Гроза

      Сону проснулся в пустой постели. Сонхуна рядом не было - и к лучшему. Он не знал, что делал бы, если проснувшись увидел перед собой лицо человека, которому полностью отдал месяц своей жизни. Мало ли на что способна его фантазия или ещё хуже - его действия.        Приподнявшись на локтях, он приложил руку ко лбу - температуры не было. Ким не помнил всего, что произошло прошлой ночью - последним воспоминанием было то, как Сонхун прикладывает ему что-то ледяное ко лбу. Ни-ки вчера очень быстро ушёл, так как Сону буквально выгнал его из своей квартиры - младший вызвался проводить его до дома, однако внутрь заходить ему никто не разрешал, так что, как только Нишимура пересёк порог его дома, Сону, хоть и будучи в стельку пьяным, как можно более вежливо попросил его удалиться. И как назло, когда Рики уже собирался выходить, а Ким направлялся в свою спальню, на входе его застал Сонхун (чего он вообще там забыл?!) и чего-то там себе надумал. По крайней мере выглядел он очень расстроенным - Сону успел заметить его лицо лишь мельком. Наверняка Сонхун был в замешательстве после того, как Ким его поцеловал, а на следующий день у него другой парень в квартире…        Сону поднялся с кровати и с удивлением обнаружил рядом на маленьком столике закуски и какую-то записку. Взяв бумажку в руки, Сону внимательно прочитал написанный текст:

Не забудь поесть с утра, когда болеешь, главное - не пропускать приемы пищи. И подогрей чай, холодным не пей. 

      По мере прочтения лицо парня вытягивалось все сильнее - он не мог поверить, что это написал Сонхун.        «Заботится обо мне?..»       Бред.        Сону отложил записку на прежнее место и уставился на принесенную еду. Скорее всего Пак успел сбегать с утра в какую-то забегаловку, приготовить чай и разогреть все, однако все ещё оставался вопрос - какого черта? С чего Сонхун решил так внезапно присмотреть за Кимом? Только из-за того, что он был болен или… Или он просто хотел позаботиться о Сону?..        Он мгновенно вспомнил всё время, которое они провели вместе и которое было совершенно невозможно забыть, моменты стали для него машиной времени - он готов был проживать с Сонхуном каждый миг ещё сотню, тысячу, миллион раз, ему никогда не наскучит. Воображение пририсовывало сцены, которых никогда не было, но которых так хотелось, и Сону с головой ушёл в мечтания.        Очнувшись, он с ужасом отошёл от постели, все ещё пялясь на прикроватный столик, на котором лежала чертова записка.        «Кажется, ты добьёшь меня окончательно…»       Чонвон не смог разбудить с утра Джея. Даже осознавая то, что старший опоздает на занятия, Ян просто был не в состоянии дотронуться до Пака или сказать ему что-то, он просто поступил как настоящий трус - сбежал из собственной квартиры. Ноги сами несли его по знакомой дороге в университет, однако мысли его находились совершенно не там. Он все думал про то, что же могло такого случиться той ночью, что он безвозвратно влюбился в этого парня. Он же не мог просто взять и ошибиться в своем выборе - он понимал, что испытывает к Джею совсем не дружеские чувства. Однако что-то было не так. Точнее не что-то, а всё.       Идя по шумным коридорам, Чонвон не замечал, как сталкивается с некоторыми студентами плечами, не слышал их возмущённым восклицаний, не видел никого и ничего перед собой, поэтому и не понял, когда чья-то рука внезапно потянула его за собой. Лишь оказавшись в пустой комнате, он наконец вернулся в реальный мир и с удивлением уставился на девушку, стоящую прямо перед ним.        — Чонвон, нам надо поговорить.        — Бора?       Она смотрела на него не как обычно, ему даже показалось, что она на него смотрела как тогда. Этот взгляд заставил что-то внутри встрепенуться, ведь он все ещё помнил, как это - быть любимым ею.        — Чонвон… — она неотрывно смотрела на парня, пытаясь, кажется, сказать что-то глазами, однако он больше не понимал. — Чонвон, пожалуйста, прости меня.        Он простил.        — Я давно простил тебя, Бора, можешь больше не извиняться…        — Я не об этом. Я… я обманула тебя.        Ян почувствовал, как внутри все сжимается из-за страха - страха неизвестного.        — Я обманула тебя, когда сказала, что больше не люблю.  Треск.        