Глушь ll . Здесь меня нету

      — Он меня встретил два раза, — говорит Соя, а после чувствует, как Риндо сжимает сильнее его руку: ему было чертовски неприятно это слушать, да и Сое было плохо от этих воспоминаний, — я это слышал и чувствовал. Я упал на землю и начал терять сознание. В последний раз я видел его живым, я не знаю, как он умер.       Шериф пристально смотрел на омегу и со всей серьезностью слушал его. Сое пришлось все рассказать, конечно, местами он пропускал всю мистику, но вообще ничего говорить было нельзя.       — Хочешь сказать, что он был жив, когда сделал это с тобой…       — Да, — немного раздражённо ответил он.       — И ты не знаешь причину, по которой он тебя хотел убить?       — Нет.       — Ещё момент: ты сказал, что они вас разделили по разным комнатам, оказавшись с ним один на один, ты смог отбиться и убежал через окно.       — Да, мы с Чифую развязались и попытались сбежать, но у нас не вышло.       — Чифую сказал, что они похитили вас, по словам похитителей, чтобы совершить акт насилия, ты тоже так думаешь или была другая причина? Соя устало прикрывает свои глаза, в висках начало отдаваться сильной болью, а со стороны его альфы вообще послышался тихий рык.       — Что за вопросы такие? — говорит Хайтани.       — Хочу понять: зачем людям захотелось похитить школьников, отвести их в лес, для того, чтобы просто изнасиловать. Это, простите меня, можно сделать в другом месте, не стоило так заморачиваться. Соя чувствовал, как Риндо начинает вскипать, Кавата сильнее хватается за его руку в надежде что он придет в себя. Злость сейчас была лишняя, Сое и так было плохо, а то, что его альфа злится, отдавалось неприязнью с новой силой. Запах гнева альфы — Соя прекрасно его чувствовал. Ещё и этот противный запах, отдающий нотками никотина, резко затошнило — явно организм уже бил тревогу в предстоящей течке.       — Может потому, что они — психи? — предложил версию Риндо, в наглую смотря в глаза шерифу, — эти вещи вы должны спрашивать не у омег, которые были жертвами, а у тех, кому это в голову это вообще пришло.       — Они мертвы.       — Ох, какая жалость, — притворно расстроился Риндо, — надеюсь они горят в аду.       — От них… — Соя поднимает свою голову, — что-то осталось?       — Ты имеешь в виду останки? Их кто-то очень хорошо распотрошил, начиная с оторванной головы. После экспертизы, мне сразу сказали, что эту голову не отгрызли, а оторвали. Неужели ты действительно не видел? Может крики какие-то? Их нашли рядом с тобой.       — Я… не знаю.       — Блять, конечно, — шериф достаёт сигарету и начинает зажигать её, — бесы какие-то, то ли нам маньяка было мало, тут ещё чертовщина какая-то.       — Постойте, — сказал Соя, — вы сказали их нашли рядом со мной?       — Да, обоих. Учтивая тот факт, что ты сказал, что за тобой погнался один. И вот что самое интересное, детки, — он начинает улыбаться, — остатки нашли возле обрыва, но в доме присутствовало очень много крови, именно в той комнате, куда затащили Чифую. Сам омега сказал, что слышал хруст, потом брызнула кровь, а позже он потерял сознание. После, когда пришёл в себя, в бреду побежал прочь оттуда, потому что в доме никого не осталось. Он пережил сильный стресс, поэтому точно не помнит этот момент. Но если верить словам, то прибили одного из них в комнате. Тогда встает вопрос: каким макаром он оказался возле обрыва после? У Сои всплывает в памяти тот момент, когда черный силуэт тащил мёртвое тело к ним. Сое совсем поплохело. Его ноги подкосились и он немного повалился на Риндо, который сразу же подхватил его.       — Соя! — он прижимает омегу к себе, — все, хватит давать показания. Ему нужно вернуться в больницу!       — Хорошо. Риндо уже давно хотел это прекратить, он так и знал, что с Соей в конце непорядок будет. Взяв омегу под руку, они начали возвращаться внутрь.       — Соя, как ты? — с беспокойством спрашивает альфа.       — Голова кругом идёт, — тихо шепчет Кавата. Они поднялись на нужный этаж, но не успели дойти до полоты, как Соя совсем перестал стоять на ногах, и поэтому альфа сажает его на лавочку.       — Эй, — он садится рядом и дотрагивается до лица омежки, — ты совсем побледнел.       — Я так устал, Рин, — тихо говорит он, прильнув лицом к шее альфы, — так больно и страшно вспоминать это. Голова начинает болеть от всех этих воспоминаний.       — Тебя нужно осмотреть, милый.       — Ты вкусно пахнешь… — вдруг говорит он и сильнее зарывается носом в шею альфы. Риндо замирает. Ему ничего не остаётся как сильнее прижать к себе омегу. Сое было плохо, он слабел на глазах, Хайтани уже думал взять омегу на руки и понести к врачу. Но резко в нос ударяет острый запах омеги, его омеги. Соя тем временем сильнее прижимается к нему.       — Соя, — догадался альфа, — твой запах стал сильнее.       — И твой, — на лице омеги появляется слабая улыбка.       — Что мне делать? — не понимает Хайтани, — Соя, мне кажется у тебя течка начинается.       — Мне не больно.       — Это пока…       — Твой запах меня успокаивает, — альфа не уловил момента, когда голос омеги стал ещё более тихим и ласковым, — я знаю, что ты хочешь спросить у меня.       — Я перепугался за тебя, — Рин прикрывает свои веки, чувствуя, как всякий раз губы омеги прикасаются к его шее, когда тот говорил что-то — я слышал голос хозяина леса, неуж-то на вас напали? Соя кивает.       — Да, мы врезались в духа. Я думал, что он нападёт, когда я буду один: он разве не так делает, когда приходит убивать? Ждёт, когда жертва будет одна. Но со мной был брат и мама, я так перепугался за них, он бы их убил.       — Так необдуманно напал на тебя.       — Он оказался слабым, — Соя приподнимает свою голову и смотрит на альфу, приходилось говорить совсем тихо, чтобы прохожие не слышали, — если бы они были бы в сознании и увидели бы духа, то он бы их убил. Если бы я был бы без сознания, он бы вынес меня и разорвал на части, и от меня осталось бы столько же, сколько и от моих похитителей.       — Черт, — раздраженно шепчет альфа, — я не ожидал, что это будет так скоро и внезапно.       — И я. Оба они замолчали, осознание приходило медленно, но довольно чётко. Дух напал на Сою, в не очень подходящий момент для обоих, это было так безрассудно. Риндо просто кипел и умирал от мысли, что мог просто напросто потерять сегодня свою омегу. Жизнь сразу же окрасилась в темные и мрачные краски для них двоих.       — Соя… — вдруг понимает альфа, — постой, если он напал на тебя, это значит… дух и человек, что им руководит, знают про тебя.       — А ведь точно, подожди… а как… из нас лишь только ты и я знают про духа, и ещё…       — Старик. Соя пару минут неотрывно смотрит на стенку, после они синхронно посмотрели друг на друга.       — Не может быть, подожди, — Соя выпрямляется всем телом отрываясь от шеи альфы, помутнение мгновенно проходит, — но, он нам помогает… и в прошлый раз именно он спас Чифую и нас, когда дух впервые напал. Неужели ты думаешь, что он…       — Я не знаю, Соя, но, понимаешь, он изначально показался мне странным, ещё с первой нашей встречи. И тот факт, что он знает обо всём! И подумай сам, он изначально знал, что мы связаны с Хозяином, я уже давно подозревал его.       — И что же нам теперь делать? — отчаянно шепчет Кавата. Риндо сам не знал, но он бы соврал если бы не сказал, что много думал об этом. Он хотел было сказать омеге, чтобы тот успокоился, они решат этот вопрос, хотел убедить его, что всё будет хорошо, но не успевает. Со стороны коридора слышатся немного громкие голоса, что выделяются от посторонних. Соя тоже слышит это, поворачивая голову в сторону. Ну конечно, кто мог ещё в их жизни устроить шумиху? Конечно же их старшие.       — Ран, да хорош! — уже выходя из себя, но достаточно спокойно говорит Нахоя альфе, который придерживает его за локоть, — я здоров как бык! И не собираюсь возвращаться в палату.       — Ты на ногах ели стоишь! Врач узнает — будет недоволен! У тебя же голова кругом идёт, — так же не унимался Ран, смотря серьёзно на Кавату.       — Да насрать мне! — не громко процедил он, — мне нужно найти брата! Неужели в этой гребаной больнице никто не может мне сказать, где мой младший брат! — он злобно зыркнул на Рана словно он был виной всему, но оба понимали, что это не так. Альфа выдерживает этот взгляд ,понимая, что от переживаний за своего младшего у старшего крышу сносит. Соя вновь чувствует вину. Это всё из-за него: его брат пострадал из-за него, так ещё и вновь переживает. Но всё же он был искренне рад, что брат очнулся и, с его слов, с ним всё хорошо. Эх, бедный Нахоя, его в этой истории Сое жальче всех, поэтому он сам на дрожащих ногах встаёт со своего места и подходит ближе. Старшие так пристально пилили друг друга глазами, что даже не заметили голубоволосого парнишку.       — Хоя, — зовёт с грустной улыбкой Соя. А ведь он вновь чуть не умер, но от этой мысли слёзы почему-то не идут пока, ну и слава Богу, если бы он разрыдался при брате, это было бы самое худшее. Для Нахои слёзы Сои — это что-то серьёзное, сигнал о том, что всё просто плохо. Младший Кавата очень редко плакал, почти никогда себе такого не позволял, когда достиг более осознанного возраста, но когда дела шли совсем плохо, это были как раз таки в моменты издевательств, то Соя не выдерживал, и когда Нахоя видел его в таком виде, то слёзы вообще переходили в истерику. Риндо спокойно поднимается с лавочки и встаёт сзади омеги. Его мысли уходят на второй план из-за прихода старших, но после, его глаза падают на оголенную шею омеги: Соя до сих пор слишком хорошо пах. Он просил себя перестать смотреть на шею омеги, но глаза упорно не слушались его. Ему было хорошо. Вот так просто смотреть туда. Нахоя перестаёт играть в гляделки с Раном, понимая, что под таким его взглядом он хорошенько так проигрывает. Обычно он выглядел, как подросток его возраста с этими его шутками и подколами, и омега напрочь забывал, что ему двадцать. Но в такие моменты вспоминал, когда Ран так по взрослому смотрел на него. Старшие посмотрели прямо почти синхронно, наконец-то краем глаза замечая голубенькую макушку немного подальше от них.       — Соя? — Нахоя срывается со своего места, — я тебя прибью когда-нибудь! Ты когда-нибудь перестанешь пропадать!       — Прости, — виновато говорит он и немного пятится назад, когда его брат так резко подходит к нему.       — Прибью, — голос в последний момент у старшего ломается, а после Нахоя крепко обнимает его.       Соя почувствовал, как ему стало легче в объятьях брата, он так же крепко обнял его в ответ.       — Блять, ты меня перестанешь так пугать? — шепчет Хоя, — как только ты куда-то деваешься, вечно что-то ужасное происходит!       — Прости… — вновь шепчет омега. Когда они перестали обниматься, Соя поднял глаза на Рана что пристально почему-то смотрел на него, от этого взгляда стало как-то не по себе. Риндо поднимает свои глаза и тоже видит взгляд брата.       — Брат. Близнецы обернулись на холодный тон альфы. Соя, не понимая, уставился на Риндо.       — Соя, — заговорил Ран и отошёл на два шага, — ты пахнешь.       — Пах, — Соя понимает о чём он, сразу же ныряя под спину брата. Нахоя проследил за ним, закрывая собой.       — Нормально он пахнет, — говорит Хоя, — о чём вы?       — Альфам это чувствуется лучше, — спокойно говорит Риндо, — запах становится сильнее, течка через пару часов возможно начнётся. Соя от волнения касается спины брата, почему-то перед глазами встала картина того, как Ран пару минут назад смотрел на него. Он мельком посмотрел на него вновь. Ран на него не смотрел уже, но краем глаза замечает то, что омега смотрит на него. Старший Хайтани с улыбкой посмотрел на него.       — Не бойся малыш, я тебя не трону.       — Ран, нам нужно отпустить их домой, — говорит Риндо, он сочувственно посмотрел на омегу, — Соя, не переживай.       — Откуда ты знаешь…       — Чувствую по запаху, — задумчиво отвечает он, смотря прямо в глаза омеги.       — Нам в палату нужно, — Нахоя берёт брата за руку, — это хорошо, что только запах, могло бы быть хуже. Тебе пока не больно?       Младший качает головой.

