Фанфик прошёл редактуру и превратился в полноценную книгу. Новую версию истории "Город Мёртвых" вы можете найти на площадках: Литмаркет 1 том - https://litmarket.ru/books/gorod-myortvyh 2 том - https://litmarket.ru/books/gorod-myortvyh-1 ЛитРес: 1 том - https://www.litres.ru/svetlana-yakovleva-18565149/gorod-mertvyh/ 2 том - https://www.litres.ru/svetlana-yakovleva-18565149/gorod-mertvyh-2-tom/ Ridero: 1 том - https://ridero.ru/books/gorod_myortvykh/ 2 том - https://ridero.ru/books/gorod_myortvykh_1/ Буду рада вашей поддержке - оценкам и отзывам на любых площадках! :) Автор оставляет за собой право публиковать текст на сайте ficbook.net и любых других в свободном доступе
Глава 36. Точка невозврата
12 марта 2016 г., 21:01
Последние лучи солнца скупо пробивались сквозь тюль и расчерчивали письменный стол полосками света. В комнате было зябко и тихо. Мои пальцы напряжённо сжимали найденную здесь шариковую ручку в одной известной мне манере. Наверное, это странно, но я никогда не видела, чтобы кто-то держал ручку так же, как и я. Странная особенность – результат неправильного обучения, приносившая мне определённую долю неудобства, когда нужно было писать быстро. Я не умела писать быстро. Мелкие, неровные буквы, искорёженные неправильным хватом, были больше похожи на печатные. Они ложились на бумагу, словно рисунок и чем-то напоминали иероглифы.
И всё-таки Том был прав – у меня ужасный почерк.
– Бли-и-ин, – с усилием выпрямив спину и расправив затёкшие плечи, я почувствовала, как отзывается болью каждый ушиб.
Незаметно выскользнув из объятий спящего англичанина с час назад, я уже вдоволь налюбовалась в зеркале раскинувшейся по моему телу «хохломой» и поспешно скрыла всё это великолепие за рубашкой. Фраза «Детка, ты просто космос!» для меня теперь приобретала особенный глубинный смысл. Но времени, чтобы отлежаться и зализать раны, у меня не было – я поспешно восстанавливала свои утраченные записи и придумывала, что нам с Томасом делать дальше. Как бы мне не хотелось продлить долгожданные часы спокойствия и бездействия, я должна была отодвигать все лишние мысли на второй план. Приближающаяся зима, странное поведение зомби и собственная уязвимость пугали меня. На сколько ещё хватит моей удачи? Я ведь действительно не бессмертная. А что, если я заражена, и Томас однажды останется один? Я просто не имела права оставить его без плана, без надежды. Я не должна была больше забывать о нашей итоговой цели, не должна была поддаваться панике и… чувствам. Как бы то ни было смешно, но когда дело касалось именно моих чувств – всё летело в тартарары. Да, стараниями моего спутника я стала уязвимее, и моё эмоциональное равновесие теперь зависело исключительно от него. Вот такой вот, блин, симбиоз. Даже не знаю, благодарить ли его за это…
Поморщившись, я перевернула очередную страницу и накропала ещё пару строк. Задумчиво перечитывая написанное, я вдруг чутко уловила, как в соседней комнате кто-то заворочался.
– Кажется, сейчас мне прилетит… – осторожно пропела я себе под нос.
И точно – и минуты не прошло, как из спальни донёсся полный негодования возглас:
– И опять я просыпаюсь один! Тин, это не смешно…
Говорил Том достаточно громко, очевидно, взывая к моей совести, но я не собиралась тут же бросать всё и бежать к нему по первому зову. Ровным счётом как и отзываться на его провокации.
– Что за хамство?! – так и не дождавшись ответа, вновь воскликнул он.
Хмыкнув, я черканула ещё предложение, а за ним ещё и ещё. Теперь точно не пойду. Сбежала ли я из спальни осознанно? О, да. Почему-то идея пробуждения с ним в одной кровати меня по-прежнему пугала.
– Если у тебя нет достаточно веской причины для своего отсутствия и молчания, – тем временем угрожал мне Томас, – я сейчас найду тебя и принесу обратно в постель! Я не шучу...
Поджав губы, я старалась не улыбаться и сохранять крайнюю степень сосредоточенности.
