Шаг 2: Если Вы хотите призвать демона повторно, то немедленно выкиньте гримуар!
13 октября 2023 г., 16:00
***
«Вместо самосовершенствования рекомендуется разрывать бумагу на кусочки и кидать в воздух, представляя, что это фейерверк.»
Дневник робота.
***
Как и говорил Спасение, Мию выписали буквально через четыре дня после подписания нашего контракта. За день до выписки я максимально официально, не считая скрипа зубов, извинился перед прихожанами за то, что закрою церковь на день из-за личных обстоятельств. Ли Джихе я тоже написал на всякий случай, хотя она приходила примерно раз в неделю, редко, когда чаще. Вечером я приготовил ингредиенты на завтрак, чтобы встать пораньше и сделать Мии праздничный (или около того) стол по случаю её выздоровления. Каждый раз, как я думал о том, что моя сестра вновь здорова, я вспоминал о лукавой улыбке и бледном лице Спасения. За это время он ни разу не появился, и я действительно взвешивал решение о том, чтобы повторно призвать его с помощью вырванной страницы, что до сих пор лежала сложенной в моём кармане. Я решил дать ему ещё день, потому что эта неопределенность сильно бесила. Вспоминая о наглом поведении демона, раздражение било в затылок повышенным давлением, а кулаки чесались проехаться по бледным щекам Спасения. Наступил день выписки. Мия была искренне рада тёплому приветствию, когда я вернулся с ней в нашу квартиру. Наставница была такой же счастливой от того, что Мия выздоровела, поэтому связалась с нами по видеозвонку, хотя я и был против, чтобы есть и болтать за столом одновременно. Меня проигнорировали, но я не стал что-либо говорить по этому поводу. Новая головная боль случилась уже к вечеру, когда Мия, отдохнув, уверенно встала напротив меня и спросила: — Итак, оппа. — Что? — было сложно игнорировать слона в комнате, особенно если этот слон имел демоническое происхождение. — Я хочу знать, что случилось, кто был тот уродливый аджосси и почему я внезапно стала здорова? Она действительно видела Спасение в тот день в палате, хотя я надеялся, что демон пошутил с этим. Когда я открыл рот, чтобы ответить со всей серьезностью на её вопрос, надо мной раздался знакомый усталый вздох и преувеличенно расстроенные слова: — Яблоко от яблони, я полагаю? Никакого воспитания. Мия нахмурилась, а я быстро вскочил, оборачиваясь. Спасение упирался спиной о противоположную от нас стену, привычно засунув руки в карманы белого пальто. Он выглядел как прежде: с гладкими волосами и посвежевшим лицом, лишь заменил черную рубашку на белую. Однако я помнил, как сильно меня взволновали его темные круги под глазами сразу после того, как он вернулся от Мии. — Ты что вор, что входишь без разрешения? — Мия не выглядела напуганной, но её рука крепко вцепилась в ткань моих домашних штанов. — Совсем ничему не учишься после прошлого раза, уродливый аджосси? — Не стоит благодарности, Ю Мия, — Спасение фыркнул, закатывая глаза. — Я так рад был помочь, ведь твой любимый братец теперь мне кое-что должен. — Должен? — её лицо повернулось ко мне, и я заметил появившуюся неуверенность Мии. — Неужели ты действительно ему что-то пообещал? Из-за него я ушла из больницы? — Да. Мой ответ поставил точку в этом вопросе. Мне казалось, что демону было плевать на то, что я не хотел показывать свою часть договора сестре, однако Спасение опять меня удивил. Он подошёл к нам поближе и сел на корточки, чтобы Мия не смотрела на него снизу-вверх. Теперь моя сестра видела, что лицо того, кто грозил мне какой-то услугой, было не таким уж страшным, скорее обычным. «Симпатичным», — не вовремя шепнуло подсознание, которое я не удостоил внимания. — Меня зовут Демонический Король Спасения, — представился он, серьезно смотря на Мию. — Твой брат заключил со мной сделку, условиями которой было твоё выздоровление и его ответная услуга мне. Из-за того, что на твоё лечение я потратил много сил, мне пришлось дать Ю Джунхёку отсрочку в исполнении его части контракта. Сейчас я в порядке, поэтому пришел завершить начатое. Мия выглядела спокойно и решительно, перенимая настрой от меня. Я же задумался над своей реакцией. За то недолгое время с нашего знакомства каким-то образом