Желание умереть

Валерий проснулся, почувствовав прикосновение к своей руке. Он открыл глаза и увидел рядом с собой Ваню. Парень держал его ладонь и сосредоточенно промывал рану хлоргексидином. — Ваня?.. — тихо позвал мужчина. — Проснулся? Не дёргайся только. Я же сказал тебе обработать руку, а ты спать лёг... — Я случайно уснул.. Вань, хватит, я дальше сам.. Чёрный отрицательно качнул головой. Он осушил рану салфеткой и стал накладывать повязку. — Ты ведь из-за меня поранился. Мне и исправлять это. Лер вздохнул и не стал сопротивляться. Ладонь немного болела, но могло быть и хуже. Вскоре сын уже закончил обработку. — Спасибо, Ванечка, — поблагодарил отец. Ваня молча кивнул и поднялся, собираясь уйти. Но Чернаков старший сразу остановил его, взяв за запястье здоровой рукой и тут же отпустив. — Давай поговорим? Ты ведь помнишь, что было вчера? Парень несколько секунд молчал, а затем повернулся к мужчине и улыбнулся. — Я напился и творил дичь. Всё как обычно. Не бери в голову, пап. — Не как обычно. Ты пытался убить себя... — Белочка пришла, — Чёрный нервно усмехнулся. — Пора прекращать бухать. Лер понял, что сын хочет уйти от разговора, но такой вариант его не устраивал. — Да, пора. Но я не думаю, что все твои действия были из-за алкогольного опьянения. Точнее, из-за него, но... Может, алкоголь просто развязал тебе язык? Заставил сказать то, что на самом деле на душе? — Эм, нет. Серьёзно, забудь о вчерашнем. У меня всё нормально. Просто вчера взгрустнулось как-то. — Я не хочу забывать. — Кстати, помнишь, я машину разбил? Дай денег, — Ваня упорно менял тему. — На ремонт? — На.. Новую машину, как бы. Валерий нахмурился. Он очень хотел продолжить разговор о самочувствии сына, но... — В каком смысле "на новую машину"?.. — В прямом. Я прошлую так разхуярил, что она уже никогда в жизни не поедет. Надо новую покупать. Чернаков старший побледнел. — Ты хоть понимаешь, сколько она стоила?.. — Лям? — Десять миллионов, Ваня! Десять! — Ой, один, десять – какая разница... — Огромная! Когда ты начнёшь ценить купленные вещи?! Особенно дорогие! Сначала ты телефон каждые два месяца менял, теперь хочешь с машиной также?! — Да у тебя всё равно бабок дохуя! И ты эти 10 лямов за месяц сделаешь! — Какая разница?! Ты всё равно должен беречь то, что имеешь! — Да ты просто скупердяй, который не может потратить на сына лишнюю копейку!! В какой момент их диалог перерос в очередную ссору? Почему так происходит каждый раз? И можно ли ещё всё исправить? — Так, Ваня! — мужчина глубоко вздохнул. — Давай успокоимся... Хорошо, новую машину я тебе куплю... Но обещай мне, что ты будешь бережно к ней относиться... И не садись больше пьяным за руль... — Я постараюсь, — тоже сбавил обороты Ваня. — Хорошо. Вернёмся к нашему разговору о... — начал было Лер, но сын тут же его перебил. — Точно же, мне в универ надо! Поговорим потом, — Чёрный быстрым шагом направился к выходу, но Валерий преградил ему путь. — Стой! Ванечка... Я волнуюсь за тебя... Поделись со мной, что тебя тревожит... Я постараюсь помочь тебе найти решение... — Меня ничего не тревожит. Жизнь – отпад. Уйди с дороги. — Тебе ведь одиноко?.. Ты не можешь найти друзей и любовь, верно?.. Нет?.. Если нет, расскажи, в чём на самом деле проблема... — Если ты сейчас не отойдёшь, я врежу тебе по лицу! Меня заебал этот допрос! Даже если меня что-то и тревожит – это не твоё дело! — Я не отойду. Можешь бить. Два раза просить не пришлось. Ваня ударил отца, разбив нижнюю губу, но мужчина даже не шелохнулся. После нескольких секунд молчания, он заговорил. — Легче стало, Вань? — Нет... Прости... Серьёзно, давай не будем об этом... У меня правда всё хорошо... Валерий осторожно обнял сына. — Я бы хотел, чтобы это было правдой... Парень неуверенно обнял его в ответ, ничего не отвечая. Так они стояли несколько минут, в тишине, пока Лер не заговорил. — Я рядом, Ванечка... Я с тобой... Я всегда поддержу тебя... Пойму и приму... Только доверься мне... — Не верится... И где ты раньше был, а?.. — Прости... Знаю, я не лучший отец... Но впредь я буду стараться... Теперь я наконец понял... — Понял что?.. — Как тебе больно... Снова повисла тишина. Чёрный осторожно отстранился, посмотрев отцу в глаза. — Знаешь, я... Я, кажется, в депрессии... — едва слышно произнёс он. По щеке скатилась слеза. Мужчина мягко стёр солёную влагу пальцем. — Продолжай, Ванюш... — Когда я был маленьким, ты совершенно не уделял мне внимания... Ты постоянно работал... Знаю, ты делал это ради меня, но легче от этого не становится... Со мной были няни, у меня была куча игрушек, но я чувствовал себя одиноко... И своими выходками я лишь пытался привлечь твоё внимание... Но ты лишь ругался и запирал меня в комнате, от чего мне становилось только хуже... Потом я подрос, и... Нашёл успокоение в тусовках, беспорядочных половых связях и алкоголе... Я пил, веселится, трахался... И мне казалось, что у меня всё прекрасно... И всем казалось, что у меня всё прекрасно... Я однажды попытался признаться, что на самом деле мне хуево... Но мне сказали, мол, ты дурак, у тебя много денег, чувство юмора что надо, умный пиздец, красивый... И не может мне быть плохо... Честно, я и сам нередко задумываюсь, какого хуя я засыпаю в слезах, как баба, при том, что у меня не жизнь, а сказка... Валерий внимательно выслушал сына, не перебивая. — Мне так жаль, что я не видел того, как тебе плохо, Ванечка... И я так виноват перед тобой... Ты себя плохо чувствуешь потому, что я был отвратительным отцом... Я был слеп и глух, не иначе... Прости меня... Знаю, прошлого не исправить, но давай начнём всё сначала?.. Я постараюсь стать хорошим отцом... Мы будем проводить вместе время... Заново узнаем друг друга... Давай?.. — Ты уверен, что всё получится?.. — Не знаю... Но мы должны хотя бы попробовать... И ещё... Давай я найду тебе психотерапевта?.. — Нет! Не надо! Пока что... Я не готов, прости... — Хорошо... Повременим с этим... Спасибо, что наконец поделился со мной... Если есть что-то ещё, я готов слушать... Ваня отрицательно покачал головой и слабо улыбнулся. — Знаешь.. Сейчас ты кажешься не таким уж и плохим. Чернаков старший тоже чуть улыбнулся. — Может, я и есть не такой плохой? — Это мы ещё посмотрим... — парень посмотрел на губы мужчины. — Прости, что ударил, ещё раз... И за машину прости... Вот её я совсем не хотел разбивать, правда... Всегда ездил аккуратно, хоть и лихачил... Валерий кивнул и наконец выпустил сына из объятий. — Всё хорошо, Ванечка. Не переживай. Пойдём завтракать? Закажем чего-нибудь. Пиццу, например. Или бургеры. Или что ты там ещё любишь? Шаверму? — А ты-то это есть будешь? — Буду.. Надо же мне выяснить, за что ты всё это так любишь... Чёрный радостно улыбнулся. — Тогда давай закажем!