Красные и густые волосы

Эшли нравилось на корабле капитана Багги. Багги ему вообще нравился — капитаном он был так себе, хотя с какой стороны посмотреть, но самому Эшли вполне нравилось. А что? Ели всегда до отвала, была хорошая тёплая комната — отдельная для единственного юнги! — одежда хорошего качества, они плывут по морю в поисках приключений. Всего-то и надо, что работу свою вовремя делать, а в остальное время всегда можно послушать байки других или к самому капитану прийти. Тот много знает, всегда может что-то эдакое рассказать или даже показать. Раньше его звали Шаном и он сводил концы с концами. Жил Шан на улице между двумя домами и зарабатывал на том, что грабил и крал. Вспоминая то время, он только и может, что радоваться — те времена закончились, он теперь не голодает, спит в тепле и хорошей одежде. Эшли не глупый, старается быстро ко всему привыкнуть. Сказал Капитан Багги, что теперь у него другое имя, значит будет другое имя, не велика беда. Хотя, конечно, это ему только в самом начале так казалось, а вот капитан Багги иногда говорит очень важное: — Имя — это всё, что у тебя есть, когда ты становишься пиратом, — скривил тот губы, когда Эшли спросил, почему капитан Багги решил дать ему другое имя. — Забрать имя у пирата намного хуже, чем убить его, потому что он теряет всё. Гордость, успех, уважение, удачу. Но ты не был пиратом — пацан из подворотни, таких как ты куча, думаешь, особенный? И звать тебя было никак и был ты никем, а на моём корабле таких неудачников не будет. Я дал тебе не только имя — я, считай, не просто твой капитан, а мать, отец, брат и сват в добавок. Отнесись к этому с уважением и если когда-нибудь, когда-нибудь я узнаю, что ты решил это имя сменить — собственными руками удушу, ты меня понял, Эшли? Эшли тут же закивал. Значит, имя для пиратов было очень важным и так просто от него отречься было нельзя. На суше были совершенно другие законы и он был очень благодарен, что капитан Багги рассказал об этом. На суше у него каждый час могло меняться имя. Его настоящего имени вообще никто не знал — чем меньше о тебе знают, тем лучше. Он и капитану Багги сказал только потому, что тот сказал про отца Шана, а Шан ничего про отца никогда не слышал. А вот в море совершенно иначе — пираты должны были быть известными и имена их тоже. Капитан Багги так и сказал — лучше уж умереть, чем отречься от своего имени — и Эшли мгновенно запомнил. С именами были связаны договоры, обещания, правила, деньги, связи. Имя — важная часть всего этого. — Это только кажется, что вы один раз встретились в одном море и больше никогда друг друга не увидите, — сплюнул капитан Багги за борт. — Ага, как же. Потом ещё лет двадцать будете мозолить друг другу глаза. Эшли кивнул, слушая и запоминая, слушая и запоминая. Он знал — капитан Багги не просто так это говорит именно при нём, а потому не собирался подводить и позорить того человека, который дал ему дом. Шумный, громкий, напоминающий цирк, но дом. Здесь все звали друг друга накама и стояли в штормах горой, никто никого не смел обижать и все беспрекословно слушались капитана Багги. Когда он поднимался на борт, то это было странно — человек пять осталось в баре и их бросили. — То были новенькие, — рассмеялся капитан на его беспокойный вопрос. — Они ещё не поняли пиратской жизни. Эшли пока тоже не понимал, но старался. У капитана Багги были свои правила и он старался их понять. Если бы они были где-то написаны или если бы кто-то их ему рассказал, было бы намного проще, но приходилось внимательно слушать, запоминать и делать выводы. — Слушай и думай, — кивнул ему капитан Багги, когда он решил что-то уточнить. Капитан Багги вообще был очень умным. Он разрешал Эшли помогать в лаборатории и наблюдать, делясь важными знаниями. Пока ещё ему ничего не доверяли, но оно и понятно, зато разрешали смотреть и делать выводы. Хотя, конечно, Эшли было интересно, почему его приняли на корабль — из-за отца? Он так и спросил. — Капитан Багги, а вы меня на корабль взяли, потому что я на своего отца похож? Вопросы вообще приветствовались на корабле. Капитан особенно любил, когда его спрашивали и называли капитаном — он был из тех, кто любит лесть и похвалу, но Эшли знал — такой умный человек так просто на слова явно не поведётся. На конкретно этот вопрос он скривился. — Да если бы ты был на своего отца похож, я бы застрелил тебя и закопал на том же острове, — поморщился Багги. — Если бы мне потом от него же не досталось. — Багги чуть нахмурился, сверля его глазами. Эшли тут же плавно выпрямился, — Я тебя не потому взял. Хотя и это тоже, — тот закрутил головой, явно пытаясь получше сформулировать. — Если бы ты был похож на своего отца, я бы просто связался с ним и отправил тебя к нему. А так решил юнгой взять. Вроде бы и не