– Тин, ты меня слышишь? Всё, я иду, непослушное ты чудовище, – судя по звукам, он действительно поднялся на ноги. – Угадай, что я сделаю, когда найду тебя! Ехехе…
Ручка с глухим стуком безвольно упала на стол, а я прикрыла глаза ладонью, неумолимо краснея и морщась в беззвучном смехе. О Великий всемогущий разум, и почему у меня не возникало сомнений, что я поняла его правильно? Шаги приближались медленно, словно давая мне шанс на побег. Но куда мне было от него бежать? Если только в окно с такой радости выброситься! Резко стукнула распахнувшаяся дверь за моей спиной. Угрожающе тихо он подобрался ко мне сзади и склонился надо мной, беспардонно устраивая свой колючий подбородок на моей голове.
– Воу, ты завела себе новый дневник! – неожиданно радостно воскликнул он. – Позволь узнать, и о чём же ты пишешь?
Его вопрос прозвучал с издёвкой, что так и побуждала меня ответить что-нибудь этакое. Поспешно проглотив самый прямолинейный из напрашивающихся комментариев, я всё же отняла руку от лица и вновь схватила ручку, будто бы та могла меня спасти от этого английского дьявола.
– Обо всём и в подробностях, – собравшись с мыслями, смело выдала я. – Знаешь, решила вот начать писать книгу. Назову её, пожалуй, «Пятьдесят оттенков Хиддлстона». Нужно же мне чем-то зарабатывать на жизнь после зомбиапокалипсиса…
– Умница! – Том посмеялся, приобняв меня за плечи, напрочь игнорируя всю мою очевидную наэлектризованность. – Невероятно приятно видеть тебя прежней!
Удивительное дело, но от его слов мне вдруг стало значительно лучше. Обхватив его тёплое запястье и почувствовав, с какой охотой он сжимает мою ладонь в ответ, я облегчённо выдохнула. Томас не был мне врагом, и пора уже было смириться с его значимостью для меня, а также прекратить воспринимать в штыки любые его попытки сблизиться со мной.
– Ты зря сбежала, – словно прочитав мои мысли, тут же добавил он с лёгким укором. – Могла бы разбудить меня и не лишать своего приятного общества.
Неспешно закрыв тетрадь, я задумчиво согнула её в руках. Плотная гибкая обложка послушно скрутилась в трубочку и вновь разогнулась, повинуясь моим манипуляциям.
– Я знаю. Прости, – искренне попросила я, виновато опуская глаза. – Я просто… не знаю! Ох… понимаешь…
Мысли и слова путались, всё никак не давая мне ухватиться за суть. Я уже много раз представляла себе, как начну этот разговор, но на деле всё оказалось куда сложнее. А что если Хиддлстон не станет меня слушать? С него теперь станется, я знаю.
Хлопнув по столу замученной тетрадью, я поднялась. Том не стал меня удерживать, его руки поспешно соскользнули, оставляя на моих плечах призрачное ощущение тепла. Окинув взглядом комнату, я померила её неспешными шагами и остановилась возле старого книжного шкафа, не зная, с чего начать.
– Так, – серьёзно высказался в повисшей тишине Томас. – Ты что-то не договариваешь. И мне это не нравится.
Моя рука неспешно прошлась по пыльным переплётам книг и остановилась на знакомом названии. От книжных полок пахло въевшимся в бумагу табаком. «Надо же, – подумалось мне. – Очередной привет из прошлого». Подцепив корешок, я выдернула книгу и повернулась, практически любовно поглаживая обложку и высеченные на ней буквы. К моей радости, Том не додумался заявиться ко мне в полном неглиже, но мой взор сразу же уцепился за огромное багровое пятно на его самодельной повязке. Погружённая в собственные мысли, я, право, даже забыла об этом досадном обстоятельстве и сейчас почувствовала весьма ощутимый укол совести.
Подойдя к нему, я критически осмотрела наспех перемотанное плечо. Пятно было не просто грязным, к моему немалому возмущению оно было мокрым!
– Мы должны исправить это, – поспешно предложила я, ища спрятанные им узлы.
– Ты хотела мне что-то сказать, – тут же попытался перехватить мои руки мужчина.
– Ты издеваешься? – гневливо сверкнула я на него глазами. – Руки! На вот…
Подсунув ему найденную книгу, я цапнула с письменного стола ножницы и принялась разрезать его рукотворчество. Всё-таки стоило мне первоначально вмешаться в этот процесс, но жалеть о несделанном уже было поздно. Остановившись на полпути, я поспешно закатала рукава и кинулась шарить по шкафам. Кое-что нужное мне всё-таки отыскалось на кухне и в ванной, и я облегчённо выдохнула.
– Ну, как? – быстро поинтересовалась я, возвращаясь. – Будем шить или заклеивать?
