Ошибки

Антон возвращался домой по снежным улицам, в глазах читались некоторые отголоски страха и паники. Он не любил их родные улицы в ночное время, особенно после всех кошмаров, которые он пережил в этих местах. Каждый день, после начала устрашающей обстановки, он мечтал проснуться. До последнего момента верил в то, что это сон. Длинный сон, который не планировал прекращаться. Снег болезненно бьет по лицу, создавая впечатление о том, что лицо в скором времени будет покрыто множеством царапин или местами глубоких ран. Но этого не произошло. Лицо оставалось в прежнем состоянии, пусть и замершим, но с ним было всё в порядке. Мороз сильно ударил мальчишку по носу и у него почти сразу потекли сопли, с момента когда он только покинул теплый дом Полины. Мысли вращались вокруг странного деда девушки и всего произошедшего. Хруст снега разогнал часть мыслей. Сейчас обстановка мерещилась напряженной. Антон слышал свои шаги слишком громкими, словно это было единственное, что можно было услышать на ближайшие 5 километров. Буд-то бы вот-вот из леса придут те, кого он не желал увидеть и спросят, почему же он такой громкий и вот.. он будет лежать бездыханным телом на ровном снегу, пока его тело будут засыпать крупные хлопья снега. Антом тихо вскрикнул, когда в поле зрения появился незнакомый силуэт. Он не ожидал никого увидеть. Возможно, только лесных "друзей". - А.. Рома? Это ты?- Антон напряг своё зрение, всматриваясь в медленно двигающийся силуэт, с стороны которого исходили тихие, ели уловимые всхлипы. Скорее всего Антон даже не узнал бы Рому, но тусклый свет трескающего фонаря начал попадать на родные черты лица друга. Рома вытер рукавом скопившиеся под носом и подбородку сопли. Взгляд его был направлен в землю. В правой руке он крепко сжимал нож-бабочку, которая почти сразу бросилась в глаза Антона. - Ну.. Привет. - Что ты тут делаешь?.. - Да вот.. Ты не пришел на наш спектакль.. и я волновался, что с тобой что-то случилось, как с Семёном и Катей.. - Ром.. Убери.. нож.. - Зачем? Как без ножа я смогу разрезать тебя от пупка до глотки и проверить, что внутри у предателей? Был у неё дома, да? Ты был у моей Полины? Рисовал её? Трогал? - Всё не так! - Жалкий ублюдок.. Жалкий грязный ублюдок! Истошный крик Ромы наполнил улицу в моменте, когда он упал на чистый нетронутый снег своим телом, встав на четвереньки. Слезы с новой силой хлынули из его глаз. Это было.. душераздирающее зрелище для Антона. Отчаяние друга ударяло парня по совести. Он ощутил всю тяжесть своей вины. Но совесть давала о себе знать не так долго как того следовало бы ожидать. Рома сжал в зубах нож-бабочку и побежал на Антона. Тело Антона вздрогнуло и он почти сразу бросился бежать прочь от Ромы, который был более чем серьезно настроен на то, чтобы лишить его жизни. - Рома! Пожалуйста! Успокойся!- громкий голос срывался с губ Антона, пока дыхание с каждым новым шагом во время бега становилось более сбитым и глубоким. Холодный воздух заставлял легкие пылать и сгорать дотла. Снег начал бить по замершему лицу может в сотни раз сильнее, складывалось впечатление, что это вовсе и не снег.. А осколки мелко перемолотого стекла. Рома не слушал его мольбы, он ничего не соображал. Он окончательно потерял всякое самообладание над собой. Антон ему более не друг, он— предатель. Он тот, кто пошел вопреки ему. Оба парня бежали на скорости запредельной их возможностям. Адреналин бил через край. Возможно, судьба не на стороне Антона. Точно не сегодня. А точнее.. она никогда и не была на его стороне. Он с глухим стуком упал на землю и не стал бросать своих попыток сбежать от озверевшего одноклассника, начал ползти, ноги не позволяли полноценно встать. Рома резко схватил его за плечо и потянул обратно в свои сторону, перевернув его на спину, он сел сверху на Антона. - Как ты.. сука.. МОГ ТАК ПОСТУПИТЬ СО МНОЙ?