Доверишься ли ты мне?

Прошло много времени с тех пор когда в последний раз видели символ русского государства. Двуглавый орел не раз менявший окрас и украшения не объявлялся с тех пор как пала Российская империя. Ежели спросить у столицы причину, почему столь важную птицу даже не пытаются отыскать, то Михаил не сможет дать четкого ответа. В ту пору, герб сменился и пусть птица не потеряла своей значимости, но дела до нее никому не было. Долгие и кровопролитные сражения за власть не обошли стороной ни одного тогда живущего гражданина, города. Сам же Москва не может вспомнить, почему за весь тот век, так и не удосужился и пальцем пошевелить для поисков. Однако, глубоко в душе предполагает несколько причин, в коих он и себе сознаться боится. Первая - это отношения с этой несносной певчей. Еще в далеком 1472-ом они не сладили и с того момента косвенно грызлись. Вражда их тихо протекала, до того как Москву столицей сделали. Но сколько бы они не возмущались друг на друга, многие видели насколько хороша была их работа в команде. Все соглашения пересылаемые с помощью этого златоглавого всегда доходили в срок, а все написанные и проверенные Мишей документы точны и расчетливы. Только вот с появлением новой столицы ситуация ухудшилась. И так второй причиной стала обида. Обида за непризнание его на протяжении нескольких столетий, но покорность по отношению к Александру с самого начала. Эта ситуация не была столь серьезной, но промытый новой властью мозг мог счесть ее достаточной и зная о невозможности избавиться от проблемы, мог попытаться просто забыть ее. Птица вернется, когда вновь будет упомянута как символ своей страны. Этого столица не хотела, но отрицать вероятность такого исхода была не намерена. Хотя, минуло более двадцати лет с момента возвращения герба, а от орла ни ответа, ни привета. Некоторое время Московский переживал и даже собирался искать спутника, но реакция других городов была странной. Будто орел не сам ушел, однако причиной тому были частые стычки и даже недо-драки между ними. Пытаясь защитить интересы нового хозяина герб полностью отторгал старого.

***

-"Эхх...." - тяжелый вздох вырвался из груди -"А ведь мне доводилось слышать легенду о странной птице на руинах Ленинграда после той войны..." - после этой мысли голова загудела. Неприятная усталость накатила волной. Сосредотачиваться на документах уже не представлялось возможным, а мысли спешили в дальний путь. -"Теории разные были, люди считали это последствием последней атаки немцев. Мол химикаты либо вызвали галюны, либо мутацию. Кто-то из городов даже предположил, что так Авель приходил прощаться с Сашей." -"..." -"Если бы эта история была правдой, то и причина по которой он не появлялся была бы очевидна. Мог ли он винить меня в его смерти?..." - глаз дернулся, к горлу подкатил ком. Прикусив губу и встав напротив панорамного окна кабинета Михаил Юрьевич заключил руки в замок позади себя. Дрожь, что пробила ладони ни хотела униматься. -"Видимо на этом мои силы на исходе. До того, как вспомнил о нем я был уверен, что закончу, но сейчас - нет. Давно же я не вспоминал о них... Нет смысла об этом думать, слишком много воды утекло. Пора домой." - ели утихомирив дрожь, взгляд зацепился за табло электронных часов. Цифры неумолимо приближались к трем часам, за окном не видно звезд. Впрочем, их Мише давно видеть не приходилось. Неуверенные шаги в сторону его кабинета были слышны слишком отчетливо. Ели выровненное самочувствие пошло ко дну. Стук о дерево прервал болезненную пустоту в голове. Голос за дверью определенно принадлежал тому человеку. -Михаил Юрьевич, могу я войти? Названному понадобилось несколько секунд на выравнивание тона, но голос все же дрогнул -Да, Петр Алексеевич, войдите - неуверенность будто пропитала эту фразу. Было противно от своей слабости, но он надеялся, что ее примут за усталость. Сейчас ему оставалось только одно - ждать. Ждать как с секунды на секунду дверь его кабинета откроется и на пороге появится человек, который слишком похож на причину его боли и скорби. Секунда. Две. Но никто не вошел. Ничего н происходило на протяжении долгих пяти или семи секунд. Но стоило занервничать и из-за двери донесся голос. Нотки усталости и чего-то еще, отдаленно напоминающего раздражение или смятения, донеслись разрезая тонину. -Я понимаю, что до собрания по той теме уже близится и все должно пройти максимально в нашу пользу, но это не повод безвылазно сидеть в своем кабинете. Сейчас наоборот вам следует отдохнуть и расслабиться. Мы с городами и новыми людьми не просто так работали месяцы на пролет, довертись нам и помогите. -... - искренние слова поддержки и неприятный укол вины в одной короткой речи. Его красноречие точно досталось ему от Романова. Отвечать не хотелось, задумываться почему он не вошел - тоже. Ответа собеседник не ждал -Это все, что я хотел сказать, я пойду, а вы постарайтесь отдохнуть - послышались отдаляющиеся шаги. Мужчине потребовалось опереться о стол чтобы его ноги смогли удержать вес всего тела. Воспоминания девяностых и события двадцать второго года, накатили. А смертельная усталость после серьезных конфликтов за последние несколько лет заставили чувства обостриться. Пусть сейчас все налаживается, но стычки между людьми приносят огромные проблемы новой экономике страны. Сейчас нужен отдых, пусть неприятно это говорить, но этот восьмидесятилетний мальчик - прав. Лучше всего довериться новому поколению, сейчас их очередь решать проблемы. Признаться честно, у них это получается весьма недурно.

