Шрамы

Уэнсдей в раздраженной и грубой манере схватила флакон с остатком антисептического средства из рук удивленной Энид, которая явно растерялась внезапному вниманию Аддамс - Ты настолько никчемна, что даже не способна обработать раны аккуратно, - четко, но быстро проговорила каждое слово брюнетка, демонстрировано доставая какой-то бутылек с непонятной мазью, - я закончу этот цирк, чтобы ты наконец дала мне получить заслуженный сон Не успела Синклер благодарно улыбнуться и сказать что-то в ответ, как Уэнсдей перебила ее грубым тоном: - И только попробуй считать это помощью, - она скрестила руки на груди, - поверь, я выше всей этой моральной ереси, так что будь добра быстрее развернуться и снять футболку Но Энид все равно широко улыбнулась, словно ребенок, поворачиваясь спиной и начиная медленно и небрежно снимать верх одежды. От нее чувствовалась легкая неуверенность. Синклер на самом деле безумно стеснялась своего тела - она считала себя слишком худой и щуплой для оборотня. Все ее сородичи отлично сложены: стройны и спортивны - одной лишь Энид вечно не везет Однако что-то вынуждает блондинку доверять Уэнсдей, без остального сомнения продолжая оголять свою спину перед ней и демонстрируя всю свою хрупкость. Она знала, что Аддамс ее не осудит, а скорее наоборот - скажет, что смертельная худоба для нее эталон красоты Энид улыбнулась своим же мыслям, но слегка зашипела от внезапной жгучей боли на местах ран - Сиди смирно и не мешай мне, - съязвила Уэнсдей, зачерпнув еще немного мази для других повреждений - Извини, это достаточно неприятно, - Синклер поджала губы, жмурясь - Мне плевать, это не должно мешать моей работе, - Аддамс хотя и говорила в такой грубой манере, однако средство стала наносить в разы аккуратнее и нежнее Остальное время они сидели в полной тишине, которое иногда разбавлялось лишь тихим писком и скулижом Энид, которая изо всех сил старалась терпеть и не дергаться от боли. Брюнетка то и дело кидала нахмуренный взгляд на опушенную блондинистую голову, перебирая в мыслях разные причины такого физического состояния Синклер Почему она такая израненная? Неужели что-то случилось? Но задать этот вопрос вслух Аддамс не позволяла ее гордость, которая распоряжалась ее обидой и злопамятством, поэтому этот вопрос останется в пределах ее мыслей, как и обычно. Беспокойство - один из отпрысков ненужной ей такой разнообразной и до отврата красочной любви, а Уэнсдей не переносит другие цвета, помимо черного и белого Брюнетка промазывала уже одно из последних повреждений, решив слегка отойти назад, чтобы рассмотреть всю спину получше в поисках упущенных ран. Аддамс тихо выдохнула, глядя на обнаженную часть тела Синклер - кожа была в многочисленных мелких ранах, ссадинах и синяках, однако общую картину занимали лишь пару массивных шрамов на спине Энид Так красиво В голове Уэнсдей всегда не укладывалось то, почему же люди так ненавидят шрамы вне зависимости от их расположения, даже если они на других людях Аддамс считала это кошмарной красотой. Это как перенос в воспоминание в тот самый отвратительный и болезненный момент в твоей жизни, с которым тебе придется проходить все оставшиеся мгновения, однако Уэнсдей видела в этом романтику. Поэтому прямо сейчас она невесомо решилась пройти пальцами по белым шрамам на коже Энид Аддамс вновь вспоминала ту преданность в лице ее спасительницы, ту кровь, которая сочилась из глубоких ран вперемешку с кровью врага в жестокой схватке. Сердце вновь пробивает удар, приятно сжимая, а легкие будто медленно выпускают весь воздух, вынуждая Уэнсдей практически полностью расслабится и позволяя своему сознанию назвать имя Синклер в своей голове Однако рука дрогнула, все же соприкасая их кожу И тут происходит это - все мышцы в теле Уэнсдей свело, будто через него пропустили высокое электрическое напряжение. Казалось, что все органы напряглись, а голова резко откинулась назад, не в силах справится с потяжелевшем и одревеневшим телом. Сознание на секунду отключилось, возвращаясь к работе в сопровождении громких