We're the giggle at a funeral

Нил лежит на диване и смотрит спортивную подборку на своем телефоне, когда Эндрю входит в их общую квартиру. Как только Нил слышит, как ключи Эндрю с шумом падают на комод у двери, он убирает телефон и садится. Ботинки ударяются о стену, прежде чем Эндрю пробирается в их жилое пространство. — Дорогой? — кричит Эндрю, все еще вне поля зрения, что привлекает внимание Нила. За исключением некоторых очень редких, очень мягких моментов, Эндрю использует ласкательные имена только как сарказм. — Да, любимый, — отвечает Нил тем же, слегка насмешливым тоном. Эндрю появляется с необычным озорным блеском в глазах. — Как думаешь, насколько сильно ты можешь напугать целую кучу консервативных гомофобов? Это могут быть странные первые слова после долгого учебного дня, но тем не менее на лице Нила появляется улыбка. Это не отцовская улыбка, но все же что-то злое. — Оу. Очень, — уверенно отвечает Нил. В конце концов, он не зря получил главную роль в новом шоу Нетфликс. Оказывается, почти десятилетие бегства от мафии и пара лет в театральной школе делают из тебя невероятного актера. Если вы добавите тот факт, что в реальной жизни Нила он может удачно смущать людей своим поведением, он довольно самоуверен в своих способностях шокировать некоторых республиканцев. — А зачем? — спрашивает Нил, упираясь рукой в ​​подголовник их дивана и кладя подбородок на свою руку, чтобы он мог наблюдать, как Эндрю с нахальной улыбкой перемещается по открытой кухне. — Мы пытаемся наказать сторонников Трампа или тебе просто нравится смотреть на страдания мудаков. — И то, и другое, — говорит ему Эндрю, с серьезным выражением лица указывая на Нила ложкой для мороженого. Нил фыркает. — Но? — подсказывает он. Эндрю подходит и плюхается рядом с ним, проглатывая мороженое. — Но. Помнишь, я рассказывал тебе о своем дяде? Лютер? — Тот, кто отправил твоего кузена в конверсионный лагерь? — спрашивает Нил. — Тот самый, — подтверждает Эндрю. — Его кузен умер. Ники, Аарон и я приглашены на похороны, а затем вечеринка в доме Лютера. — Думаю, это не называется вечеринкой, — весело поправляет его Нил. — Кто-то ведь умер. — Не важно, — отмахивается Эндрю. — Важен тот факт, что Ники только что позвонил мне в безумии, чтобы сказать, что хочет привести Эрика. В последний раз, когда он пытался проделать этот маленький трюк, он снова начал наносить себе вред. Так что на этот раз я хочу снять с Ники основную тяжесть наказания. Грудь Нила словно разрывается, жар обжигает внутреннюю часть его ребер. Грусть и гнев из-за ситуации с Ники в основном переполняются сияющей гордостью за то, что он видит Эндрю таким. Эндрю, который раньше закрывался от любых признаков сочувствия, который, когда они встретились, никогда бы не признал, что что-то имеет значение. Но Эндрю не только готов защитить своего кузена, он еще и просит помощи у Нила. Он просит помощи! — Хорошо. Дай мне удостовериться, правильно ли я понял, — говорит Нил, не в силах сдержать ухмылку. — Ты хочешь, чтобы я появился на семейном собрании, на похоронах, где никто даже не подозревает, что ты гей, включая твоего близнеца и кузена. И вместо того, чтобы представить меня как парня, с которым ты встречаешься четыре года, делишь квартиру и сделал предложение на прошлой неделе… ты хочешь, чтобы я вел себя как полный придурок. Теперь может показаться странным, что Нил и Эндрю так долго вместе, а Эндрю не рассказывает об этом единственным родственникам, с которыми разговаривает, но он просто не умеет делиться важными для него вещами. Нил втайне думает, что это привычка, оставшаяся от детства в приемных семьях, но ему все равно, кто о них знает. Достаточно много людей, и не похоже на то, что они держат это в секрете. Ники и Аарон настолько убеждены, что Эндрю встречается с Рене, что даже не спрашивают о его личной жизни. — Нет, — поправляет Эндрю, игриво наклоняя лицо ближе и ловя взгляд Нила в его горящих карих глазах. — Я хочу, чтобы ты вел себя так ужасно, что им пришлось планировать еще одни чертовы похороны, потому что сердце двоюродной бабушки Харриет сдалось бы из-за того дерьма, которое ты несешь. Я хочу, чтобы ты появился и поднял абсолютный хаос. Зачинщик Эндрю втайне существует, и сейчас полностью проявляется. А Нил снова влюбляется. — Это самое прекрасное, что ты когда-либо говорил мне, — шепчет Нил, совершенно искренне. Его внутренности переворачиваются от прикосновения губ Эндрю и света в его глазах. Он ухмыляется. — Согласен? — удивленно спрашивает Эндрю, и Нил может взорваться. Он бы прыгнул под машину, чтобы Эндрю никогда не терял тот вид радости, который Нил видит сейчас. — Да, — говорит Нил. — Ты знаешь, как сильно я люблю бесить людей. — Значит, ты сделаешь это? — Кто-то может сказать, что ответная