The devil is next to you | Дьявол рядом с тобой

(Суббота) Яркие лучи солнца, пробираясь сквозь неплотную ткань занавесок, светят Сонхва прямо в глаза и мужчина, недовольно простонав, переворачивается на спину, накрыв лицо руками. Он лежит неподвижно на протяжении нескольких минут, слушая ровное дыхание спящего на кровати Ким Хонджуна, а после немного приподнимается на локтях, чтобы посмотреть на парня. Лицо младшего отображало покой и умиротворение, а его пушистые ресницы, которые были достаточно заметными, иногда подрагивали, заставляя сердце Пака трепетать. Вчера, сразу после романтического вечера на крыльце, пара пошла спать, но Хва, беспокоясь за комфорт своего партнёра, решил лечь отдельно на полу, предоставляя Киму всю кровать. Даже несмотря на то, что тёмноволосый мог позволить себе спокойно развалиться и раскинуть конечности во все стороны, он аккуратненько спал у стенки, оставляя место у края абсолютно свободным. И Пак, пользуясь возможностью, бесшумно перебирается на постель, подпирая лицо рукой, рассматривая спящего Джуна. Для мужчины всегда казалось, что смотреть на спящего человека - какой-то вид извращения, но сейчас, смотря на мирно спящего Ким Хонджуна, он понимает, что ошибался. Наблюдать и охранять сон своей пары - это вовсе не извращение. - Так неподвижно спишь. - шепчет светловолосый, максимально аккуратно убирая пальцами волосы младшего с его лица. И всё-таки какое милое личико у Кима, когда он спит. - Надеюсь, тебе снится что-то хорошее~ Глава легко смеётся, чмокает парня в щёку и, взяв свой мобильник, спускается на кухню, решив приготовить себе кофе. Во время приготовления напитка он просматривал все сообщения на почте, слушал все гневные голосовые от своего временного зама, а так же просматривал другие новости. И утро даже можно назвать вполне хорошим, не считая сообщения от Уёна и Сана о том, что члены Красного дракона, ответственные за поиски, напали на след родителей Хонджуна. Точнее, даже не на след напали, а просто узнали о передвижении. - Рассказывай. - строго говорит Сонхва, набрав Чон Уёна. "Вчера вечером они заезжали в трц, чтобы закупиться. Их лица были скрыты масками и машина оформлена на имя другого человека, но сразу после трц они поехали куда-то на восток." - Что на востоке? Вы проверяли? "Нет, глава, но мы занимаемся этим." - Отлично. Позвони мне, как ещё что-то выяснится. "Как прикажете." Тяжело вздохнув, Сонхва сбрасывает вызов, откидывая телефон на стол. Вся эта ситуация с побегом Ким Мунчёля крайне напряжная и совершенно не нравится Паку. Не нравится, по двум главным причинам : первая - найти их почему-то тяжело, вторая - что будет с ним и Хонджуном? Рано или поздно родители Кима спалятся и найти их станет проще простого, но, когда они найдут их, что будет с ними? Младший вступил с ним в отношения исключительно из-за долга, большая часть которого уже покрыта, а после того, как долг и вовсе закроется, Хонджуна ничего не будет держать рядом с ним. Он сможет спокойно уйти от него и Сонхва снова останется один. Глава может поступить крайне отвратительно - приказать замедлить поиски, чтобы Джун оставался с ним так долго, насколько это возможно, но он не будет делать этого. Не будет потому, что не хочет выглядеть в глазах младшего обманщиком и делать ему больно. Ким, несмотря на всю боль от предательства близких людей, хочет встретиться с ними и задать все мучающие вопросы, чтобы дальше уже для самого себя решить - нужны ему родители или он вполне справится без них. Пак не любит бояться, но он боится. Боится, что им с Хонджуном не хватит времени и он снова останется один... Так было всегда. Всё снова повторяется. - Я не успел проснуться, но уже чувствую твоё раздражение... - сонно хрипит Джун, обнимая старшего со спины. Он прижимается щекой к его спине, тихо причмокивая. - Уже встал? - мужчина тут же расплывается в слабой улыбке, положив руку поверх рук парня. - Почему так рано? Мог бы ещё поспать. - Что случилось? - спрашивает тёмноволосый, решив сразу узнать причину чужого раздражения. - И не пытайся увиливать. Я каждой клеточкой тела чувствую твоё раздражение, так что рассказывай