Always by your side

Стол продолжал стоять на своём прежнем, неизменном месте. Ни малейшей детальки не оказалось сдвинуто. Нежданно, но сломав её грубые ожидания, что корзинка что карты остались в целости и сохранности, практически блестя намёком на желание оказаться поднятыми. Что вскоре и произошло. Хрустящая бумага быстро исчезла под волнами бесконечного инвентаря, а удобная переноска взмахнулась на локте девицы, обозначая начало нового, увлекательного приключения... Или же , правильнее будет сказать, миссии. "Надобно бы выдвигаться. Теперь я точно знаю что да как. Лучше поспешить. Ради брата..." - шепнула сама себе юная путешественница, краем глаза оглядявая кричащую, перешептывающуюся толпу позади себя. К тому моменту, всего за пару кротчайших мгновений, тот заикающийся молодой человек умудрился спасти жизни трем различным крестьянам, включая мирно уснувшего грудничка. Он работал не поклодая рук, махал руками с бритвенно острыми концами, будто бы те были легкими кистями с краской на кончиками, останавливаясь разве что для дополнительного осмотра пациента. При взгляде в эту хаотическую мешанину тряпок, вскрытых ран, а так же истинного желания помочь ближнему своему, каменное, замороженное сердце барышни обросло тоненькой трещиной, напоминая бесстыжей о суррово принятом решении. "И его тоже. Посмотрим, может смогу уговорить Муни подписть ему библию, или, какое у них святое писание тут популярно." В общем результате, эта комната ей больше была бесполезна. К Террону больше не подойти, заведующий таверной навряд ли сможет сказать что-то дельное, слишком занятый стоянием в очереди для лечения, по его же словам, жуткой боли в третьей руке, чтобы это не значило, а проход сразу на улицу получился заваленным входящими простаками. Сказали второй этаж, значит второй этаж. Вот Марианна и начала подниматься. Быстро, уверенно, тонкие ножки красавицы выбивали пыль из досок, проводя девицу ближе к призу в конце прохода. Хотя дорога шла просто, мысли же женщины шли в несколько затруднённом ходу, кривясь, искажаясь, припоминая худшие аспекты случившихся последних событий. Казалось бы, чего удивляться. С тем, как всё происходит, разве что последний полоумный идиот стал бы думать исключительно о хороших вещах. Однако, в этих подозрительно мутных думах таилась некая тайна. Знакомый привкус. Движение, ставшие ключевой игральной картой во многих трудных причитаниях хождений дамы. Может это - Пустые глаза женщины заметили на верхушке лестницы какое то странное движение. Расслабленное, тот кто передавал их в информационную тень, пуская остаток себя на светящийся осколок реальности, не достигал даже двух футов высотой. Элегантно, спокойно, создание умывало себе лицо длинными конечностями, используя слюну заместо стандартных предметов гигиены. Когти звучали жёстко, выходя и входя обратно при каждом повороте запястья. Форма тени испускала настроение готовности к разговору, утверждённо, терпеливо выжидая нужного момента долгожданной встречи. Кошка. В мире , где всё что имело привычное появление из реальности, приобретало монументальные размеры. Здесь кошки просто обязаны быть титаническими гигантами. А значит, что это может означать только одно. Затаив дыхание, Марианна понеслась сломя голову вверх по тем дюжинам оставшихся ступенек, прыгая через парочку без лишней заминки. На верхушке, позабыв о разглядывании коридора, её ладонь ухватилась за верхушку стойки так сильно, что при повороте чуть вовсе не оторвала. Дверца, первая с пролёта вниз, отворилась с грубого толчка плечом, впуская запыхавшуюся, широкоглазую черновласку без лишних проблем. "Мавра!?" - вскрикнула юная особа, напугавшись и в тоже время, преисполнившись в радости от окончательного возвращения знакомого лица. Кошачьего лица. И человеческого тела. Прямо там, посередине дешевой каморки, которой та и комнатой будет стыдно назвать, за скорее всего стыдливо низкую сцену, стояла женщина внушительной красоты. Ростом в семь футов, это дама показывала вошедшей пианистке спину, затянутую тугим корсетом, и покрытую