Я невольно усмехнулась, увидев, как Томас весь аж скривился от озвученной перспективы.
– Или так сойдёт? – деловито поинтересовалась я.
– Так сойдёт, – шустро сориентировался в ситуации актёришка.
Приподняв слипшуюся ткань, я аккуратно смочила её водой.
– Не хочу тебя расстраивать, Томас, – недовольно цокнула языком я от увиденного. – Но так не сойдёт. Если мы оставим рану открытой, она так никогда нормально и не зарастёт. А твоя рука тебе ещё пригодится. Да и мне тоже. Надо же… как я мастерски перерезала…
– Очень ценное замечание, Тин! – не сдержался мужчина, оборвав меня на середине фразы, но, тем не менее, терпя мои манипуляции.
Я поспешно прикусила язык и виновато взглянула вверх. Поджав губы, он смотрел на меня волком, будто бы это я… А, ну да. Я же это и сделала. Моё сердце неприятно сжалось.
– Не ненавидь меня, – предельно жалобно попросила я. – Пожалуйста, милый Томми!
Надо было видеть, как он сию же секунду прыснул со смеху.
– Как ты меня назвала?!
Раскрасневшись, я уткнулась в его плечо, продолжая упрямо стягивать с него мешающие мне остатки повязки. «Смешно ему видите ли! – сконфужено фыркнула я. – Ну, ничего… Где моя игла? Сейчас вместе смеяться будем». Подготовив всё необходимое, я выжидающе замерла, бросая на Хиддлстона осторожный взгляд.
– Пожалуйста, будь со мною нежной, – попросил он меня насмешливо.
Людей мне штопать, по правде сказать, ещё не приходилось. Всё-таки не носки. Действо было неприятным и отталкивающим, но сделать это за меня было некому. Том кривился, расщедривался на интересные английские устойчивые выражения, но терпел.
– Что это? – под конец процесса чуть расслабившись, осведомился он, взвешивая в руке мою находку.
– Знакомься, Томас – это книга, – глянув на него вполглаза, вернулась я к своему занятию. – Книга, знакомься – это Томас.
– Да ладно?! – поражённо воззрился он на меня. – Настоящая книга? Тебе-то откуда знать, как она выглядит чудовище?... Ау! Нежнее, Тин! Ещё нежнее!.. Ай! Твоему милому Томми больно!
Сосредоточенно протягивая нитку, я из последних сил пыталась не заржать.
– Не смеши меня, – сквозь зубы попросила я, искренне боясь напортачить.
Всё-таки, кройка и шитьё – это явно не моё призвание, как ни крути.
– Я не шучу! – праведно возмутился мужчина.
– Последний стежок… – аж вытащив кончик языка от сосредоточенности, я завершила свою работу, – и… мой лоскутный монстр готов! «Жизнь за Нерзула!» Так, осталось построить зиккурат…
Том не понял ни слова из моей болтовни, тем не менее, несказанно радуясь концу своих мучений. Я же поспешила наложить адекватную повязку, пока мой англичанин на радостях не свалил от меня куда подальше.
– Рекомендую обильное питьё и постельный режим, – наигранно деловито проинформировала я спутника. – Руке хотя бы некоторое время нужен покой.
Выслушав меня, Томас дождался, пока я закончу, и протянул мне книгу.
– Спасибо, – он опасливо покосился на свою руку, но ничего страшного не обнаружил. – И как долго?
– Пока не выдвинемся в дорогу, полагаю, – отозвалась я, устало вздохнув. – Мой автомат ты потерял. А в ближнем бою я так себе…
– Я бы так не сказал, – неожиданно заверил меня мужчина. – В ту минуту я был уверен, что ты меня точно убьёшь…
Всплывшая тема была довольно скользкой и неприятной и мы, не сговариваясь, замолчали. Мне было досадно вспоминать своё временное помешательство. Я была не в себе, будто бы кто-то другой в этот момент управлял моим сознанием, и потому мне было трудно здраво рассудить, что же всё-таки со мной произошло. Бесцельно разглядывая его редкие родинки на плече, я коснулась повязки губами, словно в неловкой попытке извиниться за содеянное, но вслух ничего так и не сказала.
Откашлявшись, англичанин перевёл разговор в более безопасное русло:
– Ты так и не сказала мне, что это за книга.
– Книга моей юности, – тут же с благодарностью отозвалась я. – Джек Лондон, «Белый Клык». История про волка. Я просто обожала её!
– Похоже, твоя профессия была не случайным выбором.
– Ты прав, – ухмыльнувшись, согласилась я. – Возможно, к твоему сожалению, я редко читала книги непосредственно о людях. Зато о животных я знаю на порядок больше!
