Шрамы

- …И чтобы я больше не слышала о подобном, все понятно, Аддамс? - Ларисса выглядела крайне недовольной: ярко-красные губы были поджаты, а руки элегантно скрещены между собой, однако это не мешало им раздраженно сминать ткань одежды Уэнсдей лишь молча встала, даже не желая соглашаться со словами Уимс. Внутри брюнетки была кипящая злость на очередную попытку женщины выглядеть «правильной» для «сохранения репутации академии». Уэнсдей было отвратительно от факта того, что ее отчитывают за желание поумерить пыл упомянутого жалкого наглеца, который первым начал весь этот конфликт Аддамс уже почти дошла до двери, как ее окликнул голос Лариссы: - Юная леди, вы не ответили на мой вопрос, - директриса показательно привстала со своего места Уэнсдей резко развернулась, презрительно оглянув силуэт высокой женщины: - Я не собираюсь разделять слова и мнения с той, которая осуждает заступничество, хотя постоянно глаголет об отзывчивости и дружелюбии, - проговорила брюнетка все сквозь зубы, а черные глаза метались по раздраженному лицу Лариссы - Вы оба виноваты в этом конфликте, даже если он начал его первым, ты могла его не продолжать! - То есть мне стоило закрыть глаза на массовую травлю вашей «любимой» ученицы? - Уэнсдей сделала несколько быстрых шагов в сторону директрисы - Твое вмешательство породило новый, более сильный конфликт, Аддамс! - Уимс обогнула стол, встав напротив ученицы, - Ты и Коди - оба будут наказаны! Молчание Брюнетка старается успокоиться После нападения Лорел Гейтс женщина еще не полностью восстановилась. Это было буквально чудом, что ее успели спасти после отравления ядом Беладонны. Однако даже физическое состояние Уимс не остановит Аддамс в выражении своих даже подавляемых эмоций: - Если бы не я вмешалась, то тогда кто? - Сразу после этих слов Уэнсдей развернулась, начиная уходить быстрыми и уверенными шагами - Аддамс! Дверь демонстрировано захлопнули *** Уэнсдей нервно зашла в общую комнату, тяжелыми шагами направляясь к столу - писательство помогает ей выплеснуть эмоции. Однако главное не это. Во время ярости сцены романа Аддамс становятся еще более жестокими и отвратительными. Два любимых слова Уэнсдей, которые являются основой всех ее работ Однако в этой комнате был еще один конфуз, который явно бы разрушил эту идиллию - Энид Синклер - Уэнсдей, ты была у директрисы Уимс? - Блондинка приняла сидячее положение на своей кровати, с беспокойством глядя на напряженный силуэт подруги - К сожалению, - Аддамс продолжила активно клацать по клавиатуре, чувствуя приближающиеся облегчение после парочки описанных абзацев расчленения трупа Однако ее все равно продолжает отвлекать Энид: - И как все прошло? Она сильно ругалась? - С беспокойством спросила Синклер Брюнетка с глухим хлопком расставила руки по разные стороны печатной машинки, грубо выдыхая: - Я не желаю обсуждать эту лицемерную женщину, - Уэнсдей слегка повернула свою голову к правому плечу - Извини, - виновато ответила Энид, - я просто беспокоюсь, чтобы она не узнала о нашей скорой…драке? - Синклер все еще считала сомнительным все это решение, однако она не хотела подвести веру Аддамс в нее Блондинка хотела положить конец всем этим издевательствам - Я уверена, что ты вырвешь ему нижнюю челюсть, чтобы он впредь на тебя не гавкал, - монотонно произнесла Уэнсдей, заставив Энид поморщиться от представленной картины - И все же он - альфа, от него жутко воняло, - Синклер слегка поджала губы и нос от воспоминании запаха - Воняло? - Аддамс полностью развернулась на стуле к Энид, проявив интерес к ее последним словам - Да, оборотни чувствуют запахи друг друга - чем грубее запах, тем выше волчья позиция, а от него конкретно пованивало, - Синклер демонстрировано высунула язык, показывая все свое отвращение - Всем оборотням кажется, что от них плохо пахнет? - Уэнсдей вскинула бровь - Нет, конечно. У омег запах слаще, а грубый запах