Глава 4
21 июля 2023 г., 21:48
– Сириус, ты же его ненавидишь!
Судя по его лицу, сам Сириус никак не мог определиться: стоило ли бежать из Больничного крыла или наложить Петрификус Тоталус на этого упёртого парня. Но, кажется, преподавание прокачало его выдержку, так что он сделал глубокий вдох и ответил:
– Что за бред? Мы лучшие друзья, и всегда ими были. А теперь, может быть, мы...
– Но почему? – взвыл Гарри.
И тут Северус понял, что всему есть предел. Два часа назад он грелся у камина, беседовал с другом и был доволен жизнью, а теперь? А теперь он стоял в лазарете, посреди ночи, и был вынужден выслушивать бредни сумасшедшего, который никак не мог смириться с мыслью, что он, Северус, может нравиться людям!
– Так, с меня достаточно, – прошипел он. – Впредь я запрещаю вам обсуждать мою внешность, моё прошлое и моих друзей. Вместо этого вы сядете и объясните, что именно здесь происходит и что, по вашему мнению, вы знаете о нас. А на случай, если вы продолжите упираться, смею вам напомнить, что я Мастер зелий и знаю уйму мучительных способов вас убить! И, поверьте мне, эта идея становится соблазнительнее с каждой минутой! Так что сядьте и выкладывайте!
Сириус бросил на него благодарный взгляд, а Альбус – укоризненный (не удивительно!), а вот выражение колоссального облегчения на лице Гарри, стало для него полной неожиданностью. Парень захлопнул рот, покорно сел рядом с Гермионой и даже улыбнулся.
– Наконец-то, – прошептал он ей. – Хоть что-то знакомое.
Девушка в ответ только фыркнула. Северус её понимал.
– Пора вести себя как взрослый, Гарри, помнишь, мы обсуждали?
– Я всё ещё считаю, что взрослость переоценивают, Гермиона, – усмехнулся он. – Сделай мне поблажку, а?
Она ласково посмотрела на друга (Северус, хоть убей, не мог понять почему) и тихо ответила:
– Я бы так и сделала, Гарри, поверь, но Невилл и Луна пропали, в Хогвартсе их не нашли. Безусловно, приятно в кои-то веки сделать передышку и не бежать от смерти, но время на исходе. Полагаю, он уже знает о проникновении в Гринготтс, и если он сделает правильные выводы...
В атмосфере комнаты что-то резко изменилось, что-то такое неуловимое, но в то же время весомое. Северусу потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что причина в Гарри.
Его ухмылка исчезла, плечи расправились, а лицо, ещё мгновение назад полное противоречивых эмоций, стало решительным. Он был собран и в нём чувствовалась железная воля – он повзрослел буквально за секунду.
– Ты права, не будем тянуть кота за хвост.
А Гермиона, которая только что напоминала измученную мать многодетного семейства, внезапно стала выглядеть совсем юной. Она вздохнула с облегчением, позволила себе минутную слабость, а затем посмотрела на Гарри с той же спокойной решимостью.
– Кабинет директора? – спросила она.
– Конечно, – согласился Гарри. – Как всегда: ты говоришь, я планирую.
Гермиона кивнула, встала с кровати и обратилась к директору:
– Полагаю, у нас больше нет причин оставаться здесь? – и, не услышав возражений, продолжила. – Тогда мы можем устроиться с гораздо большим комфортом в вашем кабинете. И, думаю, члены Ордена, за которыми вы посылали Сириуса, нас там уже ожидают. А кроме того, я бы сейчас убила за чашку чая.
И только когда девушка обратилась к Альбусу напрямую, Северус осознал, что тот не сказал и пары слов. Дамблдор, прирождённый лидер, обычно задававший тон любой беседе, в этот раз почему-то уступил незнакомцам. Возможно, чтобы лучше оценить их поведение. К сожалению, Северусу оставалось только догадываться, к каким бы выводам тот пришел.
Альбус широко улыбнулся (почти так же широко, как Гарри в его «безумной фазе»), обозначил полупоклон в сторону Гермионы и безмятежно произнёс:
– Я с превеликим удовольствием угощу вас чаем, моя дорогая! И сочту за честь сопровождать вас. Вы позволите?
