Дорога «завтра» ведет в город «никогда»

      Тэхён вдохнул жаркий летний воздух, спускаясь с трапа. Он сам, без мам, пап и кредитов, смог улететь в первый самостоятельный отпуск. Основательно готовясь к нему, начиная с получения первой зарплаты, заканчивая деньгами, подаренными на день рождения. Да, он всё ещё не оплачивал полностью свою жизнь, но смог знатно устать от работы, учёбы и всех обязательств, преследующих его в будние дни. В связи с этим, было принято разумное решение улететь погреть косточки. Желательно туда, где его никто из знакомых не увидит, а обязательства не достанут.       Именно поэтому самолёт приземлился в международном аэропорту Диагорас, который встретил его солнцем и умеренным ветром, заставившим Тэхёна придержать панамку и сощуриться до смешливых морщинок у глаз. Его футболка оверсайз прекращала быть таковой, и броская надпись «Los Аngeles» обтягивала складное тело. С небольшой ручной кладью наперевес, Ким отправился в аккуратное здание, которое встретило его шумным потоком туристов и прохладой. Там, с разношёрстными зеваками, он прошёл все требующиеся от него проверки и получил свой багаж, который обязан был пополниться парой лишних оплачиваемых сверху килограмм. Ким бы и дальше следовал по пятам прибывших с ним туристов, но пока он высматривал свой белый чемодан и стаскивал его с ленты, они все рассосались. Мамочки с детьми убежали менять им памперсы, а деловые старички ретировались в ближайшее кафе, в коем имелись напитки крепче кофе.       Так Тэхён остался один на один с греческим языком и хромым английским.       Аэропорт был не настолько большим, чтобы в нём потеряться, но и не таким маленьким, чтобы передвигаться по наитию. И сияющая табличка с яркой надписью «stop», над одним из выходов, ввела в ступор уставшего от перелёта Кима. Весь положительный настрой заканчивался, и наступала череда отчаянья. Не зря мама говорила, что одному ему не справиться.       Ким собирался уже совсем разочароваться в себе, как с глаз пали шторы усталости, и он заметил стоящего у стены молодого человека. Человека, который больше него самого был похож на того, кто мог запутаться, но говорить на корейском. Брюнет лет двадцати пяти что-то печатал в телефоне и профессионально умещался на чемодане.       Боги благословили его.       Тэхён из всех сил пытался не замечать, как колёсико на его чемодане заело, иначе, он точно расплакался бы от полученного стресса.       — Sorry, mister?       Мистер, который то ли игнорировал его, то ли не слышал, так и не поднял бы взгляд, если бы чёрные фирменные кеды не остановились рядом с его кипенно-белыми кроссовками. Он снял наушник и встряхнул кучерявыми волосами. Тэхён, наверное, совсем некультурный, но, кажется, он присвистнул, когда мужчина посмотрел на него. Слегка сощурив глаза и вздёрнув носом, он ткнул пальцем в свою грудь и обратил внимание без того зачарованного Тэхёна на свои татуировки, варварски скрытые джинсовкой. Ким действительно был готов пустить слюну по нему, но встреча в аэропорту не могла значить ничего хорошего.       — Do you… speak Korean? — Смущённо промямлил Ким. С такими мужчинами отпуск становился выше его ожиданий, а это он даже не на пляже. Мужчина кивнул и убрал второй наушник. — Извините ещё раз, но я… — Ким сглотнул. Перенервничал. «Сейчас готов потеряться с вами в ближайшем туалете, — подумалось ему». — Немного запутался, не подскажите, где тут выход?       Мужчина перевел взгляд с Кима на чемодан и хмыкнул.       — Так тебе в противоположную сторону от таможенного контроля, — Тэхён, кажется, услышал ангелов, когда брюнет начал говорить. Он позорно проследил за каждым движением губ с пирсингом, чтобы не упустить ни одного слова. Когда мужчина заметил это и решил, что это не из-за того, что Ким запал, а из-за его неясного объяснения, спрыгнул с чемодана и куда-то указал.       — Сначала прямо до Старбакса, а потом налево, там ещё у дверей много мужчин — это таксисты, если тебя никто не встречает, к ним не иди, дерут в пять раз больше положенного, лучше на автобусе.       