альф им наоборот нравится, но у бет он имеет что-то среднее между ними, - Энид загибала пальцы, перечисляя - Но у тебя нет собственного запаха? - Нет, но он обязательно появится, - с надеждой заявила Синклер, усмехнувшись - Жаль, что я не смогу его услышать Уэнсдей широко раскрыла глаза, поняв, что она только что сказала. В горле желчь застряла. Резко развернувшись обратно к столу, она нервно стала оглядывать печатающую машинку, лишь бы показать блондинке, что она желает завершить диалог на этой убогой ноте. Аддамс сейчас бы сделала все, чтобы Синклер молчала и никак не реагировала на последние ее слова Однако этого не происходит: - Вообще-то обычные люди тоже могут чувствовать запах оборотня, но… - Энид поджала губы, выдыхая и оглядывая пол, - Но только одного и…Ладно, это уже не совсем нужная информация, - Синклер резко легла обратно на кровать Брови Уэнсдей свелись в негодовании Что «но»? Брюнетка, не поворачиваясь, продолжила сдавленным голосом: - И как же? - В голове Аддамс будто закричал ее внутренний голос о никчемности и слабости. Какая же ты дура, Уэнсдей Неужели было так трудно не спрашивать и утихомирить свой нездоровый интерес? - Тебе правда интересно? - Молчание Уэнсдей Синклер приняла как согласие, - У оборотней практикуются метки, ты знала о них? - смущенно спросила Энид - Да, - коротко ответила Аддамс - Тогда, я думаю, ты в курсе о том, как они ставятся, - блондинка тяжело выдохнула, пытаясь унять жар от смущения на подобные темы - она чувствовала как ее щеки и уши горят, - и если оборотень поставит метку обычному человеку, то он сможет слышать его запах! - На одном дыхании выпалила блондинка Какой ужас Получается, Уэнсдей, минутами ранее, буквально заявила Энид, что ей жалко от факта не помеченности? Позор. Сознание Аддамс на секунду выпало из пространства, просто не выдерживая осознанности происходящего. Вся сущность брюнетки не хотела этого признавать, отдаваясь гулкой тишиной в ее голове Уэнсдей резко встала, а стул с отвратительным скрежетом отлетел в сторону. Брюнетка быстрыми и тяжелыми шагами направилась в ванну - ей срочно нужно принять ледяной душ Энид лишь озадаченно наблюдала, как Уэнсдей шла туда, с хлопком запирая дверь *** Уэнсдей просидела в ванне около двадцати минут, все время размышляя по поводу последнего диалога с Энид. Аддамс, конечно же, знала о существовании однополых пар, да и для нее не была секретом собственная нетрадиционная ориентация, которую она с огромным трудом приняла лишь совсем недавно после осознания своей слабости к Синклер. Однако она никогда не могла представить себя в отношениях с другой девушкой Что говорить о самой девушке, если Уэнсдей в принципе не представляла себя с кем-то в отношениях. Это глупость. Аддамс никогда не была гомофобна к различным ориентациям - она просто их все порицала и считала абсолютно несерьезной вещью, ведь любовь - удел слабых дураков. Однако Уэнсдей никогда не думала, что вообще способна любить, а самое невероятное, что именно представительницу своего пола Интересно, а Энид такая же? Нет, быть такого не может, Синклер всегда интересовалась только парнями, даже если они выглядели слишком феминно. Как отлично, появилась еще одна причина бороться со своим эмоциональным конфузом. В каком-то смысле это даже расслабило Уэнсдей. Это обязательно прекратится. Поэтому она медленно повернула ручку двери, выходя из ванной комнаты, чтобы вновь вернуться к рутинным делам *** Время отбоя уже давно наступило, а Уэнсдей все никак не могла уснуть долгожданным сном - хаотичные мысли вертелись в ее голове, которые, конечно же, учтиво касались Энид Синклер. Аддамс раздраженно выдыхает, резко принимая сидячее положение: может хотя бы книги помогут отвлечься? Стоило брюнетке потянуться к лампе возле ее тумбы, как вдруг ее окликнул голос: - Тоже не можешь уснуть? - Со смешком, смешанным с чувством грустного понимания, спросила