Моё любимое солнышко

      На улице был тёплый солнечный осенний денёк. Я сижу на скамейке в скверике неподалёку от моей студии. Жду человека, который значит для меня больше, чем я сам для себя. Я часто называю его коротко и ласково — Эми. Ещё мне нравится назвать его Эмилька. Полное его имя — Эмильен. Он был моим другом. По крайней мере, он так считал. Но для меня всё было иначе. Я давно понял и с трудом принял то, что он симпатичен мне как парень. Но сказать я ему об этом боялся. Боялся, что он не поймёт меня, отвергнет мои чувства, прогонит, высмеет. Боялся, что своими признаниями я разрушу нашу с ним дружбу и потеряю его навсегда. Поэтому предпочитаю прятать свою любовь в самом дальнем и укромном уголке своей души. Сегодня я назначил ему встречу в этом сквере. Потому что очень хочу его увидеть. Побыть с ним только вдвоём, где-нибудь подальше от всей суеты. Неделю назад мы с ним помирились после ссоры длинною в один год и пять месяцев. Всё это время я сходил с ума от того, что причинил настолько сильную боль его и без того ранимой душе, от того, что не знал, как нему подступиться, как поговорить с ним, что сказать. И что самое главное, мне очень часто не давали этого сделать.       Совсем недавно я убрал всех лихих людей со своего пути и решился попробовать. Съёмки телепередачи с нашим совместным участием здорово помогли нам помириться. Никто из нас из-за личных обид и амбиций не стал больше сливаться. Мы прекратили избегать друг друга. По долгу съёмки нам приходилось общаться. Мы скрывали свои проблемы, как могли, чтобы ничего не испортить и не вылететь из шоу раньше времени. А в один прекрасный вечер после трудных съёмок я зашёл в кафе, чтобы что-нибудь перекусить, и за одним из столиков увидел его…       Эмиль пил кофе и ел булочку. Я застыл на месте, любуясь им издалека. Парень сделал глоток кофе из чашки, вынул телефон из кармана и стал что-то там проверять. Меня совсем не замечал. Лицо его было таким серьёзным. Спустя минуту, он всё ещё продолжал клацать свой мобильник, и я заметил, что он улыбнулся, показывая очаровательные ямочки на щеках, а затем потеребил рукой свои густые кудрявые волосы. Эми, должно быть, листая ленту новостей в одной из социальных сетей, увидел в ней то, что его обрадовало или рассмешило. Моё сердце трепетно забилось в груди, и я не вытерпел. И, наконец, решил подойти к нему. И будь что будет. Больше оставаться в стороне я не мог. Я должен был сделать шаг. Мне надо было поговорить с ним, попросить прощения за то, что я сотворил. Молчать было невыносимо. И спокойно жить тоже. А сейчас, в такой спокойной и непринуждённой обстановке, с приятной музыкой и множеством людей в кафе вокруг, это будет в самый раз.       Больше ни о чём не думая я подошёл к нему, поздоровался и попросился присесть рядом. Конечно, я ожидал всякого: того, что он даже не посмотрит в мою сторону, будет возмущаться, ругаться, материться, прогонит меня или молча встанет и уйдёт сам. Но ничего из этого всего не последовало. Он спокойно поздоровался в ответ и разрешил мне присесть. И даже спросил, как у меня дела! Мне просто не верилось во всё происходящее! Это совсем не было похоже на Эми! Он всегда был шебутной и временами вспыльчивый, а тут…       Однако в данной ситуации такое его поведение было нам обоим только на руку. Я ответил ему, что у меня всё в норме и подозвал к себе официанта. Заказал бисквитное пирожное и чашечку горячего кофе. Эмиль, ещё раз улыбнувшись, продолжил залипать в телефоне. Я не знал, как его отвлечь и с чего начать разговор, поэтому решил завести речь о съёмках шоу. А потом, слово за слово, я перешёл к делу. Эмилька, наконец, отложил телефон в сторону и высказал своё мнение относительно всего происходящего между нами. И вот так, за чашечкой кофе, спокойно, не считая моментов, которые были слегка на повышенных тонах, мы более часа говорили с ним, всё обсудили и пришли к правильному выводу. Но самое главное для меня было то, что Эми простил меня и даже разрешил себя обнять. Спустя такое долгое время, я вновь почувствовал его тепло, такой родной запах его кожи и волос. Я бы обнимал его целую вечность! Но нам нужно было уходить из кафе. С этого момента у нас с Эмилькой постепенно начало всё налаживаться и входить в прежнее русло.       