Выжить, нельзя умереть

Казалось, в желанных объятиях морфея девушке суждено было провести всю ночь напролет, но вот у привередливой гостьи имелись совсем иные планы, с которыми хочешь не хочешь, а мириться с этого дня придется. — Мммх. — раздраженно промычала она, морщась от громкого и беспрерывно повторяющегося, словно заевшая пластинка, звука. Нехотя и с огромным трудом тяжелые веки немного приоткрылись, но тут же вновь опустились под гнетом яркого света, который черноволосая волшебница, разумеется, не выключила. Высокие нотки противным эхом отзывались в голове, опоясывали и сдавливали, точно тиски. Мысли спутались и сонная девушка не могла понять, откуда конкретно исходит звук и кому он принадлежит. — У меня галлюцинации? — отчаянная мысль с огромным трудом родилась в пульсирующей голове. С минуту девушка, распластавшись, безвольной куклой сидела на стуле, пытаясь прийти в себя, прежде, чем пелена сна стала понемногу спадать. — Писк? — удивленно прошептала она, вмиг оборачиваясь на источник монотонного звука. На кровати недавно подобранный котенок отчаянно перебирал своими маленькими лапками, то и дело выпуская коготки, оставляя на постели следы. Маленький пищащий комочек грязной шерсти звал маму, одновременно пытаясь переползти на другое место. — Ее же покормить нужно и помыть. — девушке пришлось смириться со своей участью и приложить большие усилия, чтобы просто подняться со стула и, пошатываясь, дойти до кровати. Вяло протянув руки и плавно подняв котенка, Мицуки стала бережно укачивать его, точно мама укачивает малыша в бесплотных попытках успокоить очередную ночную истерику. — Тише-тише, сейчас я тебя покормлю. — заботливо приговаривала девушка, пока, едва переставляя затекшие от сна в неудобной позе ноги по направлению к кухне. Открыв дверь и невербально включив освещение, хозяйка, не выпуская котенка с рук, принялась искать что-нибудь отдаленно похожее на необходимую для растущего организма еду. — Вот ведь! Котенка, значит, нашла и принесла, а вот о минимальных потребностях не позаботилась. Вот это я даю, вот как надо все делать! — в сердцах укоризненно ругалась за столь необдуманный порыв вспыхнувших в груди чувств при виде измученного животного она, отчаянно стараясь найти хоть что-то. Котенок призывно пропищал, подкрепляя свои, произнесенные на кошачьем языке слова новоиспеченной царапиной на бледной коже. — Да поняла я, поняла, только есть меня не надо! — возмущенно ойкнула девушка, слегка дергаясь от неожиданности. Котенок, испугавшись такой реакции, выпустил коготки, цепляясь за черный рукав худи с таким отчаянием, словно от этого зависела его жизнь. — Судя по всему, мне придется потом еще одно худи реставрировать. — отчужденно заключила Мицуки, смиренно качая головой. После минуты неудачных поисков из темных деревянных недр на свет был извлечен не самых маленьких размеров тканевый мешок, наполовину заполненный белоснежным рисом. — Так, пока будет вариться рис, я как раз успею помыть тебя. — несмотря на ласковый тон в голосе новоприобретенной хозяйки, на слове «помыть» котенок испуганно сжался, точно поняв, что за «пытка» его ждет. — Ну ты чего? Я же не выбросить тебя собираюсь, а всего лишь помыть. — с некоторой жалостью и заботой протянула вполголоса она, начав, несмотря на запачканную и слипшуюся от грязи шерстку, поглаживать котенка, подрагивающего в такт едва ощутимым прикосновениям. Благодаря магии, пока все внимание девушки было намертво приковано к, казалось, даже успевшему привыкнуть к столь незамысловатым ласкам котенку, кастрюля, плавно левитируя сначала под струей холодной воды, а потом все так же плавно опустившись на магическую плиту, самовольно наполнилась рисом. Мешок, словно так и нужно, юркнул в свою обитель, не забыв услужливо