Путь к надежде / Stages of Hope

      Предположим, что незнакомцы на самом деле прибыли из другого мира, но уж будить-то людей во всех мирах должны были одинаково. Так думал Северус, отметив, правда, что это не касается слизеринцев: их способ обычно включал кувшин воды и гомерический хохот.       Девушка подошла к кровати, на которой лежал её спутник, и быстро наложила ряд диагностических чар. Её колдовство было столь профессиональным, что мадам Помфри не справилась бы лучше, как, впрочем, и Альбус, проверявший парня двадцать минут назад.       Результаты удовлетворили её, она придвинулась ближе, направила палочку на друга и наколдовала мастерский Энервейт. Стоило ли им беспокоиться, что незнакомка так хорошо умела приводить людей в чувство?       Молодой человек очнулся быстрее, чем они ожидали. И Северус был уверен, что пропустил бы этот момент, если бы не наблюдал так пристально: у парня лишь слегка участилось дыхание и напряглись мышцы.       Ещё раз продемонстрировав, что ей чужды нормальные человеческие реакции, девушка не спешила обнять парня или дотронуться до него. Она стояла очень-очень тихо, как будто внезапно обнаружила в комнате хищника и не хотела его злить.       Не делая резких движений, она подняла левую руку ко лбу в жесте, который Северус не смог опознать. Повинуясь её движению, ладонь начала светиться и появившееся золотистое сияние окутало незнакомцев, заключая их мерцающий кокон.       – Гарри, – прошептала она, и что-то в её интонации намекало, что это было не просто имя. Обволакивающий их свет задрожал, и в мгновение ока кожа парня засияла золотом.       Снейп должен был признать, что он был впечатлён.       – Гермиона, – прохрипел он удивительно низким и сильным голосом, и её кожа тоже засияла.       Альбус одобрительно хмыкнул, чего обычно удостаивались только сладости. Ну или поистине впечатляющее волшебство.       – Проверка личности, запускаемая только жестом и голосом. Изумительно, просто великолепно!       Девушка либо не расслышала, либо решила проигнорировать его комментарий.       – Гарри, у нас тут код красный-три-ноль-семь, – быстро сказала она, и Северус был поражен гаммой эмоций, которые отразились на лице парня в ответ на этот шифр.       – Значит, я полагаю, дракон нас не убил, – произнёс он через секунду, уже полностью контролируя свой голос. И открыл глаза.       Девушка – Гермиона – быстро встала между своим спутником и Альбусом с Северусом.       – Гарри, держи себя в руках! – предостерегла она.       И к чему, чёрт возьми, она это сказала?       Только теперь, когда молодой человек впервые обратил внимание на их присутствие, Северус оценил сдержанную реакцию девушки.       Хладнокровие и невозмутимость явно были не про него. Вместо этого он продемонстрировал такую банальную реакцию, которую Северус видел только у гриффиндорцев и в дешёвых американских фильмах.       Он в шоке уставился на них, затем протёр глаза и разинул рот. Отчаянно помотал головой, как будто это могло что-то изменить.       Парень открыл рот ещё шире, затем повернулся к Гермионе.       – Это же не моя галлюцинация, правда? – спросил он, как будто люди галлюцинируют на каждом шагу. – Всё взаправду?       Гермиона вздохнула.       – Боюсь, на этот раз никаких галлюцинаций, – спокойно ответила она. – Похоже, ты не зря боялся цепной реакции, Гарри.       – Адская цепная реакция, – прошептал он. – А они… Я имею в виду, они знают...       Гермиона покачала головой.       – Чтобы директор начал нам доверять, я сообщила ему несколько фактов, но они не связаны с нами. Пока им известны только наши имена и что мы попали в переплёт. Но, думаю, нам стоит рассказать. Если ты помнишь мои объяснения, то в подобных ситуациях предельная откровенность приводит к наилучшему результату.       Северус судорожно обдумывал совершенно безумный разговор, которому стал свидетелем: у Гарри были постоянные галлюцинации? А Гермиона заранее подготовилась к подобной ситуации? И тем не менее, когда парень поднялся с кровати и подошёл к девушке, Снейп успел оценить и плавность его движений, и их позу. Они неосознанно встали спина к спине, в идеальную боевую позицию, чему обучают всех авроров.       Парень снова посмотрел на него, потом на Альбуса, и его взгляд был полон горя, тоски и ещё чего–то такого, что Северус не смог распознать.       И вдруг его настроение резко изменилось. Он одарил Гермиону широкой безумной улыбкой и спросил:       – Гермиона, помнишь ли ты, как я назвал тебя сумасшедшей, когда ты настаивала на присвоении кодов для путешествий во времени и по параллельным мирам?       – Да, – ответила она. – Очень чётко. И, кстати, всё ещё обидно.       – Что ж, я беру свои слова назад. Ты потрясающая, Гермиона.       Она фыркнула.       – Я думала, ты уже достаточно хорошо меня знаешь, чтобы доверять моим решениям и без доказательств, Гарри.       – Конечно, – сказал он и ласково ей улыбнулся.       Затем он вновь обратил своё внимание на поражённых мужчин или, если быть точнее, на мантию Снейпа.       – Какого чёрта мантия красного цвета? – он не скрывал своего удивления.       Что не так было с этими людьми?