бросал, а даже под свой присмотр взял? Такие отродья пиратов, как ты, всегда могут нанести удар под дых и если бы я тебя оставил, а потом бы это вскрылось, думаешь, мне бы самому не досталось? Твоя судьба была решена в тот момент, как только мы встретились — на том острове ты бы никогда не остался. Эшли задумчиво кивнул. Он понял, в каком-то смысле. — А вы мне не скажете, кто мой?.. Багги так скривился, что Эшли даже не решился вопрос закончить. — Ты юнга на моём корабле, — в грудь впилось дуло пистолета. Эшли, на удивление, было не так страшно, как должно было быть. Наверное, это потому что капитан Багги не хотел его убивать, пистолетом он часто указывал на кого-то или что-то. — А я твой капитан. Понял? — Понял, — кивнул Эшли. Капитан на корабле был намного более важной персоной, чем чья-то там мать или отец, даже если этот отец тоже был каким-то пиратом. Эшли было интересно, но капитан Багги был гораздо важнее этого интереса. Спустя неделю плавания на корабле ему перекрасили волосы. Ну, не совсем — заставили в лимонной кислоте поддержать, а потом на солнце, чтобы цвет ушёл. Эйн никогда не знал, что так можно изменить цвет и структуру волос, а вот капитан Багги ему рассказал и заставил сделать. — Если твои волосы покрасить в тёмный оттенок, — стал учить тот, сидя рядом с сигаретой, пока Эшли старался не чесать голову. — То ничего в сущности не поменяется. Как и светлый оттенок — твоя краснота начнёт пробиваться изнутри. Смысла никакого не будет. Поэтому — лимон. Он разъест твои волосы, да, но новые всегда могут отрасти, а те, что уже в твоей длине, тебя не выдадут. Главное на корни не пускать, а то потом могут быть проблемы. А, так вот зачем они сначала пакет продырявили и на голову нацепили. Эйн закивал. — Волосы у меня от отца? — только и спросил он тогда. — Не задавать глупых вопрос! — рявкнул капитан. Эшли отпрянул от крика — до того тот оказался неожиданным. Хотя, да, если так подумать, вопрос действительно был глупым, его же именно по волосам узнали. И ещё как-то проверили, но Эшли честно так и не понял, как именно. Бумага ещё эта странная двигалась. — У тебя вообще всё, кроме мозгов, конечно, от этой сутулой собаки, — заворчал тот, скрывшись в каюте. — Можешь смывать эту хрень! Значит лицом он тоже в отца пошёл. А вот про мозги Эшли не совсем понял, но спрашивать не решался, капитана Багги любое упоминание об отце чуть на тот свет не отправляло — он так кривился, словно ему не один лимон, а целый килограмм в рот против воли запихнули. — Капитан Багги, а что вы делаете? — спрашивал Эшли в лаборатории и ему отвечали, рассказывая про химию. — Капитан Багги, а вы научите меня читать? — спросил Эшли через два часа, стоя с химической таблицей и учебником высших реакций. Капитан резко заткнулся и впился в него глазами. — Ага, как же, делать мне больше нечего! — закричал тот. — Модзи! — его схватили за рубаху отделившейся кистью, потянув на верхнюю палубу, — Чтобы через неделю этот сопляк читал быстрее меня или кто-то останется без выпивки! Модзи Эшли тоже нравился. Хотя капитан Багги, несомненно, занимал первое место. Ну, это неудивительно — капитан же. Читать, правда, Эшли действительно научился быстро, но не через неделю. Багги проверил на скорость, потом — на содержание — и вручил какие-то книги, наказав читать и познавать мир, а ему, Великому Капитану Багги, не мешать и не трогать по пустякам. Хотя Эшли знал — если у него будут вопросы, то капитан Багги только и будет рад, что ответить. Этот человек ну совсем не умел прятать тот факт, что ему нравилось что-то кому-то рассказывать и что-то кому-то объяснять. Так что Эшли подходил и спрашивал, а капитан Багги ворчал, но отвечал, всегда подробно и интересно — только и делай, что слушай да запоминай. А ещё капитан Багги мог повторять по тридцать раз одно и то же, но жутко это не любил — «Я что, попугай что ли?!», но если Эшли не понимал, то капитан всё равно, крича то и дело возмущения, повторял и пытался объяснить. Как правильно жить на корабле. Как читать, писать. Как работать. Как жить. Как быть пиратом. Всё это было так интересно, что Эшли иногда думал, что попал в совершенно другой мир. И, задумавшись, кивал своим мыслям — мир моря был ну совершенно другим, но не менее интересным. Сейчас он был только юнгой, конечно, многое не знал, но капитан Багги всегда рад рассказать и показать, а там, когда Эшли вырастет, может быть, он станет прямо как капитан Багги! У него тоже будет свой корабль, будет своя команда, он будет бороздить моря самого Гранд Лайна! Или даже Нового Света! За него дадут большую награду, может даже больше, чем у капитана Багги! Хотя капитан Багги и был таким умным и сильным, награда у него была не такая высокая, пятнадцать миллионов. — Самое то, чтобы дозорные не гонялись, — усмехнулся