моё сознание перестало воспринимать Спасение как угрозу или кого-то, кто может навредить. Демон был насмешливый и раздражающий до свербящих кулаков, однако он ни разу не ставил себя выше меня. Так и сейчас: Спасение встал с Мией на один уровень, показывая своё отношение. Возможно, это был один из подлых приемов демона, чтобы ввести нас обоих в заблуждение и обманчивое доверие, но что-то во мне сопротивлялось этой мысли. Тем временем, моя сестра продолжила допрос. — Эта услуга, она как-то повредит оппе? — Нет. — А людям, которые нам дороги? — Нет. Мия замолчала и отвернулась, обдумывая новую информацию. Я не торопил её, внимательно следя за выражением лица Спасения. Он словно что-то вспоминал, глядя на Мию, и мне было интересно узнать, что творится в его голове. — Тогда, я думаю, что всё нормально. Оппа бы не согласился делать что-то опасное, — она доверительно оглянулась на меня, слегка заблуждаясь. Всё-таки я предлагал свою душу взамен на помощь демона. К счастью, Спасение решил об этом промолчать, оставив то душевное разбирательство между нами. Он поднялся с колен, отряхивая брюки, и посмотрел на меня. — Я заскочил ненадолго, — сказал он и указал за спину, намекая отойти, чтобы поговорить тет-а-тет. — Ю Мия, я не собираюсь есть твоего брата, поэтому было бы здорово, если бы ты его отпустила. — А ты и так не съешь, потому что он тебя перед этим прогонит молитвой или какой-нибудь священной приблудой, — решительно ответила Мия, но кулак разжала. Спасение издал тихий смешок на её слова и отошёл в глубь квартиры, пока я повернулся к сестре. — Ты не можешь называть вещи из церкви «священными приблудами», Мия. — Но аджумма говорит так, тогда в чём проблема? Наставница была в своем репертуаре. Я вздохнул, сжимая переносицу, и погладил по голове Мию. Сестра была недовольна моим пожеланием спокойной ночи, ведь это значило, что её прогоняют спать, пока тут творится что-то интересное. Я напомнил ей слова демона, что он ненадолго здесь и что, скорее всего, он быстро уйдет после своих дел. Мия, подумав, кивнула и пошла в свою комнату. — Она хороший ребенок, — сказал вместо приветствия Спасение, вольготно устроившись на кровати в моей комнате. — Правда, чересчур боевой. — Ты пришел лясы точить или дать мне координаты автора того гримуара? — я закрыл за собой дверь, краем глаза посматривая на фигуру демона, пока тот со вздохом поудобнее улегся на моей кровати. — Какого хрена ты вообще лежишь здесь? Свали. — Как гостеприимно. Но ответ на твой предыдущий вопрос — да, я пришел сказать, где автор той убогой книжки, которая точно не должна называться гримуаром. Не переживай, в эту ночь мы не пойдем вершить благое дело. — Благим делом было бы укоротить тебе язык, — не выдержал я и достал телефон из кармана, открывая заметки. — Диктуй. Спасение пренебрежительно фыркнул на мою угрозу, но послушно указал адрес. Я был удивлен, что это находилось в нескольких кварталах от церкви, буквально в десяти-пятнадцати минутах ходьбы. — А ты думал почему я пришел без всего этого цирка с печатями? — зевнув, задал ответный вопрос демон, ворочаясь по поверхности кровати. — Сейчас меня призвала авторша той книжонки, но я могу ненадолго уходить от неё в ограниченном радиусе. Славно, что в него попадает и квартира, и церковь. Как будто всё идёт нам навстречу, не так ли? Ты благословлен свыше, падре… Или сниже?.. Пропустив очередную бесполезную трату слов мимо ушей, у меня возник вопрос. То, что Спасение тогда откликнулся на мой призыв было действием печати или же стечением обстоятельств, когда его призвал в это время другой человек? Какая-то часть моего сердца противилась тому, чтобы делить демона с кем-то ещё. Спасению было в это время всё равно на мои душевные терзания. Он подтянул к себе подушку и обнял её, положив на неё голову. Демон хоть и был немного ниже меня, однако каким-то образом сжался в форму эмбриона на постели, занимая лишь её небольшую часть. Он тёрся носом о подушку, а в моей голове промелькнула мысль — останется после этих телодвижений на ткани его запах? Я медленно моргнул, приходя в себя. — Вон из моей кровати. — Ты злой, Джунхёк-а, — тихо пробурчал Спасение и