закрыть за собой дверь. Не прошло и десяти секунд, как вода стала подавать первичные признаки начавшейся тепловой обработки плавающих в ней белесых зерен. — Сейчас я тебя умою, покормлю, а потом мне необходимо будет каким-нибудь немыслимым образом организовать переговоры. — с обреченной улыбкой высказалась девушка, будто бы котенок не только понимал, но и в теории мог ответить. Стоило магическому камню уловить ману создательницы, как из металлического крана поддатливо потекла ровная струя воды. После пробы воды, девушка с осторожностью поднесла котенка под нее и, подождав, пока шипящий и жалостливо мяукающий котенок, дергаясь и извиваясь в тщетных попытках выскользнуть в раковину, успокоится, смиренно затихнув в цепкой, но оттого не менее нежной хватке. — Хм, поскольку Хинако и Сэндоу просто физически не смогут собраться вместе. Ага, живут в сотнях километров друг от друга, еще бы они смогли. — язвительно подумала девушка, намыливая покорный и уже изрядно промокший комочек шерсти. — Что-то я отвлеклась от темы. — опомнилась она, возвращая ход мыслей в верном направлении. — Полагаю, что я смогу насторить магические сферы благодаря магичесим нитям. В принципе, — на мгновение поток мыслей прервался дабы обдумать идею, взвесив все «за и «против», — да, это выполнимо, поскольку я создала ранее эти самые сферы, то их манамеханизм мне известен. — непроизвольный согласный кивок головы и стал отправной точкой для воссоздания этой идеи. За размышлениями девушка и не заметила, как вся грязь смылась, оставив после себя только черные, поблескивающие на свету остроконечные сосульки. Удовлетворенно хмыкнув, Мицуки проворно вытянула котенка из воды, расплескав тем самым небольшое ее количество. Приманив к себе без надобности висящее на ручке одного из нависных шкафов полотенце, мокрые и оттого слегка скользкие руки цепко ухватили мягкий кусок незамысловатой белой ткани, укутывая громко пискнувшего в надежде на скорое освобождение котенка. — Ох, так твоя шерстка оказывается черная! — восхищенно воскликнула Мицуки, заглядывая в мордочку напротив. Огромные зеленые глаза с овальными, такого же цвета, что и шерсть, черными зрачками, с надеждой уставились на сердобольную спасительцу, в синих глазах которой плескалась бесконечная забота и пылающая жарким огнем любовь. Серенький, единственно выбивающийся из общей гармонии цветов носик то и дело подергивался, жадно втягивая в растопыренные ноздри воздух, наполненный незнакомым амбре. Белые, с оттенком серости усики опустились под навалившейся тяжестью воды. — Какие у тебя глаза красивые! — восхищению и приятному, ранее незнакомому девушке чувству, казалось, не было предела. Словно в ответ котенок самодовольно мяукнул, радуясь, что столь нечеловеческую красоту признали, да еще и так пылко. — Так ты еще и пушистая! — бездну синих глаз вмиг заполонил вселенских масштабов восторг, стоило только при помощи магии полностью высушить шерстку. Утвердительное мяу стало ответом на очередной комплимент чувствами. — Посидишь пока здесь, а я тем временем закончу готовку. — попросила она, отпуская котенка, который с интересом уставился на хозяйку. Через несколько минут на небольшом деревянном столе уже стояли две тарелки с разного размера горками риса, от которых ввысь, выписывая красивые узоры, поднимались тонкие струйки полупрозрачного пара. Исходящий от раннего завтрака сочный аромат вынуждал пустой желудок сжиматься, требовательно урча в предвкушении. — Неужели так есть хочешь? Смотри не съешь тарелку! — изумленно рассмеялась черноволосая волшебница, наблюдая за жадно поедающим белый рис котенком, который от нетерпения запрыгнул на стол, упрямо выгибаясь в сторону тарелки. Мицуки даже и не думала отставать, потому буквально через пять минут