- я все еще люблю тебя, Эванс...

Вечер был просто прекрасен. После приезда мы всей шумной компанией отправились в замок пешком, и чуть не опоздали на ужин с распределением первокурсников. Уже за столом мы также все не могли наговориться, пару раз получая замечания или осуждающие взгляды профессора Макгонагалл. Еда, как и всегда, была просто превосходной, а легли спать мы глубокой ночью, сильно уставшие и измотанные. Ну, а затем началась школьная жизнь. Бесконечные уроки, куча домашки, и все меньше времени на все остальное. -- Роуз, вставай! Мы должны еще успеть позавтракать, а уже опаздываем на Чары! Ну, хватит спать. -- продолжала меня будить Лили, более ответственная. -- Или ты опять до ночи читала ту книгу? Бросай, ты же и так не высыпаешься. -- Ладно, ладно, встаю. -- наконец ответила я, приподнимаясь. -- Ну что я могу сделать, если там тааак интересно? Высплюсь потом как-нибудь. Лили, явно недовольная, видимо, моим пренебрежением к собственному здоровью, только обреченно покачала головой. Мы собрались, наспех позавтракали и, чуть ли не бегом, отправились на урок, но зато не опоздали. Примерно так проходило каждое утро. Между уроками едва удавалось выкроить время для небольших прогулок на озеро или обеда, но все мысли занимала учеба. Я тоже погрузилась в нее, но не настолько, чтобы полностью забыть о своих чувствах. Ведь каждый день я общалась с ней -- и все больше убеждалась, что влюблена. Но... Во всех книгах писали и до сих пор пишут, что любовь -- это прекрасно. И да, при одной мысли о Лили я могла невольно улыбнуться, а при виде ее счастья сама чувствовала то же. Однако затем я вспоминала, что мы лишь лучшие подруги, и у меня есть только два вврианта: подавить эту глупую влюбленность, либо признаться. А это, самое вероятное, означало конец общению. Такого допустить я не могла, а на взаимность даже не надеялась. Это ведь неправильно... Такого, наверное, даже не должно быть. Я много раз думала об этом, иногда засматриваясь на нее на уроках, задумываясь во время чтения или сидя в одиночестве глубокой ночью в общей гостиной и глядя на огонь. Вечером 30-ого октября я в который раз прокручивала в голове свои невеселые мысли. Вокруг было еще полно народу и, вместе с ним, и шуму. Гриффиндорцы бегали туда-сюда, чтобы оповестить всех друзей, или обсудить уже собравшимися компаниями завтрашний поход в Хогсмид. Лили сидела тут же, совсем рядом, кажется, беспокойно глядя на меня и о чем-то спрашивая. Я машинально кивала, слишком погруженная в свои мысли, чтобы понять, о чем она. -- Ой, прости, задумалась. -- проговорила я, наконец вернувшись в реальность. -- Так и знала. Кажется, ты никогда еще не соглашалась сбежать прямо с экзаменов, заколдовав принимающих, и устроить взрыв в министерстве, чтобы захватить власть. -- Хм... а над этой идеей еще стоит подумать. -- сказала я, подмигнув. В тот момент я еле удерживалась от смеха. Но, когда Лили засмеялась, я тоже не выдержала. Когда мы пришли в себя после смеха, я все-таки сказала, что собираюсь спать. Лили пообещала мне спокойной ночи и коротко обняла, а затем вернулась к своему почти законченному эссе, которое еще нужно было проверить. Я поднялась наверх, в спальню. Приготовилась ко сну. Зевая, легла на кровать. И вдруг... заметила на тумбочке бумажку, которой до этого там не было. Я приподнялась и взяла ее в руки. "Я знаю, о чем ты думаешь. Просто сделай уже это." Спокойно уснуть после такой загадки, казалось, было практически невозможно, но я все равно быстро провалилась в сон из-за усталости. Утром я проснулась из-за шороха вокруг. Уже все в комнате, кроме меня, давно встали и собирались на длинную прогулку в Хогсмид. Погода была просто прекрасной -- несмотря на то, что