***

Квартира встретила холодом и пустотой. Москва уже давно живет у детей, а больше и не кому быть в этом месте. После перемен во власти многое произошло, его даже сместили с поста столицы, хоть и неофициально. Судьба будто смеется над ним, уже второй раз его место занимает неопытный новичок. И что больнее всего это воплощение одного и того же города - Санкт-Петербурга. Сейчас не хочется вспоминать все те сложности, через которые пришлось пройти, сейчас хочется сна.

***

Какие бы волнения и переживания не одолевали разум столицы - встреча прошла хорошо. Достичь общего согласия удалось, хотя были несколько моментов, что вызывали сомнения и недовольства, но с помощью Петра удалось избежать конфликтов. Удовлетворены были все стороны, а соглашение почти подписано. Осталось только поставить печать, но вот незадача, печатей под рукой не оказалось, пришлось сделать перерыв. В это время напряжение постепенно спадало у всех, кроме Московского. Одним из условий стало заключение брака и не простого, а гомосексуального с его участием. Само по себе это не стало проблемой, но вот партнер вызывал сомнения. Киев предложил сделать этого несносного мелкого мальчишку его суженым. Это возмутило его. Какого черта в их разборки брат решил и его втянуть? Петру даже ста нет! А ему придется выйти за мужчину, что старше него на более чем шесть сотен лет! Так при этом, его мнение даже не спросили до того момента, как Москва не указал на этот факт. Пусть парень и воспринял новость спокойно и не позволил Мише устроить заслуженный скандал, но и выгоды своей он не потерял. Договорился о каком-то проекте с Украиной взамен. Однако дело это было еще более неприятным, ведь Петр не был тем кого любил Миша. Пусть это и похоже на ситуацию с Казанью, но Миша пусть и не любил Камалию, как и она его, но и не был влюблен. Сейчас же он так и не смог перерасти чувств к своей Северной Заре. И внешность Петра в этом плане пугала. Мягкие кудрявые волосы -как у него- Хрупкая фигура и пианистские пальцы -как у него- И лишь серые глаза с отливом синевы были ужасно чужими, -пусть и ужасно похожими- , эти глаза не искрились теми чувствами и юностью, что помнил он. Эти глаза были уставшими и темными, срывающими омут тех чертей, что живут в нем. И Михаил Юрьевич точно знает, что они есть, ведь в момент самого необдуманного поступка именно эти черти заставили его подчиниться и позволить власти более безболезненно переидти на новый уровень. Тогда мысль, о том откуда это в нем, не появилась. Позже ответ нашелся сам собой. Этому юноше пришлось отстраивать полностью разрушенный город набитый, трупами и снарядами. Его появление отличалось от остальных, ведь его закинули сразу в самую гущу событий при рождении. Мрачные мысли нагнетающие и так паршивое настроение отогнал подошедший. Берхард. Было удивительно, что этот человек осмелился к нему подойти. Один и без кого либо рядом. С момента появления РФ это был первый раз. Он по какой-то причине остерегался Москвы, но, видимо, не сейчас. - Что ж, Михаил, думаю пришло время вернуть вам эту вещь - произносит столица Германии, протягивая странный сверток. Что такого может там быть, что вручить его стоило именно в конце этой встречи? Но вопреки сомнениям Мишенька протянул руку и забрал предмет. Только. открыть не успел. Встреча возобновилась, подходя к логическому завершению. Некоторые участники ее покинули, но это не было проблемой.