лениво приоткрыл один глаз. — Но раз уж мои дела здесь закончены, то мне действительно незачем больше тут оставаться. Он смотрел на меня сонным взглядом, будто бы я вправду разбудил его от сладкой дремы. Мой рот непроизвольно открылся, чтобы спросить увижу ли я его ещё снова. Но момент из небольшого служебного помещения при церкви, произошедший несколько дней назад, повторился. Когда я зашёл в свою комнату, то горела лишь небольшая лампа на прикроватной тумбочке. Как раз она освещала спокойное лицо Спасения, благодаря чему я его видел. Демон медленно закрыл глаза, возвращая щеку на подушку, и в этот момент свет мигнул. Ожидаемо, что через долю секунды его уже не было в моей постели. Я, словно сомнамбула, подошёл к кровати. Подушка оставалась на том же месте, где лежал Спасение, обнимая её руками. Прикоснувшись к ней, я почувствовал ладонью слабое тепло, которое почему-то срезонировало с тем, которое ощущалось напротив сердца. Не решаясь думать о причинах такой реакции, я лег в постель и положил подушку на место. Засыпая, мне виделись уходящие под самый потолок старые библиотечные полки со множеством манускриптов, скрытых древней пылью, между которыми неспешно прогуливался демон, спрятав руки в карманы белого пальто. Именно запах книг и пыли остался на подушке; Демоническому Королю Спасения этот аромат странно подходил.***
Утром, едва рассвело, я выскользнул на улицу. Мне хотелось справиться с этим огнеопасным делом как можно скорее, чтобы затем успеть на службу. Идти мне было действительно недалеко, поэтому, немного ускорившись, я оказался напротив дешёвого многоквартирного комплекса, где сдавались однокомнатные квартиры за наименьшую плату с наихудшими условиями. Аll inclusive, в общем. Я знал о таких, потому что сам в них жил, пока не перешел под крыло к наставнице. Сверившись с заметками, я поднялся на третий этаж и направился вглубь комплекса, стараясь идти как можно тише. Стены здесь были едва ли плотнее картона. Поэтому я надеялся, что автор («Ведьма», — поправил меня ехидный внутренний голос, звучащий как Спасение) жил без соседей. Я отсчитывал про себя номера квартир, остановившись напротив 69-ой. Она была ничем не примечательная, но, если прислушаться, можно было различить, что за ней раздавался какой-то повторяющийся тихий звук. Как будто кто-то очень злобно бил по клавишам клавиатуры. Я постучал костяшками пальцев, чем, видимо, напугал квартиранта, потому что сразу же раздался звук падения и чертыхание. Через некоторое время я смог различить лёгкие шаги, которые не спеша приблизились к двери. — Какого дьявола они делают глазок так высоко, — судя по голосу, это была женщина. Я морально приготовился увидеть какую-то представительницу соответствующей субкультуры, учитывая, что она написала лёгкий для чтения демонический мануал. Но когда дверь открылась настежь, демонстрируя мне заспанное лицо невысокой девушки с вороньим гнездом на голове, я растерялся. На ней была явно детская пижама с маленькими черными драконами, будто снятой с ребенка, что только усугубляло мою растерянность. — Если ты, красавчик с тупым лицом, пришел за рукописью, потому что твой ублюдок-начальник заставил тебя, или ты проиграл кому-то спор, то я тебя огорчу, — она подошла поближе, с каждым шагом тыкая мне пальцем в грудь. Её слегка расфокусированные глаза намекали на то, что женщина была не в себе. С определенной настойчивостью она продолжала тыкать, не смотря мне в лицо. — Никакой сраной рукописи у меня нет и не будет до следующей недели. Поэтому проваливай, пока мой друг с рогами и плёткой не нашёл твои слабые места и не спас тебя от сладкой жизни редакторской крысы, которая объедается моими шедеврами. …Плёткой? Соберись, Ю Джунхёк. — Ты написала мануал с призывом Демонического Короля Спасения? — задал я вопрос в лоб, чем грубо заткнул её. Женщина моргнула. Затем моргнула ещё раз и подняла взгляд на меня, буквально пялясь в моё лицо. Она сглотнула и медленно перекрестилась, ретируясь обратно за порог квартиры. Драконы на её спальной футболке выглядели поникшими. — Оу. Доброе утро, святой отец Ю, — сказала она, осматривая меня с ног до головы. — Погодка отличная, не