И улыбнулся так, что Тэхён только и успевал кивать. «Такой красивый ещё и добрый», — подумал он и поспешил убраться от него. — «Не по пути им, занят, наверное. Такому наверняка не до курортных романов». Он поклонился много раз на прощание, прошептал по привычке спасибо и убежал в указанное направление, где его уже ждала хозяйка квартиры, добродушная гречанка.       Приятная женщина пятидесяти лет встретила его прямо у входа. Она лучезарно улыбнулась и после так крепко обняла, что Кима аж пробило на слезу, а до сих пор не отошедшие от полёта кости, наконец, встали на своё место. Талия, как представлялась женщина в переписке, вдова, которая не успела заиметь детей от мужа эгоиста, решила сдавать комнату, чтобы туристы, приезжая к ней, чувствовали себя, будто съездили на лето к бабушке. Тэхён действительно так себя и почувствовал, когда эта женщина выхватила его «чемоданчик» и поспешила рассказать обо всём насущном, пока шла до своей крошки.       Фиат ждал их чуть дальше, там, где на парковке было уже просторнее, а большинство туристов успели рассесться по автобусам и машинам. И уже усевшись в автомобиль с чёрно-белым кожаным салоном, тётушка попросила называть её Лией или просто бабушкой, лишь бы Киму было удобно. Он всё никак не мог перестать улыбаться рядом с этой замечательной женщиной. Глядя на неё, можно было получить такой невероятный заряд энергии, что кофе не понадобился бы на ближайшие пару дней. Она благоухала благородно, Тэхён примерно так и представлял её по переписке: сдержана и в одежде, и в разговоре, тараторит, но, если вдуматься, говорит поверхностно, лишь много причитает. И Тэхён даже рад, что выбрал именно её, потому что он сможет не только попутешествовать, но и окунуться в культуру с головой, выслушивая разные местные легенды, пробуя кухню и зная, что мама может не переживать.       — Ты голодный? — Неожиданно спросила Лия, она долго рассказывала о местных достопримечательностях, куда Киму обязательно надо попасть, а тут… — У меня сегодня отлично получилась спанакопита, — по удивлённым глазам своего собеседника женщина явно догадалась, что он даже не представляет «что это». Она добродушно рассмеялась, — Это рулет на тесте фило? Не знаю, пирог, во всяком случае. Он не сладкий и не острый, в Корее вроде вся еда острая, а я не могу есть сильно острую еду, извини. Туда добавляется мелко крошенный шпинат и сыр фета, обжаренный лук двух видов, и репчатый, и зелёный, яйца и приправы. Смешать, смазать тесто, потом ещё лист, а потом начиночку и ммм! Пальчики оближешь. — Талия так вкусно всё это описала, что голодный живот Кима отозвался. — Не взяла с собой, к сожалению, но не переживай, как приедем, всё быстро подогреем, ты разложишься, и мы на балкончике поужинаем, выпьем за отдых и пойдёшь набираться сил.       Они проезжали по узким улочкам городов, пока всученный столетний путеводитель Талии был изучаем Кимом. Для своего отдыха Тэхён выбрал деревушку Линдос на юго-востоке Родоса, оттуда почти везде рукой подать, если не считать, что весь остров можно было преодолеть быстрее, чем путь до университета в Сеуле. Остров не уступал родине по краскам, во многом превосходил однотипные многоэтажки и пёстрые рекламные вывески.       За окном мелькали и горы, и поля, и знаменитые леса оливы. Тэхён не предполагал, что настолько разнообразная и больше смахивающая на пустыню местность будет перебиваться с лесами. Вот чего Тэхён никак не мог увидеть — это море. Там, где до него оставались пару домов, оказывалось закрытым горами или находилось настолько далеко, что мешалось с небом и Ким вечно отвлекался на что-то другое.       Талия была очень хорошим гидом и обеспечивала информацией о каждом объекте, встречающимся им на пути: она говорила и о том, что сейчас они будут подъезжать к Фалираки, где находится каменистый пляж, и что ему стоит посетить местный океанариум, находящийся в удивительной близости к морю.       — Будете всё в таких подробностях рассказывать, мне не будет интересно, — пошутил Ким, пока за окном пролетали километры. Женщина на это посмеялась, но рассказывать продолжила.       Усталость взяла своё, и Тэхён в какой-то момент заснул под местную мелодию из динамиков и тихий монолог учтивой Лии; она разговаривала о чём-то отвлечённом, когда заметила, как глаза Кима начали слипаться.       Тэхён проспал не прям много, во всяком случае, остров он сможет осмотреть самостоятельно и, при этом, вдоволь поваляться на пляже. У него столько времени на это, что хоть каждый день он побывает на разном.       Тэхён встал сразу, как Талия заглушила мотор. Он осмотрелся по сторонам — они на автомобильной стоянке. В лобовое палит полуденное солнце, и Ким жалеет, что не намазался кремом от загара полностью.       — Наверное, ты знаешь, что здесь тяжело автомобилям. — С улыбкой сообщила Лия. — Но нам относительно повезло, мы живём близко, поэтому путь предстоит не близкий, но не на столько, чтобы взвыть.       Лия вышла первая. Как оказалось, она курила. Её немолодая рука очень хорошо сочеталась с тонкой сигаретой, и женщина, как и рассказывала, жила лучшую жизнь. Она стояла спиной к Киму, её лёгкая рубашка, своей расцветкой походящая на гавайскую, развивалась на ветру, а маленькая плетёная сумочка, вмещающая в себя разве что телефон да ту же пачку сигарет, лупила по женскому боку, подбрасываемая ветром. Тэхён знал, что за дверями его ждала жара: он это ощущал по нагревающемуся воздуху в салоне. И всё-таки, натянув свою панамку, он вышел из автомобиля. Тэхён только сейчас заметил, что они уже в Линдосе. Он огляделся: на стоянке стояли местные, разговаривая на греческом, что Тэхёну немного резало слух. Вместо привычного корейского Ким слышал неизвестный для него ранее акцент и слова. Это было завораживающе, но европейские лица не смогли удивить его так, как представший перед взглядом лазурный берег. Под хитрый взгляд женщины Тэхён, не сдерживаясь, охнул. Талию вдруг окликнули, и она, давая Тэхёну впитать первые впечатления, отошла от машины.       Скалистый берег, омываемый колыбелью древних цивилизаций, устланное судами разного вида, встретили Кима безмятежностью. Это казалось картинкой с его рабочего стола на компьютере. Тэхён искренне не верил в происходящее. Лазурный пляж, стайки туристов, местный язык. У него от переизбытка чувств кружилась голова.       — Без потери рассудка, Тэхёни. — Талия, так же как и он, смотрела в даль, куда толпами сбегались туристы и местная молодёжь, там где весело смеялись дети и куда приезжали встретить старость. — И как тебе?       — Очень хорошо, — кажется, он совсем забыл все слова на английском и смог сказать только что-то тривиальное.       Женщина понимающе похлопала его по плечу. У Тэхёна заслезились глаза: так долго он смотрел на открывшуюся картину, что даже не моргал. Ким огляделся. Это была парковка, совершенно обычная.       — Можно глупый вопрос?       — Второй? — Растерялась Лия. И у неё были настолько удивлённые глаза, что Тэхён смутился и начал отрицательно вертеть головой. На что она снова рассмеялась. — Да шучу я. Ты буквально впервые на этом замечательном острове, тем более ещё юн, чтобы быть в курсе всего на свете, и знать как этот свет устроен. Думаешь, все твои вопросы глупые? — Тэхён так внимательно её слушал, что мозг больше половины слов ещё не мог разобрать, но суть запомнил, поэтому на риторический вопрос он ответил пожиманием плеч. — Напрасно, Тэхён. Задавать вопросы всегда хорошо. — Она задумалась. — Плохо, когда ты их не задаёшь.       — Тогда, — Тэхён замялся. После такой тирады, хотелось только виновато опустить глаза, но Лия точно дала понять, что ждёт вопроса. — Как можно оставлять машину так далеко и быть уверенной, что её не угонят?       Талия улыбнулась и помахала мужчинам позади себя, те громко поздоровались на английском и Тэхён поклонился им в своей привычке; мужчины только громче, перебивая друг друга, произносили заученное «Welcom to Lindos».       — Это, наверное, большая особенность Линдоса, — женщина открыла багажник и Ким забрал свой чемодан. — Здесь обычно меньше людей, всего семьсот? Может, уже меньше. Мы все здесь друзья и некоторые из нас живут в домах рядом, кто-то чуть выше по улице, поэтому машины под присмотром. Тем более, это внутренняя стоянка, для туристов есть специальные, а эти места закреплены за нами. Да и…– Она закрыла машину на сигнализацию и закинула ключи в ту же сумочку. — Кому здесь воровать? Туристам? Здесь выгоднее шлёпки местных, мы то знаем в какой обуви удобнее ходить по нашим тропинкам.       Тэхён понимающе закивал. Они направились по улице. Под огромным деревом на площади толпились люди, они пытались уместится под его тенью; кто-то из местных сидел на ступеньках своих домов, а кто-то на выступе чуть выше. Вокруг были кафе, банки, информационные стенды и долгожданные белые домики — основная особенность Греции в целом. Тэхён рассматривал все лавки с сувенирами по дороге, пока Талию приветствовали местные, а та о чём-то на греческом им отвечала. Он успевал останавливаться на хохлаках, выложенной из морской гальки мозаики, которая тут часто бывала на порожках местных домов.       На пути они встретились с ещё одним развлечением для туристов. Колонна осликов, используемая в качестве такси, раньше являющееся единственным видом транспорта на всём острове. Теперь, один из них, преследует Тэхёна и щекочет ямку под коленом. Талия ещё пару домов смеялась над ним.       Они шли по узким улочкам, что иногда заставляли останавливаться, чтобы пропустить туристическую толпу с экскурсоводом во главе.       Они проходили местные бары, до отвала забитые туристами, закусочные, и голодный Тэхён грезил об обещанном пироге. Талия, проходя местную забегаловку, кратко сообщила, не прекращая идти:       — Тебе нужно обязательно сходить в Ginger.       Тэхён даже не понял сразу, что сказала женщина. Он поспешил с ней выровняться, чтобы послушать местный совет.       — Есть тут один ресторанчик, — продолжила Талия, — возле церкви, я тебе покажу, где она, там бесподобная еда, а на террасе открывается роскошный вид на город и побережье. Им управляет моя знакомая, я её предупрежу, что ты от меня, сядешь на лучшее место.       Тэхён не мог не согласиться с Талией. Ему нравилось слушать рассказы этой женщины. За всё это время она постоянно делилась с ним тем, что не указано ни в каком справочнике об острове, и глаза её искрились. Ей действительно не хватало кого-то рядом. Хотя она не особо распространялась о своём браке, Тэхён мог почувствовать её тоску по этому человеку и любовь к нему. И сейчас, получив очередного «внука», она смогла скрасить своё одиночество. Тэхён был рад стать причиной её счастья.       Линдос являлся деревней, в которой не было тех самых бело-голубых домов, только белые стены и тёмные, порой светлые, двери и ставни на окнах. Он и не хотел другой отдых. И дело не в том, что он какой-то ценитель, быть может, но спокойные улочки Линдоса и самый лучший пляж на всём острове, сделали выбор за него.       И даже если ему приходилось тащить чемодан на верх, по склону горы, он был не против такого фитнеса. Ради своего же удобства.       Преодолев все трудности и половину достопримечательностей Линдоса, они с Талией добрались до дома. Он ничем не отличался от сотни таких же, что попадались им на пути, и находился в относительной близости к аналогично такому же дому. Но Ким знал, что в любом другом ему было бы не так комфортно, как в этом. Кажется, Талия стала ему подарком судьбы.       Внутри дом оказался просторнее, чем можно предполагать снаружи. С порога их встретила встроенная в стену ключница, а пол будто продолжал город, так как был выложен плитами. Талия сразу переобулась в лёгкие сланцы, что и посоветовала сделать Киму. Не зря она спрашивала размер его обуви. Потолок, в отличие от пола, был обделан деревом, на котором повисли белые лопасти вентилятора и современные точечные светильники. Дом был светлым, белизна стен продолжалась и тут. У Тэхёна это вызывало восторг. Хотя комната и была просторной, на каждой полке, мебели был какой-то памятный для Талии хлам. Тэхён заметил кучу фоторамок, какие-то сувениры из других стран, множество ракушек, книги и прочие вещи, на которых можно было остановиться и узнать бесчисленные истории. Но больше удивляло то, что вся мебель была неразлучна со стенами жилища.       — Дом старый, — начала Талия, бегая по кухне. — Это, можно сказать, традиционный стиль Греции, вроде кантри, но локализованный. Зайдёшь в свою спальню, удивишься ещё больше. Она справа от балкона, не ошибёшься.       Тэхён потянул увесистый чемодан за собой. В конце большой гостиной можно было увидеть панорамную стеклянную дверь и два маленьких окошка по бокам, что давали естественное освещение. Тэхён видел на них ручки, значит, они открывались. И Тэхён был так очарован тёплыми оттенками древесины в шершавых белых стенах, что даже не обратил внимание на то, какой вид за окном.       Море на ладони. Тэхён оставил свой чемодан и под теплый взгляд хозяйки поспешил на веранду, где до моря, кажется, можно дотянуться, если встать на носочки и перегнуться через каменный борт. Он поспешил к нему, не замечая, как плиты города сменялись на невероятный ковёр галечной мозаики, выложенный предками Талии, и небывалой красоты цветы, пахнущие вкуснее, чем выглядели. Он пробежал до перил, а ветер, подхватив панамку и ласково высвободив кучеряшки, оставил её на укрытом белой скатертью, с выведенными голубой нитью традиционными узорами, столике под окошком веранды. Вставая на те самые носочки, Ким наклонился, и шорты непроизвольно задрались, показывая мелкую россыпь татуировок на бёдрах. Тэхён безмерно счастлив. Он в двух шагах от пляжа. Двух! И даже какие-то катера стоят.       Восхищённо раскрыв рот, Ким, вытянув все звуки восхищения, широко улыбнулся.       Талия была рада, что этот ребёнок смог поистине оценить её вид из окна и даже не представляла, что просыпаться он будет с ним же из окон своей комнаты. Она наложила фасоладу и, достав пирог, вытащила приборы на двоих.       — Тэхён, давай поедим на веранде, раз так понравилось! — Крикнула она восхищённому парню, и тот поспешил задвинуть чемодан в свою комнату.       После плотного приёма пищи, состоящего из абсолютно традиционных блюд, их с Талией потянуло на детский дневной сон. И после совместного мытья посуды, хотя Талия и отнекивалась, отправляя Тэхёна отдыхать, они разбрелись по комнатам. Ким только сейчас смог туда попасть и снова оказался удивлён. Его кровать, будто на пьедестале, возвышалась посреди комнаты, она всё также была неотъемлемой частью дома, как и тумбы, приращенные с двух сторон. Под кроватью прятались встроенные ящики, в которых хранились любезно оставленные дополнительное постельное бельё, полотенца и даже одеяло, несколько подушек и плед. Тэхён сразу направился к кровати, поднимаясь на небольшие выступы.       Мягкое одеяло приятно пахло хлопком и лавандой. Постель манила воздушностью, что глаза закрывались сами по себе, но долгий перелёт и пешая прогулка по жаре не давали Тэхёну покоя. Он перевернулся с живота на спину на кровати. Сел и осмотрел остальную часть комнаты. Старинный платяной шкаф растянулся по правой стене и в белейшей комнате выглядел, хоть и грузно, но органично. Тэхён уверен, там слишком много места для его вещей. Рядом стоял туалетный столик с какими-то необходимыми и бытовыми вещами: ватные диски, расчёска и это только то, что было видно. Стул, такой же, как на веранде и кухне. По ступенькам располагались полки из той же стены. Кровать с балками в потолок и с собранным на ней балдахином, скорее всего от комаров. За спиной у Тэхёна оказался столик, подходящий под весь интерьер дома. Ещё полки и в самом углу диванчики с видом на море.       После душа, разговора с мамой и разбора вещей, осталось немного сил и Тэхён, гонимый Талией, с корзинкой продуктов и греческим вином поспешил на пляж, собираясь встретить на нем свой первый закат.       