Э-э-э? — На что-то более осмысленное Криса не хватило.       Шарль вопросительно обернулся через плечо, коротко чмокнул в губы и снова склонился над ноутбуком, загружая информацию с диска.       — Это что? — немного оправившись от столь внезапного облома, подался следом за ним Крис.       — Телеметрия с симулятора. По ходу, Картер залил на диск абсолютно всё. Но я понятия не имею, что с этими цифрами делать. Поможешь разобраться?       — Д-да, — озадаченно пискнул Крис. Устыдился и, прочистив горло, повторил уже увереннее. — Да, конечно. Что ты хочешь узнать?       Шарль неопределённо пожал плечами:       — Прежде всего — поможет ли эта информация лучше настроить машину?       — Сложно сказать. — Крис чуть отодвинул Шарля от экрана, подаваясь ещё больше вперёд и кладя пальцы на тачпад. — Если погодные условия окажутся аналогичными, скорее всего, поможет. А если на симуляторе ты ездил по жаре, а на трассе будет дождь, то не особо.       — Я смоделировал несколько сессий, — серьёзно посмотрел ему в глаза Шарль. — На дождь, сухую холодную погоду, облачную и солнце. И ещё десяток квалификационных попыток с дождём и без.       — Ты откатал пять дистанций гонки?! — Крис почувствовал, как челюсть у него упала сама собой. — За один день?!       — Мог бы и больше, но Картер меня прогнал — сказал, домой торопится. — Шарль обиженно шмыгнул носом. — Так что? Нам это поможет? Или мне попытаться в понедельник снова пробиться на симулятор?       Крис озадаченно посмотрел на экран. Пощёлкал пальцами по тачпаду, слегка охренел от количества залитой на диск информации и снова неверяще уставился на мальчишку, которого пару дней назад Хлоя честила как безалаберного и немотивированного.       Да на памяти Криса ни один из его пацанов так не упарывался подготовкой к гонке, как Шарль, в которого после разговора с Хлоей словно бес вселился!       Крис передвинул ноутбук, листая графики и таблицы.       Информации было реально много, и, чтобы не запутаться, её требовалось как-то структурировать. Чему совершенно не способствовал елозящий между ног полуголый Шарль.       — Детка, сделаешь нам кофе? — чмокнул Крис по-юношески угловатое плечо. — А я пока посмотрю, что тут вообще есть и как мы можем это использовать.       Шарль с готовностью и без малейших возражений соскользнул с кровати и исчез на кухне.       Пробыл он там подозрительно долго. Крис аж начал волноваться и даже собирался проверить, чем же занят мальчишка, но тут Шарль всё-таки вернулся. Точнее, остановился в дверях спальни с телефоном в руке.       — Ты собирался звонить придурку и Барнетту. Насчёт понедельника, — не понятно с чего вдруг вспомнил он. — Дозвонился?       — Гастону — да. Джейк трубку не берёт. Я оставил ему несколько сообщений, но ответа не получил. — Крис поморщился, поймав себя на том, что отчитывается перед собственным подчинённым. Которого данный вопрос вообще не касался. А ну и плевать! — Если не проявится до вечера, съезжу к нему домой — вдруг что-то случилось.       — Думаю, нет необходимости, — нахмурился Шарль.       — Почему? — насторожился Крис. И вот как этот сопляк умудряется быть в курсе дел команды гораздо лучше, чем он сам?! — Ты с ним сейчас говорил?       — Нет. — Шарль нахмурился сильнее, быстро водя большим пальцем по экрану телефона.       — А с кем? — отпихнул ноутбук Крис. — Чарли? Что с Джейком? Он в порядке?       — В полном. — Шарль предупреждающе вскинул руку в ответ на нетерпеливый жест Криса. — Погоди. Мне нужно позвонить.       И, так ничего и не объяснив, снова скрылся в кухне.       Да какого чёрта?!       Крис резко поднялся, едва не потеряв ослабевшее на бёдрах полотенце.       В конце концов, речь шла о его пилоте, и именно он в первую очередь должен быть в курсе, что за хрень с тем происходит.