тот на первые вопрос о наградах. — В этом море у меня четвёртая по величине награда, но это спокойное море! Самая большая — Арлонг, двадцать миллионов, но он рыбочеловек и до самого Ист Блю у него награды не было. Сейчас занял свою территорию и не то чтобы пиратствует, так, захватил власть. Ему только из-за этого награду и дали. Потом идёт Дон Грейг, так себе, если честно — имеет кучу кораблей, но не умеет ими управлять. — Не умеет управлять? — ухватился Эшли. — Но у него же их много. — Много — не всегда хорошо, — усмехнулся Багги на вопрос. — Скажи — моя команда хорошая, да? — Да, — кивнул Эшли на вопрос. Команда капитана Багги ему нравилась. — А почему? Эшли моргнул. Ему нравилась команда Багги, потому что все были добры к нему. Капитан усмехнулся на молчание и Эшли почувствовал, как краснеют щеки — пусть он ничего и не сказал, но его мысли читали словно открытую книгу. — Команда хороша, когда на борту дисциплина соблюдается. Тогда нет мятежей, а, значит, команда и шторм переживёт, и в голодовку друг друга не зарежет. А общие горести только сближают. Ну, и выпивка с вечеринкой, конечно, — на последнее тот закатил глаза. — Значит у Дон Крейга дисциплины нет? Или он плохой капитан и не может поддерживать её? — Верно мыслишь. — кивнул капитан. — Крейг с большой наградой потому, что у него много людей. Я знаю, он их набирает для путешествия на Гранд Лайн. Но что толку от такой толпы, если каждую неделю они по трупу с палубы кидают в море? Он поддерживает дисциплину угрозами смерти, демонстрирует таким образом свою власть. А что думают о нём его люди, а, Эшли? Люди капитана Багги любят капитана Багги. А вот подчинённые капитана Крейга явно бы сами убили своего капитана. Если бы могли, конечно. — Если я попаду в тюрягу — ведь за мою голову награда же — мои люди будут горевать. Может, попытаются спасти. Но! Найди они другого хорошего капитана — мою замену — пошли бы дальше. Это правильно, это законы моря. Потому что команда без капитана долго в море не продержится, начнётся борьба за власть. Ты мал, за власть в таком случае не борись, лучше заранее присмотрись к кандидатам. — А у вас есть кандидаты на примере? — тихо спросил Эшли. Багги усмехнулся. — Нет. Ведь если нет кандидатов, то остаётся только один вариант — спасать капитана. Эшли широко раскрыл глаза на такую мудрость. — Кхм, так вот, Крейг… награда большая, потому что людей много, но люди его спасать в случае чего не будут. Может быть у него есть пара козырей в рукаве, — скривился капитан на последнем. — Как-то же он набрал первых людей? Но долго такая команда не протянет. Распадётся быстро. Третье место в этом море занимает капитан Куро. — Капитан Куро? — нахмурился Эшли. — Но, капитан, разве он не умер два года назад? — Нет, — ухмыльнулся Багги. Эшли смотрел, пытаясь запомнить каждое слово. — Его команда до сих пор бродит по морям тихого моря, верно? Нового капитана не назначили, верно? Эшли задумался. Кивнул, соглашаясь. — Значит Куро жив, но прячется, явно что-то задумал. Что — не важно, важно то, что жив. Вот его нашей команде опасаться стоит, они посильнее будут. В отличие от Арлонга, что сидит на одном острове, который наш корабль избегает, и Дон Крейга, которого тоже легко обойти, если следить за его набегами… когда и где окажется корабль капитана Куро — трудно сказать. Если случится стычка, нам не сдобровать. В этом случае ты должен спрятаться у себя в комнате, понял? И чтобы духу твоего на палубе в это время не было, ясно? Эшли кивнул. — После меня идут награды старпомов, Гина и Джанго. Команды ты знаешь. Потом Хигумо — разбойник, с ним мы вряд ли встретимся, он в стране Рассвета, а туда плыть не стоит, много дозорных, остров богатый. Рыжая Дадан где-то там же, точного места не знаю, но она не пират. Сям Бути — один из пиратов Куро. И, наконец, Альвида. На последнем имени он скривился. — Вот она действительно соперник. Не смотри, что награда маленькая, и что женщина. Эшли, в море нет женщин, ты меня понял? Эшли кивнул. — В море нет женщин, — повторил тот странным тоном. — Даже если у неё сиськи и пизда вместо члена — это не женщина. Альвида только выглядит также, но она не женщина, она капитан. У неё команда, у неё тоже связи, у неё тоже мозги. Она со мной больше десяти лет пиратствует в этих водах и мы ни разу не встретились не потому, что я её избегаю, а потому что она меня избегает. Потому что я сильнее, на её взгляд, потому что моя команда больше. У неё команда из простых бандитов, ничего особенного, но! Она явно хороший капитан. Эшли медленно кивнул, запоминая. Капитан Багги был действительно очень умным человеком. Эшли повезло попасть на его корабль, повезло получить такие ценные и важные знания. Капитан Багги был Великим Пиратом, который однажды точно станет Королём пиратов.