Он спустился на скалистый берег по лестнице с широкими ступенями. Вокруг было пусто, только плешивые кустарники да каменистая порода, иногда она могла вдруг стать ступеньками, намекая, что тут кто-то ходил за долго до существования всей четы Ким. На главном пляже Линдоса, о котором он точно знал, была куча народа. И когда он имел в виду «куча» — это действительно была куча людей, занимавших каждый свободный сантиметр пляжа и не стеснявшихся садиться друг с другом на один шезлонг.       Тэхён там себя не видел. Он свернул с лестницы и следовал никому не известному маршруту.       Вдруг, меж скал появился песчаный край, и по берегу распластались люди. Тэхён очень удивился, что об этом месте знали исключения и даже обрадовался, не найдя причин о чём-либо задуматься. Может, это кто-то из старичков держал тут скрытый ото всех пляж, о котором не знала даже Талия? Шезлонги тоже отличались дороговизной. Ким поспешил занять один.       Он уже разложился и с позволения Лии сидел через местную симку в Инстаграме, выкладывая сделанные фотографии, когда к нему подошли сердитые мужчины и на своём языке стали объяснять что-то ничего не понимающему Киму. Один из них покраснел, кажется, бранясь на него, резко схватил Тэхёна за предплечье, заставляя его подняться с нагретого места. Люди, лежащие дальше, не обращали на них внимание. Тэхён так растерялся, что захмелевшим от парочки бокалов вина мозгом ничего не мог понять, а от страха перед взрослыми мужчинами и их галдежом, не мог выронить не слова. Его затошнило то ли от страха, то ли от того, как сильно мужчина его тянул. Ким сопротивлялся. И если Тэхён мог видеть, что делает один из них, то второй не попадался ему на глаза, позволяя себе делать что вздумается с его вещами.       Но всё это прекратилось также неожиданно, как и началось. Сначала он услышал бег, списывая это на второго мужчину, потом почувствовал приближение третьего человека, но, пока мужчина имел совесть сжимать его руку так, что та немела, не мог разглядеть, что происходит за его спиной.       — Μην τον αγγίζεις. — Мужчины вопросительно переглянулись, когда грубый голос за спиной Тэхёна крикнул им что-то:       — Είναι μαζί μου.       Из-за своей мольбы он не мог понять, подошёл ли кто-то ещё или это всё тот же голос, но те послушно кивнули. Один отпустил его руку и отошёл, пока второй переставал трогать вещи. И только сейчас Тэхён обернулся.       В тени скалистого берега он не мог точно разглядеть парня, защитившего его. Нападающие с ним о чём-то ещё поговорили и вернулись, принося скомканные извинения. Не то, чтобы Тэхён хотел простить их, но выбора не было.       — It’s okey… — он поклонился в ответ. Врал. — I’m fine.       Тэхён не был неженкой, но мозолистые руки накаченного мужчины оставили лёгкую боль, которая так скоро не прошла бы. Они удалились, а защитник начал подходить ближе. Совсем скоро его лицо осветил закат и Тэхён его признал.       — Ух ты, — сказал он на чистом корейском, остановившись у соседнего шезлонга и подтянув его ближе к тому, на котором разместился Ким. — Не думал, что ещё встречу тебя, принцесса.       На Тэхёна смотрел всё тот же незнакомец из аэропорта, теперь выглядевший совершенно иначе. На нём не было душной джинсовки, лишь лёгкая футболка и шорты, а на голове милейший хвостик. Тэхён последовал его же примеру и сел на шезлонг. Он всё ещё держался за пульсирующий участок кожи и рассматривал своего спасителя. Принцесса? Он принцесса?       — Ну, — незнакомец взглянул на него, закусывая губу. — Я снова спасаю тебя.       Тэхён фыркнул. Он что, сказал это в слух? Да и какая разница. Он лёг на шезлонг и продолжил своё интересное занятие.       Само закатное солнце увидеть удалось только краем глаза, всё-таки пляж находился в углублении и скалы не прозрачные. Зато море окрашивалось во все цвета красного. Тэхён попытался пару раз запечатлеть это, но камера не передавала то, что было на яву, и он продолжил просто запоминать этот момент. И всё-таки он тут, на своём первом отдыхе и даже почти всё прошло успешно.       — Извини, — тихо обратился он к мужчине, и тот оторвался от заката, с наглой улыбкой поворачиваясь всем корпусом к Тэхёну и складывая голову на скрещенные ладони. Желание спрашивать ускользало с каждой секундой этой ухмылки. — А что они ко мне прикапались? Я ни слова на греческом не понимаю.       Молодой человек вернул свой взгляд на закат.       — Это частный пляж. — Он махнул куда-то за спину и Тэхён обернулся. — Относится к отелю, в котором я остановился. Они прогоняли тебя, поскольку он закрытый, но я их уверил, что ты со мной.       Тэхёну снова поплохело. Он опустил попу на шезлонг, руки сами сжались на подлокотниках, и весь он в него постарался спрятаться. На горе действительно стояли домики, такие же, как и весь город, но явно ухоженнее и обособленнее. Мужчина только мельком глянул на него.       — Не переживай ты так, красавчик. — Тэхён посмотрел в его сторону. Они встретились взглядами. Теперь мужчина казался ещё красивее: на его лицо ниспадали мелкие длинные пряди, вьющиеся из-за влажности, сам он в лучах солнца. Брюнет излучал спокойствие и заставлял ему верить. — Расслабься и получай удовольствие.       Их разговор смыл прибой. Тэхён, конечно, отцепил руки от дерева, но нервничать до конца не перестал. Он пару раз ещё обернулся назад, но со стороны послышался тяжёлый вздох. И после показавшегося дна в бутылке с вином, его действительно попустило.       — И я не принцесса. — Последние лучи солнца забрали его стеснения, и теперь он решился.       Мужчина на это хмыкнул. Он покачивал ногами с права на лево и был слишком спокоен для человека, навравшего персоналу отеля. Его руки спокойно покоились на животе, а язык теребил колечко на губе.       — Как скажешь, принцесса.       Тэхён от возмущения сел.       — Я Тэхён, — воскликнул он, хмурясь. — Ким Тэхён.       И теперь мужчина, опираясь на древесину поднялся, Тэхён сверлил спасителя взглядом, пока тот хихикал с его пьяной серьёзности.       — Чёрт, и как я не догадался. — Он для комичности ударил себя по лбу, издавая странные звуки и массируя переносицу. — По тебе же видно, что ты — Ким Тэхён. Извини.       И встал. Тэхён задрал голову вверх. Незнакомец размял шею, плечи и потянул за ворот футболку, тогда Ким вдруг осознал, что тот раздевается, и завизжал. Он зажмурился, поэтому не знал, что мужчина снял футболку и стал озираться по сторонам, в поисках причин визга, а когда понял, что веской причины нет, уставился на Ким Тэхёна.       — Ты чего? — удивлённо спросил он открывшего глаза Тэхёна.       — Я не буду с вами спать.       Теперь была очередь мужчины быть громким: он рассмеялся, а Тэхён надулся, — что смешного он сказал. Незнакомец от смеха снова присел на шезлонг и прижал футболку к груди, смахивая другой рукой невидимые слезы.       — А кто тебе предлагает? — Стараясь отдышаться, мужчина расправил футболку и аккуратно закинул на спинку лежака. Тэхён заинтересованно обвёл мужчину взглядом, несмотря на свою обиду.       — Кто вас знает, извращенцев, сначала втираетесь в доверие, потом насилуете. — Мужчина удивился, он снова немо ткнул в свою грудь палец, Тэхён только самодовольно хмыкнул. — Я в фильмах видел.       Тэхён наблюдал большой спектр эмоций на лице брюнета. Его безбожно несло не в ту степь и, возможно, он даже не понимал, что говорит, но мужчина его неоднократно выручал, даже наврал персоналу. И молодой человек это понимал. Он вернулся к своему первоначальному плану.       — Ты не в моём вкусе, принцесска. — Бросил он напоследок, прежде чем побежать в тёплое море.       Обиженный Ким продолжил пялиться на плывущего от него мужчину и мог сколько угодно негодовать от чужого «принцесска», но что-то ему в этом нравилось. Сам мужчина ему тоже нравился и давно понравился, ещё с первой встречи. Только признавать он этого не хотел. Но вот исподтишка рассматривать привлекательное тело ему симпатизировало. Наконец, он заполучил все татуировки: пока мужчина смеялся, тот успел рассмотреть все его завитки и символы от пальцев рук до ключиц. Рассмотрел и явную подготовку к лету. Мужчина, очевидно, зимой грелся на тренажёрах.       