чёрным, словно шерста на мордочке, платьем. Оборок, вышивок, узорчиков и завитушек в сием викторианском наряде, присутствовало исключительно минимально. Разве что сама музыкантша, с их многолетним опытом общения, могла пальцем показать те скрытые элементы украшений, в преимущественно практичном одяении высокой служанки. Максимум, который позволяла себе Мавра, это выделяющиеся изображения цветов, на подоле достигающего половицы юбки, блестящие запонки, в форме малюсеньких колокольчиков, и, ну как же иначе, тоненькое ожерелье, в форме крошечной склянки. Внутри, переливалось нечто. От этой особы исходила особенное настроение. Эмоции сильные, уверенные, чёткие и заранее понятные. В её кротчайших движениях, по типу возвращения рукава обратно к запястью, читался контроль. Вычитанность паттерна. Эта особа не любит тратить время попусту, держа себя под тотальным расчётом желаний. Сила, ум и воля. Три основные характеристики, идеально описывающие сию женщину. Марианна даже могла с полной уверенностью признать целому миру с серьёзным лицом, что она, эта странная барышня с головой кошки, была вторым самым уважаемым человеком во всей её жизни, после милейшего младшего братика. И каким же образом бейстболистка поприветствовала старую знакомую персону? "Какого хуя ты припёрлась сюда?!" Грубостями. Совсем не как позволено достойной леди. Каковы же оказались оправдания со стороны черновласой красавицы? Громкими, эмоциональными, и по правде сказать, справедливыми. "Ты ведь вовсе здесь не должна быть, от слова совсем! Как-что-где ты была всё это время!? Я тут успела пережить близкую смерть, пока ты где то ошивалась! Какого-" - начала серию логичных, полностью справедливых и понятных вопросов, подкреплённых очевидным негодованием, однако внезапно раскрывающие ей челюсть пары ладоней, аккуратно давящие на верхние и нижние зубы закрытыми в перчатки пальцами, полностью оборвали вырывающуюся тираду. Подобно любопытному котёнку, дамочка осматривала ротовую полость как под микроскопом, тяня губы то туда, то сюда, проводя подушечками по внутренней части плоти, проверяя всякую возможную нычку на наличие осложнений. Вот тебе и яркое возвращение. "Никаких повреждений в этой части не обнаружено. Похоже что тот уважаемый доктор хорошо над вами поработал." - проговорила ласковым, текучим голоском девица, всё таки используя заметные материнские нотки. Обтирая руки об достанный из кармана платок, та небрежно махнула кистью в сторону, показывая кончиком пальца конкретно на потряхивающуюся от всего этого движения корзинку. "Будьте добры, достанье Мунин подарок. Надо проверить его на сохранность" "Зачем тебе это? С битой всё в порядке" - загнула бровь Марианна, но тем не менее, запустила руку по локоть в хранилище, доставая названный инструмент без особенных на то усилий. Белый с золотым блеснули под лучами свечей, скоро тяжело упав на вытянутую ладошку кошко-головой персоны. Как перышко, она взяла всё орудие за вытянутую верхушку, сию секундно подняв движением вверх. Повернула. Оглядела. Сделала глубокий вдох. Благо что не облизала. Провела пальцем по ребру, собрав парочку слоёв пыли, и вернула законной хозяйки. "До меня дошли известия что вы сильно пострадали в последнем сражения с неким молодым человеком. Что вы так же оказались смертельно ранены, и потеряли всё своё оружие. Но похожен, что эта информация оказалась ложной. " - прокомментировала пушистая барышня, моргая пару раз, когда владелица орудия весьма резко выдернула вещицу у неё из фаланг, возвращая собственность обратно на дно. "Я конечно знала что молодой мастер сильно постарался над сим миром, но такой уровень меня весьма впечатляет" "Ага, а теперь представь мою реакцию, когда я бегаю от мира печенек, космических пиратов и говорящих перевёрнутых русалов, к какой то недо-пародии на Берсерк или Клеймор. У них он здесь стал чёртовым богом, бред какой то, ну честное слово..."