улыбка Нила немного садистская, но если ты не растешь с убийцами в качестве родителей и не становишься немного странным. — Не задавай глупых вопросов, — говорит Нил, наблюдая, как Эндрю запихивает в рот очередную ложку слишком сладкого мороженого. — Но что насчет выпуска трейлера? Объявление об актерском составе? — спрашивает Нил. — Через пару недель повсюду будут плакаты с моим лицом. Четыре года назад, после смерти его матери, одна мысль о том, что его узнают люди во всем мире, вызвала бы у Нила панику. Теперь это кажется большим промахом для обоих его родителей, но в особенности для отца. Шрамы на лице никогда не исчезнут, как и тот беспорядок, который Лола сделала из его рук. Но между замысловатыми цветочными татуировками, расположенными между шрамами на его руках, и привлекательным видом (спасибо, Кевин) его лица, которое помогло сохранить роль, Нил принимает свое тело. — Дорогой кузен Грег умер как раз вовремя, — говорит Эндрю. — Похороны состоятся за три дня до объявления актерского состава, и мы оба знаем, что трейлер будет задерживаться из-за пиара еще дольше. — Нил ничего не может поделать, смеясь. — Откуда ты знаешь расписание лучше, чем я? — Просто считаю дни, когда мне не придется делить своего жениха с кучей сумасшедших фанаток, — говорит Эндрю, немного собственнически кладя одну руку на бедро Нила и по пути проводя пальцем по кольцу на пальце Нила. Откинув голову на спинку дивана, Нил улыбается Эндрю. Он знает, что Эндрю сделал предложение в основном потому, что не хочет, чтобы Нил пытался что-то объяснять миру. Кольцо или нет, они всегда собирались провести свою жизнь вместе, кольцо - это просто способ отвести вопросы. — Они все могут отвалить, — говорит ему Нил. У меня есть все, что мне нужно прямо здесь. Эндрю хмыкает в знак согласия, ставя свое мороженое на боковой столик дивана, чтобы безопасно притянуть Нила чуть ближе. — Ты уверен, что хочешь признаться своей семье именно так? — тихо спрашивает Нил. Он должен. — Я знаю, что ты беспокоишься о реакции Аарона. Эндрю пожимает плечами. — У Аарона и Ники есть остаток жизни, чтобы узнать тебя по-настоящему. На следующей неделе я просто хочу повеселиться, наблюдая, как ты поднимаешь кровяное давление у некоторых богобоязненных придурков. Нил тяжело сглатывает, возбуждение в животе превращается в обжигающий жар. Он не может контролировать то, как у него перехватывает дыхание всякий раз, когда Эндрю дает понять, что они будут частью жизни друг друга в течение очень долгого времени. — Эндрю Джозеф Миньярд, — шепчет Нил. — Я никогда в жизни не был так привязан к тебе, как сейчас. На губах Эндрю играет ухмылка. — Правда? — многозначительно спрашивает он. — А как насчет того случая в спортзале? — Воспоминаний о том, как Эндрю поднимал тяжести, достаточно, чтобы по спине Нила побежали мурашки, но он упрямо вздернул подбородок. — Я сказал то, что сказал. Сейчас. — Используя свои актерские способности, Нил превращается в идеальное воплощение невинности, глядя на Эндрю сквозь длинные ресницы. — Поцелуешь меня? И Эндрю целует его. Голова Нила кружится от этого, даже когда Эндрю тянет его к себе на колени. Он поднимает руки Нила к своим плечам, едва разламываясь настолько, чтобы выдохнуть. — По пояс и выше. — Нил тут же держится, нежно нажимая пальцами на мышцы, пока язык Эндрю гоняется за шариком в языке Нила, и все, на чем Нил может сосредоточиться - это вкус шоколада, дыма и Эндрю, Эндрю, Эндрю. — Спальня, да или нет? — Эндрю снова прерывается, чтобы спросить, и Нил, целуя Эндрю в шею и челюсть, не останавливается и просто тараторит да в кожу, где он целует. Вместо того, чтобы отпустить Нила, чтобы они могли переместиться, Эндрю крепче сжимает талию Нила, прижимая их ближе друг к другу. — Держись крепче, кролик, — шепчет Эндрю у виска Нила, продолжая сжимать бедра Нила и поднимает их с дивана, а Нил цепляется за него, как детеныш обезьяны. Хихиканье вырывается из горла Нила, и он смеется, совершенно беззаботно в безопасности сильных рук Эндрю, позволяя отнести себя в их спальню. В тот момент, когда Нил падает обратно в кучу одеял, Эндрю следует за ним. Нил запускает руки в мягкие пряди светлых волос, убирая их с красивого лица. Он снова смеется, на этот раз более сдержанно, но так неописуемо счастлив, находясь под Эндрю, что не может сдержаться. — Не могу дождаться встречи с твоей семьей, — говорит Нил Эндрю в ответ на его вопросительный взгляд. — Заткнись, — хмыкает Эндрю, не в силах скрыть, как сильно он с нетерпением ждет шоу, которое они развяжут сами. Каждый второй звук, который Нил издает в ту ночь, проглатывается ртом Эндрю, и блаженство, которое он ощущает - единственное религиозное чувство, которое Нил вообще когда-либо испытывал. Эндрю, и то, что у них есть, чертовски свято.