И он галантно предложил ей руку. Гермиона ответила ему улыбкой и приняла его руку с неожиданной грациозностью. Они вдвоём покинули комнату, и Гарри промаршировал вслед за ними. А до Северуса донеслись слова Альбуса:
– Я уверен, что мы трое легко найдём общий язык!
***
Однако выяснилось, что быстро дойти до кабинета директора – непосильная задача. Сначала им помешал Ремус и детство, в которое впал Гарри, завидев его. Кажется, висеть на всех подряд и уверять, что ему очень жаль, было для парня обычным делом. Правда, стоило Гермионе предупреждающе кашлянуть, как он взял себя в руки, и они продолжили свой путь. А затем им пришлось останавливаться на каждом шагу из-за ностальгических возгласов Гарри («Гермиона, смотри, туалетная комната для девочек! Интересно, Миртл всё ещё там живёт? Думаешь, кто-нибудь позаботился о несчастном василиске?») и странных вопросов Гермионы («Скажите, директор, не увеличилось ли у вас количество необъяснимых исчезновений за последние несколько лет?»), на которые Альбус отвечал, нисколько не протестуя. Северус был другом Альбуса и членом Ордена Феникса долгие годы и считал, что готов к любым непредсказуемым ситуациям, но сегодняшняя ночь и её возможные последствия… Он слушал, наблюдал и вспоминал зловещие слова Альбуса о том, что Гермиона может стать их погибелью, и у него голова шла кругом. Снейп лишь искренне надеялся, что хоть кто-то что-то понимает, потому что он – нет. Но Альбус держался молодцом, а Сириус, казалось, был чрезвычайно увлечён происходящим, хоть и слегка ошеломлён. Поэтому Северус решил им просто подыграть и не вмешиваться. По крайней мере пока никто больше не обсуждает его мантии. Но он изменил своё решение, как только они дошли до кабинета директора и столкнулись с Минервой и Лили. Женщины стояли посреди комнаты и, как обычно, спорили. Северус, не отдавая себе отчёта, резко вклинился между Лили и Гарри. Было, конечно, забавно наблюдать, как парень пытался заобнимать Сириуса и Ремуса до смерти, но он не мог позволить какому-то взбалмошному мальчишке лапать его подруг. Вот только на этот раз реакция Гарри оказалась не такой драматичной. Кровь отлила от его лица, и он схватился за Гермиону так сильно, что у неё должны были остаться синяки. Он уставился на Лили широко распахнутыми глазами без какого-либо выражения и тихо прошептал: – Мама. Гермиона сделала шаг вперёд и повернулась лицом к другу, повторяя позу Северуса. – Это не твоя Лили, Гарри, – её голос звучал бесстрастно, но Северус видел, что она сама вцепилась в Гарри так же сильно, как и он в неё. – Успокойся. Прямо сейчас. Слава Богу, парень к ней прислушался. Северус, потрясённый значением того единственного слова, почувствовал слабость в коленях и растерял всю свою враждебность. А Лили, пропустившая все предыдущие драматические события, просто упёрла руки в бока и изогнула бровь. – Не знаю, кому в голову пришла блестящая идея меня разыграть, – ехидно сказала она, – но это вообще не смешно. Я бы запомнила, если бы у меня был сын. Гарри вздрогнул, и Гермиона сжала его руку ещё сильнее. – Извините, всё это довольно запутанно, но он, в каком-то смысле, и правда ваш ребёнок, – вежливо объяснила она. – Его зовут Гарри Поттер, а его отец – Джеймс Поттер. – И какое отношение этот гад Джеймс Поттер имеет ко мне? – фыркнула Лили. Гарри задрожал ещё сильнее. – Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? Альбус? Северус? Любимый муж? Клянусь, Ремус, если ты в этом замешан, я прокляну... Гарри застонал, а Гермиона обняла его за плечи. Казалось, без её поддержки он просто упадёт. – О господи, – прошептала она, затем обменялась нечитаемым взглядом с Дамблдором и позволила палочке скользнуть ей в руку. – Я думаю, нам всем следует присесть и спокойно во всём разобраться, – предложила она. Гермиона наколдовала кресло, и Гарри молча опустился на него. Затем она взмахнула парочкой ещё раз – кресла выстроились полукругом перед столом директора – и сделала приглашающий жест. Но никто не двинулся с места. Кроме