быстро. - Ого, какой командный голос! Смеешь приказывать главе? Вообще-то, чисто фактически, я твой босс, в курсе? - Вообще-то, чисто фактически, я твой парень и меня не волнует, что ты мой босс. Отвечать будешь или нет? - ворчит молодой человек, уткнувшись носом куда-то между лопаток Пака. Мужчина тихо смеётся от легкого щекочущего чувства, но всё же решается рассказать. Для этого он поворачивается к младшему лицом, обняв его за талию. При взгляде на Сонхва Хонджун грустно вздыхает, беря его лицо в свои руки. Они вместе не так долго, как хотелось бы, но Джун чувствует его душевные терзания. - Что случилось? - Твои родители. - короткое отвечает светловолосый прежде, чем рассказать обо всём подробнее. - Уён сказал, что вчера вечером они были замечены в трц. Они закупались продуктами, а после, возможно, поехали обратно в своё укрытие. Куда именно они поехали - пока неизвестно, но мои ребята работают над этим. - Разве это не здорово? Мы наконец найдём их и заставим самостоятельно выплатить весь долг! - Ну... Как сказать... - мужчина грустно усмехается, убирая чужие руки от своего лица. Он нежно берёт руки Хонджуна в свои, поглаживая подушечками больших пальцев тыльные стороны ладоней. - Что ты подумаешь обо мне, если я скажу, что мне страшно? - Что ты человек. - и почему-то эти слова греют душу, но вместе с тем из-за них болит сердце. - Мне страшно, Хонджун. Я так долго был один, всё время решая проблемы банды, что сейчас ты для меня будто спасательный круг. Я хватаюсь за тебя так отчаянно, будто под ногами нет больше ничего, что могло бы удержать меня от падения. Я могу и дальше жить один со своим одиночеством, мне не привыкать, однако мои слова сказанные вчера... Я боюсь, что ты уйдёшь, как только вопрос с твоими родителями решится. Мы не можем знать, как скоро это произойдёт - сегодня, завтра или через месяцы. Мы пообещали попробовать полюбить друг друга, но боюсь, что нам не хватит времени... - Сонхва... - тихо зовёт молодой человек, поднимая лицо старшего, чтобы посмотреть в его до ужаса грустные глаза. Странно осознавать, что именно этого человека боится практически вся банды. Сейчас перед ним не глава Красного дракона, а простой уставший человек, который не просит большего, кроме капли любви. - Ну же, улыбнись мне~ - призывает Джун и сам расплываясь в улыбке. Он нежно поглаживает старшего по щекам, не прерывая зрительного контакта. - Я обещал остаться, помнишь? Даже если вопрос решится - уйти так просто я не смогу. Во-первых, я теперь член банды, на мне отличительная тату, на которой буквально написано, что я принадлежу тебе. Во-вторых, ты обещал мне хорошую работу, которую я всё ещё жду. Мне придётся долго упрашивать начальника Чона взять меня обратно в кафе и сводить тату, а это болезненный процесс вообще-то. Так что в ближайший год я точно никуда не денусь. Тебе придётся терпеть меня! - Это не утешает... - Пак Сонхва! - чуть прикрикивает младший, вынуждая светловолосого придти в себя. - Прекрати, слышишь?! Я ведь ещё здесь, разве нет?! Где тот сексуальный и горячий мужчина, который вчера весь день соблазнял меня?! - Ты сейчас серьёзно? - и, как ни крути, эти слова Хонджуна всё же веселят Сонхва и уже через секунду он расплывается в улыбке. - Да! Если ты собираешься и дальше пускать нюни из-за того, что ещё даже не случилось, то я лучше пойду обратно наверх. Мы ещё не выполнили всех данных друг другу обещаний, так что заканчивай тут, ладно? - Да как ты смеешь? - наигранно ругается глава, несильно сжав чужую талию. - Да тебя выпороть за такое обращение к главе мало! Вот услышали бы тебя Уён и Сан, точно бы от испуга за тебя померли! - Хочешь меня выпороть? Правда сможешь ударить меня по моей прекрасной мягкой попке? - Это ты мне сейчас свою задницу рекламируешь или просто дразнишь? - мужчина, будто минуту назад не он грустил, ухмыляется и выгибает бровь, смотря на свою пару пристально-пошлым взглядом, из-за которого Хонджун тут же отступает на несколько шагов назад, опасаясь за сохранность своей девственности. - Вообще-то... Мне пора готовить завтрак! - восклицает младший, уж думая, что сможет убежать, однако светловолосый успевает