Я попросил его вернуться в мою команду, но три дня он упирался и находился в раздумьях. Ему хотелось развиваться самостоятельно на новом канале и не зависеть от меня. Но под натиском и уговорами наших ребят, наших друзей, которые были так рады нашему воссоединению и желали вновь видеть его в команде, он не выдержал и согласился.       Вчера мы с ним обсудили интересную идею для нашего нового совместного ролика, в котором наши с ним поклонники узнают, что мы снова вместе. А сегодня я жду его здесь, на скамейке в скверике. Я ожидаю Эмильку уже около получаса. Нет, он не задерживается, просто я пришёл раньше. Мне надоело сидеть, и я решил пройтись по аллейке туда-сюда. С неба светило яркое солнце, было тепло. А при упоминании его имени стало совсем жарко.       Нарезая очередной круг по аллеям скверика, я наконец-то увидел такую до боли знакомую фигуру, которая приближалась ко мне. — Эмилька! — рванул я к нему навстречу, набросившись на него со своими объятиями, буквально сгребая его в охапку и прижимая к себе. — Ну, слава богу! Я тебя уже заждался. — Я что, опоздал? — Усмехнулся паренёк. — Нет, это я рано пришёл, — пояснял я ему, уткнувшись носом в кудрявую макушку. — Боялся, что не успею. Я так соскучился по тебе. — Что с тобой, Дим? — недоумевал Эмиль. — Мы же с тобой только три часа назад виделись. — Ну и что, — втянул я его приятный запах во все лёгкие. — Я уже успел соскучиться. — И я, — сказал Эми, обдавая своим тёплым дыханием мою шею. — Я тоже скучал по тебе. Какая красота! — Оглянулся он вокруг и улыбнулся. — Все деревья золотистые, небо голубое, солнце лучистое. А на земле -то какие огромные кучи листьев лежат! Птички щебечут. Прямо как в сказке. — Да, — усмехнулся я. — Здесь очень красиво. Люблю осень. Только когда дождей нет, когда вот так вот тепло и ясно.       Я отпустил Эмиля из своих объятий, подошёл к дереву, взял из-под него ворох кленовых листьев и подбросил их вверх. — Ну как же классно! — расплывшись в улыбке восклицал я и, расставив руки, закружился под фейерверком из падающих на меня листьев. — Иди ко мне! — Потянул я стоящего рядом со мной Эми за руку, и ещё раз подбросил листья вверх. — Ну скажи, что классно! Правда ведь?! — Хохотал я. — Правда, — улыбался Эмиль. — Очень классно. Мне нравится.       Я не успел опомниться, как от него мне прямо в лицо прилетела кучка листьев. Рассыпалась по плечам и попала за воротник ветровки. — Ах ты ж засранец мелкий! — выпалил я и засмеялся, стряхивая с себя листья. — Сейчас ты у меня схлопочешь! — А ты догони сначала, — ехидно улыбнулся Эмиль, убегая от меня наутёк. — Догоню и не сомневайся! — помчался я за ним вслед.       На ходу я сгрёб с одной из лавочек листья и бросил их в Эмиля. Он, заливаясь смехом, в ответ проделал тоже самое. Мы бегали друг за другом по скверику, бросались листьями, веселились и дурачились, словно маленькие дети. Нам было всё ни почём.       Эмиль завалился в огромную кучу листьев, которую по всей видимости, намёл дворник, убирая этот сквер. А я упал рядом с ним. Мы лежали пытаясь отдышаться. — Давно я не чувствовал себя таким счастливым, — улыбнулся Эмиль. — Аналогично, — усмехнулся я. И, сам не понимая того, мягко прижался своим виском к его и накрыл его руку своей ладонью. — Я так устал за тобой гоняться.       