Из мыслей его вывел тихий женский голос:       — Mister Jeon? — Тэхён трусливо обернулся, понимая, что девушка в строгом костюме пришла к нему. Чуть сощурив глаза, Ким разглядел бейджик с именем и статусом «администратор». «Вот и всё», — промелькнуло в голове, но девушка опередила. — Hello, Mister Jeon. I just found out the whole situation now, — она наклонилась, опустив голову, её каре спустилось с плеч. — Please accept my sincere apologies, this happened by accident, Mr. Jeon Jungkook did’t warn me, so the security service acted according to protocol… — Девушка так быстро тараторила себе под ноги, что Тэхён почти её не слышал, не то, что понимал. Когда она отошла в сторону, Ким заметил милейший сервировочный столик, утопающий своими колёсиками в песке. На нём он увидел хорошее родосское «мосхато» и много тарелочек, идеально подходящих на закуску. Тэхён с аппетитом облизнулся, вино Талии вызвало в нём лёгкую хмель и зверский аппетит. Снова взглянув на девушку, которая улыбалась дежурной улыбкой, он почти собрался духом заговорить с ней, но она его перебила. — As an excuse, accept compensation for your ruined evening at the expense of the hotel.       Тэхён смирился с тем, что эта милая курносая девушка будет каждый раз перебивать его, поэтому лишь улыбнулся.       — Excuse me again and convey my apologies to Mister Jungkook. — Закончила она, прижимая тонкие пальцы к пуговице на пиджаке и напоследок поклонившись, неловко поскользила в своих лодочках с песочного берега.       Чонгук значит.       Тэхён уверенно встаёт с шезлонга. Его длинная чёрная футболка совсем скрывает шорты, Ким слегка приподнимает волосы, вьющиеся от влажности. Он знал, что красив и привлекает внимание, даже если не во вкусе человека. Сейчас Ким разливал по подготовленным для них бокалам вино, вкладывая в рот виноградины. Он аккуратно раскачал его, наполняя воздухом, и попробовал, закатывая глаза от удовольствия. Обернувшись обратно к морю, он снова исполнил желание насладиться напитком: не зря греки восхваляли Диониса.       Но Тэхёна сейчас волновал не только мифический бог, но и ещё один, вполне себе, реальный:       — Чонгук! — Громко кричит Тэхён, наполняя свои лёгкие воздухом, чтобы повторить. — Чон Чонгук!       Гладь воды освещалась только луной, звёздами и желанием Кима разглядеть хоть что-нибудь. Он точно знал, что там плавает Чон, который сейчас, несомненно, услышал, как кто-то зовёт его с берега. У Тэхёна уголок губ неуправляемо потянулся вверх, когда к берегу стала приближаться фигура. Вспыхнули светильники пляжа, и берег осветило слабым тёплым светом, позволяющим Тэхёну насладиться выходом Чона из моря. Мужчина собрал налипшие пряди с лица, распустил былой хвостик и потряс головой в попытке убрать лишнюю воду. Заведя руки, он снова собрал волосы, но в этот раз убирал только часть, оставляя на плечах другую, совсем мокрую и тяжёлую. Его торс блестел спускающимися остатками воды и поблёскивал на изгибах пресса, давая понять, что мышцы напряжены после плаванья. Когда Тэхён опустил взгляд по направлению ручейков воды, ему вдруг стало просто необходимо глотнуть ещё вина: к бедрам прилипали шорты и не давали места на фантазии. И чем ближе приближался Чонгук, тем ниже были глаза Тэхёна.       — Откуда это тут? — Чон осмотрел столик, и Тэхён обернулся, чтобы взять второй бокал. — И откуда ты знаешь моё имя?       Тэхён протянул ему другой бокал. Чонгук неотрывно следил за ним, специально накрывая пальцы Кима и не отпуская, — тот уходит от вопросов, пожимая плечами.       Тэхёна это не устраивало. Ему стало неудобно в такой близости, и он всё-таки посмотрел в глаза мужчины. Чонгук не видел в карих глазах ответа, только озорной огонёк и проблеск падающей звезды. Они, не уступая друг другу в спеси, улыбнулись.       Чон чокнулся с бокалом во второй руке Кима, подзывая выпить с ним, и поднёс к своим губам, не отпуская чужой ладони. Тэхён поспешил глотнуть вина. У него, кажется, голова закружилась от взгляда Чона.