Я улыбнулась и отстранилась от него, вытирая с рук остатки крови.
– Ты будешь смеяться, – почему-то решила добавить я, – но моя любимая детская книга была о попугае. И драма там была покруче, чем у твоего Шекспира…
– Вот уж сомневаюсь, – не преминул съязвить Томас.
– Надо будет как-нибудь пересказать тебе её на досуге, – загадочно улыбнулась я в ответ.
Я уж было собиралась уйти, как меня остановили.
– Чем тебе не угодил Шекспир? – вдруг придирчиво спросил Том, поймав за подбородок моё лицо.
– Есть одна очень хорошая фраза на этот счёт, – вдруг вспомнила я, смело отвечая на его взгляд. – «Читать поэзию в переводе – все равно что целовать женщину через вуаль». И она достаточно хорошо отражает моё отношение к этому вопросу.
Том расплылся в широченной улыбке:
– Так в чём же дело? Читай в оригинале!
– Издеваешься? – ехидно прищурилась я. – Я говорю и то с трудом, а ты мне читать предлагаешь?! Тоже мне удовольствие!
– Говорила, – самодовольно поправил меня Хиддлстон.
– Что, – не поверила я в то, что услышала, – лучше?
– Всё лучше и лучше, – горячо заверил меня мой спутник, заключая моё лицо в ладони. – Только нецензурно выражаться прекращай!
– Ох-хо-хо! – тут же недовольно вскинулась я, вырываясь и начиная собирать разбросанное по полу окровавленное тряпьё. – Извини, милый Томми, но без мата в жизни простого русского обывателя ну просто никак! Так что – материлась, матерюсь и материться буду!
Я демонстративно фыркнула и отвернулась. Мои волосы взметнулись растрёпанной копной, и я поспешила выйти из комнаты.
– Что ж, будем над этим работать, – воодушевлённо пообещал мне вслед англичанин.
– Ага, сейчас, – я аж притормозила в дверном проёме, – только тапочки зашнурую. Русские не сдаются!
– Посмотрим, – раздражающе самоуверенно ухмыльнулся Томас.
– Вот это ты зря сейчас сказал, – угрожающе зашипела я в ответ. – Будем считать, что я, как последний представитель нации, объявляю тебе войну! По культурно-ценностным соображениям…
– Даже так, – издевательским тоном пропел мужчина, смерив меня оценивающим взглядом.
– Вот так! – демонстративно бросила я тряпьё на пол. – Уберёшь за собой сам.
Расползаясь в не предвещающей ничего хорошего улыбке, Том сделал всего пару широких шагов, чтобы оказаться со мною рядом. Внимательно заглянув мне в глаза, он облизнул губы и вопросительно вздёрнул бровь.
– Ты объявляешь мне войну? – словно не расслышав, переспросил он ехидно. – Чудовище, я думаю, тебе стоит подумать ещё раз!
Цокнув языком, я переступила с ноги на ногу и подбоченилась, неожиданно предлагая:
– Хочешь, фокус покажу?
Мои глаза загадочно сверкнули.
– Давай, – тут же согласился Томас.
Я с удовольствием продемонстрировала ему рукой неприличный жест и развернулась, собираясь гордо продолжить свой изначальный путь.
– Зря ты это сделала, милая, – только и успела услышать я позади себя зловещий шёпот Хиддлстона, прежде чем меня остановили.
Схватив меня одной левой и без труда перебросив через плечо, он уверенным шагом двинулся к спальне. Предприняв пару бесполезных попыток вырваться, я рассерженно воскликнула:
– Поставь меня на место, чёртов колонизатор! Между нами война, ты забыл?!
– Будем считать, что я взял тебя в плен, – многообещающе поведал мне Том.
– Хиддлстон! – праведно возмутилась я. – Швы разойдутся!
Бесцеремонно бросив меня на кровать, он потянул из штанов ремень, наслаждаясь моим явным узнаванием ситуации.
– Ты же сама сказала соблюдать постельный режим, – нагло усмехнулся мне прямо в лицо англичанин. – Я всего лишь следую твоим рекомендациям.
Я нервно сглотнула, взглянув на ремень, и перевела затравленный взгляд обратно на Хиддлстона. Он ведь шутит, правда?
– Так, на чём мы остановились? – наигранно задумался он. – Ах, да! Кого-то следует научить хорошим манерам…
«Вот жешь твою душу за ногу…» – пронеслось у меня в голове вместе с дивными воспоминаниями о заросшем поле.