Falling in

Чонгук уже шёл нам навстречу, пока Юнги, тем временем, лишь садился в автобус. Как только Чон поздоровался с нами, то сразу же начал возмущаться на парня в телефон. —Юнги, ты серьёзно опять проспал?! Я же тебя просил пораньше встать, ну! Это же не каждую субботу такое! Разве так сложно?! —Ну забыл я поставить будильник, забыл… И что теперь? Вы все на меня гнать будете? Хорошо, что вообще проснулся… —Чтобы ты понимал, это последний раз я тебе такое прощаю! —Ой, я тебя прошу, какой там последний? – Он чуть не засмеялся. —Да, Юнги, последний! —Ой, кстати, Гук, а где Юнши? – Внезапно спросил Хосок. —Юнши? А-а… Он к Тэхёну пошёл. Они там уже ждут нас. —Кто-кто? Этот пиздюк чё, тоже приехал? – Юнги говорил так, будто бы в автобусе никого не было… Да и на видео хорошо заметно, что рядом с ним сидит пожилая женщина. —Юнги-хён, и не стыдно тебе так при чужих людях разговаривать? – Сказал я. —Да мне вообще похуй. В этот момент женщина посмотрела на него косым взглядом. Мы с ребятами начали смеяться с этого. Жаль только, что интернета у Юнги было почти ничего. Он сказал нам, что решил потратить часть своей зарплаты специально для этого звонка. Ну разве он не хороший друг? Почему-то он совсем не похож на остальных… Вроде бы и грубый, но хороший. К дому Чонгука было недалеко. Мы выключили звонок и ребята стали разговаривать между собой. Меня они не втягивали, потому что я был слишком погружён в эту окружающую среду. Здесь и правда было очень красиво. Мы шли по лесной тропинке, по бокам которой было много разных и ярких трав. Высоко на ветвях деревьев продолжали петь птицы. Солнце еле-еле пробивалось сквозь листья и согревало землю, а с ней и мою душу. Хочу побывать здесь весной… Полежать на зелёной-зелёной траве, вдыхая ностальгический весенний запах. Говорят, что в деревне после дождя он очень насыщенный и приятный. Я бы очень хотел его почувствовать, но, увы, дождя тут уже несколько дней не было. Повезёт в следующий раз. Я наслаждался этими мгновениями до тех пор, пока мы не начали подходить к пункту назначения. У какого-то дома (вероятно, это дом Чонгука) нас уже ждало четверо парней, один из которых был Юнши. Они о чём-то говорили и громко смеялись, но вдруг он решил повернуть голову к нам… Походу, именно ко мне, потому что издалека я почувствовал на себе этот его мерзкий взгляд… От этого чувства у меня даже пропало желание осматривать улицу и её природные прелести. Я просто шёл и смотрел себе под ноги, пока мы не дошли к ним. —Чимин! Я так скучал по тебе! – Юнши приблизился ко мне критически близко и хотел обнять. Я чуть не закричал от такой близости, но Хосок стал моим спасителем. Он выставил передо мной руку, не давая тому подойти вплотную. Парень, почему-то, удивился, а мне стало легче. —Ну Хо, ты чего? Я же не тебя обнять хотел, а своего лучшего друга! «Да что ты говоришь! Лучший друг!» —Юн, он не твой лучший друг. Не подходи к нему. Меня переполняла злость от слов: «он мой лучший друг», и по мне это было очень хорошо видно. Хосок тоже источал агрессию. Остальные ребята, которых я не знал, не были сильно шокированы. Мне наоборот кажется, что они просто привыкли к спорам Юнши и Хосока. —Хён… Это правда, Чимин вообще не тактильный, не нужно так делать. – Помог нам и Чонгук. —Я понимаю, но мы с ним знакомы уже долгое время. Для старых друзей же не так сложно взять и обняться? Тем более, мы не виделись с тобой так давно, Чимин… —Погоди-погоди… Ты, наверное, не понял, но ты мне не друг, и я знаю тебя относительно недолго. —Я тебе не друг? Почему? Я думал, что мы подружились