Хрустальные мечты ставшие прахом в один прекрасный вечер

      Вечер выдался теплым и безветренным, по этому Мира решила провести его на пленэре. Она закинула в сумку свой скетчбук, карандаши, акварель и отправилась к любимому месту у озера. Там всегда было тихо и безлюдно, открывался прекрасный вид на Мондштадт, а нежное журчание воды приятно успокаивало и помогало настроиться на творческий лад.       Каково же было её удивление, когда она обнаружила, что драгоценное место для рисования уже занято. На траве у кромки воды был расстелен темно синий плед с звездным мотивом. На нём уютно расположился Альбедо и увлеченно делал наброски города свободы.       Увидев «непрошеного гостя», Мира поспешила спрятаться за ближайшим деревом. Девушка стояла прижавшись спиной к стволу и пыталась привести дыхание в порядок. Её щеки окрасил яркий румянец, сердце бешено колотилось от волнения, а пальцы нервно сжимали ремень льняной сумки висящей на плече.       Она никому не рассказывала, но именно пейзажи созданные Альбедо побудили её заняться рисованием четыре года назад. Мира даже пыталась стать его ученицей, но к несчастью для неё, он обучал только алхимии. Девушке ничего не оставалось кроме как найти себе другого учителя.       Годы шли но Мира всё так же восхищалась талантом главного алхимика Ордо Фавониус и усердно развивала свои навыки. В глубине души она мечтала, что однажды благодаря её работам, Альбедо обратит на неё внимание.       Он сидел всего в паре шагов, полностью погрузившись в процесс рисования. Девушка решила, что сами архонты свели их здесь в этот прекрасный вечер. Не каждый день выпадает шанс пообщаться со своим творческим «кумиром». Собравшись с духом, она сделала пару шагов на встречу Альбедо. - Добрый вечер, господин алхимик, - произнесла Мира тихим голосом, надеясь что её внезапное появление не испугает молодого человека.       Альбедо спокойно оторвал взгляд от листа бумаги, приветливо улыбнулся и ответил: - Добрый вечер. Я рад, что вы всё таки решились покинуть своё укрытие за деревом и присоединиться ко мне.       Увидев испуг и удивление в глазах девушки он поспешно перевел взгляд на небо и добавил: - Прошу прощения. Этот вечер так и навевает вдохновение. Чем могу быть полезен?        Алхимик подвинулся, освободив место на пледе для Миры. - Присаживайтесь. Полюбуемся закатом, а вы тем временем изложите мне суть вашей проблемы. - С удовольствием составлю вам компанию, - ответила девушка усаживаясь рядом с       Альбедо. Из наплечной сумки она достала скетчбук и пару карандашей. - Даже не вериться, что мне удалось застать вас в одиночестве. У вас обычно такой плотный график... Я часто сюда прихожу порисовать, - призналась Мира тихим голосом.       Она впервые общалась с Альбедо и была удивлена, насколько легко складывался разговор. Алхимик излучал ауру спокойствия и добродушия. В его обществе девушку тянуло на откровенность и она чувствовала себя уверенной и раскованной. - А я вот тут впервые, - честно ответил алхимик, продолжив работать над своим эскизом.       На его лице мелькнула легкая улыбка. - Приятно знать, что кто-то все еще помнит обо мне, - добавил Альбедо оценивающе осматривая результат своих трудов.       Добавив еще несколько штрихов и удовлетворенно кивнув, он перевел взгляд на Миру спросив: - Не желаете ли свежих яблок или закатников? Они отлично освежают в такой жаркий день.       Альбедо указал взглядом на плетеную корзину сбоку.        Девушка немного покраснела и неловко отвела взгляд, заправляя за ухо непослушный локон своих темных волос. Второй рукой она сильнее сжала край скетчбука, немного помяв верхний лист. - Спасибо, но я не голодна - тихо ответила Мира.       Фрукты выглядели крайне соблазнительно, но девушка слишком боялась ударить в грязь лицом перед своим «кумиром». Её воображение уже рисовало картину, где она откусывает закатник и оказывается забрызганной его соком с ног до головы. - Признаться по правде, я очень взволнованна. Я давно увлекаюсь вашим творчеством, не пропускаю не одной выставки и у меня даже есть несколько ваших автографов. Я всегда хотела с вами пообщаться и показать свои наброски. Мне интересно узнать ваше мнение на счёт моих творческих способностей, - сказала она посмотрев на Альбедо взглядом полным надежды, смущения и обожания. — Спасибо за ваш искренний интерес к моему творчеству. Буду рад взглянуть на них, если вы позволите - ответил алхимик слегка покраснев и одарив девушку нежной улыбкой.       Он отложил свой планшет и, откинув светлую челку, что так и лезла в глаза, перевел взгляд на юную художницу.       