Закадычный враг

      Железная дверь скрипнула — и в помещение, которое мало походило на комнату, скорее, на тюремную камеру, грубые руки втолкнули двоих молодых мужчин, дверь тут же захлопнули и тяжёлые засовы вернулись на место. Обстановка, конечно, оставляла желать лучшего. У смежных стен — две каменные плиты-кровати, на которых лежали изношенные матрасы, правда, всё же живности в них не было, что хоть немного, но радовало в данной ситуации. Посреди помещения стоял деревянный стол и две деревянные табуретки. Никакой другой мебели здесь не было, но, несмотря на скромность обстановки, в целом всё же грех было жаловаться: кругом ощущалась чистота. Зарешёченное окно было довольно высоко, но всё же какой-никакой солнечный луч проникал в это скромное жилище.       Оба мужчины были высокого роста, сильные, и даже при беглом взгляде производили впечатление тех, кто готов мужественно и стойко переносить любые невзгоды. Один из них имел непослушную шевелюру пышных, слегка вьющихся, чёрных волос средней длины, сейчас в беспорядке лезших в лицо и отказывающихся ложиться ровно, из-за чего приходилось их постоянно убирать с лица руками. Его глаза, в которых застыла усталость, были необыкновенно красивого синего цвета. Товарищ по несчастью имел густые, прямые, длинные, тёмно-каштановые волосы, немного спутанные, пара прядей прилипла к мокрому лбу и щекам, а в полуприкрытых карих глазах читалось страдание. Правой рукой он держался за левый бок, чуть ниже груди. Сквозь грязную, рваную, некогда белую рубашку виднелась рана, которая всё ещё кровоточила. Оба были одеты в белые штаны, исчезавшие в чёрных сапогах. Вся их одежда ясно говорила о том, что они совсем недавно побывали в сражении, которое, увы, закончилось для них вовсе не победой, но с другой стороны, хоть они и попали в плен, всё же пока ещё были живы. По всему было видно, что это не просто солдаты королевской армии, а господа благородные.       —Чёрт побери, Эдгар, Вы же ранены! — певучий, бархатный голос в этот раз прозвучал неестественно хрипло.       —Какая проницательность! — язвительно последовало в ответ.       —Вам нужен врач! — в бархате зазвучала искренняя обеспокоенность.       —К чему? — равнодушно ответил тот, кого назвали Эдгаром. — Какая разница, умру я сейчас или через пару дней.       —Что за бред Вы несёте? Как только они получат выкуп, нас отправят домой.       —Это Вас отправят домой, а мне отсюда живым точно не выбраться… — с этими словами он растянулся на кровати, всё ещё зажимая правой рукой рану, левую он подложил под голову и, согнув левую ногу в колене, упёрся им в стену.       —Откуда такой пессимизм? — продолжал удивляться собеседник. — Рана ведь не смертельная.       —Послушайте, Илиан, почему бы Вам не заткнуться и не оставить меня в покое? — он даже голову приподнял, глядя на того, с кем разговаривал. — Можете возрадоваться наконец, что избавитесь от меня чужими руками.       —Вы бредите, Эдгар! — тот, кого назвали Илианом, ничуть не обиделся. — Если Вы думаете, что я настолько низок и подл, то спешу Вас разочаровать: я не позволю Вам избавиться от меня так легко! — с этими словами он подошёл к дверям и громко постучал.       —Чего тебе? — спросил грубым голосом стражник снаружи, открыв зарешёченное окошко.       —Моему товарищу нужен врач, он истекает кровью.       —Не велено, — коротко прозвучало в ответ.       —Вы хотите, чтоб он умер до того, как получите за него выкуп?       —Чёрт с тобой! Сейчас, — неохотно произнёс тот, и за закрытой дверью послышались удаляющиеся шаги.       —Идиот! — отозвался Эдгар, когда Илиан уселся в ожидании на табурет за столом. — Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? — от раздражения он окончательно отбросил вежливый тон и перешёл на «ты».       —Потому что тебе нужна помощь! — тот подхватил настроение собеседника.       —Да не нужна мне никакая помощь! Дай умереть спокойно!       —С чего ты решил, что умрёшь?       —Не твоё собачье дело! Ей-богу, достал! Угораздило же попасть в плен именно с тобой из сотни возможных дворян!       —Видимо, на тебе сказывается потеря крови, — спокойно ответил Илиан, отворачиваясь к столу и уронив на руки голову.       —Чёртов благодетель, — пробурчал Эдгар.       