В омутах лунного света

      Дни летели незаметно. Оглянуться не успеваешь, как уже наступило лето. Дань Фэн никак не мог отделаться от мысли, что его работа превращалась в ад в последние недели. Даже с учетом половины нагрузки от обычных дел генерала казалось, будто на плечах тащил ялик. Конечно, на его лице это не так заметно, ведь уже успел познать прелести макияжа, когда замазывал синяки под глазами, возникающие от недосыпа. Юноша не понимал, как это вообще выносить. Или вся сложность в том, что сидит на двух стульях? Под ухом уже ворчали Старейшины, виня все остальные Комиссии в усталости Иньюэ Цзюна, при этом игнорируя то, как много сами дел подкидывают. В конечном счете, с этим надо что-то делать.              - Попробуй не браться за все подряд, - советовал Инсин. Каждый раз, когда к нему заглядывали во время работы, приходилось отвлекаться. Вот и сейчас он стоял с закатанными рукавами рабочей рубахи, наблюдая за тем, как дракон спокойно отдыхал за чашечкой самого дешевого чая. – Ты все никак не можешь довериться остальным? Я уже выслушивал пару раз просьбы остановить твои попытки успеть везде, но не думал, что так все серьезно.              - Но… - Дань Фэн хотел возразить, однако нечем. Он действительно мало дел доверял остальным. Сам себе устроил ад и даже не заметил. – Возможно, ты и все остальные правы.              - Ты хочешь, чтобы Цзинь Юань тобой гордился, однако может все же подумаешь хорошенько и организуешь все так, чтобы не отправиться на перерождение из-за переутомления? Никому бы этого не хотелось.              Недовольно посмотрев на мужчину, юноша отставил чашку на стол. В ответ он увидел лишь довольную усмешку. Да, кузнец прав, только вот не стоило сообщать такое в столь странной форме. Иньюэ Цзюн обещал, что исправиться и все же раскинет все свои дела по нужным инстанциям. Если бы Инсин не работал так усердно над обычными заказами и копьем, то было бы больше времени привести все в нужное русло. Дань Фэн лишь виновато вильнул хвостом, встал со стула и поклонился. Его похлопали по плечу и быстро вытолкнули из кузни, веля вернуться на рабочее место.              - Я вечером зайду и мы прогуляемся, так что реши свои проблемы вовремя, - мужчина напоследок махнул рукой и скрылся за дверью.              Дракон лишь удивленно похлопал глазами. Крайне редко можно услышать от этого человека приглашение на прогулку, учитывая его занятость. Обычно бывало наоборот. Как бы то ни было, нужно было закончить все до вечера и придумать, где можно передохнуть от всех этих забот.              Иньюэ Цзюн старался пересилить себя и не загрузить себя еще больше, подбирая пути распределения решения проблем. В итоге не выдержала одна из Старейшин, которая забрала все документы со стола, отругала и отправила отдыхать. Кто-то разглядел бы в этом жесте неуважение к Верховному, однако он воспринял это достаточно спокойно и весьма справедливо. Ему определенно не хватало активного недовольства, пока многие боялись и слово ему сказать, но хотелось более серьезного пенделя, который может обеспечить разве что Цзинлю.              - Отдохните пару дней, не слушайте ворчливых стариков, - сказал один из стражников, охраняющих кабинет. – Я уверен, никто злиться не будет.              - Но я не могу…              - Вам же сказали отдыхать, - возмутилась Старейшина, которая раздавала огромную стопку бумаг секретарям и посыльным, дабы все перенаправить в нужные места. – Мы сами со всем справимся. Вы же видите, что в Лофу пока никаких проблем нет, чтобы так изводить себя.              Оставалось лишь отступить и не беспокоить людей еще больше. Юноша поблагодарил и раздал последние указания, прежде чем отправиться в кузницу. Он освободился намного раньше, поэтому, возможно, не ждут. Однако Дань Фэн был очень удивлен, когда еще на подходе его довольно быстро заметили взглядом, схватили за руку и потянули по улице. Вслед можно было лишь услышать негодование девушки, которая явно недовольна таким поворотом событий. Добравшись до тихого места, Инсин остановился и отпустил дракона.              - Прости, что пришлось так резко тащить подальше, - мужчина тяжело вздохнул и оглянулся. К счастью, их не стали преследовать.              - Что случилось?              - Чжан Чжи только вернулась, а уже устроила мне нагоняи.              - Учитывая количество хлама, я не удивлен, - юноша усмехнулся. В последнее время действительно много мусора на рабочем месте накапливалось, что даже на пол тяжело ступить. – Вы не успели прибраться?              - Да она не только из-за этого бесится, - кузнец неловко почесал затылок. – Ей не нравится, когда я работаю 24/7 с минимум времени на отдых. Но я ничего с этим ничего поделать не могу, пока не сделаю для тебя оружие, а это еще мкучу времени потребуется. Понимаю ее беспокойство, только иногда она перегибает палку.              - Проблемы с ресурсами?              - Да. Не так критично, однако средств не хватает.              - Ты можешь попросить у меня, - предложил Иньюэ Цзюн, однако на его предложение лишь покачали головой.              - Не хочу быть чьим-то должником, тем более, чтобы ты тратил деньги на собственный подарок. Мне будет достаточно того, что ты подарил мне вдохновение.              Дракону ничего не оставалось сделать, как прислушаться. Он волновался за здоровье друга, поэтому тяжело было оставлять все в таком состоянии. Хотелось вложиться и помочь, но прекрасно понимал, что кузнец очень принципиален и точно обидится на подобный жест. Да и деньги явно не исправят то, как сильно Инсин поглощен своей работой.              Дань Фэн решил помочь по-другому, раз материально нельзя. Предложил отдохнуть у моря, коль появилась возможность. Да, можно было бы поужинать где-нибудь или посидеть в саду, как обычно делали, но юноша хотел сменить обстановку. Кроме того, в Чешуйчатом ущелье им никто не будет мешать, так что никакого внимания не привлекут, как это происходило сейчас. Мужчина согласился. В конце концов, ему еще не доводилось бывать в священном для видьядхар месте. Только не возникнут ли проблемы? Чужим туда вход был запрещен, тем более людям. Дракон успокоил его, ведь он идет туда не один, а в его сопровождении. К тому же есть довольно надежные лазейки в правиле, поэтому волноваться не о чем.              Их действительно пропустили, хотя по виду стражи и не скажешь, что они горели желанием это делать. И все равно слово Иньюэ Цзюна – закон. Хоть немного можно было попользоваться своим положением, главное не злоупотреблять. К тому времени, как они добрались до пляжа, от которого рукой подать до затопленного дворца, уже начало садиться солнце. У древа почти всегда было туманно, отчего даже в солнечную погоду казалось, будто здесь всегда пасмурно.              - Атмосфера тут гнетущая, - Инсин сел на один из небольших камней на берегу и стал вглядываться в тот контраст на небе, который появлялся от заката. Граница между обычным небом и дымкой от древа гармонично растиралась, окрашиваясь в цвета заката. – Но красиво.              - Это лишь малая часть, - Дань Фэн подошел ближе к кромке воды. Тихие волны еле касались его сапог, абсолютно не мешая вглядываться в темень морских вод. – Есть вещи и намного прекраснее, но я не могу вам их показать по очевидным причинам. Зато могу кое-что другое.              Это заинтересовало кузнеца. Что же такое может показать Иньюэ Цзюн, чего он точно не видел и сравниться с пейзажем перед глазами? Юноша посмотрел на мужчину и жестом попросил развернуться. Ему нужно было время подготовиться и, желательно, без пристального взгляда, пытающегося найти в нем что-то удивительное, спрятанное где-то в белоснежном ханьфу. Так он мог спокойно сосредоточиться. Отнюдь не все Гимны были выучены, однако было нечто, что не входило в список необходимого. Это и хотелось показать, правда, готовилось в качестве сюрприза для Цзинь Юаня.              Инсин какое-то время разглядывал каменные строения и статую вдали, пока не услышал плеск воды за спиной. Он хотел повернуться и спросить, не случилось ли чего, как его легонько толкнули. Упав с насиженного камня, мужчина хотел было выругнуться, однако, увидев перед собой огромную морду дракона, замер на месте. Это то, что Дань Фэн хотел показать? Зрелище и пугало, и завораживало одновременно, ведь не хочется оказаться в этой пасти.              - Спасибо Эонам, что мы с тобой друзья.              - Неужто испугались? – голос Иньюэ Цзюна звучал более грозно в этой форме и больше походил на рычание. От этого пробирало до последней клеточки тела.              - Как давно ты встречал людей, которые лично видели драконов? – кузнец поднялся с земли и отряхнул штаны от песка. Какое-то время он еще осматривал чуть ли не каждую изумрудную чешуйку, блестящую на последних лучах солнца. Хотелось притронуться, но учитывая нелюбовь прикосновений к хвосту, решил пока не рисковать и дождаться разрешения. – Твои возможности действительно удивительны.              Дань Фэн обошел его сзади, чувствуя, как под лапами расползаются песчинки, и лег. Скрутившись, он буквально окружил мужчину без возможности выбраться, не перелезая через него. В прочем, тот не был против. Инсин сел на песок поближе к голове, немного зарывшись в мягкую гриву. Пока столь величественное существо позволяло, можно было даже коснуться блестящей чешуи на шее и почесать загривок, если удастся дотянуться. А дракон лишь прикрыл глаза, наслаждаясь приятными прикосновениями. Он слишком устал, чтобы сопротивляться, даже когда мужчина встал и положил руку меж рогов, медленно проводя вверх.              - Тебе будет удобно так спать? – поинтересовался кузнец, заметив эту ленивость и отсутствие реакции. Они оба устали, только вот сколько сил требует эта трансформация?              - Я долго могу держать эту форму, так что все нормально.              Вздремнуть на свежем воздухе казалось не такой уж плохой мыслью. Мужчина вновь сел, откинувшись назад на шею Дань Фэня, и прикрыл глаза. Тишину нарушал лишь ветер, который шелестел листвой кустов неподалеку, и крики птиц где-то вдали. Задерживаться тут надолго не стоит, однако так клонило в сон, что простая, казалось бы, прогулка превратилась в «тихий час». Возможно, стоит работать поменьше, дабы не выходило подобных ситуаций.              Вернулись по домам они только за полночь, получив обеспокоенные нагоняи от остальных. Иньюэ Цзюн довольно неохотно вернулся в прежнюю форму, однако и на это ушло куча сил. Он игнорировал недовольства Старейшин и просто добрался до своей комнаты досыпать. К счастью, ему не пришлось переживать скандал, который еле вытерпел Инсин, вернувшись в кузню. Будь Чжан Чжи менее беспокойной и прямолинейной, вряд ли бы он имел с ней дело. В этот раз девушка оставила без ужина, что уже казалось весомым наказанием, ведь тратиться на забегаловки вообще не хотелось, которые к тому же сейчас закрыты. Мало того, запретила появляться на кухне. Что ж, возможно, это было заслуженно.              Небольшой отдых действительно пошел на пользу. Еще неделю Дань Фэн занимался лишь сортировкой бумаг, наконец-то вернулся к практикам и стал больше спать, восполняя потраченные силы. Чаще стал заглядывать к Инсину, наблюдая за его работой и разговаривая о мелочах. В конечном счете, юноша уже позабыл про уважительный тон и начал обращаться на «ты», просто по-дружески. А вот на просьбу Чжан Чжи перестать звать ее «госпожой» не откликнулся и продолжал смущать ее. Девушка была из достаточно простой семьи, поэтому такие обращения от самого Иньюэ Цзюна казались ей совсем неуместны. Да и само знакомство с такой знатной личностью ее немного смущало, поэтому часто уходила из кузни куда-нибудь. Правда, когда проходит месяц, два, а то и вовсе полгода ко всему привыкаешь. Зимой она приносила чай и сладости, когда дракон навещал их скромное рабочее место, и поддерживала разговор как добрым словом, так и отчитывала. Один раз случайно возмутилась решением Дань Фэна вернуться к тренировкам с Инсинем, которых не было достаточно давно по очевидным причинам. Чжан Чжи, опомнившись, вся раскраснелась и скрылась в комнатушке для отдыха.              - Она как всегда ворчит, - вздохнул кузнец, однако по его улыбке видно, что он совсем не переживал по этому поводу.              - Скажи ей, что нет ничего страшного в том, чтобы меня немного поругать. Она не часть моего народа, не мой подчиненный, а друг, на которого можно положиться. Я не буду злиться, - юноша поправил чуть спавшее одеяло, которым укрывался, приходя сюда. На нем даже вышили его имя, дабы точно не перепутать. – Возможно, слишком спешу. Если учесть последние отчеты с фронта, у тебя еще работы на пару месяцев вперед.              - Ничего страшного. Я уже обговорил с другими ремесленниками. Мы поделили весь необходимый объем оружия, так что справимся за месяца два или три. Кроме того, отправили запрос на Яоцинь, поэтому нагрузка должна быть как обычно, однако я предложу тебе дождаться весны. Ты все еще еле переживаешь зиму. А еще к тому времени постараюсь закончить копье, тогда заодно испытаем его в деле.              Удивительно то, как быстро изнашивалось оружие на поле боя, а ведь отправка займет еще немало времени. Дань Фэн беспокоился, что помощь может не подоспеть, но Цзинь Юань все достаточно хорошо просчитал, поэтому, если не будет никаких казусов, они вполне смогу в короткие сроки поставить провизию. Им удалось добиться слаженности работы, но чувство беспокойства не покидали. В своих мелких личных примечаниях генерал писал, как тяжело им дается оставаться в нужной форме и сложно поддерживать боевой дух перед грозным противником. Пока справлялись, однако в некоторых словах прослеживалось беспокойство о будущем.              Маленьким отвлечением всех дум была практика. Иньюэ Цзюн дождался свое копье, названное Пронзатель облаков, и успел опробовать его в бою против вылезших мерзостей на территории гавани. Поистине потрясающее оружие, которое вряд ли хоть один кузнец Сяньчжоу способен сделать, помимо одного. Инсин явно был доволен своей работой, ведь тяжело создать что-то, что способно выдержать силу не человека, а фактически Эона. Гравировка даже казалась плевым делом перед этим. В такую честь мужчина даже решил провести тренировочный бой, после зачистки территории от монстров и раздачи указаний Рыцарям. В этот раз Дань Фэн одержал победу, показав свою прекрасную подготовку. Заслуженно. Теперь, когда все вернутся, у него есть полное право потягаться с Цзинлю, чтобы получить ее доверие на участие в крупных сражениях, как сейчас.              Прошел год, два, а то и три. Становилось заметно тяжелее. Если дракон полностью утвердился на своем месте и все меньше вызывал недоверие у видьядхар, то остальные жители Лофу явно падали духом. Праздники уже не были в радость многим, особенно тем, кто потерял близких. Нечего было им предложить. Варианты Комиссий были глупы, как показала практика прошлых годов. Даже речь не сильно воодушевила. Ситуация на фронте была не самой лучшей, если судить по отчетам последних трех месяцев, поэтому сказки об «успешной охоте» людьми не воспринимались. К счастью, даже при довольно пессимистичном настрое, жители продолжали жить своей жизнью, подпитываясь надеждой на светлое будущее, хотя поток к психологам не уменьшался. Старейшины предложили временный выход в виде призыва к медитации. Иньюэ Цзюну понравилась эта идея, поэтому попросил выделить место и хороших преподавателей, которые смогут обеспечить занятия для большого количества народу. В конце концов, негативу нельзя скапливаться, иначе возникнет эпидемия.              Задумка прошла успешно. Пусть пришло не так много по началу, как хотелось бы, но успех был, от чего и подтянулись другие. Кажется, стало немного легче, если не считать одной вещи. Уже шел 4 год, и почти к каждому отчету Цзинь Юань прилагал небольшое личное сообщение для Инсиня и Дань Фэня, как уж выходило их писать, ведь не было так много времени на лишние слова. От последнего письма прошел уже год. Это заставляло беспокоиться, ведь сами новости становились с каждым разом все хуже, а последние три отчета писала Цзинлю по какой-то причине. Она очень легко уклонялась от упоминаний каких-либо имен и личных записей. Даже Байхэн нигде не святилась, лишь номер ее отряда и звание. Упоминание генерала и вовсе исчезло в нынешнем отчете, который пришел будто оборванным на ровном месте. Мастер обычно заканчивала фразой «За Сяньчжоу!», а в этот раз даже ничего.              