начисто опустевшая посуда отправилась в раковину. — Хорошо, теперь необходимо подготовиться к предстоящим проблемам, разбираться с коими мне вот вообще не хочется. — недовольно и несколько возмущенно протянула она, устало откидываясь на спинку стула. Котенок призыво мяукнул и спрыгнул со стола на колени своей хозяйки, сворачиваясь на них маленьким, мурчащим клубочком. — Вот кому для счастья многого не надо: поесть, поспать, да вдоволь наиграться! — мечтательно рассмеялась Мицуки, на данный момент глубоко в душе завидуя белой завистью отсутствию всяческих проблем и беззаботности бытия новой любимицы. — Как бы мне хотелось жить столь же беззаботно. — блаженные мечты на несколько непозволительно длительных секунд вытеснили из головы все остальное. Черная мордочка приподнялась, а небольшой серый носик принялся жадно втягивать ароматы с кухни. Зеленые глаза с любопытством уставились немигающе в манящую глубину синих напротив. — Надо бы тебе имя дать. — ласково потрепав котенка за загривок, задумчиво протянула Мицуки, склоняя голову на бок. Котенок, решив по всей видимости, что это очередная играя, в точности повторил движения усмехнувшейся такому поведению девушки. — А ты забавная! — точно подметила она, чувствуя, как настроение, словно температура на улице весной, устремляется ввысь, грозясь, если все так и продолжится, в скором времени уткнуться в верхнюю границу. — А твои глаза блестят так красиво и завораживающе… — ворох мыслей окольцевал голову, предлагая самые разнообразные и разносторонней направленности имена. Прикрыв глаза и сосредоточившись на внутренних ощущениях, девушка принялась с навязчивым упорством перебирать варианты. — Как тебе Эми? — несколько минут спустя, тишину внезапно разрезал чуть хриплый голос. Котенок задумался, притаившись, но лишь для того, чтобы в следующее мгновение громко и протяжно мяукнуть, всем своим видом давая понять, что она полностью удовлетворена и рада носить столь необыкновенное имя. — Решено! С этого момента у тебя официально новое имя — Эми! (От англ. Emerald) — воодушевилась черноволосая волшебница, приподнимая мурчащую девочку и с нежностью прижимая ее к резво вздымающейся от переполняющего ее волнения груди. Постепенно тьма начала таять на глазах, услужливо уступая права солнечному свету, неотвратимо холодеющему с каждым прожитым днем. Мицуки резко проснулась, подпрыгивая на стуле, отчего тот, не устояв, с грохотом повалился на спинку, утянув за собой оторопешвую от столь непредсказуемого и стремительного развития событий сонную девушку. Игла боли, пронзившая, казалось, спину насквозь, вмиг отрезвила получше любого холодного душа или горного чая, к которым порой вынужденно прибегала Мицуки. — Вот ведь! Ну что за день! — морщась от неприятных ощущений, разочарованно простонала девушка. — Мяу? — Эми, разумеется, проснулась от столь экзотического аттракциона и теперь испуганно сжалась в крепкий объятиях, тихо попискивая. — Все хорошо, не бойся, — ласково проговорила она, успокаивающе поглаживая, — со мной ты еще и не такое переживешь, я же точно магнит для всех чудных событий. — вполголоса, практически шепотом добавила Мицуки, вновь морщась, но уже от воспоминаний. Бегло кинутый взгляд на окно дал понять, что рассвет уже наступил, причем достаточно давно. — Полагаю, Хинако сейчас спать не должна… А если и спит, то все равно уже пора вставать. — проверив для верности время, безразлично произнесла волшебница, поднимаясь с пола. — Иди, поиграй. — Эми в тот же миг оказалась всеми четырьмя лапками на твердлм полу, игриво виляя хвостом. Не обращая боле никакого внимания на все вокруг, девушка, поверхностно погруженная в свои раздумья, быстрыми шагами, изредка пошатываясь, направилась в спальню с твердым намерением поставить