Через несколько минут послышались шаги, затем проскрипели засовы и в открытую дверь вошёл доктор. Сразу сообразив, кому тут нужна была помощь, он подошёл к лежавшему мужчине и внимательно осмотрел рану. Раненый не сопротивлялся, хотя по его лицу было видно, что радости присутствие эскулапа ему не доставляло. Заставив больного подняться и снять рубашку, врач молча обработал рану, остановив наконец вялое кровотечение и наложив повязку, и сообщив, что завтра вернётся, ушёл. Надев опять рубашку и застегнув её, Эдгар снова улёгся на кровать, только в этот раз обе руки положил себе под голову.       —И чего Вы этим добились, что хотели доказать? — уже как-то вяло и устало прозвучал вопрос.       —Хотя бы облегчения Ваших страданий.       —Как это мило с Вашей стороны, — ехидно заметил тот. — А зачем?       —Неужели Вы думаете, мне приятно смотреть, как Вы мучаетесь?       —А разве нет? — он повернул голову в его сторону.       —Мне лестно осознавать, каким чудовищем Вы меня считаете, Эдгар.       —Да бросьте, Илиан. Скажите правду. Вам ведь стало бы легче, если б я умер?       —А Вам? — вдруг вызывающе прозвучало в ответ.       —Мне? Да вряд ли. Умерших не вернуть… — философски заметил раненый.       —Тогда почему Вы думаете, что мне будет приятна Ваша смерть?       —Не знаю. Наверное, мне бы просто хотелось так думать.       —Но почему?       —Потому что, когда врагу не ведома человечность и сострадание, его легче ненавидеть.       —Понимаю, — Илиан даже улыбнулся. — Увы, не выйдет.       —И всё же Вам придётся смириться с тем, что Вы наконец-то избавитесь от меня.       —Откуда такие странные мысли, Эдгар? Как только выкуп будет получен, нас отпустят. Не думаете же Вы, что они нарушат слово?       —Разумеется, нет. Только выкуп выплачен не будет.       —Вы хотите сказать, что у Вас нет денег? — вдруг догадался он.       —Увы! — вздохнул тот.       —Почему Вы мне сразу не сказали?       —А что бы это изменило?       —Ладно, отдыхайте, Эдгар, — с этими словами Илиан снова подошёл к окошку и постучал.       —Ну что ещё? — буркнул явно недовольный стражник.       —Надо переговорить с Вашим начальником. Скажи, это связано с выкупом. Срочно!       —Вот неугомонный! Ладно. Чёрт с вами… — с этими словами стражник удалился.       —Что Вы намерены делать? — Эдгар попытался приподняться, опёршись на левую руку, но тут же почувствовал резкую боль в боку и снова опустился на кровать.       —Успокойтесь, я всего лишь пытаюсь избежать такого бездарного способа избавиться от Вас.       —Сумасшедший! — скорее добродушно произнёс раненый, и в ответ Илиан искренне улыбнулся.       —Не без этого. Но будьте так добры удовлетворить моё любопытство. Что случилось с Вашим наследством?       —Частично оно вложено в дело, смею надеяться, выгодное и прибыльное. А частично… — он устало вздохнул. — Знаете, Илиан, с некоторыми родственниками и врагов не нужно.       —Лорен?       —Да, мой кузен — мастер по части промотать даже самое огромное богатство.       —Слыхал, он весьма азартный игрок.       —Не то слово.       —Но почему Вы взяли на себя его долги?       —Думаете, у меня был выбор? С родственниками всегда так. Можно было, конечно, отдать его на съедение кредиторам, но всё же он — мой кузен.       —Понимаю, хотя, кажется, его не мешало бы проучить.       —Подумаю над этим на досуге, — усмехнулся в ответ тот.       В этот момент дверь скрипнула и вошёл стражник:       —Начальник ждёт, — Илиан кивнул и вышел.       Вернулся он через четверть часа в довольно приятном расположении духа.       —Вопрос с выкупом решён, — радостно огласил он.       —Вот что Вы наделали, Илиан? — рассмеялся ему в ответ Эдгар. — У Вас была такая прекрасная возможность избавиться от меня раз и навсегда, но Вы мало того, что спасли меня, так ещё и в долг к себе загнали. Как Вам не совестно, сударь?       —Прошу прощения, сударь, за мою бестактность, но, увы, у меня не было иного выхода оставить Вас в живых, чтобы когда-нибудь самому заколоть Вас шпагой в каком-нибудь тёмном переулке, — и они оба рассмеялись. — Если, конечно, — добавил будущий кредитор спустя минуту с нотками сарказма в голосе, — Вы не решите убить меня раньше, чтоб и от меня избавиться, и от долга заодно.       —Вы пользуетесь тем, что я ранен и не могу ответить на это, как следует? — ничуть не обиделся собеседник. — Как Вы там говорили? Если Вы думаете, что я настолько низок и подл, то спешу Вас разочаровать. Обязательства прежде всего.       —Я рад, что мы понимаем друг друга, — с улыбкой произнёс тот.       —Благодарю Вас, Илиан, — искренне улыбнулся Эдгар, протягивая тому свою ладонь, за чем последовало крепкое рукопожатие. — Но имейте в виду, я не смогу Вам слишком быстро вернуть долг.       —Прекрасно. Значит, я обезопасил свою жизнь, как минимум, до его выплаты, — ответил будущий кредитор, и они снова рассмеялись.       Ночью Илиан вдруг проснулся, услышав, как его сосед метался по кровати и стонал. Поднявшись и подойдя к нему, мужчина обнаружил, что у того поднялась температура — он бредил. Не зная, как справиться с этой ситуацией, он подошёл к дверям и снова потребовал врача. Доктора вызвали и, когда тот заново осмотрел и обработал рану, в комнате появился тазик с водой и небольшое полотенце. Прикладываемая ко лбу смоченная в холодной воде материя ненадолго облегчала страдания раненого. В этой бесконечной череде однообразных действий и прошла ночь. На утро больному стало немного лучше, пришедший врач констатировал, что жар спал. Илиан, устав от бессонной ночи, с удовольствием растянулся на своей кровати и тут же уснул. Эдгар, почувствовав облегчение и в полудрёме принявший от доктора снотворное, тоже забылся сном. Оба проснулись от того, что снова скрипнула дверь: им принесли еду. Усевшись за стол, они принялись за скромную трапезу.       —Скажите, Эдгар, могли бы мы стать друзьями?       —Кредиторы и должники не могут быть друзьями, — ехидно прозвучало в ответ, — не так ли?       —Ну это пока. Забудьте Вы о деньгах хоть на секунду. К тому же, выкуп пока ещё не заплачен. Если отбросить долг, которого на Вас пока ещё нет, мы могли бы стать друзьями?       —Послушайте, Илиан, к чему эти бессмысленные разговоры?       —Я хочу понять, чем вызвана Ваша неприязнь ко мне.       —Вы же сами всё прекрасно знаете.       —Но не я же убил Ваших отца и мать! Я хочу знать, если эту поколениями взлелеянную бессмысленную вражду можно оставить в прошлом, то почему бы именно нам не прекратить её?       Эдгар внимательно посмотрел ему в глаза, и тот выдержал этот прямой взгляд. Вздохнув, он вновь принялся за еду.       —Может быть, в Ваших словах и есть смысл. Если, конечно, Вы искренни, — съехидничал он.       —Не будь Вы ранены, я бы вызвал Вас на дуэль, — засмеялся тот.       —А бились бы на ложках? — рассмеялся в ответ другой.       —За неимением ничего лучшего… — пожал плечами собеседник. — Но всё же, Вы допускаете такую мысль?       —О дуэли? — Эдгар сделал вид, что не понял вопроса.       —Не делайте вид, будто не понимаете, о чём я, — с лёгким раздражением прозвучало в ответ.       —Послушайте, Илиан, если честно, то я сам много раз думал о том, что кому-то это следует прекратить, и я не вижу причин, почему бы это не могли сделать мы. Но давайте смотреть правде в глаза. Пока выкуп, когда он поступит, будет существенным препятствием к этому. Если после того, как я выплачу Вам его, у Вас не появятся причины ненавидеть меня, тогда…       —…мы снова вернёмся к этому разговору.       —Именно! А пока, прошу Вас, оставим этот бессмысленный спор.       —Что ж, договорились.       В таком ехидно-издевательском тоне и проходили их ежедневные беседы. Эдгар понемногу выздоравливал, так как постепенно рана затягивалась и приносила всё меньше хлопот и страданий.       Через три недели пребывания в плену их наконец вывели из башни, вернули шпаги и кинжалы, дали в дорогу немного денег и лошадей и под конвоем проводили до границы. Едва они проехали заставу, как тут же пустили лошадей в галоп. Ощущая полной грудью свободу, вдыхая воздух родной земли, мужчины горели нетерпением остановиться где-нибудь в ближайшей таверне, чтобы впервые за последние несколько месяцев вкусно и плотно пообедать. Вскоре они как раз подъехали к придорожному трактиру, где смогли насладиться приятным обедом и остаться на ночь, чтоб передохнуть перед отправлением в столицу. По обрывкам разговоров в зале они узнали, что их королю пришлось подписать мирное соглашение, пойдя на кое-какие уступки, поскольку войну эту они проиграли. Но отчаиваться в любом случае явно не стоило: всё-таки как-никак они возвращались домой, остальное их пока волновало мало. Да и война эта порядком надоела всем: и королю, терпевшему поражение за поражением, и народу, обнищавшему от непомерных налогов, и солдатам, уставшим от походных условий. И уж худой мир нынче был весьма кстати.       Вернувшись наконец в столицу на следующий день, мужчины распрощались и разъехались каждый по своим делам. Вскоре им предстояло явиться во дворец, чтобы объясниться перед королём, узнать придворные новости и, возможно, получить какое-нибудь важное задание или во всяком случае вернуться к службе.