с тобой после той встречи… «Какой, чёрт возьми, встречи? Когда ты мне подножку поставил и в квартиру без спроса вошёл?!» Я не буду говорить об этом сейчас. —Мы знакомы только пять дней! О какой встрече ты вообще говоришь?! —Так, а ну не ссорьтесь! Дайте нам сначала представиться, а потом сритесь хоть до вечера. Этот парень нас заткнул и представился, как ни в чём не бывало. В общем, не будем о плохом и о Юнши. Его зовут Тэхён, следом за ним отчитались и Намджун с Сокджином. У всех троих (и Юнши) была одинаковая фамилия – Ким… Как иронично. Я не хотел уточнять у них, знают ли они о выходках Юнши. Вдруг это вообще было только между Юнги и Хосоком? Возможно, об этом вообще знают только эти двое. Не буду исключать. Их реакция вполне нормальная, зачем портить человеку репутацию и говорить о его поступках всем близким? Тем более, его уже наказали за содеянное. Мне остаётся лишь надеяться, что он усвоил этот урок и сейчас просто пытается подружиться со мной. Да, у него странные способы, но вдруг он хороший? Только одно не выходит у меня из головы… «Откуда он знает моё имя?» – Этот вопрос разнёсся эхом в моей голове. Мы вошли в дом. Чонгук решил познакомить меня со своими «владениями», пока Тэхён сопровождал остальных на кухню. Дома никого не было: родители оставили дом на Чона и уехали по своим делам. Частный деревенский дом действительно очень отличался от обычной квартиры в столице. В нём, к примеру, не было газового отопления, вместо него была кирпичная печь. Здесь она обложена серой плиткой. При чём наверху я заметил что-то очень похожее на спальник и подушку… Я спросил об этом Гука, и он сказал, что спит там зимой, когда холодно. «Это вообще удобно?...» – Я начал удивляться сельским людям. Во всех комнатах было много мебели из прошлого столетия, но это только добавляло уюта и эстетичности. Я словно в музей попал, когда Чон показал мне комнату своих родителей: тут висят разные картины неизвестных художников; был стеллаж с семейными фотками; на одной из стен находится такой же ковёр, как на полу. Единственное, что делало комнату современной – это плазменный телевизор. Интересно, у Юнги дома такая же атмосфера? А как его комната выглядит? У Чонгука вполне содержанный дом, бедно не выглядит даже с кирпичной печью. А вот Юнги считает каждую свою монеточку… По словам ребят его семья малообеспеченная. Как у него живётся? Как он себя там вообще чувствует? А вот личная комната Чона очень даже неплохая: на стенах, почти как у меня, висели постеры из аниме и игр. Есть большая и мягкая кровать прямо у окна. Представляю себе: когда ты просыпаешься после ночи, полной приятных снов, солнечные лучи нежно окутывают и согревают твоё лицо… Так же здесь всё было в любимых цветах и оттенках Чонгука: пурпурных, белых и фиолетовых. Я тоже люблю фиолетовый, поэтому мне здесь было очень комфортно. Я уже просто не мог дождаться до вручения подарка. Сюда очень подойдёт лазерный проектор, который освещает комнату так, будто рисует облака на стенах. Вот только Юнги нас немного подвёл с этим… Над рабочим столом я заметил полароиды на ниточке. На тех фотках были он, Юнги, Хосок, Тэхён, Намджун и Сокджин, и только на одном снимке я заметил Юнши. Точнее, не одного Юнши, а вместе с Хосоком и Юнги. Они не выглядели расстроенными или злыми, не похоже было, что они вообще держат обиду на него. Значит, это фото было сделано до «того случая»? Да и на всех этих фотках им было около 14-16 лет. Очень вероятно, что они ещё дружили тогда. На фотках была ночь, все были одеты так же, как на предыдущих снимках… Получается, снималось