И, к моему большому удивлению, парнишка не отодвинулся от меня. Эмиль взял меня за руку переплетая пальцы. — А давай, сфотографируемся на память, — предложил он. — Давай. — согласился я.       Эми тот час же вынул свой мобильник из кармана и принялся делать фотографии с разных ракурсов. При этом не отпуская моей руки. Нащёлкав нас от души он спрятал телефон обратно. — Посмотри какое солнце красивое, — сказал Эмилька, глядя в голубые небеса на оранжево-жёлтый диск солнца мерцающий за кронами деревьев. — Очень красивое, — невольно выдал я. — Но ты красивее. Ты ж моё солнышко.       Эмилька ведь и правда был такое солнышко. Карие глаза, тёмные кудрявые волосы, смуглое личико. Весёлый и яркий. Радостный. Как же хорошо, что он вновь светится. А ведь ещё совсем недавно я простить себе не мог, что погасил его собственноручно. — Что? — повернувшись ко мне лицом и округлив глаза от недоумения спросил он. — Что ты сказал? — облизнул он языком свои, очевидно, пересохшие от волнения алые пухлые губы, которые так и манили их поцеловать. — Я сказал, что ты моё солнышко, — пытаясь сохранить спокойствие ответил я.       Сердце чуть-ли не выскакивало из моей грудной клетки. По коже бегали мурашки, всё моё тело было словно ватное и не слушалось меня. Я ещё раз посмотрел на его пухлые губы и, сглотнув образовавшийся ком в горле, ласково накрыл их своими, зажмурив глаза, ожидая удара за это или грандиозного скандала. Но вместо всего этого получил ответ на свой поцелуй. Я не мог поверить в это! Мне казалось, что я нахожусь в каком-то романтическом сне! А его губы! О боги! Какие же они были мягкие и такие сладкие на вкус! Мне хотелось целовать их целую вечность! — Что это было? — разорвал наш поцелуй Эмилька. — Я поцеловал тебя, а ты ответил мне, — объяснил я. — Я люблю тебя, Эми.       Я увидел, что из красивых глубоких карих глаз напротив, по смуглым щекам тонкими ручейками потекли слёзы. — Эми, что такое? — переполошился я, принимаясь стирать горячие слёзы с его лица своими руками. — Почему ты плачешь? Я что, опять тебя чем-то обидел? Наверное, не стоило мне тебя целовать. — Дим, это я от счастья, — наконец заговорил паренёк. — Я так долго этого ждал. Так долго. — Сколько? — поцеловал я его в лоб. — Почти четыре года, Дим, — всхлипывал Эмиль. — Я так люблю тебя. — О Господи! Какой же я болван! Идиот! Почему я раньше этого никогда не замечал? Какой же я был слепой! — прижимал я Эмильку к себе покрепче. Он тоже обнимал меня. Его щека коснулась моей, а в его груди, я ощущал сильнейшее сердцебиение. — Я ровно столько же боялся тебе в этом признаться. — Сколько ж мы много времени с тобой потеряли, глупые, — пролепетал Эмиль. — Ты мне так нужен, родной. Только ты один. Мой. — Как же я тебя люблю! — поцеловал я его в макушку, потом опять в лоб и в кончик носа. — Ты моё солнышко. Моё любимое солнышко. Я больше тебя никогда не обижу и ни на кого не променяю. Мы теперь всегда-всегда будем вместе.       Я вновь прикоснулся к его губам своими, втягивая его в жаркий поцелуй, который со временем превратился в медленный, томный и такой дурманящий.       Как же хорошо и приятно обнимать и целовать человека, которого любишь больше жизни! Человека, который не один год был рядом с тобой, для которого и ради которого ты сделал столько всего на свете, но не мог сказать ему о своих чувствах! Человека, который для тебя дороже, чем ты сам! Человека, который теперь является частью твоей жизни!       Эми стал для меня тем самым недостающим кусочком моей жизни-пазла, который был решающим во всём. Теперь я знал, что живу ради кого-то, а не просто так. Меня любят, и я люблю. Теперь у меня есть моё любимое солнышко, и больше мне ничего для счастья и не нужно.