и хаотичных звуков и картинок, которые как в дымке стали мелькать перед глазами… …Волчий рык, стая оборотней, которые окружили другого, в разы слабее его сородичей Изображение сменяется на погоню, где более неспособный волк пытается скрыться от преследующих его зверей. Белый мех становится все грязнее и краснее после каждого падения в ямы и удары об острые ветки сухих деревьев Уэнсдей видит страх и чувство предательства в больших глазах зверя, которого будто сейчас вывернет от отвратительного чувства унижения Сознание снова резко отключилось, будто кто-то нажал на кнопку пульта, подобно желаю выключить телевизор - ..Уэнсдей! Уэнсдей! Аддамс направила широко раскрытые глаза на переполненную ужасом и беспокойством Энид, ощущая то, как крепко Синклер прижимала ее, в попытках привести брюнетку в себя. Уэнсдей резко вырвалась из неожиданных объятий, слегка отталкивая блондинку назад и пытаясь собрать всю картинку воедино, опираясь на то, что она сейчас увидела - У тебя было видение? - Громко спросила Синклер, брови которой были сильно сведены в беспокойстве, а глаза все метались по серьезному лицу Аддамс, будто это поможет найти ответ на вопрос - Они над тобой издевались? - Уэнсдей резко подняла взгляд черных глаз на Синклер, которая слегка опешила от такого гнева, что исходил оттуда, - Отвечай, живо! - Аддамс перешла на более высокие тона, сделав быстрый шаг в сторону блондинки, которая приоткрыла рот в растерянности - Я не понимаю, что ты имеешь ввиду… - Синклер, ты, к ужасу, не являешься представителем дефицита мыслительной системы, прекрати задавать идиотские вопросы! - Уэнсдей поджала нижнюю губу, - Они издевались над тобой, верно? Блондинка лишь опустила свой взгляд, не в силах ничего ответить в свое оправдание. В сознании стали всплывать моменты прошлых ночей, которые закончились крайне отвратительно, от чего Энид даже начала жалеть, что вообще смогла когда-то обратиться Лучше бы она навсегда осталась «неправильной», чем пыталась постоянно найти хоть где-то для себя признание. Ведь оборотни так и устроены - всю жизнь добиваются хоть какого-то места в стае, а в остальное время пытаются за это держаться, лишь бы не потерять все и остаться ни с чем - Я убью их, - сквозь зубы сказала Аддамс, резко разворачиваясь к входной двери из комнаты Синклер возмущенно нахмурилась, сорвавшись с места и схватив брюнетку за локоть, чтобы остановить ее: - Уэнсдей, ты с ума сошла?! - Громким тоном выпалила Энид скорее от страха перед явной нацеленностью Аддамс в действительности расправиться с обидчиками, чем от злости - Эти животные не должны существовать и портить этим репутацию всего волчьего рода, - Уэнсдей пыталась вырвать локоть из крепкой хватки Энид, однако у нее не получилось - блондинка сжала ее сильнее - Уэнсдей, пожалуйста, успокойся, я могу разобраться со всем сама, - лицо Синклер выглядело умоляющим, а в глазах читалось чистое беспокойство, которое красиво оформлялось небесно-голубыми глазами Аддамс, смотря в них еще пару секунд, начинает успокаиваться, ощущая приятные спазмы где-то в груди при виде такой уязвимой Энид. Уэнсдей отвела взгляд, поворачиваясь к ней спиной, а Синклер, почувствовав как пыл брюнетки стихает, решается медленно отпустить ее - И как ты собираешься это решать? - Недовольным голосом начала Аддамс после пары секунд молчания - Я не уверена, что смогу сейчас обращаться вне полнолуния, - Энид поджала губы, - к тому же, моя волчья позиция мне неизвестна - если я буду омегой, то альфу стаи мне будет практически невозможно победить - Разве это известно не с рождения? - Уэнсдей решилась повернуть голову обратно и взглянуть на Синклер, ощущая интерес к новой теме - Не совсем, «бесполезные» оборотни все являются дельтами - низшая волчья позиция, - Энид решила присесть на кровать, жестом приглашая Аддамс сесть рядом Приняв предложение, блондинка продолжила: - После обращения организм оборотня подвергается гормональному изменению, а оттуда и выясняется позиция, - Синклер усмехнулась, - так как я обратилась совсем недавно, то