Энид - Вероятно я перегрузила свою мыслительную систему во время поиска вдохновения для своего романа, потому не способна сейчас уснуть, - Уэнсдей вскинула бровь, - а в чем твоя причина злокачественного бодрствования? - Тоже, похоже, слишком много думала, - Синклер приняла сидячее положение, потянувшись к лампе, чтобы включить ее, и приглашая брюнетку на свою сторону комнаты, - давай поболтаем, может ты утомишься от моего «низкоинтеллектуального юмора» и захочешь спать? - Блондинка игриво посмеялась, хлопая на место рядом с собой - Я лучше предпочту быть задушенной розовой лентой, - съязвила Уэнсдей, вернувшись обратно в постель - Да ладно тебе, это был просто предлог поговорить по душам, я же вижу, что ты в этом нуждаешься, - Энид слегка нахмурилась, встав со своего места и направляясь на противоположную сторону комнаты, - если тебе не нравится моя часть, то можем поговорить и на твоей - Синклер, я не испытываю ничего кроме безразличия и безумия, так что будь добра не вмешиваться, - монотонно проговорила Уэнсдей Даже после этих слов Аддамс почему-то не возразила, когда Энид аккуратно переступила через массивную линию в их общей комнате. Синклер медленно подошла к кровати брюнетки, пряча руки за спину и улыбаясь. Аддамс глубоко вздохнула, не выдерживая самодовольного лица блондинки: - Щенок, ты невиносима, - Уэнсдей привстала, - мне не о чем тебе рассказывать - Тогда, быть может, ты выслушаешь меня? Аддамс озадаченно оглядела силуэт Энид, хмыкнув и неуверенно отодвигаюсь в другую стороны кровати, чтобы блондинка могла сесть рядом - Учти, что я никак не смогу поддержать твое моральное состояние или как-либо повлиять на твои неинтересующие меня проблемы, - Уэнсдей скрестила руки на груди - Я знала, что ты так скажешь, - Синклер аккуратно села напротив, едва улыбнувшись, - я лишь хотела сказать, что переживаю из-за своей «неправильности», - блондинка вздохнула, чувствуя, как досада тяжелым камнем застряла где-то в груди, подбираясь все выше, - я начала развиваться слишком поздно и меня это пугает, ведь вдруг я навсегда останусь изгоем среди своих же сородичей и не смогу создать собственную стаю? - Глаза Энид стало неприятно жечь и внутри горла образовывался неприятный ком, который Синклер пыталась проглатить, - Я просто хочу быть признанной хоть кем-то Аддамс свела брови, изучая расстроенное лицо Энид, которая всеми силами сдерживала порывы слез. Брюнетка действительно не знала, что ей стоит говорить - а может вообще сейчас лучше промолчать? Уэнсдей потерялась в собственных мыслях, не в силах прийти к единому мнению, бегая глазами по силуэту Синклер Что же делать? Что говорить? Как себя вести? Увидев, как по лицу блондинки предательски стекает слеза, брюнетка болезненно выдыхает, поджимая плечи. Что-то в груди жмет. Неприятное такое. Будто хочется изнутри схватить и вытащить. Синклер быстрым и размашистым движениям вытерла последствия своего негатива, желая как можно скорее скрыть свой как будто неуместный порыв эмоций: - Спасибо, что выслушала, - Энид аккуратно встала, выдавив из себя жалкое подобие улыбки, - доброй ночи, - блондинка повернулась, направляясь на свою сторону комнаты Грудь будто сейчас разорвет от боли, а горло неконтролируемое завоет - Синклер знала, что Уэнсдей не сможет оказаться ей даже минимальную поддержку, так почему же она ей доверилась? Энид просто не хотела в очередной раз сбегать к Йоко, ведь она посчитала, что не хочет впредь ссорится с брюнеткой. И вновь Синклер прогибается, все ей прощая и подстраиваясь Но вдруг среди глухой тишины раздалася такой сейчас нужный голос: - Один волк - тоже стая, - коротко ответила Аддамс, отвернувшись спиной к удивленной Энид По щекам блондинки неконтролируемо стали стекать слезы, а тяжелый валун в груди будто рассыпался в песок, облегчая ей дыхание. Синклер смотрит на Уэнсдей, чувствая что-то непонятное - будто сейчас ее