- Рома сжал бабочку двумя руками и поднял над своей головой. Но руки так и не опустились вниз. Взгляд его был прикован к ужасу на лице Антона. Тело его дрожало от того в каком он сейчас положении. -...- открытый рот Ромы медленно закрылся и на лице появились некоторые отголоски спокойствия. - Рома.. пожалуйста.. отпусти меня. Не делай ошибок.. - О нет, Антошка, я сделаю. И даже не одну. Перекинув нож-бабочку в правую руку, левая рука начала расстегивать куртку Антона, пусть в это время внутри Ромы горело желание просто разрезать её. Куртка полетела в сторону. - Что ты.. делаешь?- голос Антона дрожал подобно осиновому листу на ветру. - Ошибки. Он не стал заморачиваться с футболкой Антона и вот через несколько мгновение она была разрезана вдоль от пупка до самого воротника. Снег падал на обнаженную грудь блондина. Грудная клетка Антона рвано вздымалась вверх и вниз. -Что ты.. задумал, Ром?!- Без сомнений.. ему было очень холодно, учитывая факт того, что холодно даже в теплой куртке, что уж там говорить про полностью обнаженный торс. - Ошибку. Закрой свой рот, иначе я вырежу твой язык и ты захлебнешься собственной кровью, предатель. Нож-бабочка благополучно устроилась на шее Антона. Ей удалось утихомирить испуганного, более чем до этого, парня. На лице Ромы появилась злая ухмылка, когда он наблюдал за всей смесью эмоций на лице, покорного друга. Он в его власти. Он тут авторитет. Рома. Не прошло и доли мгновения перед тем как пересохшие, ещё горячие после слез, губы Ромы впились в дрожащие губы Антона. Глаза последнего широко раскрылись, когда он четко ощутил язык гопника внутри своего рта. Он начал мычать и пытаясь отстранится, ощущая некую смесь страха и отвращения в одном флаконе. Как только появились первые ноты сопротивления с стороны нижнего, Рома открыл свои глаза, с большим напором налегая на друга и глубже проталкивая в его рот свой язык. Он прижал в плотнее холодное оружие к шее своего "Друга". Антон ощутил как острое лезвие немного прорезало кожу на шее, до такого состояния, что под лезвием начали выступать небольшие капли крови. Острая боль заглушила сопротивление со стороны Антона, он закрыл глаза, принимая всё, что с ним делает Рома. Рома более не закрывал глаза. Он наслаждался видом дрожащих век и вкусом нежного, влажного языка Антона. Рома долго не прерывал поцелуй, левая рука сжала оба запястья Антона и завела их за его же голову. Левая рука начала сильнее сжиматься, а поцелуй стал более грубым, требуя от Антона ответной реакции. Антон вздрогнул, он понимал, чего от него желает Рома. Собрав в кулаке последние силы, он слабо, но ответил на поцелуй. Это то чего желал верхний. Губы парней временами отрывались друг от друга, пока языки ещё соприкасались, это нужно было лишь для того, чтобы сделать глотки свежего воздуха. И вот с новой силой продолжился их поцелуй. Антону ничего не оставалось кроме как неумело отвечать на страстный поцелуй. Болезненное ощущение становилось всё сильнее с каждым мгновением. На обнаженной коже, в области груди, таял снег, оставляя после себя холодные капли воды. Роме было мало совершить подобную "мелочь". Это было бы.. слабое наказание. Он намерен ужесточить его в несколько, а того и в десятки раз. Глаза "Волка" были направлены на закрытые веки смущенного, напуганного парня. Не разрывая поцелуя, его рука, которая держала нож, медленно отпустила холодное оружие на заснеженную землю и очень охотно опустилась к брюкам нижнего. Антон широко раскрыл глаза и умоляюще смотрел на Рому, как бы прося.. "Остановись". Рома разорвал поцелуй и немного отстранился от лица предателя. - Ну что, Антошка. Отвечай.. Ты педик? - Нет.. Я не.. - А я да. Рома насильно раздвинул его ноги и разрезал ткань плотных брюк в области его промежности.