Глаза Миры округлились от удивления. Она явно не ожидала такого ответа, будучи уверенной в отказе. Ещё пару мгновений девушка боролась со своей нерешительностью, но в итоге всё же протянула скетчбук Альбедо.        «Будь, что будет», подумала она. «Момент истины. Если он скажет, что всё плохо, я тотчас брошу рисование».       От его внимательного взгляда не скрылся тот факт, что руки Миры слегка дрожали от волнения. - Вы очень добры, господин алхимик. Знайте, что я готова к любой критике. По этому можете говорить всё прямо, без утайки - сказала она и голос ее слегка дрогнул.       Сердце девушки билось в бешеном ритме и ей казалось, что его стук слышит даже Альбедо. Она в нетерпением наблюдала за тем, как он методично рассматривает страницу за страницей. — Вы увлекаетесь портретами? — спросил алхимик заметив, что большинство разворотов заполнено людьми, которых можно каждый день заметить на улицах Мондштанда. - Вот Катерина, а это Маджори рассказывает о своих товарах Донне. Ох, это же непослушная Кли? Вы так точно передали ее хитрую ухмылку, будто она вот-вот снова что-то устроит. И пейзажи у вас просто прекрасны, особенно хребет. Так и чувствуется тот леденящий холод через страницы.       Алхимик тепло улыбался, продолжая рассматривать работы Миры.        Девушка почувствовала как её щеки горят ярким пламенем и поспешила отвести взгляд подальше от молодого человека, уставившись с "интересом" на свои колени. Она была так рада услышать похвалу от своего творческого "кумира". В уголках глаз невольно навернулись слезы счастья и Мира быстро заморгала, пытаясь избавиться от них.       Ему оставалось просмотреть ещё четверть её скетчбука. Реакции на эту часть набросков девушка ожидала больше всего, потому что данные страницы были заполнены его портретами.        По правде говоря у неё дома была целая гора скетчбуков посещенных ему. Портреты, наброски, всевозможные образы, композиции и стилизации. Мира уже и сама не помнила в какой момент влюбилась в человека которым так восхищалась.       Альбедо был удивлен неожиданной находке, но с искренней радостью просматривал каждый свой портрет. Рисунки были буквально пропитаны романтическими чувствами девушки. Находясь в неловкой ситуации, алхимик сохранял спокойствие и тянул время, пытаясь придумать тактичный способ расставить все точки над и. Мира была очаровательной и милой девушкой, но взаимности не могло быть и речи, ведь его сердце уже давно принадлежало Люмин. — У вас хорошие навыки, но некоторые пропорции все же не соблюдены. Стоит детально изучить анатомию и не пренебрегать построением, - дружелюбным тоном сказал Альбедо.       Мира понимающе кивнула, жадно впитывая каждое его слово. Алхимик вернул скетчбук девушке и протянул свой. Карие глаза юной художницы расширились от удивления и восторга. Она с благоговением смотрела на протянутый ей предмет как на самую настоящую святыню. - Смелее, - подбодрил её Альбедо с добродушной улыбкой. - Раз уж вы позволили мне посмотреть ваши наброски, будет честно если и я вам покажу свои.       Мира аккуратно приняла заветный блокнот с искрящимися от восторга глазами. Ей казалось, что всё это сон.       “О, архонты, спасибо за эту возможность! Это такая честь для меня! А что если я там увижу наброски будущих книжных иллюстраций и картин?! О, архонты, о архонты!!!”       Первое на что она обратила внимание это внушительный вес предмета. Твердый переплет, обложка из тонкой темно синей кожи украшенная узорами серебряных цепей и золотых звёзд, удобный ремешок позволяющий плотно закрыть скетчбук и уберечь содержимое от воздействия дождя и ветра. Было сразу понятно, что вещица дорогая и делалась под заказ явно где то за пределами Мондштадта. Учитывая вес и богатство обложки, девушка предположила, что страниц внутри много и бумага тоже высшего качества. Потратив еще несколько мгновений на любование обложкой, Мира заглянула внутрь.       Пред её взором предстали страницы заполненные зарисовками и мелкими пометками. Наброски городских пейзажей, портреты горожан, растения, животные, насекомые, схемы каких то хитроумных устройств сопровождаемые подробными заметками. У девушки глаза разбегались от восторга и восхищения мастерством хозяина скетчбука. На страницах соседствовали зарисовки в пару быстрых штрихов с гипер-реалистичными изображениями.       Каждый разворот был настолько заполнен рисунками и информацией, что Мире приходилось тратить минут по 5 на то чтобы рассмотреть всё. И несмотря на это ей казалось, что она много всего упускает из виду. В эти страницы она могла бы всматриваться вечно.       Техника Альбедо была безупречной. Он одинаково хорошо владел и карандашами и красками и еще дюжиной других инструментов для творчества.       “Не зря его называют гением”, подумала Мира, вглядываясь в детали очередного наброска. “Мне нужно еще десятки лет усердно работать, чтобы хотя бы приблизиться к его уровню мастерства”.       В какой то момент она стала замечать увеличивающееся число портретов Люмин. Улыбка, смех, грусть, злость - казалось Альбедо стремился запечатлеть как можно больше всевозможных эмоций путешественницы. И чем дальше Мира листала скетчбук, тем больше ловила себя на мысли, что каждый новый портрет Люмин выполнен с еще большей любовью чем прежний. Рисунки были насквозь пропитаны яркими чувствами и это бросалось в глаза.       Сердце девушки больно кольнуло и она с грустью подумала: “Неужели он влюблён в неё? Хотелось бы верить, что я всё выдумываю. Может путешественница просто является его музой...”.       Далее стали попадаться наброски изображающие Альбедо вместе с Люмин. Некоторые походили на зарисовки реальных событий, а некоторое изображали пару в экстравагантных нарядах и неведомых антуражах. Чувствовалось, что художник думает только об этой девушке и вкладывает много сил и эмоций в каждую иллюстрацию.       К моменту когда Мира закончила листать скетчбук, она чувствовала себя разбитой. Сомнений уже не оставалось, сердце Альбедо принадлежало Люмин.       “Не удивительно. Великие люди выбирают себе пару под стать. О, архонты, я была так глупа и наивна! О чём я только думала? У меня никогда не было шанса…”, пронеслось в голове у девушки.       Стук собственного сердца казался ей оглушительным, щеки стали пунцовыми, а на глазах невольно навернулись горькие слезы. Собрав остатки самообладания и сделав глубокий вдох, Мира титаническим усилием подавила импульсивное желание тотчас вскочить и убежать в слезах куда глаза глядят.       “Держись, тряпка. Не хватало только опозориться перед любовью всей своей жизни”, повторяла она себе продолжая сжимать в ладонях скетчбук алхимика.       Ей казалось, что время остановилось, а мир вокруг в одночасье рухнул. Все ее мечты обратились прахом, а сердце разбилось на миллион хрустальных осколков. Она чувствовала себя потерянной и отвергнутой, хотя по факту ей никто и слова не сказал.       Из облаков вселенской печали и отчаяния Миру вывел мягкий голос Альбедо: - Это вам.       Девушка вздрогнула от неожиданности, озадаченно заморгала и невольно повернула лицо к молодому человеку. Алхимик протягивал ей открытый скетчбук, целый разворот которого был заполнен зарисовками ее портретов. Мира растерялась, ее глаза округлились от удивления, дыхание перехватило от восторга и она еще сильней покраснела. Слезы горечи, предательски притаившиеся в уголках глаз тотчас сменились на слезы радости. Слегка дрожащими руками она взяла скетчбук, растерянно переводя взгляд то на рисунок, то на улыбающегося парня. - Не сочтите за дерзость. Вы так прелестно выглядели рассматривая мои наброски, что я не удержался от желания сделать несколько зарисовок. И так как мой блокнот был недоступен, я воспользовался вашим.       Альбедо в очередной раз добродушно улыбнулся. - Пусть это будет маленьким подарком и напоминанием о нашей встрече, добавил он.       Мира отвела взгляд, аккуратно прижала рисунок к груди и прошептала сквозь смущение слова искренней благодарности. - Творчество это способ выразить наши чувства и эмоции, мечтательно смотря на небо продолжил Альбедо. - И пусть далеко не всегда мир готов принять и понять нас такими какие мы есть, можно выплеснуть частичку нашей души на холст или бумагу. Не стоит держать всё в себе. Именно картины созданные в творческом порыве вызванном искренними эмоциями получают широкий отклик у публики и становятся настоящими шедеврами. А главное, помогают художнику осознать и принять свою глубочайшую сущность.       Он немного помолчал, а затем продолжил с еще более нежным и успокаивающим голосом: - Рано или поздно найдется тот самый человек, который проникнется вашим творчеством и влюбиться в ваш внутренний мир.       Мира замерла, слова утешения произнесенные Альбедо эхом откликнулись во всех уголках ее души. Несмотря на то, что глубоко внутри всё еще царили грусть и печаль, а сердце больно покалывало, девушка почувствовала прилив сил и уверенности. В тот самый момент для себя она решила, что продолжит творить и совершенствоваться в любимом деле. Сильные эмоции отличный источник энергии. Каждая, не взирая на происхождение, прекрасна и несет большой потенциал и вдохновения для творческой души. Время и жизнь расставят все по своим местам. А пока юной художнице предстоит пройти нелегкий путь.       Улыбнувшись в ответ, Мира поблагодарив Альбедо за теплые слова. Попрощавшись, крепко прижимая блокнот, девушка медленно пошла в сторону заката. Настало время положить начало своему собственному пути.