///

      Когда они нашли маму и рассказали в чём дело, она поговорила с врачом. Они вновь прошли обследование, благо с ними было всё хорошо, ничего серьёзного. Но у Нахои было лёгкое сотрясение, да и матери досталось, поэтому им рекомендовали остаться в больнице. Соя был в полном поникшем настроение, он всё ждал, когда боли явятся, и мысль о том, где именно он проведёт течку не давали ему покоя, он пострадал меньше всех, ухудшения самочувствия связанно было с течкой, в больнице его не оставят, а маму с Нахоей отпускать не собирались.       — У вас будет тошнота! — говорит врач, — возможно сильное головокружение, миссис Кавата, вы и руку повредили, а у вашего сына иногда кровь из носа идёт, и такого бы не было, если бы вы соблюдали постельный режим! — отчитывал доктор. Соя сидел на кровати вместе с Нахоей внимательно слушая доктора. Мама с Нахоей хотели выписаться скорее, чтобы быть с Соей, но врач не хотел отпускать их. Кавата, если честно, этого тоже не хотел. Один взгляд на повязку брата заставлял его переживать сильнее. А ведь все эти проблемы исключительно из-за него. — Доктор прав, мам, — подаёт голос Соя, — вам нужно отдохнуть, давайте не будем забывать, что мы в аварию попали. Вы пострадали. — У тебя течка… — напоминает Нахоя. По его выражению лица было видно, что вся эта ситуация его раздражала. — Я тоже с Соей согласен, — слышится голос альфы сзади них. Нахоя демонстративно фыркает и недовольно поворачивается к стоящим возле окна Рана и Риндо, — тебе нужно восстановиться, малыш, — говорит старший Хайтани, — это всё не шутки, если врач отпускать не хочет. Соя так же повернулся и посмотрел на Риндо. Их взгляды встретились. Альфа всё это время рассматривал омегу, Соя же это почувствовал и решился тоже посмотреть на него. Глубокие глаза альфы внимательно смотрели на омежку, а на лице Риндо появилась расслабленная улыбка. Он так его успокаивал, потому что чувствовал напряжение в запахе омеги, выпуская немного свой успокаивающий запах, который его омега чувствовал, альфа уже пару раз замечал как Соя медленно вдыхал его. Он сейчас выглядел таким маленьким, милым и растрёпанным. Альфа уже больше не мог сдерживаться, он начал подходить к нему, Соя наблюдал за ним, но никак не реагировал прекрасно зная, что ничего плохого альфа ему не сделает.       — Иди сюда, — тихо говорит альфа. Соя медленно прикрывает свои глаза, он забирается с ногами на кровать и движется спиной назад к другой части кровати, где встал альфа. Его затылок упёрся в тело Риндо, после руки альфы обвили его шею и плечи притягивая к себе намного ближе.       — Болит что-то? — спрашивает он. Соя качает головой.       — Всё хорошо, пока что, а мой запах? — тихо спрашивает он поднимая голову и встречаясь со взглядом альфы, который тоже немного наклонил свою голову.       — Очень приятный, — вырывается у альфы и видит, как щеки омеги начинают краснеть.       — Я блин тут, — подал голос Нахоя, и попытался отцепить руки альфы от брата, но это у него не вышло. Соя же смущенно начал хихикать, — не липни к моему младшему брату! У него течка вообще-то, отошёл от него!       — Привыкай, — говорит Риндо, — он — мой омега.       — В первую очередь он мой брат! — с наглостью в голосе говорит Нахоя, — ты мне проиграешь.       — Это мы ещё посмотрим. Сзади послышался смех старшего Хайтани. Соя с улыбкой на лице замечает, как взрослые смотрят на них, взгляд матери был беспокойным, видимо врач настоятельно отказывался их пока отпускать.       — Я пойду домой с Соей, а Нахоя тогда останется… — предлагает он.       — Нет! — громко говорит омега.       — Послушайте, — устало начал доктор, — я бы вас троих оставил тут, но Соя из всех вас менее пострадал, у ребёнка первая течка — ему не нужно быть тут, а вам обоим нужно! Для вашего же здоровья!       — Я не могу в течку оставить моего ребёнка одного! — уже злясь, говорит она.       — Неужели больше не кому? Дома больше нет никого? Дедушек — омег? Или более взрослых омег, которые могли бы помочь ребёнку.       — Нет, только его отец дома. Улыбка сразу же пропадает с лица Сои. Только не это.       — Отец, значит, он ему родной отец? Не отчим?       — Родной.       — Ну, раз больше вариантов нет, то пусть он и присмотрит за своим сыном, такие случае не редки, когда в семье отсутствует папа, думаю проблем не возникнет.       — Возникнет! — говорит Нахоя.       — Нахоя! — строго говорит мать, смотря на сына, — прекрати это! Чтобы больше я не слышала такого тона в адрес твоего отца! От вас обоих! Каким бы он не был человеком, неважно! Он ваш отец!       — Каким бы не был? — спрашивает Ран, — а вы знаете, каков он?       — Ран, — просит Нахоя, смотря на него, — не надо, — одними губами просит омега.       — Ран Хайтани, это не твоё дело. Соя это больше не выдерживает. Он хватается за голову и тихо шипит, голова от этого всего просто невыносимо болела. Он резко встает со своего места и слезает с кровати, надев свои тапочки он направляется к двери. — Соя? Омега резко останавливается и поворачивается к ним. — У меня от вас голова болит! Оставьте меня все в покое! — вырывается со злобным голосом у омеги, — дайте мне побыть одному, — просит он смотря на Риндо, — доктор прав, вам нужно остаться выздоравливать. Я пойду в свою палату. Он выходит из палаты и направляется в уборную. Нужно хорошенько умыться и привести в чувства себя, так же начать размышлять о том, где и как проведёт течку. Если мама и брат тут останутся, это будет хорошо для них, а Соя должен думать о том, как справиться в одиночку с этим. Когда он вошёл в туалет, то закрылся в кабинке. Садясь на крышку унитаза, он ставит ногу на ногу и достаёт свой телефон. — Интернет в помощь.       Информации было море. Он пытался вчитываться и понять всё. Одним из пунктов информации для омег, которые собрались проводить течку в одиночестве гласило: 1. Найти место, в котором омега будет чувствовать себя хорошо. Его нужно будет обустроить максимально уютно, нужно сделать всё, чтобы омега расслабился. 2. Пусть в комнате будет присутствовать ванная комната — она будет очень нужна в момента,х когда приступы боли уйдут, омега должен будет помыться, чтобы не заболеть. Соя приподнимает свою бровь. — Серьёзно? Я ещё заболеть могу? 3. Если у омеги есть возлюбленный, но тот не может провести с ним течку, то пусть он отдаст свою одежду ему на которой будет большое количество запаха. Это будет успокаивать омегу. — Отлично, проведу течку в гардеробе Риндо, — Соя, осознав, что только что ляпнул, сразу же улыбнулся своим же мыслям, — Рин же мне сможет одолжить что-нибудь? Он вспоминает его улыбку. Подсознательно омега хочет, чтобы альфа был с ним, он бы ему помог: нет, не сексом, а просто наличием. Природный запах бы успокоил его, но просить об этом он не станет. Риндо — альфа, ему восемнадцать и гормоны у него в самом расцвете. Провоцировать альфу собой он не хотел. 4. Без полового акта будут боли, поэтому нужно принять специальные лекарства. Внимание! У каждого омеги свой организм, нужно проконсультироваться с доктором, чтобы он выписал вам рецепт на нужный препарат.       — Есть ли у меня время, чтобы попросить Азуми-сана? Нет. Нужно ехать домой, не нужно рисковать, в любой момент может стать плохо. Я поеду домой и сразу же поднимусь и запрусь в комнате, надеюсь течка через неделю пройдёт.       