правда ли? Всё с Божьего веления. Кстати, честно говоря, я не признала Вас без рясы. Выглядите стильно, может, ну её, церковь, будете моделью? Я даже знаю номер одного агентства… — Хватит болтать, — нахмурившись, я осмотрелся и кивнул внутрь квартиры. — Могу зайти? — Что? С какой стати? — в ней просыпался знакомый фамильярный тон, который я точно уже где-то слышал. Он подтверждал, что я действительно у нужного человека для выполнения контракта. — Мне нужно кое-что сделать с одной твоей работой, — я пожал плечами и вытащил из внутреннего кармана куртки блокнот. Ткнув им женщине в лицо, от чего она зашипела, как кошка от воды, я продолжил, стараясь держать тон как можно ниже. — Госпожа «Великолепный благодетель». Женщина забрала у меня из рук блокнот, потирая нос. Её постоянно съезжающие со лба очки наконец-то пристроились на своём месте. В них мелькали сначала пустые страницы, затем уже заполненные, когда она листала свои же записи. Мне было интересно, заметит ли она пропажу страницы в конце, однако до туда автор не дошла. Наконец, она подняла глаза на меня и мило улыбнулась. Что-то мне напоминала эта улыбка и она мне не нравилась. — Что ж, спасибо за доставку, это был действительно райский сервис, я поставлю десять ангелочков из десяти, — после чего попыталась захлопнуть дверь передо мной. Я ожидал чего-то подобного, поэтому быстро выставил в дверной проём ногу, от чего дверь жалко затрещала, отскакивая. Мы оба проследили за ней взглядом, пока дверь совершала трагический полуоборот, скрипя свою лебединую песню. — Надеюсь, мы не будем повторять сцены из дешёвых фильмов и просто спокойно поговорим? — спросил я, заходя внутрь и аккуратно закрывая за собой дверь. Для женщины последующий щелчок замка был как удар молнии, от которого она вздрогнула. Светильник на потолке в прихожей, горящий мягким жёлтым светом, знакомо мигнул и на мгновение погрузил нас во тьму. — Ты действительно косплеишь священника, Джунхёк-а. Говоришь, как явный бандит. Смотри, у бедняжки Суён-а аж ляжки затряслись. Скрип моих зубов был едва ли не громче дверного, когда я посмотрел за спину женщины, Суён, которая как фурия быстро ударила Спасение прямо в живот. От её удара демон захрипел и согнулся, прикрывая поврежденную часть тела. Сдув чёлку, она повернулась ко мне и полностью поменяла тон, с которым говорила до этого. — Меня зовут Хан Суён, — представилась она и протянула руку, которую я пожал. — Видимо, ты всё-таки призвал эту рогатую крысу. Кивнув и представившись, я посмотрел на обиженно сопящего демона, переставшего симулировать боль. Спасение показал мне язык, как маленький ребенок. — Он сделал свою часть сделки, поэтому я пришел отплатить. — Дай угадаю, — Хан Суён скрестила руки на груди, зажав блокнот подмышкой, — он сказал тебе избавиться от экземпляров моего гениального гримуара? — Он ужасный. — Ты ужасный, — она сердито фыркнула на реплику Спасения и тот закатил глаза, уходя, видимо, в сторону кухни. Суён повернулась ко мне, задумчиво поглаживая подбородок, а затем по-волчьи ухмыльнулась. — Раз такое дело, то ок. Держи. Сатанинский блокнотик со всё ещё прилипшим ко лбу козла воском вернулся ко мне в руки. Я нахмурился, не совсем понимая, что происходит. — Мы договорились со Спасением, что я уничтожу все экземпляры. — Это и есть все, — Суён надменно вскинула брови, продолжая скалиться. Показав одной рукой на блокнот, вторую она пристроила на своей талии. — Я написала лишь один экземпляр, что содержал бы печать Демонического Придурка Спасения. — Я всё слышу, — послышался возмущенный голос демона, который поставил греться чайник на плиту. Знакомый звук привёл меня в чувство. Вскинув бровь и указав подбородком в сторону кухни, я получил разрешение на дальнейшее исследование квартиры Хан Суён. Та, зевая, ушла к себе, бормоча что-то о дедлайнах и сыре для офисных недотёп из издательства. На крохотной кухне, которая едва вмещала двух взрослых мужчин, Спасение ютился на раскладном стуле. Закинув ногу на ногу, он смотрел за чайником, ожидая, пока тот закипит. — Она сказала правду? — сходу спросил я, осторожно присаживаясь напротив демона. — Про экземпляры? Да, — Спасение