мое тело еще не подверглось сильным изменением, и я не знаю своей принадлежности - И чем тогда омеги хуже альф? - Уэнсдей была нахмурена, ведь она пыталась мысленно зафиксировать всю полученную информацию от Энид, - Мне известно лишь то, что альфа может быть физически сильнее и выносливее омеги, однако бывают и исключения, так? - Да, но тут уже дело в феромонах, - Синклер перевела взгляд на стену, собирая мысли в кучу для правильной трактовки, - феромоны альфы способны, если так можно сказать, подчинять или припугивать омег или дельт, однако он плохо действует на бет - В любом случае я не вижу причин того, чтобы ты не вызвала того безмозглого червя на битву, чтобы вырвать ему пару клочков шерсти, - недовольно и монотонно проговорила Уэнсдей, оглянув удивленную Энид, - и я намеревалась быть рядом, чтобы лицезреть все его унижение и агонию, - последнее слова Аддамс звучали словно ложка мёда на языке На лице Уэнсдей стал прорезаться пугающий оскал, который она старалась сдерживать, а Энид немного напуганно и растеряно оглянула комнату, чтобы подобрать следующие слова: - Так или иначе у нас еще есть время, поэтому не делай глупостей! - Синклер серьезно посмотрела на хмыкнувшую Аддамс, которая лишь молча вернулась на свою половину комнаты, решив завершить диалог Уэнсдей манерно легла на свою кровать, скрещивая руки и медленно закрывая глаза. Она была готова сосредоточиться на получении сна, как вдруг мягкий и скромный голос Энид вынудил Аддамс распахнуть их: - Спасибо, Уэнсдей Брюнетка хоть и не видела лица оборотня, однако точно знала кое-что - она улыбалась. Внутри Аддамс что-то резко свернулось от воспоминаний недавнего события, когда Уэнсдей вновь поддалась порыву и позволила себе лишний раз допустить блондинку в своей голове А что, если бы не произошло это случайное видение? Как бы Уэнсдей объяснила беспричинные касания, которые, к ужасу, были наполнены всей нежностью? От подобных мыслей Аддамс начинает кусать внутренние части щек, сжимая ночную рубашку и не имея желания прямо сейчас раздумывать о своей никчемности Это просто бесполезно Как бы Уэнсдей себя не настраивала против своих же чувств, ей казалось, что все становилось только хуже - будто она идет поперек самой себе, путаясь в своих собственных желаниях и абсурдных мыслях Но что же тогда делать? К черту Сейчас ей нужен сон *** Школьные будни шли своим чередом - Энид уже каким-то образом успела помириться с Йоко и полностью восстановиться, а Уэнсдей, как и обычно, в основном находилась одна, лишь изредка бывая в компании Синклер, которая всегда беспокоилась по поводу отстраненности Аддамс. Для такой открытой и яркой блондинки всегда была странной такая отчужденность, потому ей было тяжело понять брюнетку, которая чаще всего не желала чужой компании Или, быть может, дело абсолютно в другом? И потому Энид подходит к ней в очередной раз: - Я ухватила пару кексов в столовой, не хочешь? - Синклер демонстрировано подвинула тарелку с десертом Уэнсдей, широко улыбаясь, будто прямо сейчас за ее спиной появится собачий хвост, который начет активно вилять - Энид, ты прекрасно осведомлена, что я ненавижу сладкое, - не отрываясь от книги, проговорила Аддамс, даже не взглянув на тарелку - Да ладно тебе, всего кусочек, - Синклер протянула кекс с шоколадкой крошкой к серьезной и сосредоточенной брюнетке, которая, похоже, даже и не собиралась посмотреть на блондинку - Синклер, не вынуждай меня повторятся, - Уэнсдей тыльной стороной ладони стала отталкивать от себя руки расстроенной Энид, которая лишь секундно поджала губы Блондинке каждый раз было колко и неприятно такое поведение Аддамс, однако стоило ей только посмотреть на это точенное и серьезное лицо, как вся обида куда-то улетучивалась, а губы расстегивались в непонятной улыбке. Но хлопок грубо закрытой книги вынудил Энид испуганно дернуться и часто заморгать Наконец Уэнсдей раздраженно посмотрела на нее, начав: - Синклер, неужели тебя не интересуют более интеллектуальные вещи, чем постоянное засматривание на меня? - Аддамс оглянула Синклер сверху-вниз Странно, она ответила немного мягче, чем обычно Что-то непонятное не давало Энид нормально сосредоточиться на словах во время их зрительного контакта, потому блондинка слегка растерялась: - Э..