точку на всем происходящем. — Десять часов утра, а когда я проснулась в первый раз было три часа, получается, что вырубило меня на пять часов. — осознав этот факт, удивлению черноволосой волшебницы не было предела. — Ну, хоть выспалась. — кривая усмешка отразилась на бледном лице. Так и вошла она в комнату с чуть глуповатой улыбкой на лице, осторожно обходя валяющуюся едва ли не посередине комнаты сумку. Сквозь черную, наглухо задерную штору не пробивалось ни единого, даже самого блеклого лучика, отчего в спальне царил полумрак, который, впрочем, Мицуки совершенно не хотелось рассеивать ярким светом. — Как только это все закончится — сразу спать. — твердо решила она, грезя о нормальном сне в теплой и уютной кровати. Вальяжно опустившись на еще с раннего утра не задвинутый стул, девушка, не колеблясь ни секунды боле, принялась связываться с Хинако, чувствуя, как все мышцы жалобно ноют от крайне удобной позы, в которой волшебнице довелось спать не так давно. Ответа, вопреки всем опасениям черноволосой девушки, долго ждать не пришлось. — Она, что, неотрывно все это время смотрела в ожидании? — удивление от столь молниеносного ответа кольнуло в мозгу, заставляя едва заметно усмехнуться. — Ну наконец-таки. — стоило только изображению проясниться, как до ушей Мицуки донесся раздраженный и напряженный возглас. — Ты там, что, уснула что-ли? — ворчливо пробормотала на тон ниже она, глубоко вдыхая и выдыхая, возвращая непроницаемую маску на бледное, заметно осунувшееся от усталости лицо. — Ну уж извините, не всегда же мне расхлебывать всю эту кашу, которая, между прочим, не имеет ровным счетом никакого отношения ко мне! — гневно подумала Мицуки, внешне никак не проявляя своего начавшего переливаться через край недовольства. — Извини, — на выдохе проговорила она, виновато склоняя голову, — я просто себе места не нахожу, хоть это и не оправдание для моих уж слишком бурных эмоций. Тем более, что ты, по факту, не обязана помогать мне со всеми моими проблемами: тебе, я полагаю, и своих проблем с головой хватает. — насильно выдавленная улыбка выглядела крайне неуместно и фальшиво, но Мицуки предпочла не акцентировать на этом внимание, примирительно склоняя голову. — Чтож, как ни крути, но вот война — это последнее, чего бы мне только хотелось. — безразлично ответила девушка, всем своим видом давая понять, что затягивать с решением насущной проблемы медлить не желает. — Благодарю тебя за помощь. — вновь улыбнулась она, и, как показалось Мицуки, вымученно. — Впрочем, раз уж ты все еще продолжаешь наш диалог — значит, что король дварфов согласен на предложение о переговорах. — как всегда проницательно и точно подметила высшая эльфийка. — Тебя не обмануть. — ехидно сказала волшебница, смерив ее выжидающим, холодным взглядом, считывая дальнейшую реакцию собеседницы. — Ты права, король дварфов Сэндоу согласен и просил передать это тебе. — мгновенно перейдя к делу, подтвердила Мицуки. — Отлично! — воспряв духом, вмиг оживилась Хинако. — Предлагаю провести переговоры сию минуту, ибо откладывать уже некуда. — в свойственной для себя манере не терпя возражений выдала эльфийка. — Полностью согласна с тобой. — с трудом сдержавшись, чтобы не выдать крайне неуместную в сложившейся ситуации колкость, подтвердила Мицуки. — К слову, как именно они будут проходить? Да и, собственно, где? — напряженно замялась она, потеряв частицу былого боевого духа. — И ты только сейчас об этом задумалась? — язвительная мысль навязчиво мелькнула в голове изумленной волшебницы. — Хотя, это ведь Хинако, и чего я еще ожидала? — Я уже все продумала, за это можешь не переживать. — заверив затаившую дыхание собеседницу, черноволосая девушка не стала медлить. Закрыв глаза и предельно сосредоточившись, вскоре в кромешной