сам зевнул, будто не спал ночь и кулаком протер слезящийся глаз. — У нас с ней тоже контракт, причем, с совершенно рабскими для меня условиями, но из-за него Суён-а не может солгать мне на прямой вопрос. — Что мешало тебе раньше спросить и уничтожить все её заметки о тебе? — я тоже начал смотреть за чайником, потому что наблюдение за меланхоличным лицом демона напоминал о ночи, когда он лежал, обняв мою подушку. По спине пошли мурашки, но я не знал причину их появления. — Не думал, что она решит с кем-то меня делить, — Спасение просто пожал плечами. Свист чайника врезался в уши, от которого демон встал со своего места. — Чай, кофе? — Я ничего не буду, — ответил я и, задумавшись над его ответом, решил, что стоит всё же переспросить. — Что ты имеешь в виду под делением тебя с кем-то? Последовало молчание, пока Спасение, достав с полки чай в пакетиках, заливал его кипятком. Он задумчиво водил по дну ложкой, пока цвет воды не изменился на янтарный, а затем на глубокий коричневый. — Кроме неё, меня никто не призывал. Очень, очень долгое время. Практически вечность. Я нахмурился, складывая руки на груди, пока Спасение маленькими глотками пил чай. В соседней комнате Хан Суён что-то швырнула об пол, ругаясь на сдохнувшие батарейки в клавиатуре. — Откуда Хан Суён вообще узнала об этом? Как чертить демонические печати, как призывать демонов? И в особенности как она узнала про тебя? Твоего титула нет ни в каких других гримуарах и им подобных. — Ого, ты мной заинтересовался? Я польщён, Джунхёк-а, — Спасение негромко рассмеялся и стал крутить в руках кружку, задумчиво следя за пакетиком. — Дело в том, что никто и не знал обо мне, пока она не придумала печать моего призыва. — То есть? — эта история закручивалась как витки пара над кружкой, намереваясь сбить меня с пути. — У тебя не было до этого никаких способов прийти в этот мир? Спасение кивнул и в несколько глотков допил свой чай. Не отдавая себе отчёта, я следил, как на его бледном горле качается кадык, словно заворожённый этим. Я знал, что моё лицо никак не изменилось, но чувствовал, как теплеет затылок от поднимавшегося жара. Демон не заметил этого. — Всё верно, — кивок вышел какой-то механический, словно Спасение был где-то далеко, перебирая в голове свои воспоминания. — Я так и думал очень много времени, даже боюсь представить точное количество. Искренне не знаю, что произошло, но однажды я просто оказался посреди небольшой комнаты, залитой рассветом, а напротив стояла коротышка. Хан Суён хлюпала носом, но бесстрашно смотрела прямо мне в глаза, пока из них капали слёзы. — Она была напугана? — Пф, размечтался, — героиня рассказа положила локоть мне на плечо, упираясь в него. Она сменила одежду на фиолетовое худи и штаны, в этот раз без драконов. — Тогда был мой первый писательский конкурс, на который я никак не успевала завершить свою работу. Темой был апокалипсис и, по какой-то причине, я не знала, что делать с ним. — Ты и сейчас не знаешь, что делать с персонажами, которых выдумала, — съязвил демон, ухмыляясь. Предшествующая сонливость и расслабленность до прихода Хан Суён растворилась, являя передо мной привычный образ Спасения. — Короче говоря, эта заплаканная девчонка, которая теперь шлёт своих редакторов к праотцам, запрягла меня на пожизненную вычитку её работ, от которой я не могу отказаться, как бы ни хотел. — Бесплатная рабочая сила — это круто, — самодовольно покивала сама себе женщина. — Я горда, что была тем ребенком, который ставил в приоритет долгосрочную перспективу, а не сиюминутную проблему. — Ты выиграла тот конкурс? — я скосил на неё глаза и заметил, как Суён показывала кулак ухмыляющемуся демону, будто затыкая ему рот. Ответ пришел мне сам, поэтому эту тему я не стал больше поднимать. — Взамен, — продолжил свой рассказ Спасение, упираясь локтями на стол и складывая руки в замок, чтобы затем положить на них подбородок, — мне досталась ограниченная возможность отходить от контрактника на определенные расстояния и честность в прямых вопросах, сказанных в лоб. Я понял, что даже до меня Спасение не брал ни у кого душу взамен своих услуг. Заметив мою растерянность, Суён как будто прочитала