это всё тоже в одну и ту самую ночь. Если представить меня в то время, то я просто сидел и, вероятно, слушал музыку или делал уроки. Ничего интересного тогда со мной не происходило. Пока все веселятся и радуются жизни – я сплю и вижу кошмары. Кстати, Чонгук заметил мой интерес к полароидам. —О, а это мы пять лет назад. Вот, это я, тринадцатилетний мини-Чонгук, а Юнги с Джином выглядят, как наши отчим… Блин, не отчимы, а отцы! «Отчимы…? Это нужно уметь так сказать» Мы оба засмеялись с этого. —Прости… Я от Юнги набрался… Эт… этих тупых шуток… – Его смех меня убивал. Он говорил и смеялся после каждых пару слов, так ещё и смех у него был ужасно заразительным. Пока мы с ним смеялись и шутили, уже и Юнги успел прийти. Они с Хо точно защитят меня, если что-то и случится! Все встретили его дружно, и даже Юнши играл роль доброго друга. Всё-таки мы трое собрались, подарили Чонгуку долгожданные подарки и поздравили его с прошедшим днём рождения. Идея запаковать краску для волос и проектор под видом двух огромных чупа-чупсов принадлежала никому другому, как Юнги. Чон очень удивился и долго не мог успокоиться от смеха, видя эти чупа-чупсы. Так само и остальные. Когда он открыл упаковку то, как говорят, «диву дался». Гук сразу понял, что это Юнги предложил так укомплектовать подарки и озадачено на него посмотрел. Всё равно уже было, опоздал он или не опоздал… Даже если опоздает, то своё выполнит и поддержит друзей в беде. Непунктуальный, но верный. Чон очень радовался и прикрывал лицо от смущения. Он очень хотел фиолетовую краску для волос, а о проекторе и мечтать не мог. Мы все снова начали его поздравлять, даже те, кто делал это раньше. Мы все по-очереди его обнимали, а то и вместе. Именно тогда, когда мы все дружно обнялись я почувствовал чужую руку на своей талии. Это Юнши? Что он делает? Зачем? Я оглянулся и это действительно был он. Меня бешено затошнило от понимания того, что прямо сейчас меня трогает человек, который когда-то изнасиловал невинную девушку. Я убрал его руку с себя. Я не впадал в полный дискомфорт только из-за присутствия своих друзей и остальных ребят. Они служили мне антидепрессантом. Кстати, насчёт антидепрессантов… Последние пару дней Юнги стал относиться ко мне намного лучше. Не знаю, но в сравнении с первыми двумя днями он был более агрессивным, чем сейчас. Он даже стал принимать мои приглашения в кафе на большом перерыве. Ему, конечно, ещё стыдно принимать от меня еду за бесплатно, но он, хотя бы, не голодовал по пять часов в день. Я был спокоен, видя, как он наслаждается пищей. С этими мыслями я быстро отпустил свои нервы. После всех поздравлений Чонгук предложил пойти на игровую площадку, так как по утрам там нет орущих детей и было очень тихо. Для них, это было одним из единственных мест, где можно весело провести время. Она было недалеко от дома, просто в противоположной стороне. Там же рядом и был магазинчик, по словам Намджуна. Мы шли и разговаривали, узнавая друг друга больше. Я чувствовал себя так хорошо, что даже не могу передать это чувство словами. Эти моменты ощущаются как ностальгические полароиды Гука. За эти пару минут я много нового узнал о ребятах: Тэхён умеет играть на саксофоне и обожает классику; Намджун любит готовить, как и Джин, но выходит у него это ещё не так хорошо. Зато он очень хорошо учится, прямо как я. Ещё Джун с Тэхёном любят читать, а Тэ ещё и по деревьям мастерски лазит. Юнги рассказывал много того, что уже успел рассказать мне за несколько дней универа. Но для себя я новое тоже узнал. К примеру, как-то раз в