тьме засияли магические нити в каждой из сфер. — Если я все правильно понимаю, нужно просто соединить их, как в Великой библиотеке. — толика сомнения закралась в голову девушки, которая, впрочем, была вытеснена остальными мыслями, что вихрем кружили внутри, заставляя виски натужно пульсировать. Приложив немалые усилия, она смогла без проблем исполнить задуманное, нехитро переплетя две тоненькие нити между собой в некое подобие узла, от которого плавно стал распространяться теплый зеленовато-коричневый свет. — Хорошо, а теперь непосредственная связь. — подсознательно дала сама себе указания Мицуки, предпринимая первую попытку. Меж собеседниц натянулась тревожная нить, которая, с каждой прошедшей секундой без ответа, продолжала натягиваться, грозясь в любой миг лопнуть, подобно терпению Мицуки, которой уже порядком надоела эта малоприятная ситуация. — Ну и где он? — раздраженно подумала Мицуки, чуть прищуривая синие глаза в негодовании. Словно отвечая на мысленный вопрос, лицо Сэндоу проявилось на стеклянной сфере. — Должно работать. — пронеслась в голове девушки мысль, полная искреннего и неподдельного интереса. — Король дварфов Сэндоу, Вы меня слышите? — с нотками беспокойства, смешанного с надеждой, тут же вопросила Хинако, вновь оживая. Из второй сферы послышались хрипы, а потом и кашель, свидетельствующий о том, что мужчина прочищает горло, готовясь говорить и собираясь с мыслями, о чем он, разумеется, ни за что не расскажет, даже не намекнет. — Рад видеть вас, высшая эльфийка Хинако и маг Мицуки. — хрипловато поприветствовал поочередно каждую из собеседниц Сэндоу, пробегаясь по ним глазами. — Доброго утра, король дварфов Сэндоу. — в тон ему последовал ответ от непосредственной виновницы сего торжества, Хинако. — Здравствуйте, король дварфов Сэндоу. — уважительно склонив голову, начала свой короткий монолог Мицуки. — Если никто из вас не возражает, то давайте приступим к теме данного не слишком приятного разговора? — все так же вежливо, но в то же время и непреклонно произнесла она. — Полностью поддерживаю Мицуки. — с охотой отозвалась эльфийка, едва заметно хмуря изящные брови. — Король дварфов Сэндоу, не могли бы Вы объяснить, в чем именно заключается вина моего народа? — закономерный вопрос сотряс напряженную атмосферу. — Конечно, я непременно все объясню вам. — устало вздохнул он, воспроизводя в голове цепочку всех произошедших событий. — Как вам уже известно, мой народ не терпит вторжений на нашу землю, и тем более не жалует расхитителей драгоценных шахт. Не так давно, где-то с неделю назад были обнаружены несколько неразработанных шахт, полных ценных и крайне дорогих материалов. Ценность их, однако, познается не в красе, а в редкости: всего за последний век было обнаружено одно малое месторождение, которое, разумеется, добыли полностью. Дабы не вдаваться в глубокие подробности, которые могут запутать вас, в связи с тем, что шахтерское дело, равно как и ремесленничество знакомо для вас лишь поверхностно, я кратко опишу, где конкретно его можно применить. — принялся пояснять мужчина, чтобы немного разрядить обстановку и внести в и без того крайне запутанную ситуацию ясности. — Ландий — так мы прозвали этот желтый, ранее неизвестный металл, аналогов которому не сыскать нигде. Сплавы других металлов и не только, сколь бы ремесленники ни пытались, даже близко не обладали свойствами ландия. Как мы смогли выяснить опытным путем, в расплавленном состоянии ландий отлично подходит для покрытия оружия и брони ввиду высоких показателей прочности, но при этом оружие, покрытое им, практически не прибавляло в весе, в отличие от других, знакомых вам металлов. Это покрытие невозможно разбить, поджечь, поскольку высокие температуры ему не страшны, отчего процесс