“Три. Два. Один”.

Чуя и Дазай последними покидают зал заседаний и направляются по коридору, когда Чуя издаёт тихий, но слышный смешок. Глаза напарника скрыты под полями шляпы, и Дазаю приходится встать перед Чуей и наклониться, заглядывая в бездонную синеву. — Что так рассмешило, Чиби? — Не могу поверить, что всё собрание ты нагло раздевал меня глазами, Дазай. — Я? — Разве нет? Значит, мне показалось. Ну, бывай, — отсалютовав двумя пальцами, Чуя обходит также застывшего на одном месте Дазая, затем отпирая дверь своего кабинета. Стоя теперь по другую сторону закрытой двери, Чуя медленно снимает с рук перчатки и считает про себя: «три… два… один». Как по часам, дверная ручка поворачивается, а дальше Чуя сам открывает дверь шире, затаскивая напарника в кабинет за руку. Бросая перчатки и шляпу на пол, Чуя переводит обе руки Дазаю на воротник рубашки и тянет на себя, чтобы лишь сладостно прошептать ему на ухо: — Расскажи мне, что ты там нафантазировал, и я обещаю воплотить это в реальность. Дыхание Дазая сбивается на одних словах, и Чуе остается, ухмыльнувшись, выпустить воротник Дазая из хватки, чтобы избавить себя от болеро и жилетки и закатать рукава рубашки. А Дазай, он уже живет своей фантазией, наблюдая, как Чуя вновь сокращает между ними расстояние. — Да, я умею читать твои мысли, Осаму. Но в таких ситуациях тебе нужно сказать, чего ты хочешь, вслух. Дазай смотрел в синие глаза почти не моргая, и что-то подсказывало Чуе, что сегодня вечером демонический вундеркинд жаждет быть послушным, жаждет подчиниться… Но не успел Чуя довести мысль до конца, как с пересохших от прерывистого дыхания уст Дазая слетело тихое, словно шелест осенней листвы: — Тебя. Боже, как песня для ушей Чуи, ведь Дазай, пусть и сам не догадывается, но он прекрасен, и если бы он только позволил, одно его слово, и Чуя готов часами напролет купать его в ласках и любви, при этом медленно и дразняще подводя к сверхсильному оргазму. Дазай не успел и глазом моргнуть, как сильные руки Чуи уже подхватили его и через мгновение опустили на широченный диван честерфилд, недавно приобретенный исполнителем Накахарой. — Расслабься, хорошо? Чуя целовал лицо Дазая осторожно, наконец затем накрыв его губы своими и почувствовав, как Дазай требовательно откликается, потираясь о его язык своим языком. Чуя углубил поцелуй, который теперь стал поистине головокружительным, бесконечно страстным. Дазай уже ёрзал в нетерпении под нависающим над ним парнем, пытаясь потереться о коленку Чуи, упирающуюся сейчас ему в пах. Разрывая поцелуй, Чуя уже ощущал, как терял голову, и потому, стараясь набрать в легкие воздуха, напротив припухших губ Дазая, прошептал: — Потерпи ещё немножечко. Спрыгнув с дивана, Чуя метнулся до рабочего стола и быстро найдя, что искал, вернулся к Дазаю, снова забираясь сверху него и целуя его в так сладко приоткрытый рот. Отсаживаясь наконец, Чуя разбирается с брюками напарника и его бельем, за считанные мгновения его от них избавляя. Член Дазая, уже полностью эрегированный, покоился теперь на его животе чуть ниже задранной рубашки. Дазай сейчас был открыт перед Чуей, такой доступный, что заставляло Чую возбуждаться со скоростью света, ощущая нарастающую тесноту в брюках. Но сейчас речь не о нём. Разогрев смазку подушечками пальцев, Чуя удобнее расположился между раздвинутыми ногами Дазая. — Ты готов? Дазай кивнул, и Чуя, осторожно массируя кольцо мышц влажным