- выговорила мысль вслух пианистка, проведя рукой по волосам, сделав пару шагов к стене, стараясь переварить услышанное, прежде чем выпучить глаза, вопрошающе тыкнув в неё пальцем. "Подожди, ты знаешь про этот мир?" "Разумеется. Я наблюдала за его созданием еще до того как вы стали приглядывать за ним" - спокойно выговорила горничная, собрав руки в районе живота, сомкнув их вместе, с прямой спиной и без единого знака эффекта давления, вызванного тяжелым тоном студентки. "Я знаю практически всё о его мирах, от того как они были устроены, прописаны и нарисоаны, до того каких персонажей молодой мастер создал. С годами этой информации стало ну уж слишком много. У него правда необычная фантазия." "Тогда с какого перепуга ты мне ничего не сказала об этом?! Я же тоже заслуживаю хоть что-то об этом знать, или я кто, чужая?! Хотя, блять, не важно. Не сейчас. Пустая трата времени. Лично потребую ответов у этого мелкого. Ох боже ты мой... У меня вопросы есть по важнее." - вздохнула в ладоши Марианна, еле сдерживая себя от праведного потока гнева. После услышанного раскрытия карт, ей ну уж очень хотелось кого нибудь ударить. Парочка страниц в книге мнений и вовсе перевернулись, оказав значительное воздейсвие на крошащуюся силу воли барышни. Однако, прямо сейчас, в минуту когда каждая минута была на счету, она обязана говорить и спрашивать только самое важнейшие. Например, как следующий вопрос. "Где ты чёрт возьми была всё это время?" '... Я искала молодого господина" - ответила сию же секундно та, без доли сомнений или же толики лжи. Но вот для Марианны, всё еще трясущейся от эмоционального переполнения, этот ответ звучал исключительно как одна единственная вещь. "Пиздёж. Ты ни разу не появилась когда я звонила в драный колокольчик." - злостно рявкнула пианистка, запуская руку в корзину и замахнувшись, кинула интересный предмет той под туфельки. Расплавленный кусок металла, с явной, еле видимой гравировкой кошачьей мордочки на наконечнике, удерженный на обугленной ручке из лакированной ели. Бросок оказался настолько силён, что щепки тут же полетели в разные стороны, а крохотная впадина идеально вместила в себя выпирающий, постронний обьект. "Если бы ты взаправду искала его, то я бы увидила тебя хотя бы раз. Один единственный раз. Но этого, вот посмотрите, не случилось! Ни в Плачущих Берегах, ни в Павильоне Зеркал, и даже в Стране Пряжи тебя не нашлось, а я знаю что твоя морда скорее всего отвлекалась хотя бы дюжину раз, чтобы поиграть там с клубками. Так что хватит мне лгать, и вместо этого окажи услугу. Скажи мне правду." Оскорбляющий тон и прямолинейное обвинение, было способно скинуть кого угодно с общей линии разговора. В конце концов, на то и упор. Кинуть человека по направлению к хаосу. Эмоциональной неустойчивости. Спровоцировать их на реакцию без шанса на контроль, в коей противнику да и удастся перенять бразды правления, выйдя победителем. Но не у неё. У Мавры, имелась выдержка в таких делах. И где то в подсознании, Марианна подозревала что её тантрум выдаст совершенно иной результат, в отличии от желаемого. Она профессионал по делу решения вопросов с тем, кто часто устраивает эмоциональные качели своими сотворениями. Соответственно, дождавшись мига, когда музыкантша была готова повторить заданное требование, кошко женщина пустила руку себе под рукав, и чуть чуть поерошившись, вытащила оттуда сильно зажатый кулак. Прямо между её обтянутых вельветом пальцев, мигал черный свет. Бил. Пульсировал. Подавал признаки очевидной жизни, требующей чтобы хоть кто-то из ныне живущих узрел мощь сокрытой вещицы. Темные мысли наполнили голову Марианны. Сомнения с густым соусом печали, под грязным киселем из страха. Знакомый привкус горечи. "Вы наверное уже давным давно это поняли, но... У вашего брата есть свои секреты. Их много. Я не в праве вам рассказывать хотя бы один, и не смогла бы, даже если хотела. Но все эти секреты, он хранит в отдельном месте. Своеобразной комнате, в котором могут находится только такие как он. А так же те, кому он позволил войти в них однажды." - горестно проговорила горничная, всё еще оставив ладонь в прежнем состоянии. Хотя гул, отдающийся в ушах студентки оставлял шрамы по всему её