Часть 1
21 июля 2023 г., 15:59
Они, блядь, проиграют.
Школа-интернат Сальваторе опережает их, ведя в счете с тремя тачдаунами против нулевого показателя Мистик Фоллс.
Хоуп в ярости. Как капитан команды «Лесные волки», ее работа — держать их в узде. Каждая предоставленная им возможность поймать мяч или набрать очко была упущена в течение нескольких секунд, а небрежная игра ее товарищей по команде, разрушала их шансы. Этим летом они стали медленнее, слабее и менее резкими, чем раньше. Хоуп может сказать, что половина ее игроков не тренировалась во время каникул.
Вдобавок ко всему, капитан другой команды издевалась над ней. Каждый раз, когда «Жеребцы» получали тачдаун, брюнетка подмигивала Хоуп или бросала одну из своих раздражающих ухмылок в ее сторону. С каждым дразнящим жестом что-то чешется у нее под кожей, приближая Хоуп к безумию.
C Хоуп покончено.
— Кто-нибудь может объяснить, почему вы все играете, как бесхребетные дети? — спрашивает она, и ее челюсть дергается. Никто из ее товарищей по команде не отвечает, и лишь немногие из них поднимают головы, чтобы встретиться с ней взглядом. — Если мы проиграем этим снобистским богатеньким детишкам, то с таким же успехом мы могли бы просто уйти прямо сейчас.
Пенелопа насмехается, едва не закатывая глаза:
— Это твоя лучшая попытка произнести вдохновляющую речь?
— Нет. Лови мяч, или я запихну его тебе в глотку, Парк, — Хоуп хлопает в ладоши и, не сказав больше ни слова, возвращается на середину поля. Вот так. Вдохновляюще.
Обычно она не стала бы так… откровенничать по поводу их игры, но вообще не забивать тачдауны — это не просто стыдно. Это унизительно. Унизительно.
Хоуп поднимает голову и, несмотря на солнечный свет, закрывающий ей обзор, ловит взгляд отца. Она замирает, кровь застывает в жилах при виде разочарованного выражения его лица. Нет. Не разочарованного — разгневанного. Хоуп проглатывает комок в горле и заставляет себя снова повернуться лицом к полю. Команда соперников уже заняла свои позиции, на лицах самодовольные улыбки. Вдалеке Хоуп видит их капитана… ту брюнетку… на траве, присевшую на корточки с поднятой рукой и…
…и, черт возьми, машущую Хоуп рукой.
Ох, началось.
— ХАТ!
Майя бросает ей мяч, и она тут же ловит его, отступая назад с ним в руках, а Итан уходит в даль. Хоуп ищет вдалеке красно-черное пятно, заводит руку, как только видит его, и бросает.
Он парит в воздухе, подбираясь все ближе и ближе к Итану, пока…
— Да! — Хоуп незаметно поднимает кулак в воздух и дает пять Майе, когда Итан совершает тачдаун. — Наконец-то!
— Полагаю, твоя речь сработала, — подмечает Майя, и Хоуп закатывает глаза, на ее губах появляется усталая улыбка.
Краем глаза она видит, как другая команда начинает собираться вокруг чего-то. Сначала она принимает это за очередное сборище, но потом Хоуп замечает отсутствие брюнетки. Она понимает, что они собрались вокруг кого-то, а не вокруг чего-то.
С ней все в порядке?
Хоуп отбрасывает эту мысль так же быстро, как она возникает. Ей должно быть все равно, эта девушка — незнакомка. Незнакомка, которая весь день издевалась над Хоуп. Ей должно быть все равно. И ее это не волнует.
Судья начинает дуть в свисток, делая руками символ, означающий травму.
Хоуп думает, что она слишком долго пялилась, поэтому оглядывается на Пенелопу и Майю. Похоже, они не так заинтересованы во всем этом, как Хоуп.
— Майклсон! — судья внезапно указывает на нее. Хоуп хмурится, застигнутая врасплох. — Иди сюда!
У нее проблемы? Она ничего не сделала. Черт, если кто и заслуживает наказания, так это эта девчонка за неспортивное поведение. Конечно, она только улыбалась и махала рукой, но Хоуп знает, как все это работает. Люди пытаются вывести ее из равновесия, изображая вежливость и…
— Майклсон! Двигай! Своей! Задницей!
Хоуп игнорирует хихиканье и тихие протесты, которые она слышит, пока идет туда. Она видит, как Пенелопа прячет смех за ладонью, и подавляет желание отмахнуться от нее.
— Да? — спрашивает Хоуп, оказавшись там, слегка раздраженная.
Брюнетка сидит на поле, сжимая в руках лодыжку. Вблизи она очень красива, и Хоуп не может этого отрицать. Ее лицо порозовело от напряжения, светлый оттенок, которым Хоуп не может не восхищаться. Ее мягкие черты подчеркивает хвостик, темные пряди отведены назад и скреплены сине-желтой резинкой.
Когда Хоуп смотрит на нее, на эту незнакомку, ей хочется только рисовать. Это нервирует. Хоуп отводит взгляд и следит за тем, чтобы ее снова не застукали за разглядыванием.
— Отведи ее в медпункт, — судья приказывает. — Тебе придется нести ее.
Громкие протесты раздаются со стороны обеих команд.
Судья поднимает руки, чтобы заставить всех замолчать:
— Если «Жеребцы» потеряют своего капитана, то и «Лесные волки» тоже.
— Меня не нужно нести, — девушка ворчит себе под нос, и в ее голосе звучит легкое смущение.
Команды неохотно расходятся и возвращаются на поле без своих капитанов. Хоуп, увидев, как плохо играют ее товарищи по команде, прикусывает внутреннюю сторону щеки и решает, что ей нужно как можно скорее присоединиться к ним. Она опускается на колени рядом с брюнеткой и встречает непокорный взгляд и упрямые надутые губы.
— Ты меня не заберешь, — румянец на ее щеках заметно разгорается. — Я прекрасно могу ходить.
Ой? Это ее смущает?
Похоже, сейчас самое подходящее время для мести.
— Нет, — Хоуп ухмыляется, чувствуя себя мелочной. — У тебя травма.
— Хорошо.
Прищурив глаза, брюнетка поднимает руки в воздух, чтобы Хоуп могла подхватить ее. Хоуп делает это осторожно, и в этот момент ей удается разглядеть фамилию, напечатанную на задней стороне майки девушки. Зальцман. Как странно. Хоуп маневрирует вокруг, чтобы усадить Зальцман себе на спину.
Зальцман фыркает:
— Если ты меня уронишь, клянусь Богом, я…
— Не уроню, — Хоуп обещает. Она говорит серьезно.
Хоуп идет немного быстрее, случайно толкнув девушку на спине. Она слышит вскрик сзади (ощущает его в теплом дыхании, которое ползет по затылку) и чувствует, как две руки крепче обхватывают ее плечи. Хоуп старается не рассмеяться.