Иньюэ Цзюн получил письмо лишь через пару дней, когда уже не мог спокойно спать от волнения. Секретарь сказал, что оно затерялось в куче других писем солдат и нашлось лишь при передаче робоптахам. Это ни капли не утешало. Еще пару часов дракон не мог открыть его и прочитать, ведь неясно, какого будет содержимое. Тем более конверт явно познал не лучшие времена, что видно по грязи и подсохшим пятнам крови. Скорее всего, Цзинлю, ее имя было указано на конверте, писала письмо не сильно думая протереть руки из-за нехватки времени. Однако надо открыть и прочитать. Тяжело вздохнув, Дань Фэн все же добрался до конверта и вытащил весьма потрепанную бумажку. Аккуратный почерк Мастера даже в самых сложных ситуациях оставался ровным и красивым, пусть и содержание было излишне официальным. На одном листе уместился остаток отчета, который, судя по примечанию в конце, был отправлен по ошибке раньше, чем необходимо. Парень так же заметил небольшую стрелочку внизу, которая намекала на то, чтобы лист перевернули. И действительно, на обратной стороне были личные примечания и количество потерь.              Закончив читать, дракон отложил письмо в сторону дрожащими руками. Невозможно смириться с таким числом потерь, понесенных в последней битве. Был ли тогда смысл в этой авантюре, если все равно не могут столько лет дать отпор? Еще больше выбила из колеи приписка «Цзинь Юань ранен». Парень не знал, злиться ли ему или грустить, но не мог позволить эмоциям сейчас взять над собой верх. Только оставаться хладнокровным тоже было невозможно. Сожалел, что не там. Не с ними. Вместо этого тратит силы на бумажки и мелочные стычки. Это так жалко по сравнению с подвигами бравых воинов на передовой и двух генералов, которые противостоят сильным противникам. Нет, Дань Фэн не хочет быть героем. Ему важно лишь защитить близких, с чем он уже не справляется.              Глубоко вдохнув и выдохнув, Иньюэ Цзюн пытался подавить в себе зачатки горестных эмоций, дабы не проявлять слабость перед остальными. На сегодня у него еще были планы посетить больных по просьбе пары врачей, а витая в облаках и думая лишь о том, как заставить сердце перестать ныть, вряд ли выйдет подбодрить людей, а уж тем более тех Рыцарей, что уже прибыли с передовой. Они точно не жаждут увидеть печаль на лице Верховного старейшины.              Дань Фэн смог продержаться до вечера, когда Инсин позвал его немного посидеть в саду и насладиться полнолунием в свой скромный выходной. Дракон согласился, но попросил взять с собой немного вина. Такое предложение было воспринято скептически, ведь раньше он не был инициатором. Поняв, что случилось нечто серьезное, мужчина не стал отказывать. Взял действительно немного, дабы не переусердствовать. Только все равно волновался за друга, который выглядел достаточно подавленным под вечер, хотя вовремя сопровождения в больницу он казался совершенно обычным.              - Что тебя расстроило? – Инсин поднял кубок и посмотрел на отражение луны на поверхности вина, после чего перевел взгляд на Иньюэ Цзюна, который на секунду замер, пытаясь взять свой сосуд с напитком.              Он не стал тянуть и рассказал, что было в запоздавшем письме написано, попутно отпивая потихоньку вино и не замечая, как уже уходит второй стакан. Алкоголь все еще был непривычной для него вещью, поэтому немного хмурился, делая очередной глоток. За ним наблюдали с беспокойством, от чего парень был не в восторге, ведь сейчас ему это казалось выражением жалости к нему. Мужчина получил по спине удар хвостом и чуть не выронил кубок за такие неоднозначные взгляды, но не стал ругаться на столь неожиданные действия. Если другу нужно было отвлечься, то пусть отвлекается на него, нежели будет пытаться утопить себя в негативе.              - Он всегда заставляет всех волноваться?              - Когда я ходил с ним в бои, да, - кузнец поставил кубок на столик и скрестил руки на груди. – Он тогда был еще лейтенантом, но возомнил себя героем, которому все по плечу. Не только я его вытаскивал из самой плачевной ситуации, но и Мастер. Она ругалась больше меня. После одной серьезной ругани с ней, Цзинь Юань стал более осторожен, но, как понимаешь, ситуация на поле боя всегда бывает непредсказуемой. Тебе не стоит так бурно реагировать, но я понимаю тебя.              - Как я могу не реагировать на это? – громко поставив свой пустой кубок на место, Дань Фэн раздраженно посмотрел на Инсина. Кажется, была плохой идеей выпивать больше одного кубка. В голове все перемешалось. – Игнорировать? Принять как есть? У тебя не получается успокаивать, в курсе?              - Тише, тише, я не это имел ввиду, - получив еще один удар хвостом, пусть и слабее первого, мужчина вздохнул. Зря все же согласился наливать ему. – Просто не паникуй, вот и все. Он в любом случае вернется живым, ведь обещал, разве нет?              - Живым и ЗДОРОВЫМ, - дракон сделал большой акцент на втором слове, произнеся намного громче, но после тихо продолжил. - Как вообще можно не переживать за дорогого тебе человека?              - Я просто уверен в нем. Поверь мне. Для него это не в первой, справиться и вернется живым и здоровым.              Конечно, это все равно не отменит хорошей оплеухи и ругани, но уверенность в силу и расчетливость Цзинь Юаня никогда не подводила. Жаль, Дань Фэну этого трудно принять, ведь не бывал еще в битвах на пару с ним, да и знакомы отнюдь не кучу лет. Как же теперь его успокоить? Инсин понятия не имел, однако хотел попытаться. Встал и пересел напротив дракона, всматриваясь в тускло освященное луной лицо напротив. Кажется, он уже был потерян в собственных эмоциях, подстегнутых алкоголем.              Мужчина что-то говорил, но Иньюэ Цзюн не слушал. Все копался в своих мыслях, пытаясь найти ответы. В конце концов, он обратил внимание на собеседника, который был уже обеспокоен его самочувствием, нежели темой разговора. Парень не стал церемониться, подвинулся ближе и наклонился, касаясь лбом лба Инсина. Проигнорировав легкий конфуз и смущение кузнеца, он протянул руки, крепко обнял его и пристроил голову на плечо.              - Простите, что заставил волноваться, - дракон прикрыл глаза, устраивая голову поудобнее. Он чувствовал, как его неуверенно обняли в ответ, и прикрыл глаза, наслаждаясь теплом. - Столько людей хотят быть рядом с любимыми и защитить их, поддержать, но вынуждены сидеть в обыденной жизни, потому что ничем не могут помочь. Почему я, имея достаточно сил для защиты, должен делать тоже самое? Как у Верховного старейшины у меня есть долг и обязанности, но как у обычного видьядхары… Как обычный человек хочу лишь быть уверенным, что любимые мне люди целы. Хочу защитить, а не быть таким беспомощным.              Кузнец думал сказать что-то в ответ, но почувствовал, как хватка парня ослабла. Кажется, он успел уснуть, да еще в таком положении. Ему действительно приходилось тяжело. В отличие от Цзинь Юаня, который мог отчерчивать грань между своими обязанностями и чувствами, Дань Фэн этого не умел. Для него долг и личные чувства – две вещи, которые перетягивали одеяло в свою сторону. Такой вот нрав был у Иньюэ Цзюна этого поколения. Это было заметно с самого начала, однако чем дольше его знаешь, тем больше понимаешь. Мужчина давно заметил эту неоднозначность в сторону генерала. Ясно по вопросам, которые задавались достаточно давно, по вилянию хвоста, когда получал новое письмо, по грустному взгляду от не очень хороших новостей с фронта. Было ли все так очевидно?              - Ты так любишь его, да?        Тяжело вздохнув, Инсин думал, как избавиться от неловкости и дотащить бедолагу до дома, чтобы никто не увидел. К счастью или несчастью, Чжан Чжи застала его в столь неловком положении. Вместо того, чтобы начать ворчать про позднее время, она решила помочь и предложила уложить Дань Фэна у себя, так как не так уж и далеко идти, в отличие от Комиссии по алхимии. Это было хорошей идеей.