указательным пальцем, затем очень медленно ввел его внутрь. Блять, Дазай ахерительно узкий, что Чуя прокусил свою губу, стараясь осторожно ввести палец чуть глубже. Наконец понемногу приходя в себя, Чуя перевел взгляд на Дазая, сканируя его состояние. Глаза того были прикрыты, и он кусал свои губы, и непонятно, нужно ли было осторожнее или нужно было больше, но Чуя быстро нашел ответ на свои вопросы, ладонью другой руки обхватывая член парня у основания. — А теперь давай расслабим тебя. Кулак Чуи двигался вверх-вниз по красивому тонкому члену Дазая, и Накахара ощутил, как мышцы все же поддались, расслабляясь вокруг его пальца. Он не набирал темп рукой, лишь стараясь Дазая немного отвлечь от растяжки, и наконец решился добавить средний палец к указательному, срывая с уст Дазая пошлый стон. Чуя уже был уверен, что предэякулятом перепачкал своё белье, потому что не реагировать на Дазая просто невозможно. Наконец разводя пальцы в стороны на манер ножниц и медленно поступательно ими двигая, Чуя начал ощущать, что прогресс есть, но Дазай ещё не готов. Теперь двигая в одном ритме обеими руками, Чуя внезапно захотел, чтобы Дазай кончил на его пальцах. Да, это было бы лучше всего. Поэтому добавив теперь безымянный палец и наслаждаясь тем, как мышцы послушно растягиваются, принимая в себя больше, Чуя ускорил движения ладонью, сжимая член в хватке крепче. Дазай слегка толкался бедрами, насаживаясь на пальцы в себе, и Чуя, лишь сказав у себя на уме «сейчас всё будет, обещаю», проникал пальцами ритмичнее, задевая подушечками простату легонько. И этого было достаточно, чтобы на следующем рывке ладони по члену Дазай, выгнув спину, кончил, заливая руку Чуи теплой спермой. Когда Дазай рухнул обратно на диван, побывав на самом седьмом небе, Чуя нехотя, но вывел из него пальцы, хватая салфетки и вычищая свои руки и живот напарника. Сейчас очень захотелось попробовать Дазая на вкус, но, тряхнув головой, Чуя спрыгнул с дивана, чтобы избавиться от своих брюк и боксеров, наконец высвобождая свою горячую эрекцию. Затем отскочив вновь до рабочего стола, Чуя вернулся к Дазаю с бутылкой воды в руках и наклонившись приподнял голову Дазая, прохрипев голосом, который не узнавал сам: — Попей. Дазай распахнул глаза спрятанные под растрёпанной чёлкой, принимая воду и, чудом не облившись, отпил. — Чуя — Да? Ты порядок? — Да, прости. — За что ещё? Падая головой обратно на диван, Дазай вдруг накрыл лицо ладонями, вынуждая Чую вскинуть брови. — Посмотри на меня, Дазай. Дазай, немного потянув, все же посмотрел на напарника в щелочку между пальцами. — Ты точно в порядке? Дождавшись, пока Дазай кивнёт, Чуя аккуратно убрал чёлку с его лба и оставил там невесомый поцелуй, затем наклоняясь к парню совсем близко, так, что Дазай все-таки отнял руки от лица. — Позволишь мне позаботиться о тебе? Дазай вновь кивнул, и Чуя едва заметно вздохнул. — Пожалуйста, скажи это вслух. — Да, Чуя. Чуя вновь оставил поцелуи на всём лице Дазая, завершая его губами, прежде чем вновь пересесть к нему между ног. Наконец раскатав по члену презерватив, Чуя уделил время на то, чтобы тщательно его увлажнить и теперь, придвинув Дазая на себя за бедра, пристроил головку к растянутым и влажным мышцам прохода. Член проскользнул внутрь идеально, Дазаю казалось, он теперь растянут до максимума, и это не было больно. Чуя, прикрыв глаза, вздохнул, внутри Дазая было потрясающе, очень узко и