была уже осень, светило солнце, согревая теплыми, хотя уже не обжигающе-летними лучами. -- Ой, наша любительница поспать наконец встала? Неужели? -- проговорила Лили, улыбнувшись и отрываясь от книги. Она лежала на заправленной кровати, уже полностью собранная. -- Завтрак уже кончился, но я захватила тебе кое-что с кухни. -- Спасибо, Лили. -- поблагодарила я подругу, обнимая. Мы съели принесенные ею вкусности и наконец вышли из спальни, а затем и из замка, наслаждаясь прекрасной осенней погодой. Но вчерашнее послание все не выходило у меня из головы. Подчерк был подозрительно похож на подчерк Лили. Да и кто еще мог закинуть записку в спальню? Все еще старательно отгоняя нарастающую надежду, я решилась все же признаться ей. Сегодня. Но, Мерлин, до чего же страшно! Пройдя мимо Филча, с подозрением рассматривавшего всех студентов и проверяя пропуски, мы продолжили наш путь по уже пустеющей дороге в деревню. Большинство встали пораньше, чтобы как можно больше времени провести здесь. Кажется, я тут одна любительница поспать. Наконец дойдя до деревни, мы очень удивились, увидев, что вся она украшена огромными ярко-оранжевыми тыквами, волшебными гирляндами с заколдованными зловеще двигаться черными летучими мышами и еще незажжеными свечками. Вечером, наверное, смотреться будет атмосферно-пугающе, но пока, при свете солнца, полностью оценить красоту украшений не получается. Только увидив Хогсмид, мы вспомнили, что сегодня Хэллоун. От этого осознания наш выходной стал только краше. Сначала мы зашли в магазин с учебными материалами и купили все необходимое -- пергаменты, перья и чернила, в общем, все, что закончилось у нас за два месяца учебы. Дальше по плану нашего маршрута -- "Сладкое королевство", откуда мы с трудом вышли из огромной толпы с просто огромной кучей вкусностей, от совершенно обычных до полностью волшебных, встречающихся только в магическом мире. Так как сегодня Хэллоун -- жуткий праздник -- решили пройтись посмотреть Визжащую хижину, которая в этот день тоже казалась по-особенному жуткой, как будто там и вправду обитали призраки. На самом деле их, конечно же, там не было, но сегодня, кажется, все было особенным, со своей зловещей атмосферой. К тому времени уже темнело, и деревенька начинала играть новыми красками. Скоро уже нужно было возвращаться, но мы все же забежали в "Три метлы" выпить по кружке сливочного пива. Оно слегка придало мне смелости, и я укрепилась в своем решении рассказать Лили о своих чувствах. Мы вышли на улицу, где хозяйствовала ночь. Свечи наконец зажглись, летучие мыши шуршали где-то наверху, подсвеченные изнутри тыквы с угрозой смотрели прямо в душу. Потрясенные красочной атмосферой ночной деревенской улицы, мы стояли на пороге, жадно рассматривая каждую деталь. -- Вау -- тихо сказала Лили. -- Ага, вот это настоящий Хэллоуин. -- добавила я. Наконец насмотревшись, мы отправились обратно по темной дороге, где из света были лишь фонари. Пройдя пару минут в молчании, я наконец решилась и заговорила, глядя на единственный источник теплого, цвета закатного солнца, света: -- Лили. -- она подняла на меня взгляд. Я продолжила, все еще не осмеливаясь посмотреть на нее продолжила: "Я... Ты мне нравишься, Лили. Я хочу думать о тебе не как о лучшей подруге, а как о ком-то большем. И я ничего не могу с этим поделать." Назад дороги больше не было. До сих пор не поверив, что призналась, я уставилась вниз, на наши ноги, размеренно двигающиеся в сторону замка. Лили остановилась, и я невольно последовала ее примеру. Она протянула руку и коснулась моей щеки, заставляя поднять взгляд. Приблизившись, она прошептала: "С этим не обязательно что-то делать." А уже в следующий миг ее губы мягко коснулись моих.