- я все еще люблю тебя, Эванс...

Все мысли исчезли из моей головы, пока длился наш первый, не совсем умелый поцелуй. Пусть хоть на несколько мгновений, но я позабыла обо всех своих тревогах и вообще обо всем на свете. Была только она. И только ее губы, так необычайно приятно и осторожно исследующие мои. Так мы и стояли вдвоем, не замечая ничего на свете, посреди пустынной улицы, возле единственного тусклого островка света фонаря, в ночь на 31-ое октября, когда наше время похода в Хогсмид уже давно вышло. Мне одновременно показалось, что наш поцелуй длился целую вечность, и что этого было недостаточно, потому что я хотела еще. -- Роуз, я тоже люблю тебя. -- проговорила Лили, улыбаясь и неотрывно смотря в мои глаза. Счастье медленно разливается по моему телу, пока ко мне постепенно приходит осознание. Лили. Это взаимно. Она тоже любит меня. Не сдержавшись, я крепко-крепко обнимаю подругу и утыкаюсь носом в ее волосы, вдыхая знакомый аромат. -- Мерлин, никогда не думала, что Хеллоун может так осчастливить меня, даже если это далеко не его заслуга. -- какую чушь я несу? -- Ладно, не бери в голову, я просто слишком счастлива, чтобы думать здраво. -- шепчу я на ухо своей любимой. -- Вот и я чувствую то же. -- ответила Лили, усмехаясь. -- Но, кажется, нам нужно было вернуться в замок. Я оглядываюсь по сторонам, наконец замечая столь позднее время. Несмотря на темноту, силуэт Хогватса все еще выделялся на фоне неба. -- И правда. А я и забыла... -- отвечаю я, а затем добавляю, переводя взгляд на Лили: "Эх.. а так хотелось остаться в этом моменте навечно." -- У нас еще будет миллион таких моментов. Целая жизнь же впереди! Не вечность, конечно, но я думаю, нам хватит. -- улыбнувшись, говорит она мне, а затем еще раз мимолетно целует мои губы. Я улыбаюсь ей в ответ и беру ее за руку. Так мы продолжаем идти в сторону замка. -- Хм... Лили и Роуз. Лилия и роза. Обе -- цветы, но совершенно разные. Кажется, это была судьба. -- бормочет моя девушка, сидя со мной в обнимку на диванчике в общей гостиной. Мерлин, так непривычно и радостно думать о ней так. А ведь она и вправду теперь моя девушка! За окном уже темнеет, огонь в камине еле слышно потрескивает. Вокруг довольно шумно, но, слыша ее голос, я не обращаю внимания больше ни на что на свете. -- Роуз. -- Да? -- А ты знаешь, почему тебя так назвали? Я киваю. -- Расскажешь? Я улыбаюсь шире, то ли ей, моей девушке, то ли своим детским воспоминаниям. ☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆ 25 декабря 1966 Ох уж эта атмосфера рождества... Она особенная всегда, а если ты еще и ребенок -- ощущается всегда как попадание в сказку. За окном воет метель. Не видно ничего, кроме снега, который с огромной скоростью ветер переносит с места на места. К счастью, мы не на холодной и снежной улице, а дома, у яркого и теплого камина, блистающего желто-оранжевым пламенем. Всей семьей мы сидим на диване, отдыхая после прекрасного и сытного рождественского ужина. Шестилетняя я сижу на коленях у мамы, тесно прижавшись к ней всем телом. Папа сидит тут же, взяв меня за руку. Каждое наше рождество проходит примерно так же, и каждый раз я слушаю какую-нибудь историю. Я ежусь при очередном звуке завывания ветра за окном. Неожиданно мама задает мне вопрос, который пока никогда еще не приходил мне в голову. -- Роуз Торн, а ты знаешь, почему тебя так назвали? Я удивленно гляжу на родителей. -- Нет... я никогда об этом не думала. -- Тогда слушай сегодняшнюю рождественскую историю. С самого детства моими любимыми цветами были розы -- невероятно красивые, утонченные и притягательные. Единственный их, как я думала, недостаток -- шипы. Захочешь коснуться или сорвать, а потом пожалеешь, ведь мимо острой защиты не пройти. Но только повзрослев, я поняла, что шипы -- не недостаток розы, а преимущество. Другие цветы ведь совсем беззащитны -- любой может использовать их в своих целях, не думая о них самих. А роза особенная: она сочетает в себе и красоту, и опасность. Любой дважды подумает, стоит ли оно того, прежде чем сорвать ее. Может, она и не избежит своей участи, зато обидчик безнаказанным не останется. Над вопросом: "Какие цветы ты любишь?" я никогда не задумывалась. Но обычно розы дарили мне только после ответа. Твой отец был исключением -- на первое же свидании принес розы, точно угадав с выбором. Правда с такими острыми шипами, что совсем скоро руки у нас обоих были в царапинах и крови. Время шло. Мы поженились, а вскоре узнали, что ждем девочку. Имя до ее рождения мы придумать так и не смогли. Но вот ты появилась на свет, и твой папав честь такого праздника как всегда подарил мне розы. Я перевела взгляд с цветов на тебя, моя девочка. И меня осенило. Все сложилось в единую картину: твое имя вместе с фамилией отца. -- Роуз. -- прошептала тогда я. -- Роуз Торн. Роза с шипами. Отец тоже посмотрел на твое милое маленькое личико. -- Прекрасная роза. -- поправил он. Шестилетняя я зачарованно слушала историю своего рождения. Закончив рассказ, мама нежно поцеловала меня в макушку, прошептав: "Прекрасная роза." Неожиданно обратил мое внимание на себя папа, сказав: -- А теперь послушай меня внимательно, Роуз Торн, и запомни мои слова на всю жизнь. Ты -- замечательный и сильный, но все же хрупкий цветок, которому даны шипы для защиты. Не дай другим сделать так, чтобы твоя же сила встала против тебя. Научись ее контролировать, чтобы не ранить близких и не жалеть о содеянном. ☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆☆ -- Ого, какая интересная история. -- выслушав меня, ответила Лили. -- Мне теперь называть тебя мисс "прекрасная роза с шипами"? Я улыбнулась. -- Нет, это как-то слишком длинно. Думаю, вторую часть можно убрать. И "госпожа" вместо "мисс" звучало бы лучше. -- в шутку поправила ее я. -- Как скажете, госпожа прекрасная роза. Мы засмеялись, а затем забылись в нежном, но полном чувств счастливом поцелуе.