Альбуса, который с беззаботным видом занял своё место и сообразил чаю на всех. – Итак, давайте проясним, – взволнованно произнесла девушка. – Вы замужем за Ремусом, верно? Не за Снейпом? Гарри снова застонал. И весь абсурд этой ситуации вдруг заставил Северуса задуматься, как, должно быть, тяжело двум подросткам, стоявшим перед ними. Они были вырваны из привычной реальности, заброшены в этот мир, где встретились с людьми, которые, очевидно, были им знакомы, но оказались совершенными чужаками, а теперь и собственная мать не узнала парня. Но Лили и Джеймс-чёртов-Поттер... Эта мысль не укладывалась у него в голове. Лили сбавила обороты, а выражение её лица стало не таким суровым. Она ничего не знала о сложившихся обстоятельствах, но её чуткость и отзывчивость позволили правильно оценить обстановку. Она с сочувствием посмотрела на девушку и ответила: – Да, я замужем за Ремусом уже двенадцать лет. Хотя у меня и был мимолётный роман с Севером. А кто вы, позвольте спросить? И почему этот мальчик думает, что я его мать? На этот раз Гарри не издал ни звука, но Северус увидел, как слёзы текут по его щекам, и быстро отвёл взгляд. Было вообще не смешно. И хотя казалось, что девушка сама была готова расплакаться, ей удалось собраться и улыбнуться Лили. – Я Гермиона, - сказала она, а затем села рядом с Гарри и взяла его за руки. – Может быть, тебе стоит выйти ненадолго? – прошептала она. – Я могу разобраться со всем сама, Гарри. Тебе не обязательно быть здесь, если для тебя это слишком. Но Гарри, хоть и весь дрожал, отрицательно покачал головой. – Нет, просто делай, что должна, Гермиона, и не волнуйся за меня. Она кивнула, сделала глубокий вдох, подняла на них взгляд и снова жестом предложила им присесть. Но никто не сел. Опять. – Ладненько, – её голос нервно дрожал. – Прежде чем я начну, позвольте мне задать вопрос: в Хогвартсе есть ученица по имени Гермиона Грейнджер? Она должна была поступить в 1991 году и, возможно, была зачислена на Гриффиндор? Пока Северус размышлял, спрашивала ли она о себе, Минерва ответила, даже не взглянув на Альбуса: – В школе была студентка с таким именем, но её распределили на Когтевран, моя дорогая. И мне жаль сообщать это, но, когда она училась на первом курсе, произошёл несчастный случай с участием тролля. И, несмотря на все наши усилия, Гермиона не выжила. Девушка лишь быстро моргнула. Северус был впечатлён. Если она так спокойно восприняла известие о собственной смерти, то он не хотел узнать, что могло выбить её из колеи. – Понятно, – сказала она. – Думаю, это решает проблему с нашими альтер эго. Это к лучшему, наверное… Она снова глубоко вздохнула и повторила приглашающий жест в сторону стульев, особо не надеясь на успех. Она выглядела моложе, чем раньше. Но, возможно, Северусу так казалось, потому что теперь он точно знал, что ей не больше девятнадцати. Её волосы, там, где не обгорели, были взъерошенными, и даже мешковатая одежда не могла скрыть, насколько она худая. На её правой щеке было красноватое пятно, и он подозревал, что это кровь. Она выглядела смертельно уставшей. Северус молча сел на ближайший стул и потянул за собой Лили и Сириуса. Ремус всегда был самым сговорчивым из них и сел без всяких подсказок. После минутного раздумья Северус наклонился и налил девушке чая. Она действительно выглядела так, словно готова убить за чашку чая. Поколебавшись, он добавил ещё пару имбирных печений и молча протянул ей. Гермиона ему улыбнулась. – Ладненько, – снова сказала она, но на этот раз её голос был спокойнее. – Думаю, настало время представиться. Меня зовут Гермиона Грейнджер, а это Гарри Поттер. Мы прибыли из другого мира, хотя это вышло случайно. В нашем мире мы одни из немногих живых волшебников, которые ещё противостоят Волан-де-Морту. Гарри – Избранный, если верить пророчеству, а ещё он крестраж. Кстати, в вашем мире тоже есть проблема с крестражами? Её речь прервал внезапный грохот: Альбус Дамблдор, возможно, впервые за последние сто лет уронил чашку чая и подавился лимонной долькой.