сознанию, леди всё равно прошла сквозь кучу звучащего шлака, выделив своё недовольственное вопрошение. "Почему он позволил тебе туда войти?" - растеряно спросила Марианна, наблюдая как в этих больших сферах, зовущимися глазами, проскакивает искра молчаливой насстольгии. "Потому что там он дал мне форму. Давным давно." - обьяснила прискорбно Госпожа Мавра, погладив сжатый кулак. "Когда молодой Господин пропал без вести, я сразу почувствовала пустоту, оставленную им. Как будто бы его удалили из реальности. То место, стало моим первым подозрением. Оно банально отдавало ту же самую энергетику. Потому то, в надежде вернуть его в целостности и сохранности как можно скорее, я проводила там так много времени, как это было чисто физически возможно." "И как? Нашла?" - выговорила чистейшей воды глупость студентка, поняв натуру предложения только по заключению речи. "К сожалению, мои усилия оказались провальными. Однако... Прибывание там натолкнуло меня на идею. Раз уж моё сознание сумело обратить то место в тогдашнюю форму, то возможно, если я смогу предоставить вам достаточный материал для прохода, ваш разум покажет его в ином, доступном свете. В таком, в коем юного лорда будет проще отыскать." - Здесь то, служанка удосужилась разжать руку, показывая то, что отобрало у Марианны всякие потуги на стабильное дыхание. Там, на белой текстуре, лежала стопка черных бумажек. Дюжина, если не пара таких. Каждая отдавала сгораемой энергией негатива, движущей к безумия точного контраста реальности. Эти малюсенькие пергаменты ничем не отличчались от того сборища записок, найденных лично черноволосой пианисткой. Однако само понимание наличие такого огромного количества клочков, пошатнул её понимание важности загадочного артефакта. "Эти частички - результат шлака того места. Остаточного эффекта силы комнаты за пределами Спокойного Пространства или остальных миров. Я смогла выбраться оттуда только пару дней назад, сразу же отправившись по мирам, искать их. Пока что, собрать удалось только это. Если у нас получится найти оставшиеся...' - заговорила в торопях хозяйка большинства осколков, переворачивая клочок за клочком в темпе попутного ветра, прежде чем оторвав кошачье глаза от выделяющихся обьектов, перенести их на вытянутый кулак своей знакомой коллеги по обязанности. Прямо там, в углублении разжатой ладони, лежали точно такие же пульсирующие предметы недюжей силы, окрашивающие мордочку женщины в цвета истинного удивления. "Откуда вы их взяли?" 'Нашла, пока исследовала миры. Они валялись за препятствиями, то тут то там. Ради некоторых, пришлось перебить тонну кукол." - монотонно выговорила дама, уперев тяжелый взгляд на эту маленькую стопку важных артефактов. Их свечение ожидающе терпело молчание пианистки, но тем не менее, безмолвно осуждало её. Всем скопом. "Первый раз когда я нашла эту фигню - вроде бы вот этот, в форме треугольника - меня словно молнией ударило. Не хотела даже на метр приближаться. Но они начали появляться всё чаще и чаще. Один после другого. И ладно, я научилась кое как их принимать. Думала, может получится из них какой прок получить. Но потом... Вот этот, заставил меня пережить что-то по типу воспоминания. Позабытого дня из моей жизни. Реальной жизни." "Мавра, что во имя всего святого происходит?' - собрав те немногие имеющиеся в трудную секунду эмоции, девочка выплеснула их напролом. Каждую слезинку, все полученные раны, недели без нормального сна, полная коллекция заниженной самооценки и внутреннего конфликта желаний. Выше перечисленное появилось на свет в форме обычного, требовательного, тихого вопроса. Прежняя Марианна бы кричала на всю комнату, требуя обьяснений. Угрожая битой у неё над головой. Выкрикивая о несправедливости мира. Но близкий опыт смерти промыл ей мозги с утроенной пеной мыла, сделав их чистыми от стары уверований. Сейчас, студентке не хотелось ничего доказать, показать себя достойной титула защитника братца или же утереть нос всякому кто посмел сомневаться в достижениях воительницы. Она просто хотела ответов. И брата в