Он словно слышал этот треск внутри себя, как заново оно ломается внутри, как снова летят эти осколки и врезаются в кожу. Однако… Что-то смягчило их падение. Чонвон не почувствовал боли, он не почувствовал того, что должен был. После ее слов все перевернулось с ног на голову - он не ожидал этого признания, хоть и надеялся на него весь этот жалкий месяц. Но сейчас все поменялось. Он оставил ее и ее любовь в прошлом, зачем сейчас снова разжигать этот бессмысленный огонь?       — Чонвон, я не разлюбила тебя тогда. Я все ещё… — ее голос надломился, она опустила взгляд в пол, не имея больше сил смотреть в его глаза. — Я все ещё люблю тебя, пожалуйста, Чонвон, дай мне все объяснить, я прошу…       Его рука - она останавливается, как только он показывает жест. Глубокий вдох - отчаянная попытка все исправить, но она изначально была ошибкой. Если им суждено было расстаться, нет смысла начинать все сначала…       — Бора, я уже простил тебя. А это значит, что отпустил. Прости меня, но…       — Чонвон, но я знаю, что ты все ещё любишь меня, я видела, как ты пытался заглушить боль в баре, я правда хотела вернуться, но не могла сказать тебе, поэтому, пожалуйста, пойми меня и дай мне ещё один шанс!       Она часто задышала, пытаясь успокоить пальцы, нервно теребящие подол синей юбки.        Но он не может. Он хотел бы, но не может. Он понял, что на самом деле ему уже неинтересна причина, почему все так случилось. Если снова ей доверится - наступит на те же грабли - ошибка. Он смог это преодолеть, и у него теперь другая жизнь, где нет места для второго шанса. Он хотел бы сделать ее снова счастливой, но не может. И она это знает. Потому что он не тот Чонвон, которого она любила.        — Ты же знаешь, что я не могу.        — Ты можешь, Чонвон, просто давай жить как раньше, гулять вместе, ходить в кафешки вместе, смотреть вечером фильмы вместе, проводить каждый момент нашей жизни вместе, и все наладится…        — Бора.        Он положил свои руки на ее трясущиеся плечи. Она не плакала, но была до предела напряжена, с ее лица не сходила маска страха.        — Успокойся.        Она выдохнула, однако не перестала дрожать всем телом.        — Ты же знаешь, что я не могу. Я поменялся, и ты это видишь, ты это знаешь. Я не тот, кого ты любишь, и я не смогу как раньше. Потому что это было раньше, Бора. Тебе нужно просто это принять.        Он оторвал свои руки от ее плеч, в последний раз давая волю воспоминаниям проникнуть в его разум. Она схватила его за рукав, не желая видеть его уход.        — Пожалуйста, Чонвон…        Нет.        — На этот раз ты прости меня.        Любовь не может быть вечной. Однако я благодарен тебе. Ты помогла мне понять, что я могу полюбить снова.        Сону проходил мимо пустых кабинетов, ища единственный нужный - ему надо было отчитаться перед директором за пропущенные лекции. Он знал, что это делать не обязательно, но в его случае, к сожалению, бездействие могло стать неисправимой ошибкой.        Проходя мимо очередной двери, он заметил, что она была чуть приоткрыта, через шёлку доносились какие-то звуки - будто бы человек напевал мелодию. Голос показался таким знакомым, что Сону невольно подошёл к комнате, пытаясь разглядеть, что происходит внутри.        Он успел заметить темные волосы и мольберт(?), когда чья-то рука вдруг схватила его за запястье.        — Сону!        Девушка отвела его от кабинета на некоторое расстояние.        — Ты где был весь день?        — Флора? Ты что здесь делаешь?        Она нервно огляделась по сторонам, словно проверяя, никто ли за ними не следит, и повернулась назад к парню.        — Твоя мать… Она узнала, что ты отсутствовал сегодня и…       — Я болел, мне нужно было с температурой в школу идти? — раздраженно.        — Не в этом дело, Сону, ты, наверное, забыл… Сегодня юбилей университета.        Ким уставился на девушку глазами, полными ужаса.        Что?       — Ты уверена, что сегодня?        — Да… Ты только не переживай…        Это полный провал.       Нужно было срочно все поправить.        — Я ещё успеваю записаться?        — Да, но не в этом дело. Пропусков быть не должно…        Черт, черт, черт. Он совсем забыл про это…       Но сдаваться было нельзя.        — Я должен что-то придумать. Обязательно должен… У меня нет пропусков до этого дня, Флора!        Девушка успокаивающе положила руки на его плечи, немного сжимая их.        — Так, Сону, успокойся. Давай вместе пойдём к директору, объясним ему ситуацию.        Сердце все набирало скорость, выделяющийся адреналин не давал мыслить разумно. Однако нужно было срочно что-то делать.        — Да, только я пойду один. Не хочу тебя в это вмешивать.        Флора понимающе кивнула.        — Тогда увижу тебя на площади.        Джей ждал Чонвона с самого утра - на учебу он сегодня явно не собирался, все тело болело от вчерашних ударов, губа саднила, а при малейшем движении в висках начинало дико пульсировать, что Чонсону даже не хотелось шевелиться. Он помнил, что сегодня праздник, связанный с университетом, поэтому на крайний случай он всё-таки выберется туда, чтобы встретиться с Чонвоном. Иногда младший поступает настолько нелогично и странно, что Паку хочется вставить ему ум в задние ворота.        У самого уха раздался звонок - Джей лениво открыл глаза, посмотрел на знакомый номер и потянулся за телефоном.        — Да?        — Чонсон, черт тебя дери, где ты был всю ночь?! Почему ты не отвечал на мои сообщения? Ты вообще понимаешь…       — Хисын.        Честно говоря, он совсем забыл про старшего, даже не удосужился ему ответить.        — Что Хисын? Что ты снова меня перебиваешь, а потом ведёшь себя будто ни в чем не бывало?        Виноват - правда.        — Извини.        После этого слова старший немного подуспокоился.        — Чонсон, ты же знаешь, что я волнуюсь. У тебя все нормально?       «В этом-то и проблема - ты волнуешься за меня».       — Да, все хорошо, — ложь, но вынужденная.        — Приходи сегодня на площадь, я буду тебя ждать.        «Не жди».       Солнце уже заходило за горизонт, а это означало только одно - скоро начнётся праздник. На самом деле Чонвон не хотел идти сюда, однако не придумал, куда ещё ему можно пойти. Домой он идти, честно говоря, боялся - не хотел ненароком пересечься с Чонсоном, чтобы снова не испытать эти чувства. Бар был закрыт на вечер, так как Хисын, собственно, тоже собирался присутствовать на юбилее университета, а слоняться по улицам ему совершенно не хотелось - после похищения он всё-таки подсознательно стал более осторожным.        Стоя на многолюдной площади, он осматривал небольшую сцену, которая ещё не была подсвечена разноцветными огнями и аппаратура ещё не была подключена. Он запомнил этот день, как переживания Сону - тому каждый раз приходилось много работать, чтобы доказать учителям, что он лучший из лучших. Из-за его сумасшедшей (как считал Чонвон) матери, Ким не отдыхал ни дня, все время работал на том факультете, который он даже сам не выбирал, получая исключительно идеальные баллы. А в день рождения университета каждый год выбирали лучшего ученика за последний учебный месяц. Но сегодня отличался от обычного праздника - сегодня был юбилей. А это значит, что не просто выберут лучшего ученика, но и дадут ему какие-то привилегии. Какие - никто не знал. Но, очевидно, если Сону не станет лучшим в этом году, то его мать разозлиться ещё больше.        Однако Сону в универе сегодня не было. И это очень напрягало Яна.        Вдруг перед парнем появился до боли знакомый человек, и Чонвон по инерции отодвинулся чуть назад. Джейк усмехнулся.        — Что-то ты шуганный какой-то. Тебя-то мы не били, и не собираемся - не бойся.        Ян сильно стиснул зубы, однако приближаться к Шиму не торопился. Поэтому тот подошёл сам и заглянул Чонвону в глаза.       Парень снова увидел этот странный блеск, который уже замечал в глазах Джея раньше. Мурашки пробежали по телу, будто Джейк незаметно пробрался в его потаенные воспоминания и молча изучал их.        — Ты странный, — он резко отодвинулся.        Чонвон наконец-то смог адекватно дышать - близость с этим парнем порядочно напугала его.        — Ты наверно не догадываешься, но мне нужно тебе кое-что разъяснить, — в его голосе послышалась сталь. — Чонсон ведёт себя так заботливо не потому, что он беспокоится за тебя.        Страх медленно перерастал в ненависть к этому человеку. Может, он и может сильно схватить за плечо, ударить его, однако он не имеет права вмешиваться в их отношения с Джеем. Они сами разберутся.        — Думаешь, что я лезу туда, куда не надо? — Шим усмехнулся, увидев удивление в тёмных глазах напротив. — Так вот, Чонвон. Ты для него лишь цель, задание. Может, на данный момент ты и являешься необходимой частью его жизни, но знай - как только он добьётся своего, он исчезнет. Навсегда.        Как ни хотел Ян верить в эти ядовитые слова, они почему-то врезались в его память, оставляя вечный глубокий шрам. Он вспомнил разговор вчерашний Джейка и Джея - он не спал и все слышал, - они тоже говорили про какую-то проверку, и Пак вроде бы даже не отрицал этого факта… Что же это все значит?       «Черт, почему, когда я влюбляюсь, все сразу идёт наперекосяк?!»       И что самое обидное - Джейк заметил его сомнения.        — Поверь, Чонвон, он этого не стоит.        — Может, я сам буду решать?        Он смело посмотрел Шиму в глаза, пытаясь разглядеть там доказательства того, что он врет. Но не нашёл.        Джеюн не отвёл взгляда и внимательно посмотрел на парня.        — Решай сам, Чонвон, это твоя жизнь. Однако не говори потом, что тебя не предупредили.        И с этими словами он удалился в толпу людей, которая со временем все больше увеличивалась, оставляя Яна наедине со своими мыслями.        Зря.        Ни-ки остановился прямо перед Сонхуном, который тем временем старательно высматривал кого-то глазами.        — Сону ищешь? — нагло. Но только так можно общаться с ним.        Лицо Сонхуна мгновенно стало серьёзным, повеяло холодом.        — А тебе какая разница?        — Большая, если вы не встречаетесь.        Пак напрягся всем телом и уставился на Нишимуру. Тот явно наслаждался ситуацией и перепадами настроения старшего.         — Слушай, я вижу, что он страдает. Однако ты принесёшь ему ещё боли, Пак. А я смогу вылечить… Поэтому держись подальше от нас, ладно?        Сонхун буквально взбесился из-за этого «нас». Неужели все так далеко зашло? Неужели Сону уже занят? Однако как ему было ни интересно, выслушивать он это не собирался, поэтому просто обошёл парня, собираюсь оставить его в полном одиночестве. Но не успел - был моментально схвачен за локоть.        — Ответь мне.        — Я не собираюсь держаться подальше от Сону. В конечном итоге выбор остаётся за ним, не так ли?        В душе у Рики уже бушевала буря, однако с лица не сползала гадкая улыбка.        — Правильно, так вот спроси у него самого.        Пак не заметил, как на сцене рядом с площадью начали что-то объявлять, он повернулся туда, куда показывал Ни-ки, и нашел глазами знакомые рыжие волосы.       Сону стоял, задержав дыхание, и напряжённо вслушивался в роковые слова. Вот рассказали уже всю историю НСУ, прошлых лучших учеников, похвалили каких-то бедняг, не хотевших выходить на сцену, - все это заняло как минимум полчаса, однако для Кима прошло лишь около пяти минут. Кто-то, кажется, окликнул его, возможно, Чонвон, возможно Ни-ки, а, может, и Сонхун, но Сону не услышал. Он услышал только имя, произнесённое так громко и торжественно, такое важное имя, которое влияло на его судьбу так же сильно, как и смерть. Громкие аплодисменты, радостные лица вокруг, - был выбран лучший ученик. Было произнесено имя. Не его имя.       Чонвон уже даже не пытался отыскать Сону - он знал, что сегодня Ким точно больше нигде не появиться. Ему хотелось поддержать бывшего друга, но он не знал как. Поэтому он твёрдо верил, что все образуется само собой. Хотя и понимал, что такого никогда не бывает.        Наконец протиснувшись сквозь толпу людей, он заметил знакомую фигуру, стоящую в тени какого-то ближайшего дома. Он хотел было пройти мимо, однако вдруг услышал гневней крик:       — Я же был так близок, Джеюн, обязательно всегда всё портить?!        Ноги будто приросли к земле, Чонвон встал на месте, пытаясь унять яростно колотящееся сердце. Неужели?..       — Ты же знаешь, что это очень подлый способ!       Оба парня были разозлены чем-то, Ян не видел их лиц, только то, что они прожигали друг друга глазами, а их плечи то и дело поднимались и опускались от частого дыхания.        — Какая разница, каким способом, это мое испытание, и ты не должен в него вмешиваться!        Джей, кажется, не видел ничего перед собой кроме Джеюна в тот момент.        — Ну конечно, для тебя всегда быть лучшим важнее, чем ценить чьи-то чувства. Как ты не понимаешь, этот парень уже влюбился в тебя!        Пак резко оттолкнул Джейка, однако последний удержался на ногах, лишь отойдя немного назад.        — Ты бездушный, Джей. Ты поступишь с ним так же, как и со мной. Поэтому тебе никогда не избавиться от своего проклятия.        С этими словами Шим исчез в ночной темноте высоких многоэтажек, а Чонсон так и остался стоять на пустой улице. Ян не мог больше смотреть на мутную фигуру, он тихим и быстрым шагом направился к своему дому, пока слёзы скапливались в уголках его глаз.        Он думал, что своей любовью причинит Джею боль, однако причинил он ее себе самому.