Мальчики Genshin Impact

Лини вместе со своей младшей сестрой Линнет возвращались домой после успешного выступления. По дороге ребята купили сладкие булочки и кофе, желая провести вечер в компании младшего брата Фремине. Блондин, скорее всего, опять сидел дома, не желая контактировать ни с кем. Лини и Линнет были единственными людьми, с которыми парню было по-настоящему комфортно. По крайней мере, так было до тех самых пор, пока Фремине не познакомился с одной девушкой, которая стала ему хорошим другом， собеседником и, возможно, даже чем-то большим. В один солнечный день, когда юноша собирался погрузиться в бездонные воды Фонтейна, он обнаружил рисующую на мольберте девушку. Фремине, сам тому удивлённый, был охвачен восторгом от увиденной картины. Казалось, что девушка сама была произведением искусства, сошедшей с полотна известного Тейватского художника. Фремине, на удивление преодолев свою застенчивость, подошёл к незнакомой ему девушке, желая увидеть картину. Незнакомка оказалась отзывчивой и охотно показала свою картину юноше. Блондин сильно смутился, увидев на полотне себя на фоне синих кристальных вод Фонтейна. «Твой невинный образ дал мне вдохновение для написания этого шедевра», — слова, что вгоняли юношу в краску каждый раз, стоило ему вспомнить их. С их знакомства прошло уже два месяца. Каждый день девушка приходила на излюбленное место Фремине, приступая к своей работе. Блондин вдохновлял её на написание пейзажей, а он, в свою очередь, был рад оказаться в центре её внимания, хоть и не мог сказать этого вслух. Юноша привязался к этой девушке так, как был привязан лишь к Лини и Линнет. Конечно же, старшие брат и сестра быстро обнаружили неожиданное знакомство младшего брата с Фонтейновской художницей. Лини и Линнет с радостью позировали для её картин, с восхищением разглядывая себя с шедевральных полотен. Лини и Линнет замечали за младшим братом явную симпатию к художнице и совсем не замечали чего-то подобного с её стороны. Фремине был для неё милым маленьким другом и источником вдохновения для многих картин, не более. Не желая задевать младшего такими мыслями, они не обсуждали с ним данную тему. Старшие вернулись домой, услыхав девичий смех, что доносился из комнаты Фремине. Ребята сразу поняли, что у них в гостях была их дорогая подруга. — Хэй! — воскликнул Лини, распахивая дверь и пугая от эффекта неожиданности ребят. — Рад, что ты здесь, мы как раз купили много вкусностей, присоединишься? Девушка радостно улыбнулась, увидев Лини с Линнет. Она резво поднялась с кровати Фремине, оставляя на ней художественные принадлежности. Художница делала наброски для будущей картины, пока Фремине конструировал любимого пингвина. Блондин недовольно нахмурился, наблюдая за тем, как его подруга подбежала к Лини. — Фремине, идём, мы купили твои любимые угощения, — улыбаясь, говорил старший брат, подзывая к себе младшего. Фремине молча поднялся с места, проходя мимо Лини. Он не хотел есть, не хотел говорить с ним, он всего лишь хотел сидеть рядом со своей подругой, наслаждаясь её мягким голосом. Линнет, слушая разговоры старшего брата и их подруги, расставляла на столике угощения и напитки. Она наотрез отказалась от любой помощи, желая самой поухаживать за ребятами. Девушка сняла с себя милый фартук с чеширским котом, аккуратно складывая его, и усаживаясь на диване рядом с Лини. — Слушай, как насчёт того, чтобы я позировал для твоей новой картины, м? — улыбаясь и отпивая чай, говорил Лини. — Мне очень нравятся твои работы и я бы хотел ещё поработать вместе с тобой! Думаю, в театре получится превосходная картина, как думаешь? Девушка, пробуя сладкие булочки, слушала Лини. — А знаешь, это отличная идея, — кивнула она, не отрывая своего взора от Лини. — Игра света и тени, окружающая обстановка, свет софитов… Картина и правда должна получиться замечательной. На следующей неделе можем попробовать. Когда ты будешь свободен? Линнет с удовольствием слушала ребят, отпивая ароматный чай из любимой чашки. Девушке не хотелось встревать в их беседу, отвлекая. Ей было достаточно находиться рядом и ощущать комфорт от того, что она находится в их компании. Всё же, только человек творческий может по-настоящему проникнуться к творческому собеседнику. Линнет взглянула на младшего брата, который молча смотрел в свою чашку. Юноша не пробовал закуски и не пил чай. Всё, что он делал, — обречённо помалкивал, собственноручно заталкивая себя в кандалы. Фремине было крайне обидно слушать энергичные разговоры своего старшего брата с девушкой, что так сильно ему нравилась. Когда они находились наедине, они предпочитали сохранять умиротворённое молчание, занимаясь своими делами. Фремине нравилось такое расположение дел. Ему было комфортно заниматься чем-то в её присутствии. Ему это стало нравиться даже больше, чем проводить время в одиночестве. Но, видя как эта чудесная девушка так мило общается с Лини, раз за разом находя темы для разговоров, Фремине становилось настолько больно, что он жаждал вырвать её из рук старшего брата, и приковать к себе. Блондин сильно пугался подобных мыслей, но поделать с ними ничего не мог. Его тянуло к очаровательному ангелу, что завладела им, сама того не подозревая. Или она всего лишь делала вид, что не понимает мучений Фремине, закрывая на всё глаза? Ребята болтали до позднего вечера, не желая прерывать разговоры. Линнет вставляла свои фразы, находя для этого подходящие моменты. Бедный Фремине же, наоборот, сидел молча, не привлекая к себе никакого внимания. Юноша с тяжестью на сердце наблюдал за Лини и дорогой его сердцу девушкой. Ребята сидели непозволительно близко, касаясь коленями друг друга. Кажется, обоих это устраивало и хотелось зайти дальше в своих невинных заигрываниях, но присутствие здесь Линнет и Фремине не позволяло Лини проявить большее внимание к девушке. Блондин не отводил мрачного взгляда от старшего брата, буквально крича ему о том, чтобы тот прекратил свой флирт. Лини же будто бы не замечал этого. Ему нравилось общаться и, тем более, заигрывать с такой восхитительной дамой. Не только сердце Фремине ей удалось забрать. Сердце Лини она также украла, вырвав его своими острыми ноготками из груди иллюзиониста. Юноша же был совсем не против такому раскладу, замечая неоднократные знаки симпатии в свою сторону от девушки. Он не был виноват, что младший брат не нравился ей, а к нему её влекло. И, тем более, он не был виноват в том, что его сердце так тянулось к ней, желая завладеть прекрасной девушкой без остатка.