выплавки занимает куда больше времени и требует очень высокую температуру печи, что та чуть ли сама не плавиться прямо на глазах. Оно превосходно переносит аномально низкие температуры и не вступает в реакцию с кислотой. Помимо вышеперечисленного могу еще добавить, что при вступлении в контакт с другими металлами он многократно усиливает их изначальные свойства, при этом не приводя к разрушению, либо другим дефектам изначального материала. — Сэндоу осекся, поняв, что пустился в восхищенные разглагольствования, коим места в текущей беседе нет. Прочистив горло и прикрыв на мгновение глаза, он продолжил, возвращаясь к сути. — В общем, радости дварфам было не занимать и они с удвоенными усилиями принялись подготавливать шахты к дальнейшей разработке, предвкушая долгожданную работу с редчайшей рудой. — он замолчал, явно не желая вспоминать произошедшее, но вскоре, пересилив себя, продолжил притихшим голосом. — В день, когда была запланированна первая экспедиция вниз, ее участникам явила себя лишь абсолютно разоренная пещера, погруженная в хаос. В поисках улик, ими была обнаружена стрела, схожая с эльфийскими. Бо́льшая часть шахтеров отправилась в ваш лес во главе с лидером, присутвовавшем на переговорах между нами ранее. Но, несмотря на очевидность ситуации, нашлись и те, что оповестили остальных, сохранив хладную голову. Собственно, благодаря им я и прознал о случившемся. Дальнейшее развитие событий вам известно. — закончил длительный и тяжелый для своей души монолог Сэндоу. — Более чем. — ядовито выплюнула Хинако, возмущенная столь наглой ложью. — То есть, Вы сейчас обвиняете мой народ в расхитительстве с целью кражи некой драгоценной руды? — взвилась она, ожидаемо встав на защиту всех эльфов, категорически отрицая даже намеки на мысли об этом. — А Вы уверены, что стрела действительно принадлежит эльфам? Сможете ее показать? — вмешалась в зарождающийся конфликт Мицуки, понимая, что здесь явно не все так просто. — Да. — сквозь зубы процедила высшая эльфийка, яро противясь малоприятной реальности. — Становится все интереснее и интереснее. — удивленно подумала черноволосая девушка, которая невольно стала задаваться все большим количеством вопросов по поводу внезапно открывшихся подробностей. На это девушке не нашлось, что ответить. — Признаться честно, я не до конца верю в вашу виновность. — тихо признался мужчина от чистого сердца, что непроизвольно вызывало доверие. — Хм. — недоверчиво хмыкнула эльфийка, сощуриваясь. — Тогда почему вы обвинили нас в произошедшем? К тому же вы посмели осквернить природу путем уничтожения леса! Это не просто возмутительно, это безоговорочно непростительно! — в золотистых глазах мелькнул огонек презрения, а обычно звонкий и спокойный голос приобрел нотки убийственной ненависти. — Я искренне извиняюсь за произошедшее недопонимание, но и вам нужно понять, что мы не нарывались на конфликт, а попали в него волею судьбы. — в полном замешательстве произнес король дварфов, всем своим видом давая понять, что нарываться на более серьезный конфликт намерений у него нет и не было. — Хинако, что ты думаешь по этому поводу? — немного отрешенно спросила Мицуки, с трудом подавляя зевок. Эльфийка молчала, пристально всматриваясь вперед, погруженная в раздумья, полные сомнений и противоречий. — Я, от лица своего народа, принимаю извинения и расцениваю это как акт капитуляции с вашей стороны. — спокойно отрезала Хинако после паузы, длиною в несколько минут. В ее интонации Мицуки уловила нотки замешательства, растерянности и тщательно сокрытого недоверия. — Однако, с нашей стороны я не считаю конфликт полностью разрешенным. — крайне тонкий намек проскользнул в ее словах, вызвав у черноволосой волшебницы мысленную ухмылку. — Хинако, Хинако. Вот никогда не