схватить его за шиворот. - Сонхва... Я это... Пошутил! Клянусь, больше не буду дразнить вас, о уважаемый. - Лучше замолчи. - сквозь смех говорит Пак и молодой человек, опустив голову вниз, словно провинившийся щеночек, шепчет "Молчу, молчу". - Иди собирайся, игривая киса. Сегодня мы будем завтракать в другом месте. - В другом? Каком? - сразу оживляется парень. - Всё тебе расскажи. Шуруй наверх переодеваться, иначе я... - состроив дьявольскую моську, Пак протягивает к младшему руки, зло-хитро похихикивая. - сделаю с тобой всякое! - Уже бегу! Хонджун быстро, чуть ли не со скоростью света, убегает обратно наверх, откуда спускается только через минут десять, заранее приведя себя в порядок. Глава за это время успел выпить две чашки кофе и даже заказать столик в кафе, в котором они должны завтракать. По пути к машине Ким ещё несколько раз извинился за свою задержку, но Хва и не злился, ведь десять минут - это ни о чём, по сравнению с часом. к счастью, ехать до нужного кафе им тоже недолго, поэтому уже минут через тридцать машина останавливается напротив небольшого кафе, столики которого уже с самого утра были либо забронированы, либо заняты. Паку еле-еле удалось успеть тоже забронировать столик, потому что буквально минут через пять в кафе не осталось ни одного свободного места. Но Сонхва и Хонджуну всё же повезло больше, так как их столик будет в закрытом помещении, где их не будут особо сильно тревожить. - Уён и Сан заходят с нами, остальные сторожат у дверей. О безопасности господина Кима я позабочусь лично. - командует Пак и Уён, стоящий у него за спиной, закатывает глаза, шумно выдыхая. - Безрассудно рисковать собой ради какого-то парня... - шепчет себе под нос Ён, однако его парень, стоящий буквально с нескольких сантиметрах, всё прекрасно слышит, поэтому моментально тыкает возлюбленного в бок, тем самым призывая замолчать. - Ты в своём уме? Думай, что говоришь! - агрессивно шепчет Сан, искренне опасаясь за возлюбленного. Какими бы хорошими друзьями с главой они не были, Ким Хонджун - его пара и защита этого парня обязанность не только главы, но и каждого члена банды. - А что не так? Разве я не правду говорю? Для нас глава должен быть важнее, потому что после него не останется никого, кто мог бы занять его место и так грамотно управлять огромной бандой. - Уён! - ругается Чхве, бросая взгляд на улыбающихся друг другу Сонхва и Хонджуну, которые, кажется, были слишком увлечены друг другом, чтобы слышать других. - Прекрати уже, ясно? Я не знаю, почему господин Ким тебя так отталкивает, но заканчивай так себя вести, иначе можешь получить по шапке! Ты же знаешь насколько глава страшен в гневе! - Так мне теперь радостно за ним хвостиком бегать? Меня нанимали, чтобы охранять главу - важного человека, а не какого-то очередного парня, который согласился стать красным драконом только потому, что это было выгодно. - Чон Уён! - Сан называется имя возлюбленного слишком громко, из-за чего Пак Сонхва и Ким Хонджун всё же поворачиваются к ним, взглядом спрашивая "В чём дело?". - Простите, глава, ничего серьёзного. Мы просто обсуждали с Уёном безопасность данного заведения. - Ясно. Ну вы особо сильно не переживайте и внимания не привлекайте. Чем меньше шума, тем лучше, ладно? - Да, как прикажете. - тёмноволосый склоняет голову и Пак с Кимом спокойно проходят к своему столику, сразу же принимая меню, а Чхве резко поворачивается к Уёну, хмуро смотря на него. Тот, дабы не видеть возмущённого взгляда пары, отворачивает голову куда-то в сторону, мол это не он и его тут вообще нет. - Иди за стол. Живо. И Чон послушно идёт. Они, как и глава с его парнем, так же заказывают себе поесть, чтобы не слишком выделяться из общей картины. И, казалось бы, Уён немного поуспокоился и Сан может спокойно поговорить с ним, как со своим парнем, а не напарником, но одного взгляда на него Сану вполне хватило, чтобы понять, что Чон всё ещё недоволен происходящим. Старший тихо вздыхает, устремляя пристальный взгляд на возлюбленного. - Почему ты так злишься из-за него? - негромко спрашивает тёмноволосый, чтобы Пак Сонхва и Ким Хонджун их не услышали. - А что, должен