***

Ночь, в кабинете холодная. Крепкий алкоголь не может полностью заглушить неприятные чувства и частичное разочарование. Пусть с момента обсуждения советского периода с остальными городами прошло уже порядка полутора года, но стыд за те поступки не хотел уходить. Он знал. что этот разговор значительно снизил градус напряжение между ним и страной. Знал, что его поддерживают и хотят доверять, но легче н было. Многие этого не заметили, но Кама и Перт видели его на сквозь. Хотя этот парень никогда раньше не имел с ним общих дел, как говорил он сам о остальные. Открыто его понимание никак не выражалось, но легкую заботу Миша видел, но совершенно не понимал. Этот город вообще загадка. От продолжения тирады двух личностях одного города отвлек стук в окно. Двуглавая птица парила перед окном. Его золотые перья задевали окна, но не издавали звуков. Клювы голов были повернуты в его сторону. Глаза же не выражали ничего. Заметив внимание орел возобновил стук, требуя впустить. Так Михаил и поступил впустил незваного гостя. Сколько бы представлений у мужчины не было на счет этой встречи, но ни одно из них не сбылось. В полной тишине эти двое распивали алкоголь. Ни единого звука недовольства Авель не издал. Когда же все напитки закончились орел безмолвно вылетел в окно. Лишь остановка на оконной раме позволила понять, что тот еще вернется, пусть и не сейчас.

***

Рабочий день после двух выходных проходил спокойно. Но в середине для в глаза бросился сверток. И воспоминания о переданной вещи возобновили мысли о той ситуации. Но решив не гадать Михаил окутано разворачивает сверток, лезвие небольшого кинжала сверкает в солнечных лучах, а рукоятка украшенная в стиле 18-го века заставляет замереть, не обратив внимания не выпавшую записку. Множество раз осмотрев вещь мужчина чуть не роняет ее. Мало ему в последнее время ностальгии, так еще и эта вещь появилась. -"Как.. Как черт возьми это у него оказалось?" - недоумение все сильнее проявлялось на лице -"Мне казалось его захоронят в могиле Саши, нет даже не так. Я думал он выбросил его сразу после революции, но он все такой же. Просто несколько царапин на рукоятке и отсутствия ножен... такое возможно только при хорошем хранении на протяжении всего времени" мысли долго блуждали, но очередной стук в окно оторвал от них. Не хотелось сейчас думать на счет этого мелкого пернатого, но он принес недостающую часть. Ножны. ... Записка же написанная Берлином было такова: "Знаю что припозднился, но вернуть тебе вещь погибшего не мог. Во времена совете ты бы мне шею сломал за такое своеволие. В общем, этот клинок Александр вонзил в меня во время последней попытки его захвата. То насколько он был мужественен в той ситуации меня поразило и все что я мог сделать это сохранить эту вещь. Планировалось, что я верну его ему, но ты и сам знаешь что пошло не так." - объяснение короткое и сбивчивое. Но его хватило. На душе стало легче. Причину понять он затруднялся, но точно понимал, что не может оставить эту вещь у себя. Решено было отдать ее старому новому владельцу. Подготовка и очистка заняли несколько недель. И вот на последнем ежемесячном собрании Михаил отдал раритет. -Петр Алексеевич, задержитесь пожалуйста -Да, конечно, Михаил Юрьевич Остальные поспешили вернуться к себе на заслуженный отпуск перед новым графиком. Переговорная опустела. -Думаю вам эта вещь больше нужна - протягивая кинжал произносит он. Желание вернуть его было скорее нежеланием оставлять у себя или выбрасывать. А историческое значение позволяло добавить его к артефактом Романовых, что были так дороги Сашеньке. -Что..? - голос собеседника надломился. -Это кинжал прошлого воплощения Санкт-Петербурга. Его история тесно связана с Романовыми, ты можешь сдать его в музей, как одно из орудий императорской семью. тихий голос было не разобрать, а стеклянные глаза смотрели точно на рукоять. Ничего странного бы не было если бы Миша не разобрал слов, но он отчетливо услышал в тишине: "Нет, я больше тебе не верю..." Но не прошло и десяти минут, как парень пришел в себя. Схватив клинок. Его глаза заискрились поддельной радостью и он молвил:-Спасибо вам! Так и сделаю! - выбегая из помещения и оставляя начальника с кучей вопросов и угрызений...