А сможет ли он вынести эту неделю? Руки начали мелко подрагивать. Ничего, он должен справиться с этим. Течка — это не конец света! Он сильный, всякое переживёт. Он уже многое пережил, включая две свои смерти. Это безумие, но правда. А отец. Он явно дома, и узнав, что у его сына течка, по любому посмотрит как на ничтожество. Он так делал, когда Соя элементарно болел, что тут о течке говорить? Помощи от него не будет, она и не нужна. Соя скоро начнёт чувствовать остро запахи других альф, и запах отца заставит его бояться и вспоминать, как тот бил его. Соя во время течки будет слабее и жалостнее некуда, он будет один с отцом. Ему будет больно и страшно. Он всегда боялся отца. Выключая экран своего смартфона, он, невидящим взглядом, смотрит на пол. Мне страшно находится рядом с ним, а вдруг он меня выгонит? Скажет, что я воняю ужасно и швырнёт на улицу? Соя, к сожалению, представил этот момент так хорошо, словно это было уже, и поэтому в груди начало так сильно давить.       — Как омерзительно мне ощущать твой страх. Соя всем телом вздрагивает.       — Боишься отца. Почему? Потому что он — убийца? Ненавидит тебя? Избивает тебя. Он плохой человек… отвратительный.       — Хватит, — просит Соя.       — Мне так омерзителен твой страх. Так удивительно… страх перед отцом намного сильнее, чем перед духом, который пришёл по твою душу.       — Не правда.       — Правда. Дух проиграл мне. Поэтому ты спокоен. А с отцом ты один на один. Вот это неправда, я всегда рядом. Не бойся человека, который может умереть стоит только тебе пожелать…       — Нет, — еле дыша, отвечает он, стены кабинки словно становятся ещё ближе, чем были секундами ранее.       — Ты боишься человека, который стоит впереди тебя, но не забывай, что сзади тебя тот, кто намного сильнее человека.       — Ты и сейчас сзади меня?       Внутри слышится утробный смех Хозяина. Сое кажется, что всякий раз, когда он слышит его, что хуже и разговаривает с ним, он сходит с ума от этого.       — Я — Хозяин леса. Я и там, и тут с тобой. Телом я всегда был в лесу, спал, но сквозь сон всегда следил за твоей бывшей жалкой жизнью. Твой брат близнец всегда был сильнее тебя, поэтому отец любил его.       — Если тебе больше нравится Нахоя, то почему ты говоришь сейчас со мной?       — Потому что он боится крови, а ты нет. Но не свою кровь, он не боится пустить кровь ради тебя.       — Я не понимаю.       — Тебе не надо. Твой брат травмирован, его панические атаки не простые, каждый раз когда они происходят, он вспоминает момент, когда ты умираешь на его глазах. В тот день, когда была авария, ты умер у него на глазах, он видел это. Связь близнецов очень сильная, он своим сердцем почувствовал, что ты не дышишь уже. Каждый раз, когда у него паника, он вспоминает эту боль, но не понимает. Ты ведь жив.       — Почему так?       — Вы одной крови, у вас связь. Но он не связан со мной, а ты связан, считай это побочкой от нашей связи. Это слишком глубокие вещи, чтобы вы понимали.       — А почему Риндо… — дрожащим голосом спрашивает Кавата. Всякий раз когда они начинают диалог, он всегда ощущает холод.       — Вы с Риндо Хайтани — истинные. А это самая сильная связь на свете, поэтому он тоже слышит меня. И кстати, ждёт возле двери, когда ты выйдешь.       Соя сразу же встаёт со своего места после этих слов. Это правда, Риндо за дверью? По любому тоже слушает их разговор. Омега уже тянется к ручке двери, чтобы открыть её, но замирает услышав голос Хозяина на последок.       — Почему ты… — голос вновь рассмеялся, так по садистки и жёстко, — вспомни сам, ты так холодно наблюдал за тем, как я рву их тела на части. Вот и ответ.