придачу. Горничная же, закрыв уста на пару мгновений, расстроено сложила уши, глядя скорбящими очами в душу знакомого человека. Легким движениям руки, она забрала осколки чего то потустороннего, лишив ученицу этого раздражающего, жужжащего ощущения вдоль позвоночника. Вес равный континентам был сброшен с её плеч, даря гладкое дыхание. И хотя потеря чего то настолько важного слегка беспокоила мраморную деву, где то в отголосках сознания, она была уверена что рядом с Маврой, им будет самое место. "Я не знаю. Я тоже по нему скучаю, поверь мне. Я уверена что у него есть какие то причины чтобы не рассказывать тебе все детали. Когда мы найдём его, мы точно обо всём распросим." - аккуратно поставила точку женщина кошка, закрывая тему их долгого, разьяснительного диалога. И хотя звук закрытися двери не нёс в себе агрессивной энергетики, в духе удара куском дерева в раму, эмоционально прерывая всякие попытки получить больше информации, это всё равно ощущалось инородно. Как гипер опекающий родитель, включающий любимые мультфильмы по телевизору, чтобы тот не мог услышать как семья снова ссорится. Тем не менее, Марианна была готова принять даже такую сладкую ложь. Пока что. Сейчс банально не то место для продолжительных слёз. "Что ты будешь делать теперь?" - проговорила молодая музыкантша, в успокаивающей манере проводя ладошкой по предплечью. Монотонное действие слегка опускало в холод разбушевашиеся нервы, а прямо сейчас, ей это точно необходимо. "Я собираюсь помочь вам." - простодушно высказалась Мавра, кладя вытянутые пальцы себе на область груди. Её взгляд сразу же вернулся к тому стандартному, томному состоянию постоянного спокойствия, уверенности в правильности текущих, и будущих вещей. Чтож, хорошо что у кого то из них двоих ситуация под контролём. Хотя понимание сего прецедента всё равно не улучшало ей самочувствие. "Думаю, в ближайшие время, мои услуги вам могут пригодится." "Мгм. И что ты предлагаешь? Работать в команде? Не, я конечно понимаю что ты сильная, спору нет, но с логической точки зрения, будет практичнее разделится-" - сразу же начала браваду о правильном решении ситуации она, да вот только у второй воспитательницы Муни, были на то иные планы. Её аккуратные пальцы, уподобляясь палочкам для еды в минуту крайне важного ужина, без проблем зацепили своё ожерелье, показывая девице то, чем же оно на самом деле являлось. Малюсеньким флаконом с переливающимися чернилами, чья пробка ныне витала в паре дюймов от самого предмета. Гудя, дрожа и витая в пространстве, склянка излила наружу сначала каплю, затем ручеёк, затем целую лужу черной, смолянистой краски. Не на пол. Не ей на руки. А в воздух, безмятежно омываясь самой собой в плавающем трансе бытия. Закупорив безусловно важный артефакт, скорее всего точно так же предоставленный молодым огне волосым мальчишкой, девушка протянула руку вперёд, смотря сужеными зрачками прямиком на плавающие волны чернил. Волны менялись одна за другой , применяя разнообразные формы, меняя натуру атмосферы комнаты. Капли обращались цифрами, линии буквами, мазки целыми фигурами, а скопления непостоянными скульптурами, порой и вовсе отцепляясь в иное образование. Однако скоро, через какие то секунду тихой воронки, эта армада трансформации спрессовала саму себя, ныне найдя свой покой в ладошке вежливой служанки. Как чугунный ключ, не меньше совка. Покрытый закрюченными рунами, кусками шерстистого мха и двумя большими углублениями на конце. "Такие использовали во время Старого Проэлархи. Конкретно таким, закрыли последний дозор западной башни. Той что как можно ближе к этой таверне. Вам не составит труда её найти." - спокойно сказала Мавра, кидая вещицу, словно пушинку, по направлению к раскрытой корзинке. На уровне рефлекса, Марианна поймала часть древнего защитного механизма прежде чем оно перешло грань между реальностью и карманным измерением. Взяв вещицу твердой хваткой, она с подозрением осмотрела ключ со всех сторон, ощутила грубую текстуру металла на пальцах, и убедившись что всё безопастно, кинула в добавок к остальным. Наблюдать