Мне просто хотелось провести с тобой время? - Неуверенно, будто задала самой себе вопрос, сказала Синклер, пожав плечами Уэнсдей секундно молчит, будто думая над следующими словами. Она отвела взгляд, продолжая: - В твоем окружении есть люди в разы интереснее меня и подстать тебе, советую отправиться к ним и не возвращаться ко мне, - Аддамс вновь открыла книгу, будто показывая, что их диалог должен завершиться - Но, Уэнсдей… - Ого, привет, брошенка До одури и отвращения знакомый голос будто холодной водой окатил Энид, которая лишь аккуратно направила взгляд в стороны кучи оборотней: - Мы думали, что после такого ты вообще не захочешь оказываться в публичных местах, тебе было мало? - Самый высокий парень нагло уселся рядом напротив, ухмыляясь и всем своим видом показывая свою доминантность Кулаки Синклер были до боли сжаты, а челюсть настолько сдавливала зубы, что казалось, будто они сейчас сломаются: - Может ты уже отвалишь от меня в конце концов?! Вы ненавидели меня, когда я не могла обратиться, а теперь издеваетесь надо мной даже тогда, когда я уже являюсь полноценным оборотнем! - Блондинка резко привстала, указательным пальцем направляя в сторону своего недруга - Ты? Полноценный оборотень? - Парень медленно встал в ответ, - демонстрируя оскал, - Уже прошел почти месяц с твоего первого обращения, а твой запах и твои феромоны даже не начали раскрываться! Ты так и осталась бесполезной! - Он уже было хотел схватить Энид за плечо, как вдруг руку парня резко перехватывают, прижимая к своим же лопаткам и вжимая все тело в столешницу, - блять, что за хуйня?! - Не мог бы ты заткнуть свою собачью пасть и не гавкать среди кучи народу? - Уэнсдей сильнее вжала его в стол, выбивая из него болезненный стон Оборотни всегда в разы сильнее людей, а потому такой небольшой Аддамс приходилось прикладывать всю свою возможную силу на удержание и так ослабленного из-за прошедшего полнолуния полузверя. Она хотела сделать все, чтобы его опозорить Все вокруг стояли в полном неприятном удивлении, перешептываясь и распространяя новые слухи, которые уж точно дойдут до директрисы Уимс - Отпусти меня, дура сумасшедшая!? - Оборотень пытался изо всех сил выбраться из крепкой хватки напряженной Аддамс, которая абсолютно никак не поддавалась, лишь сильнее доставляя боль парню, - какого хуя вы стоите, помогите!? Остальная кучка оборотней растеряно переглянулись, все же решив действовать в сторону Уэнсдей, которая резко отпускает парня, вставая рядом с удивленной Энид: - Вы, твари безмозглые, в следующее полнолуние мы с вами все решим! - Тяжело дыша от недостатка кислорода, проговорил парень, переглядываясь с двух девушек, - Я вам обещаю, что вы так просто не уйдете! - Будь добр уже уйти и не распространять запах псины, - язвленно проговорила Аддамс, получив тихое «эй» от Синклер, которая боялась продолжения конфликта - Ты ахуела..?! - Парня резко схватили остальные оборотни, чтобы не начать бурную драку прямо при всех Он лишь поджал губы, громко выдыхая и махнув рукой, а после развернулся, быстрыми шагами покидая территорию. Компания ушла, оставляя остальных учеников в полном замешательстве - Кажется, что будет интересно, - на лице Уэнсдей прорисовывался пугающий и кривой оскал В голове Аддамс крутились всякие извращенные картинки различных сюжетов страданий этого олуха, уже примерно прикинув какие пытки она бы на нем испытала. Энид предпочла это проигнорировать, сменив тему: - Спасибо, что заступилась, - застенчиво проговорила Синклер, чувствуя как жар подступает к ее ушам то ли от недавнего события, то ли от непонятной реакции на Аддамс Брюнетка лишь поморщилась и хмыкнула, отведя взгляд от Энид: - Я все равно хотела хотела показать ему свое место, - гордо сказала Уэнсдей, идя прямо по коридору на следующий урок Синклер провожала ее своим взглядом, улыбаясь