детстве он играл со своей младшей сестрой: они бесились и дрались подушками на кровати, а кровать, собственно, находилась у окна. Он очень хотел выиграть, так как они поспорили на что-то больно важное. Но во время финального удара мальчик случайно наступил на краешек штор и сорвал их, вместе с карнизом и куском стены. «—Юнги?... —Ха-ха-ха, я выиграл!» Тем же вечером, с ремнём в руках, мать гналась за ним по всему дому. Мы все вместе с этого смеялись, особенно Юнги. Но… «Ты знаешь обо мне всё, Чимин, я могу тебе ничего не рассказывать» – так мне сказал Юнши. Я старался не обращать на это внимания, но Юнги с Хосоком это тоже бесило. Я шёл возле них, а Юнши при любом удобном случае обязательно подходил ко мне. Самое странное, что и другие на это внимания не обращали… Неужели они верят ему? Господи, нет, я просто придумываю! Мы уже были на площадке. Тэхён вылез на самое высокое дерево и качался на нём, а Чонгук делал сальто на качелях. Намджун с Джином решили пойти в магазин нам за едой, пообещав сегодня меню под названием «гастрит». Пока все веселились, за мной постоянно бегал Юнши… Юнги с Хосоком хорошо знали его, поэтому и без моих объяснений не подпускали его ко мне. Они явно знают больше, чем просто то изнасилование… Конечно, я говорил ребятам, что им не нужно нянчиться со мной, однако они игнорировали меня. Я не мог даже спросить причину такого поведения, потому что Юнши постоянно был возле нас. А если точнее, возле меня. Он ходил с нами и в лесу, и следом по улицам, и в тихой зелёной лужайке был с нами. Кстати, в последней соловьи писали свои собственные стихи. Я бы очень хотел остаться здесь один, насладиться блаженством этого места и послушать пение птиц, но я не мог. Из-за назойливости Юнши мне пришлось сидеть там и с ним, и со своими «охранниками». Мне было очень стыдно перед Юнги и Хо, хоть они меня наоборот успокаивали. Приятно за заботу, но очень стыдно. «Чимин, это не твоя вина! Нам с тобой наоборот прикольно ходить!» – говорят они. Ким пытался со мной поговорить. Я его игнорировал, а Юнги слал его туда, куда он обычно всех посылает. Изначально он спрашивал мой номер телефона, а сейчас ему хотелось знать причину моего бойкота. Он знает причину. Он делает из себя невинного, не ведись. Под вечер все снова собрались на той же площадке. В этот раз она была переполнена людьми разных возрастных категорий: дети, подростки, родители и родители их родителей. Там мы ещё немного посидели, снимая на память Тэхёна, сидящего на верхушке хвои. Отличный, а главное храбрый древолаз. Затем мы решили пойти на другую лужайку. Эта представляла собой просторную местность в лесу, идеально подходящую для кемпинга. Там были заготовки для костра и уже горевший уголь, так же были большие брёвна, на которых можно сидеть. Мы были там недолгое время. Ребята разговаривали, бегали, играли в догонялки, даже я принимал в этом участие! Было очень весело, пока Чонгук, на свою голову, не решил куда-то уйти, сказав: «Эй, Юнги, Хосок, мне нужна ваша помощь!» Я не сразу понял, что тут не так. Через пару секунд до меня дошло, что Юнши может начать ко мне приставать. Конечно же, я испугался. Мои друзья увидели, что я боялся оставаться один и хотели взять меня с собой, но Юнши начал меня останавливать. Гук не знал всей правды, поэтому и сказал, что мне можно остаться с ребятами. Говорил, что я так ещё лучше познакомлюсь с остальными. Паника. Паника. Паника. Паника. Они не хотели оставлять меня одного и старались оттянуть время. Но всему свой конец… Я уверил их, что со мной всё будет хорошо, затем стал сопровождать