мысли. Она рассказала, что все остальные круги призыва и печати сдал с потрохами сам демон, который совсем не выглядел расстроенным доносом на своих же. Автор действительно хотела продавать эти мануалы, включая те, в которых тайно она нанесла и печать Демонического Короля Спасения, но тот её раскусил. Он сказал ей: «Уничтожь всё это насилие над бумагой, которое собиралась продавать, и не занимайся этим больше никогда.» Эти слова были словно ещё один контракт, от которого Хан Суён не могла избавиться. Пока не нашла лазейку, конечно. Она действительно сожгла под бдительным присмотром Спасения все мануалы, пока однажды не подслушала разговор по телефону священнослужителя ближайшей от нее церкви. Что она делала в церкви? Что ж, Хан Суён собирала брошюры, чтобы вырезать из них буквы для аппликации новой разработки «Способов призыва» (версия 3. 63), в которых она не написала бы ни буквы, экспериментируя над неточностями в уговоре. Молодой священник со стоическим выражением лица докладывал о состоянии сестры, которая, как поняла Суён, уже долгое время пребывает на лечении от чёрт знает какой болячки. Суён подумала, а что если действительно чёрт знает? Так, она, абсолютно не для продажи, снова написала «Три способа призвать демона и выжить», которые оставила через некоторое время на скамье в молельном зале, со скромной надеждой, что это всё-таки прочтут до того, как выкинут. Она ведь даже постаралась и вместе со своим знакомым разработала дизайн гримуара, чтобы тот был больше похож на стоящий внимания концентрат знаний о демонах. Когда, в течение рассказа, речь зашла о внешнем виде сатанинского блокнота, я и Спасение состроили одинаковые гримасы, выражающие что-то среднее между жалостью и отвращением к выбранному дизайну. В конце концов, мы дошли до финала этой истории, в которой я, Демонический Король Спасения, клевавший носом, и такая же сонная Хан Суён, с которой всё это и началось, сидели за одним столом на кухне последней. Затем настало молчание, чтобы дать мне переварить всю информацию. Я посмотрел в окно, безэмоционально наблюдая за тем, как поднимается солнце и игнорируя нарастающий бытовой шум в соседних квартирах. — Эй, святой отец, — позвал меня Спасение, зевая во весь рот. Его белоснежные клыки блестели, как острый и опасный жемчуг. — Что? Демон указал пальцем на висящие на кухне часы, которые отбивали уже половину десятого утра. Хан Суён спала, уткнувшись лбом в стол и свесив руки вдоль тела. На звук голоса Спасения, она причмокнула губами и замычала что-то наподобие «Отвали, пока я не откусила тебе голову». Мы проигнорировали её угрозу. — Ты разве не опаздываешь на церковную службу? — Она закончилась час назад, — фыркнул я и осторожно встал со стула. Не для того, чтобы не потревожить сон Хан Суён, мне было плевать, а чтобы не убиться в этой крошечной кухне о какой-то внезапно выскочивший ящик. Встав, я посмотрел сверху-вниз на демона, поднявшего в вопросе брови. — Ты знаешь, где здесь курят?***
— А красиво горит, скажи, Джунхёк-а. — Ещё раз назовешь меня так и пойдешь за ней следом. — Ты злой. — Может быть недостаточно. Спасение рассмеялся и без опаски, лишь подтянув повыше рукав пальто, голыми руками поправил горящий блокнот, который мы решили спалить рядом с какой-то курилкой. Украв («Арендовав!») достаточно вместительную пепельницу, я раскрыл гримуар посередине, пока демон, найдя зажигалку возле старых окурков, словно кто-то её специально забыл, щёлкнул колёсиком. Маленькое пламя перекинулось на страницы тетради, и мы оба зачарованно смотрели, как сгорает труд Хан Суён. — Спасибо. Демон привычно открыл рот, чтобы сострить, но заметил мой серьезный взгляд и мягко улыбнулся. Улыбка дошла до его глаз, слегка сощуренных от того, что мы стояли боком к поднимающемуся солнцу. Лучи осветили его радужку, в которой продолжало медленно плыть грозовое облако. Я отвернулся, чтобы не попасть в самый эпицентр этих глаз, но чувствовал, что уже поздно. Спасение, привлекая внимание, легко коснулся пальцем внешней стороны моей ладони. — Я был рад помочь тебе и Ю Мии, — произнес он с настоящей искренностью в голосе. — Надеюсь, она будет здоровой и