упустит своего, какая бы ситуация ни была. — она, успев относительно близко познакомиться с эльфийкой, могла примерно просчитывать ее реакцию и считывать дальнейшие намерения, неочевидные для посторонних. Сэндоу тяжело и протяжно вздохнул, прекрасно понимая причину негодования со стороны высшей эльфийки. — В качестве компенсации за предоставленные неудобства я, от лица всех дварфов, — на манер Хинако ответил король дварфов, — с готовностью предоставлю ресурсы для модификации вашего оружия. — Неудивительно. — со скукой подумала волшебница, для которой предоставленная компенсация эльфам не стала неожиданностью. — Надеюсь на Вашу честность и порядочность. — победно произнесла высшая эльфийка, глубоко внутри радуясь, что даже из столь скверной ситации удалось вынести очень полезную и нужную выгоду для народа. — Будьте уверены, высшая эльфийка Хинако, я никогда не отказываюсь от своих слов и обещаний. — янтарные глаза блеснули огоньком облегчения и ликования, вызванного тем, что серьезный конфликт удалось разрешить практически без потерь. — Ну наконец-то. — воодушевленно подумала Мицуки, предвкушая долгожданный сладостный глубокий сон в теплой кровати под мягким одеялом. — Полагаю, с этой минуты конфликт можно считать исчерпанным. — утвердительно, нежели вопросительно констатировала волшебница, подсознательно прекрасно понимая, что каждая из сторон, независимо друг от друга проведут в ближайшем будущем тщательнейшие расследования. — Мы, эльфы, боле не имеем никаких претензий к дварфам. — согласно кивнула Хинако. — Чтож, если высшая эльфийка Хинако больше не держит зла на мой народ, я откланяюсь. Благодарю за то, что выслушали мою точку зрения и организовали переговоры. — от чистого сердца поблагодарил король дварфов, на осунувшемся лице которого отразилась едва заметная улыбка. Сразу после этих слов сфера потухла, свидетельствуя о прекращении изматывающих переговоров. — Мицуки, как думаешь, что конкретно произошло той ночью? — с интересом спросила Хинако, расслабленно потягиваясь. — Не имею ни малейшего понятия. — отрицательно мотнула головой девушка, не желая сейчас задумываться над этим. — Равно, как и я. — разочарованно вздохнула собеседница, окончательно отчаявшись сию минуту получить вразумительные ответы на бесчисленные вопросы. — Признаться честно, для меня вся эта ситуация стала полнейшей неожиданностью. — Ага, меня еще втянуть в нее не забыла. — раздраженная мысль пронеслась в голове черноволосой волшебницы. — К слову, Мицуки, — как-то резко изменившись в лице, высшая эльфийка опасливо посмотрела на собеседницу, понизив голос практически до тревожного шепота, — я искренне прошу тебя, будь предельно осторожна. Исходя из последних данных, полученных при помощи наблюдения, мне стало известно, что во внешнем мире происходит нечто очень плохое. Люди в последнее время встревожены чем-то, а в их глазах пылает ненависть. Не к добру это. — на одном дыхании встревоженно выпалила эльфийка. — Вот как. — задумчиво и ошарашенно протянула Мицуки, хмурясь. — Мы, эльфы, близко к людям не приближаемся, потому больше информации предоставить, к сожалению, не смогу. — виновато произнесла высшая эльфийка. — Благодарю. — кивнула девушка, мысленно уже нежась в кровати. — В любом случае, благодарю тебя за помощь. А сейчас я вынуждена удалиться. До скорой встречи! — благодарно улыбнулась она, отключаясь. — До встречи. — монотонно пробормотала Мицуки, направляясь прямиком к кровати. Упав камнем на мягкую поверхность, волшебница на автоматизме закуталась в одеяло, в тот же миг отключившись от реальности. Эми плавно вошла в комнату, будто бы зная, что раньше беспокоить свою хозяйку было никак нельзя. Она запрыгнула на кровать, клубочком сворачиваясь на спине мирно сопящей волшебницы.