за внезапным созданием вещей для молодой студентки не было чем то из ряда вон выходящего. Порой, когда она застревала слишком долго в том или ином задании, или же отказывалась проходить слишком глупую головоломку, Муни рисовал дверь с выходом, а иногда требующиеся решение. От кошко головой спутницы тоже насмотрелась, правда куда реже. "Я так понимаю, ты нас подслушала?" - с приподнятой бровью спросила черновласка, оттряхивая руки от тех малых комков волокна, оставшихся то там то тут. На поставленный вопрос, Мавра без угрызений совести кивнула. "Будем честными, этот мужчина бы вовсе мог потерять сознание, увидя меня. Я просто нашла нужный момент чтобы забрать ваше внимание." - простодушно обьяснила понятное она, убирая кулон за ткань своего платья. "Тем не менее, мною была совершена ошибка. Я должна была подумать о том, как вам пришлось, после всего что произошло. Посему, в дальнейшем, не бойтесь вызывать меня через колокольчик. Я постараюсь придти на его зов и сразу же предоставить вас нужным обмундированием, ценой в собранные вами капли." "Чтож, звучит уже как неплохая мысль- Стой минутку. А откуда ты знаешь что у меня есть чернила?" - закинула бровь высоко Марианна, взятая врасплох находкой женщины кошки. Правда вот скорый ответ сразу же развеял все подозрения, напомнив ей о том кто она такая. "Милая, у меня голова кошки. Я могу слышать и унюхать как кошка. А от тебя, извини за оскорбление, просто разит чернилами. Даже после ванны. Это просто факт." - пожала плечами служанка бога, хотя и говоря медовым гласом, а всё равно показывая глазами намеренно издевательский тон в сказанных изречениях. Хотя в большинстве случаев Леди Мавра старалась вести себя как старший воспитатель Юного Господина, одновременно выполняя роль учителя для начинающей старшей сестры, однако порой, между ними пробегали намёки на противостояние интересов. Преимущественно играюче, поскольку, как бы на то не посмотри, но мелкая ссора по поводу выбора места путешествия на его день рождения, окончившаяся крошечной заварушкой, можно разве что с натягом обозвать серьёзной. "К тому же, будем честными но я видела как пара капель вытекали у тебя из корзинки." "С какого вообще момента ты начала следить за мной?" - повысила голос в недоумевании Марианна, обхватывая плетёную переноску обеими руками повертя пару раз во всех имеющихся направлениях. Странно, но со стороны сказать трудно что из неё правда могло что-то истечь. Прошедший ливень оказался таким сильным, что того гляди всё что там находится давным давно затопилось. Возможно поэтому та ощущается чутка тяжелее чем обычно. "Примерно с момента когда ты подняла того молодого дворянина за глотку. Как он тебя оскорбил?:" - махнула ухом барышня, сию же секундно пробуждая в черновласой пианистке глубочайшие чувство сожаления и стыда. После всего что произошло за те короткие, но крайне значимые моменты, секунды яростного удушения провинившегося лекаря почти что умудрились выскочить из ушей замотивированной героини. Зная её привычку забывать некоторые вещи под воздействием стресса, она бы и вовсе забыла обо всём, не явись бы Мавра. От понимания того, что путешестивенницу застали в столь постыдном состоянии, решившейся отпустить веревки контроля, поверх мраморной кожи проступил еле заметный, темный багрянец. "Вы прекрасно понимаете, что рассказав вам всё таки станет лучше." "Это просто... Было так не по девичьи." - смущённо забормотала девица, еще какие то минуты тому назад готовая кричать что резаная. Сейчас же, поведение оной было скорее сравни провинившемуся подростку, с достойной долей вины. Куда ниже той, что она порой испытывала за простое существование, но всё равно стыда целая кастрюла. "Потому что, да, я реально разозлилась когда он заявил что Муни может быть мёртв, но ведь стоило поступить совершенно по другому. Он не такой уж и плохой парень, очевидно волнуется за других, но, меня как будто бы заклинило. Не знаю. Странно это всё." "Ты думаешь, он - хороший человек?" - спокойно, нейтрально спросила женщина кошка. Странный вопрос, сам по себе, учитывая что речь идёт о заранее проработанном наборе характеристик, сделанны ею и маленьким гадёнышом. Но скорее всего, то было не более чем интересом в качестве проделанной работы. "Ну, думаю что да. У него были странные инциденты в поведении, как тот момент на дороге с бандитами, скрытие настоящих мотивов в переулке, диковинные слова и крайне нездоровая помешанность на моём младшем брате. Зачем вы ему всё это добавили, я в душе не знаю, но в общем и целом..."