жизнь разделилась на до и после Аддамс поддержала ее? Энид выдохнула, сжато улыбаясь Руки сжались в кулак Внутри блондинки было огромное желание обнять брюнетку, прижаться со всей силы, чтобы каждая часть их тела соприкоснулась между собой. Но Синклер знала кое-что - Уэнсдей это не понравится. Поэтому Энид резко развернулась, направляясь на свою часть комнаты, чтобы обнять все возможные мягкие игрушки *** Время шло, а значит близилось скорое полнолуние. И, к несчастью для Энид, ее гормональный фон все равно находился на той же стадии, на которой начался, а это означало лишь одно - шансы на ее победу минимальны. Это вызывало лишь новые поводы для беспокойства и новые сомнения, которые Уэнсдей старательно отметала, чтобы поддержать боевой дух Синклер, ведь «ты все же волчица, хватит ныть» И на блондинку это действительно влияет Энид прекрасно знает все тонкости специфического характера Аддамс, а потому она может различать в каких ее словах может быть посыл, который брюнетка так тщательно скрывает. Поэтому Синклер в очередной раз выслушивает монотонные и грубые высказывания о том, что «какая та шавка жалкая, покажи ему свое место» И вот потому Энид и Уэнсдей уже начали готовить вещи к своей ночной вылазке. Синклер могла покинуть здание академии в любой момент, однако Аддамс этого делать не положено в силу комендантского часа. Потому придется прибегать к различным хитростям, о которых брюнетка не поведает блондинке по причине ее слабохарактерности И вот Уэнсдей уже спускается по стенам Невермора вниз, ведь благо здание было учтиво сделано из массивных кирпичей, за которые есть возможность зацепиться. Аддамс бежит вперед к лесу, где ее ожидает обеспокоенная Энид: - Ты не говорила, что будешь спускаться со стометровой высоты без страховки! - Синклер сжала кулаки и нахмурилась, вываливая всю свою злость на Уэнсдей из-за своего беспокойства - Во-первых, там всего пятьдесят метров, а во-вторых, со мной ничего не случилось, - Аддамс бесцеремонно обогнула возмущенную блондинку, идя вперед - Да ты..! Угх! - Энид стала тяжелыми и быстрыми шагами догонять брюнетку, сравнивая с ней шаг Лес был глухим и темным - все деревья выглядели как один, а потому заблудится здесь было проще просто. Их единственный источник света - фонарик Уэнсдей, который она направляет по приблизительной траектории их пути. Синклер, на самом деле, еще боялась подобных мест, в особенности в человеческом обличии, ведь так она еще более уязвима Однако присутствие Аддамс ее крайне успокаивало - эта маленькая и угрюмая тучка приносила ей столько комфорта, что казалось будто Энид могла бы уснуть прямо здесь, если бы захотела - Ты не волнуешься? - С сомнением спросила блондинка - С какой стати я должна волновать в том, в чем уверена? - Уэнсдей резко остановилась, с отвращением продолжая, - Мы пришли - Я думал, что вы не придете, брошенки, - язвленно начал Коди, снимая верх своей кофты, чтобы выкинуть ее в руки кому-то из его прихвостней, - эй, ведьма, - он обратился к Аддамс, ловя на себе презрительный взгляд, - в тот раз тебе повезло меня повалить, ведь я был истощен долгим обращением, теперь же поблажек не жди, - тело парня начало со стремительной скоростью меняться - кожа растягивалась, покрываясь шерстью, а мышцы рвались, меняя свое строение вместе с костями, которые с показательным хрустом занимали другое положение. Бесцеремонно. И вот уже через секундно перед ними стоял ужасный зверь, который громко зарычал Эмоции Уэнсдей сменились с удивления на самоуверенность. Брюнетка знала, что Синклер не отступит, ведь не зря же она на протяжении трех долгих недель внушала ей важность всей этой битвы. Аддамс хмыкнула, поворачивая свою голову на отчаявшуюся блондинку, на которой совсем не было лица - взгляд широко раскрыт и опущен, а плечи дрожали - Энид, в чем дело? - С явным беспокойством спросила брюнетка - Кажется, я не могу обратиться…