счастливой до конца своей жизни. — Ты не демон, — услышав его слова, я ошарашенно покачал головой. — Ты не можешь говорить так, желать мне и другим добра. Это рушит все каноны. — И всё же, как Демонический Король Спасения, я могу спасти так, что некоторые захотят погибнуть, — демон привычно спрятал руки в карманы, перекатываясь с пятки на носок, словно этот разговор ему не нравился. — В Демоническом Мире у меня есть репутация, которая претит моему титулу, это правда. Но титул демона ещё не заставляет меня делать вещи, которые присущи остальным. — Значит, остальные демоны действительно могут забрать душу за свои услуги? — И не одну, — Спасение хмыкнул, посмотрев на меня лукаво. Глаза из-под челки блестели, а сами волосы в свете солнца переливались бликами, будто у демона над головой было священное гало. — Мне хочется верить, что ты никогда больше не ступишь на этот путь, Джунхёк-а. Да, я буду… подрабатывать, чтобы правда не звучала так унизительно, у Хан Суён до самой её смерти, но для меня это не такой уж и большой срок. То, что она сейчас и до этого сожгла свои талмуды, не означает, что круги других демонов внезапно пропадут или чернокнижники, знающие их на зубок, о них забудут. Эти ублюдки умеют вставлять людям палки в колеса и забираться внутрь головы, лишь бы наесться новой душой. Поэтому я и хочу, чтобы никто больше не взаимодействовал с миром демонов. Пламя перебралось со страниц к обложке, от чего та начала сильно вонять. Ни я, ни демон не отошли подальше. Не знаю, о чём думал Спасение, но мне казалось, что горящий уродливый гримуар — это единственное, что нас теперь связывало с ним. Огонь прочно приковывал к себе внимание. Я смотрел на весело поедающее блокнот пламя и думал об этой странной ситуации, странном демоне и странных чувствах, которые он во мне пробуждал. Но как только догорел последний кусок обложки, я заметил, что возле меня уже никого не было. В кармане куртки мой кулак сжимал клочок бумаги.***
Ещё до того, как она заснула, Хан Суён сказала мне, что время призыва Спасение ограничено несколькими часами, которые истекли ещё на её кухне. Поэтому я не опасался неожиданного появления демона, когда вновь стучал в дверь женщины. Я услышал повторный шум и проклятия в свой адрес. — Если ты пришёл, святой отец, чтобы прочитать мне какую-то молитву на мгновенное богатство, то, валяй, я слушаю, — нараспев сказала она, отпирая дверь и упираясь о косяк плечом. — Не мели ерунды, — сквозь зубы произнес я и постарался успокоиться. Хан Суён не торопила меня, лишь сочувственно причитала о слабом психическом равновесии у современных священников, пока я отсчитывал от нуля до пяти и обратно. Вернув себе самообладание, мне пришлось посмотреть на нее с высоты своего роста. — Есть ли какие-то особые ограничения на призыв одного и того же демона? Суён удивленно хлопнула глазами, а затем, что-то поняв, расхохоталась. — Понятия не имею, что ты собираешься делать, Ю Джунхёк, — она посмотрела на свои руки, вычищая гранит из-под ногтя большого пальца. — Но если бы мы говорили чисто теоретически, то никаких ограничений нет. Это упрощало дело. Я без слов развернулся, но мне в спину донеслось насмешливое продолжение. — Я бы даже сказала, что гипотетически второй призыв можно устроить и без прямого нанесения печати куда-либо. Главное представить её в уме и принести соответствующую жертву. Как просто, не правда ли? Будто авторизация по сохраненным паролям. Остановившись на секунду, я кивнул ей, не поворачивая головы. Зная время, я решил сегодня вообще не идти в церковь, взамен провести время с Мией. Поэтому первым пунктом в моем списке был продуктовый магазин.***
— Разве я не указала, что лучше никогда не призывать второй раз демона в моей гениальной работе? — спросила себя Хан Суён, задумчиво смотря вслед Ю Джунхёку. Она внезапно нахмурилась и фыркнула, передернув плечами. — Какая мне вообще разница, что этот святой идиот с постной рожей будет делать? Раз не умеет читать, что достопочтенная госпожа Хан указала про повторный призыв демона, то это будет его проблемой. Особенно, когда этот демон будет торчать с ним до конца жизни и нудеть, что ему нечего читать. Точно, абсолютно не моя проблема. Хан Суён снова посмотрела в сторону лестниц, по которым ушёл Ю Джунхёк, и громко закрыла за собой дверь. За тонкими стенками её соседи слышали, как она называла кого-то лохом, таким же, как она сама.***