- Марианна задумалась. Те полтора дня, проведённые вместе в дороге, присполненные живыми рассказами так радостно звучащего парнишки, отдавались особенным настроением сердечной доброты. Хотя её сильное недоверие оставалось естественным с самого начала совместного путешествия, с прошествием времени, ледяное сердце слегка подтаяло от поведения загадочного лекаря. Его постоянные извинения. Жажда помогать другим. Отчаянная надежда на будущие страны, чьи красоты он видел воочию. И хотя ясно что вся правда еще не рассказана, где то там, в размягчённом кусочке бьющегося органа, пианистка принимала свой же ответ. "...Да. Он похож на хорошего человека" "Рада видеть, что вы остались всё такой же добродушной леди" - с закрытой улыбкой, горничная ласково провела ладонью по драгоценной шевелюре музыкантши, застав её врасплох. Она не могла припомнить дня, когда в последний раз получала поглаживания головы. Да, ощущение стало чуждым к этому дню, однако далеко не дискомфортным. Оно было сродни родному, шипучему наслаждению свежей газировки в горячий летний день. Или же обьятию чего то очень близкого. Кого то очень близкого. "Аргх. Хватит уже этих нежностей." - отмахнула закрытую перчаткой руку от своей головы героиня. То приятное наслаждение, по какой то загадочной причине, вызвало у девицы мерзотнейший узел в районе живота, скрутив, перевернув, и трижды нажав. Определённо странная реакция на нечто столь невинное, и даже очень ей нужное, однако зов тела остаётся таковым. Ему не прикажешь. Так или иначе, саркастично поглядев в сторону хихикающей мадам, молодая женщина вернула причёску к прежнему, идеальному виду, хмыкнув, и направившись к окну, которое уж кстати было давным давно открыто. "Мне еще нужно этот мир спасти. Потом успеешь надо мной поиздеваться. Напомни ка, какая ближайшая к нам вышка?" "Когда выпрыгнете, пройдите через три двора вперёд, затем один налево, через крыши направо и окажетесь рядом с колодцем. Это примерно в пятнадцати минут ходьбы отсюда. Стражников мало, но советую вам не снимать плаща. " - скромно отдала искренние советы служанка, сложив лапы в обратную позицию. На уровне пояса, сомкнувшись вместе. Её лицо выражало уверенность и позитивную гордость за пройденный второй воспитательницей путь. Даже когда нога героини ступила на деревянный подоконник, она и бровью не повела, продолжив улыбаться. "Хороших вам поисков, госпожа Марианна." "Спасибо... Хей, Мавра?" - в последнюю секунду, сразу же после того как та тяжелая накидка вернулась к первоначальному месту, закрыв путешественницу от агрессивной напасти дождя, упомянутая леди окрикнула уходящую за дверь горничную. Навострив ушки, работница бога легонько повернула голову в сторону, от силы на пару градусов, очевидно обращая внимание на почти что звучную просьбу. Ей этото оказалось более чем достаточно. Стоило этому большому, монохромному глазу встретится с её каменной парой, лицо музыканты состроилось выражением истинной, неподдельной серьёзности. В этих чертах отсутствовали даже малейшие капли играчючей, стремящейся к свободе девчонки, которой та себя любила показывать. Прямо сейчас, она хотела изо всех сил сделать известным единогласный, неопровержимый факт. "Когда я спасу его, вы оба должна мне обьяснения. От начала до конца. Запомни это." После чего, сразу же сбросилась вниз, приземлившись правым коленом с высоты трёх этажей, прямиком на выемку земли. Громкий глухой звук раздался по округе, сразу же дав героине понять, что её могут в любой момент обнаружить. Ей этого уж точно не хотелось. Потому, она побежала.