их грустным взглядом. Другие ребята просто переговаривались между собой и кричали что-то вслед моим друзьям. Когда они совсем скрылись из нашего поля зрения, Юнши решил воспользоваться моментом. —Слушайте, ребят, я хочу с Чимином кое о чём поговорить. Подождёте нас? —Да, конечно! «В смысле? Он про меня? Нет… Я не верю. Пожалуйста, не подходи…» Очень сильная паника. Очень сильная. Он подошёл, посмотрел на меня своими бездушными глазами, погладил по волосам, а затем взял за руку и повёл куда-то в глубь леса. Зачем?... Куда?... Чем дальше он меня вёл, чем больше он молчал, тем страшнее мне становилось. Я весь трясся от этого плохо предчувствия. Наибольше тряслись мои руки, и, мне кажется, что он тоже это чувствует… —Чимин, почему у тебя так трясутся руки? Ты что, боишься меня? —…Пожалуйста, х-хён, не делай со мной ничего… – Я очень боялся быть с ним. —А… Ты поэтому так боишься? Я не собираюсь, Чим. —… —Слушай, посмотри мне в глаза. – Он остановился, остановил меня и взял уже за обе руки. Я чувствовал, как он на меня смотрит. Всё-таки мне пришлось послушаться, потому что было страшно. —Смотри, я не сделаю тебе ничего плохого, обещаю. Видишь? – Он посмотрел на наши руки. – Я не скрестил пальцев. Я клянусь, я не сделаю тебе больно. «Не скрестил пальцы»? Это так глупо… Я всё равно не верил ему, у меня было очень плохое предчувствие. Но я кивнул. —На самом деле, я действительно знаю тебя только несколько дней. Имя я твоё услышал пока ходил за вами в торговом центре. Я не знаю, почему, но с тех пор меня как магнитом тянет к тебе. —… —Ах… Может, ты не понял… В общем, ты мне нравишься. —Я не тупой. Он рассмеялся, пока я выглядел совершенно серьёзно. И напуганно… —Ну так… Ты мне веришь, Чимин-и? «Чимин, Чимин, Чимин, Чимин, Чимин… Сколько можно? Даже родная мама так часто не использовала моё имя в разговорах со мной!» —Я не видел тебя в торговом центре… Ты... точно там был? —Точно ли я там был? Да, Чим, я был там, просто ты не помнишь. Я выбирал себе новую кофту. Что-то я совсем запутался… —Знаешь, зачем я привёл тебя сюда? Я хотел признаться тебе кое в чём, пока не поздно… Да, ты можешь молчать в разговорах, не знаешь, что говорить, выглядишь не очень приятно из-за своих глаз, общаться не можешь так, как все, у тебя мало друзей, тебя, наверное, используют ради денег… Но мне без разницы, ты мне нравишься таким, каким ты есть: красивый или нет, при деньгах или без, странный или нет, есть ли у тебя друзья, или их нет… В общем, я хочу, чтобы ты был моим парнем. Я люблю тебя, Пак Чимин. Если я тебе так нравлюсь, зачем в первую очередь указывать на мои недостатки? Я и без тебя прекрасно о них знаю. Стоп. Насильник? Я что, нравлюсь насильнику? Что-то захотелось уйти, и как можно скорее… Меня сейчас буквально вырвет от его слов и прикосновений. —Я… Не могу ответить тебе тем же. – Я убрал свои руки с его ладоней, но его лицо изменилось до неузнаваемости: он будто бы хотел наорать на меня или дать пощёчину. —И почему же? Что я уже не так сказал? —…Как минимум, когда люди признаются в любви, то не указывают в первую очередь на недостатки… Он ударил меня со всей силы по лицу. —Я на них указываю, потому что ты никому не нужен такой уёбок, понимаешь?! Один я увидел в тебе, таком изгое, искру, больше никто! Ты хоть понимаешь, какой ты шанс упустил?! Я тихо заплакал. Точнее не заплакал… У меня просто начали течь слёзы. Я не мог ему ответить, при всём желании не мог. —Вот скажи, кому ты такой нытик нужен? Кому? —Кому-то… Хоть бы Юнги, или Хосоку. Он схватил меня за волосы и собрался снова ударить.