***

      Они снова начали обсуждать параллельные миры, цепные реакции и магические теории, которые почему-то основывались на предпочтениях Северуса в одежде и его личной гигиене. И не сказали ни слова о том, как, чёрт возьми, два сумасшедших человека оказались в Хогвартсе.       Северус чувствовал, что начинает закипать. Гермиона задавала довольно бесцеремонные вопросы о его детстве (на которые он, в любом случае, не собирался отвечать), а Гарри таращился на мужчин и тупо улыбался. Такая ухмылка могла принадлежать «маньяку с топором», и в подобной ассоциации Северус винил вечера, когда они с Сириусом тайком сбегали из Хогвартса и смотрели плохие маггловские фильмы.       Так что в голосе Снейпа звучало облегчение, когда он приветствовал своего спасителя – появившегося в Больничном крыле Сириуса Блэка. А если в глубине души он жаждал посмотреть, как его друг справится с девушкой и её спутником–маньяком, можно ли было его в этом винить?       Но Северус не ожидал такой реакции на появление Сириуса. Гермиона побледнела (ничего нового), а вот Гарри ломанулся через всю комнату, прервав Альбуса на полуслове, бросился на Блэка и чуть не задушил того в объятиях, что не было уместно ни в одном из миров.       – Бродяга, мне очень, очень жаль, – пробормотал он. – Я никогда не хотел, чтобы так получилось, я просто… Я просто...       После минутной заминки Сириус рассеянно похлопал Гарри по спине и посмотрел на Северуса с выражением полнейшего изумления.       – Я должен знать, кто он такой? – спросил он одними губами.       Северус ничего не мог с собой поделать. Он расхохотался. И ещё сильнее, когда Альбус достал фотоаппарат из своего кармана и шустро сделал снимок. Северус готов был поставить свою степень Мастера на то, что эту фотографию напечатают на развороте в следующем вестнике преподавателей.       Сириус бросил на них обоих сердитый взгляд, но впечатление слегка портил парень, всё ещё висевший на нём, как полоумная коала. Северус снова захохотал.       Гермиона скрестила руки на груди и строго сказала:       – Гарри, это не твой Сириус. Немедленно отпусти его, ты пугаешь бедолагу!       – Твой Сириус? – удивился Блэк. На его лице отразилось неприкрытое облегчение, когда Гарри послушался подругу и отпустил его. Парень попятился назад, бормоча извинения, и выглядел как провинившийся подросток.       – Слушай, от тебя ужасно пахнет, – сказал Сириус, не придумав ничего лучше, – ты что, горел?       – Вероятно, дело в драконе, – непринуждённо ответил Северус, и, пока его друг потрясённо повторял "драконе?", начал вводить его в курс дела. – Похоже, наши незнакомцы – гости из параллельного мира, который заметно отличается от нашего. Данное предположение сделала девушка, Гермиона, увидев, что моя мантия красного цвета. Не знаю, в чём причина, но они оба в ужасе от этого факта.       – Она же бордовая. Красный – вульгарный, – тут же отреагировал Сириус, и Северусу стало невероятно приятно, что они с другом на одной волне. – И ты в ней отлично выглядишь! Та молоденькая ассистентка Пинса не может насмотреться на тебя в бордовом, Снейпи!       – Меня зовут Северус, – рассеянно ответил он. – И, очевидно, в том другом мире никто не разделяет наших изысканных вкусов, мой дорогой друг.       Сдавленный звук прервал их разговор, и оба повернулись к Гарри, которого Гермиона явно пыталась удержать. Видимо, парень оправился от эмоционального всплеска и снова начал таращиться. Северус никогда не думал, что сочтёт это прогрессом.       – Друзья... – сдавленно пробормотала Гермиона.       Северусу хотелось застонать: теперь они перешли от обсуждения его причёски и мантии к его отношениям?       Но Сириус, который не страдал вместе с ним последние двадцать минут, радостно ответил:       – Лучшие друзья! С тех самых пор как мы оба попали на Слизерин. Поначалу у нас случилась пара стычек, но у кого их не было? А Снейпи даже познакомил меня с несколькими гриффиндорками, и должен отметить, что тамошние девчонки...       Он замолчал на полуслове, заметив, как Альбус строго на него посмотрел, и запоздало вспомнил, что он преподаватель и ему не стоит отпускать непристойные шуточки о других факультетах.       Но он говорил достаточно долго, чтобы Гарри взял себя в руки. Он поднял свою челюсть и убрал тупое выражение со своего лица. Теперь он выглядел шокированным и почему-то слегка недовольным.       – Серьёзно? – сказал он, и недоверие сквозило в каждом его слове. – Вы... вы нравитесь друг другу?