радоваться? Мы столько лет думали только о безопасности главы, охраняя его от любой беды, а тут резко появляется какой-то парень, который его даже не любит, и мы должны ходить за ним хвостиком, защищая от любой возможной угрозы при этом забывая о безопасности главы. Я понимаю, в банде правила такие - семья важнее, но важнее семьи только человек, который печётся о безопасности этих самых семей. Не могу спокойно защищать этого парня, зная, что наш глава находится без защиты и прикрытия. - Но он же не виноват, что предыдущие охранники допустили ошибку и глава их уволил. Это, знаешь ли, тоже не его желание, чтобы за ним всё время таскались два хмурых парня. - Меньше пить надо, сразу проблем станет меньше. - Ну почему ты такой ворчливый... - Сан тяжко вздыхает, в очередной раз понимая, что встречается с самым ворчливым парнем. - А мне показалось, что сам по себе он неплохой человек. Немного неловкий, неуверенный, но хороший. Думаю, если бы главе не было с ним хорошо, то он не улыбался бы и тем более не смеялся бы. Попытайся и господина Кима понять, не будь к нему так суров~ - Ты слишком добрый для такой жестокой и опасной работы. - говорит Ён, зная, что старший не обидится, ведь это не упрёк, а даже наоборот. - Но ведь за это ты меня любишь, не так ли? - старший расплывается в улыбке, озаряя миру свои милые ямочки на щеках. Находясь один на один за закрытыми дверями их спальни, Чон обожает целовать эти ямочки и в целом обожает самого Чхве. Этот парень стал его личным светом, поэтому, как часто они не ругались бы, он любит его несмотря ни на что. - Ты слишком милый, чтобы не любить тебя... - бурчит себе под нос, младший, приступая к принесённой еде. - Вот и здорово! - Вот смотрю на них и они такие милашки, когда не срываются за масками серьёзности~ - шепчет Хонджун Сонхва, смотря на Усанов так, чтобы его случайно не заметили. - Эти двое - особый вид дураков. - Иу, как грубо! Почему же сразу дураков-то? - Потому что вместе, без этой самой маски серьёзности, они самые настоящие дураки. Влюблённые до невозможности дураки. Мне даже пришлось выделить им особо отдалённую от всех квартиру, в которой они могли бы спокойно заниматься своими делами, при этом не смущая своих соседей. Однажды мне поступило около двадцати жалоб о том, что они слишком громко трахаются и знаешь как было неловко отчитывать их за громкий секс? Я в тот момент чувствовал себя отцом, который объясняет детям что к чему. Уверен, в мыслях они ржали с меня! - Это даже забавно, знаешь! - Именно поэтому я сделал в своей квартире звукоизоляцию, чтобы в случае чего никто не слышал моих стонов. Ну и твоих тоже. - услышав последнее, Ким давится своим завтраком, удивлённо хлопая на Пака глазами. - Что? Чего так смотришь? Мы что, сексом заниматься не планируем? Или думаешь, что будешь слишком громким? - Откуда ты знаешь насколько я громкий? - этот разговор, особенно в общественном месте, смущал молодого человека, поэтому он смущённо опустил голову вниз, скрывая свои покрасневшие щёки. - Ну это очевидно. Я не умею тихо заниматься сексом. Либо громко, либо никак. - Ты!... Ты можешь перестать говорить о таких вещах в таких местах?! Это смущает! - Тебя смущает то, что мы говорим о сексе в общественном месте или то, что я говорю про твои стоны? Для меня не проблема говорить о таком. - А для меня проблема! - недовольно шикает парень, сжимаясь так, что ещё немного и его нос будет плавать в его завтраке. - А что такого? - подперев лицо рукой, мужчина смотрит на младшего взглядом довольного кота, который смущал ещё больше, чем разговор про секс. - Думаешь, никто из них не трахается? Брось, Джуни. Каждый сидящий здесь хотя бы раз занимался сексом. А если ты всё же переживаешь из-за нашего секса - не переживай. Я могу заставить человека не только кричать, но ещё и плакать, так что удовольствие ты получишь в любом случае~ Глава довольно улыбается во все тридцать два, а Ким закрывает своё лицо рукой, буквально сгорая со стыда. Вообще-то разговор про секс для него всё-таки не такой смущающий, как разговоры про то, что его заставят кричать и плакать от удовольствия. Но вообще-то... Хонджун даже не против.