— Я призываю Демонического Короля Спасения, чтобы он помог мне исполнить желаемое. Сначала ничего не происходило, пока я не услышал под ухом возмущенный писк. На секунду у меня мелькнула улыбка на губах, которую я спрятал, оборачиваясь к Демоническому Королю Спасения. — Да ты прикалываешься! — Спасение, замолчи и помоги мне с сумками, — отрезал я, протягивая на вытянутой руке один из пакетов, полных продуктов. Демон выглядел так, словно его ударили. Он дрожащим пальцем указал на меня и соответствующим голосом спросил: — А что… Что взамен? Я ненадолго задумался, хотя цена давно вертелась у меня на языке. — Безлимит на прогулки, — прикинув кое-что, что я почерпнул из сегодняшней встречи контрактников Спасения, добавил: — И я буду покупать тебе книги. Спасение въехался головой о ближайшую стену магазина и замолчал, стоя как истукан. На нас оборачивались люди и я, потеряв терпение, ударил его по голени носком ботинка. Его глаза вновь обратились ко мне, на что я ответил поднявшейся бровью, устав его ждать. — Устраивает? — Как будто у меня есть выбор, святой придурок, — огрызнулся демон и забрал мои пакеты. Он держал их в одной руке, вторую раскрытой ладонью протягивал мне. — Что ты хочешь? Тебе подать милостыню? Спасение тихо закричал, не раскрывая рта. — Ах, возможно, ты хочешь, чтобы я отдал тебе твою печать призыва? — догадался я, перестав издеваться над ним. Достав из кармана сложенный кусок вырванной страницы, я положил его прямо в ладонь Спасения. Мне было интересно, что же он с ним сделает? — Джунхёк-а. — Разве я не говорил так меня больше не называть? — Слушай меня, очень и очень внимательно, — его голос опустился, и он подошёл ко мне ближе, становясь практически нос к носу. Нарочно ли или нет, но он опять повторил сцену нашего первого знакомства, но серьезность момента нарушали пакеты, шуршащие от порывов ветра. — Я не обычный демон. Из-за твоей недальновидности, к тебе будут проявлять внимание другие мои… коллеги, из-за чего ты и твоя обожаемая сестра будут в опасности. — В таком случае, тебе придется ещё и нас защищать, — я пожал плечами и развернулся. — Идём, Спасение, мне ещё обед готовить, теперь уже на троих. — …Троих? — демон звучал недоверчиво, когда поравнялся со мной, с лёгкостью шагая со мной в ногу. — Тебе плевать на угрозы, опасность там, возможные смертоубийства? Ты что, та солнечная рыба из рекламы экзотической рыбалки? Реально настолько тупой? — Заткнись. — О Боже милостивый, — Спасение ошарашенно выдохнул воздух на манер смеха, только для него явно ничего смешного не было. — Я знал, я чувствовал, что не следовало соглашаться с тобой на сделку. Светлые ангелы, как же я так оплошал… — Эй, — я привлек его внимание, теперь ударив пакетом по боку, от чего он едва не рухнул из-за перевеса в одну сторону, в которой держал все остальные пакеты. — Иди нормально и выбрось уже эту бумажку. Спасение с выражением лица, как у побитого щенка, опустил глаза на клочок бумаги, спасшийся от сожжения. Я также украдкой смотрел на то, что будет делать демон и как вообще проявляются его силы, ведь до этого нам мешали электрические приборы и сбои в них. Сначала ничего не происходило, но потом бумажка пошла рябью, как экран старого телевизора, а затем и вовсе резко исчезла в цветных полосах. Я недоумевающе уставился на Спасение, но тот меня проигнорировал и, ухватившись поудобнее за пакеты, пошёл вперёд. Он разрезал толпу идущих и спешащих людей, как ледокол. Покачав головой, я не последовал за ним, а свернул вбок, потому что этот идиот точно не знает куда идти. И вправду, спустя пару секунд Спасение, с красными ушами и недовольным лицом, теперь шагал рядом со мной, что-то бурча себе под нос. Краем уха я услышал из его бубнежа, что он будет жаловаться в соответствующие органы по защите прав демонов, если обнаружит у себя в тарелке помидоры. В груди снова стало тепло от нахождения рядом со мной этого странного существа.