тепло, кольцо мышц теперь сжималось вокруг основания его члена, и это просто сносило крышу. Чуя был глубоко внутри Дазая, и ощущалось это как то, чего им обоим хотелось с самого начала этого вечера. Этих минут было достаточно для того, чтобы Дазай привык к заполненности и к широкому члену Чуи в себе, поэтому Накахара, заняв более удобную позу над парнем на прямых руках, пробно отвел бедра, выводя член почти до головки. Мышцы прохода тёрлись о скользкий член, и Дазаю казалось, у него уже темнеет в глазах от того, насколько это хорошо и приятно. Чуя вновь толкнулся внутрь, чтобы лишь осознать, что томный, дразнящий секс это явно не про этот раз. Дазай требовательно на нём сжимается с такой силой, что Чуя едва ли сможет продержаться долго. Тем не менее он не останавливал движений, плавно раскачиваясь на руках и наслаждаясь тем, как член скользит внутрь и наружу. Опустив взгляд вниз и посмотрев сначала на вновь эрегированный (что не могло не радовать) член Дазая, Чуя перевёл взгляд дальше, туда где Дазай податливо раскрывался на каждом медленном толчке. Боги. Ладно, заниматься сексом с Дазаем это несравненно. Это лучше всего. Дазай наконец перевел руки Чуе на плечи, слегка их царапая поверх рубашки, явно ему хотелось быстрее, а и Чуя явно сдерживался. В следующий раз толкнувшись внутрь чуть резче, Чуя не мог наблюдать за Дазаем без улыбки, ведь тот ещё сильнее сжался, запрокидывая теперь голову и стоная громче. Проскальзывать внутрь узкого пространства было до мурашек в мозгу невероятно, возможно, сейчас все ощущения и скопились на головке члена, Чуя не мог этому противиться. Рубашка прилипла к его спине, как и спутанная рыжая челка облепила потный лоб Накахары, но все казалось такими пустяками, когда с каждым толчком Дазай стонал все сильнее, словно они и не в штабе вовсе. Осталось лишь надеяться на то, что в столь поздний час они здесь одни. Чуе хотелось дать знак, что он скоро кончит, но словно все слова развалились на слоги и попрятались по уголкам сознания. Слишком охуенный секс, чтобы пытаться собрать свой разум воедино. Толкаясь с определенной скоростью, Чуя чувствовал, как потел ещё больше от того, что сейчас сдерживался, но Дазай все же не устоял перед трением большого члена о его простату и чуть ли не протыкая рубашку напарника своими ногтями наконец позволил оргазму вспыхнуть вновь в его теле, словно жар и мурашки одновременно прокатились по каждой его клеточке. Чуе казалось, что где-то в его мозгу пролетело слово «ч-чёрт», но Дазай сейчас так интенсивно на нём пульсировал, что ему осталось влететь внутрь парня ещё раз с размахом, прежде чем наконец-то кончить, изливаясь семенем внутрь презерватива. Руки Чуи заметно подрагивали, но он так и не опустился сверху Дазая, хотя они итак оба были достаточно перепачканные. Кончивший два раза Дазай сейчас наверно и имени своего не помнил, а Чуя думал о том, как бы, боже, теперь их обоих почистить. В кабинете Накахары, конечно, есть и шкаф с запасными рубашками, ведь на миссиях всякое может приключиться, но его рубашки будут Дазаю как грёбаный кроп топ. На этой мысли Чуя все-таки аккуратно вывел член из парня и уселся, свесив ноги с дивана, чтобы себя почистить, когда услышал сбоку тихое: — Ты куда, Чуя? — Я не ухожу, я здесь. Просто хочу нас почистить. Дазай ничего больше не произнёс, поэтому Чуя решил, что не помешает напарника дополнительно заверить. — Осаму, я не оставлю тебя.